Кажется, я полюбил тебя...

Повествование ведётся от лица Кошмара. Я ушëл на кухню с улыбкой на лице. Сегодня наконец настанет тот день, когда я признаюсь Фреду во всëм. Уже очевидное рядом—он любит меня, а я люблю его. Довольно! Довольно скрывать свои чувства! Нам никто не помешает любить друг друга! Никто! Фред вошëл в кухню, когда я сидел за столом и насыпал чай во френч-пресс. —Доброе утро… —Доброе, Фред. —Ты где пропадал почти всю ночь? Я волновался. —Я мстил, Фред. Мстил за тебя. Понимаешь, я не мог этого так оставить… Стоп. Ты разве не… Фред перебил меня: —Читал. Но я думал ты быстро… Сказать или не сказать? Чëрт, опять дилемма. В этот момент я заметил, что Фред теряет равновесие и сейчас упадëт. Молниеносная реакция и он оказывается у меня на руках. Его щëки покрылись румянцем, и я чувствовал некое напряжение, исходящее от него. —Тебе нужно полежать, Фред. Ты не в лучшем состоянии сегодня. Чëрт, он такой милашка, когда краснеет. Он еле заметно улыбается. Его нежные голубые глазки сверкают, словно софиты. Мне хочется его поцеловать, но ещë не вечер. В самом прямом смысле. Аккуратно кладу его на кровать. —Ты не замëрз, Фред? Тебя не морозит? —Пока что нет—неуверенно отвечает он. Я почуял эту неуверенность. Открыв шкаф с одеждой я опустился на колени и стал рыскать на нижних полках в поисках чего-то согревающего. Вдруг во мне что-то щëлкнуло. Точно! Как я мог забыть? Со скоростью света сложил вещи обратно и рванул в гостинную. Именно там на изголовье лежал тëплый плед. Хватаю его и возвращаюсь. Фред лежал на кровати, свернувшись калачиком и сопел. Заметив меня, он вновь как-то странно улыбнулся. Он что-то скрывает? Неужели он не спал, когда я решился приласкать его сегодня утром? Ай, неважно. Кладу плед на край кровати и говорю Фреду: —Ты ведь так и спал в одежде? —Ага—через силу отвечает он—вчера я поел и меня одолела слабость. А утром сегодня я чуть не замëрз. Кстати, Кошмар… Спасибо тебе… За заботу… Я улыбаюсь и скромно отвечаю: —Не стоит… На моëм месте ты поступил бы так же. А сейчас разденься и укройся, чтобы не замëрзнуть. Услышав это, Фред обильно покраснел. —Я… Н-не могу… Я подошëл поближе и посмотрел ему в глаза. Они неестественно широко открылись, и в уголках блестели маленькие капельки хрустальных слëз. Зрачки, как будто ошалелые, то увеличивались, то вновь уменьшались. Ушки плотно прижались к голове. Чëлка мокрая от пота. Влажный носик неумолимо сопел и шмыгал. Лапки обхватили его плечи, а сам он сжался. Его всего трясло и было видно, что он вновь замерзает. Я присел рядом с ним. Мне снова безумно хочется поцеловать его в носик, затискать его мягкую шëрстку, нежно облизать сладкие губы. Я сам сейчас вместе с ним наверняка покраснел. И он наверняка думает о том же о чëм думаю и я. Но момент ещё не настал. Подожди немного, медвежонок. Я вижу по твоим прекрасным глазам, как ты меня хочешь. Они ведь не могут соврать, правда? Не сомневайся, я тоже хочу тебя. Просто потерпи до вечера, а там посмотрим… —Кошмар… Его нежный и приятный голос отвлëк меня. —Кошмар… Прошу… Ты м-м-меня с-смущаешь~ —Ты уверен, что сможешь сам, Фред? Может быть я тебе помогу? ~ Его ушки сильно поджались, а сам он затрясся. Я погладил его по голове, успокаивая: —Не бойся, Фред. Не бойся… Можешь закрыть глаза, если я тебя очень сильно смущаю. Он так и сделал. Я уложил его лапки вдоль тела и стал неторопливо расстëгивать его рубашку. Его горячее тело прекрасно как никогда. Мягкая золотистая шëрстка, довольно крепкое телосложение, проглядывался неплохой пресс и небольшой животик. Даже почти зажившие синяки и повязка на предплечье не портили всей красоты. Я понимал, что вечером это тело будет моим. Я вглядывался в каждую деталь по несколько раз и понял, что раньше я не придавал этому значения. По лбу Фреда обильно стекал пот. Он часто дышал своим носом и трясся. Когда я потянулся к его штанам, Фред неожиданно схватил меня за руку, заставив вздрогнуть и вызвав дрожь: —С-с-стой. Я сам… Он прикрылся одеялом и вскоре вытянул оттуда свои штаны. Я повесил их на стул вместе с рубашкой. Затем я потрогал его лоб, погладил по голове и спросил: —Сколько у тебя вчера было? —38 Я взял градусник и сунул ему подмышку. Фредбер задрожал от прикосновения ледяного предмета, но вскоре расслабился. —А сейчас ты как себя чувствуешь? —Очень жарко. И ломит. —Где? —Руки и ноги… Я как будто их не чувствую. Как сегодня утром. —Это озноб. Сейчас ты согреешься. Я укрыл его тëплым пледом и вскоре он заворочался и прикрыл глаза. Милый. Милый медвежонок… Сегодняшнюю ночь ты запомнишь навсегда. Я вытащил градусник. 