Salvadora

      Ветер колыхал деревья, разнося остатки пожухлой листвы. Небо смурнело то ли из-за постепенно наступающего вечера, то ли из-за собирающегося дождя. Кое-где встречались подвешенные самодельные амулеты, отдалённо напоминающие насекомое с четырьмя лапами и длинным хвостом. Явно, что-то религиозное, Анна никогда не была в этом сильна. Крестили её ещё в детстве, но никакого интереса к религии ей это не привило. И лишь маленький серебряный крестик на шее служил доказательством её связи с Богом.       Девушка видела подобные "идолы" в деревне. А ещё сожжённого на костре человека. Выглядело жутко, но совсем неудивительно. На подобное, даже кое-что похуже, насмотрелась будучи подростком. Настораживало другое – странная и всепоглощающая тишина. Ни единого жителя, только скотина, бродящая между хижинами. Не виной ли тому прозвучавший несколько часов назад колокол местной церкви? Призыв к службе или нечто другое? Тем не менее, то и дело позвякивающие гильзы под ногами заставляли оставаться начеку. Анна и Ада – явно не единственные туристы в этом месте.       Погода портилась, а Анна до сих пор не знала, где искать цель. Она не горела желанием проводить ночь среди фанатиков и культистов, честно сказать, её пребывание здесь стояло под большим вопросом до последнего. Но она оказалась заложницей обстоятельств. Радовало одно – Альберт Вескер обещал щедро заплатить. А что может быть лучше денег для наёмника? Правильно, большие деньги.       Имя и кодовое слово – единственное, что Анна знала о цели. Позже, уже на пути на задание, Ада вкратце обрисовала ситуацию в горах Испании. Основной задачей было получение образца паразита, а также эвакуация цели, что и поручено девушке. Вонг выполняла свои задачи, поэтому подстраховать могла только по возможности. Наёмница не хотела так скоро просить о помощи, надеясь лишь на то, что на неё вскоре выйдут сами. В конце концов, территория была не такой большой, и она выбивалась из окружения своей нормальностью, что делало её более приметной.       Вдалеке под самым небом виднелись шпили башен замка. Анна не рискнула подойти ближе – слишком много охраны, а быть обнаруженной раньше времени не входило в её планы. Однако предчувствие девушку никогда не подводило, и она знала – про её присутствие здесь осведомлены, но почему-то ничего не предпринимают. Выжидают? Но чего? Или кого?..       Ветка под ногами крепкая, разве что мешали оставшиеся листья, закрывая обзор. Где искать, на что обратить внимание? Анна не была шпионкой, разведчицей, не понимала всех тонкостей поиска информации или человека. Ада для этой задачи подходила гораздо лучше. Девушка же скорее годилась на роль киллера или телохранителя. Хоть умом она и не блистала, зато не боялась грязной работы.       — Хола, сеньорита! Сигаретки не найдётся? — снизу раздался голос с явным испанским акцентом.       Анна вздрогнула, не заметив приближения человека из-за своих глубоких раздумий.       "Превосходное начало! А если тебя хотели убить?! Уже лежала бы, кормила ворон".       Развернувшись, она быстро спустилась на землю, рассматривая мужчину напротив. Тёмные вьющиеся волосы до плеч, коричневая кожаная куртка, расшитая узорами, накинутая на белую рубашку. И хитрющий, лисий взгляд из-под бровей. Уверенный в себе, самолюбивый. Явно тот, кто нужен Анне. И, как она думала ранее, сам нашёл её.       — Да, твои любимые. Сеньор Луис Сера?       — Сеньорита знает моё имя, — мужчина ловко достал из кармана зажигалку, покрутив её в ладони, и поджёг сигарету, выпуская клубы дыма. — Но что-то мне подсказывает, твоё – не Ада Вонг?       — У Ады другие дела. Меня зовут Анна.       Девушка поправила куртку, наблюдая за прислонившимся к стволу дерева Луисом. Пристально. Видимо, слишком.       — Дорогуша, смотришь так, будто хочешь затащить на сатанинскую проповедь. Любой ганадо позавидует.       Наёмница нахмурилась, хмыкнула:       — Какой уж родилась. Отвернись, если не нравится, — девушка была серьёзной, возможно, чересчур. И, пока Сера не открыл рот, добавила: — «Янтарь» у тебя?       — Не обижайся, я шучу, — мужчина затушил окурок, сложил руки на груди. — Насчёт "янтаря"... Произошла неувязочка, меня чуть не сцапали. Но я бился, как лев, вырвался из плена. Поводов для волнения нет – всё