38 градусов. —Всë, постельный режим. Отдыхай. Я поправил плед на Фредбере и вновь взглянул ему в лицо. Яркий румянец на щëчках. Глубокий взгляд голубых глаз. Он смотрел на меня с некой надеждой на лучшее. Что всë будет хорошо. Фред прикрыл свои глазки и сладко засопел. Боже, это так мило выглядит. Маленький котëнок~ Закрыв дверь в комнату, я направился на кухню и заметил стояк в своих штанах. Надеюсь Фред его не заметил. Я налил кипятка во френч-пресс и, пока чай заваривается, решил усмирить своего дружка. Закрылся в ванной и смотрю на себя в зеркало. Улыбаясь, смотрю на нижнюю часть своего тела, из которой выпирает налитый кровью орган. Хвостик тоже поднят и стоит столбом. Я возбуждëн… Мои мысли зациклились на нëм. На Фредбере. На его крепком теле, нежных и таких глубоких, словно Гибралтарская гавань, голубых глаз. Я представил его под собой. Такое податливое и прекрасное тело. И мои руки, ласкающие его. Мои мысли доходили до крайности—самых извращëнных и неприличных вещей, которые я давно хотел вытворить с Фредом. Мой член от таких мыслей вот-вот прорвëтся наружу сквозь ткань штанов. Приспускаю их вместе с нижним бельëм и освобождаю своего друга из плена. Он во всю стоит, как и мой хвостик. Смазка небольшими каплями капает на пол. Потом вытру… Усаживаюсь на унитаз, обхватываю свой член и начинаю водить рукой туда-сюда. Моë дыхание учащается, а сердце бешено колотится. Пот ручьями стекает по моему лицу. Из горла доносится слабенький рык удовольствия. Прикрываю глаза и улетаю в астрал. На мыслях о Фредбере моя рука ускоряет движения и с моих губ срываются тихие пошлые стоны. Мне очень хорошо. Крайняя степень удовольствия. Головка пульсирует и обильно выделяет прозрачную жидкость, которую моя рука распределяет по всей длине и облегчает процесс, снижая трение. «О, Фред…"—неожиданно для себя протягиваю я это имя. Надеюсь не слишком громко~ Ах, как же я… Хочу его… Поцеловать, приласкать, потрогать руками… Нежно касаться его мышц, облизывать губы и носик, а может и не только их. Ах, Фред… Мой медвежонок! Я… Люблю… Тебя… О, чëрт! Моë тело в этот момент задрожало, мышцы начали непроизвольно сокращаться. Как будто меня ударило слабеньким разрядом тока. Я жадно хватал воздух и буквально задыхался от нахлынувших на меня чувств, главенствующим из которых было чувство самой чистой и искренней любви. Я почувствовал прилив жидкости к головке и, закрыв глаза, издав слабенький «ах», отфонтанировал светло-серой жидкостью прямо на пол. Воздуха не хватало, я рычал от удовольствия с всë ещë фонтанирующим и стоящим членом. Сперма небольшими каплями стекала на пол. Я, наконец, перевëл дыхание и вытер пот с лица. Мой друг тоже успокоился и вернулся в обычное состояние. Натянул на себя одежду, оторвал кусок туалетной бумаги и вытер свои следы преступления. Не знаю сколько я провëл здесь. Время буквально остановилось. Закрыл крышку унитаза и нажал на смыв. Затем вымыл свои лапы и вышел из ванной, счастливый и удовлетворëнный. С моего лица не сходила улыбка. На улице вечерело. Довольно быстро прошëл день, учитывая то, что мы проснулись чуть ли не в три часа дня. Я проверил чай. Не горячий и не холодный н̶е̶ с̶т̶о̶я̶ч̶и̶й̶ и̶ н̶е̶ л̶е̶ж̶а̶ч̶и̶й̶. Налил почти полную чашку и открыл холодильник в поисках лимона. Вдруг вспоминаю, что не съел тот кусок мяса. Да и ладно, в холодильнике не пропадëт, хотя… Открыл морозилку, нашëл кусок, всë облапал, обнюхал и осмотрел. Никаких дефектов. Поживëт ещë… В нижнем отделении холодильника лежал целый лимон. Я с детства знал, что Фред просто обожает мëд. Как и я. Как и все медведи. Но Фред от него без ума. Поэтому я спрятал его туда, где он не найдëт, зато я найду! На верху шкафчиков. Достал оттуда банку и добавил две столовых ложки. Ему хватит, хех. На дно кладу кусок лимона, заранее отрезаный. Довольный своей работой, я отправился проверить Фреда…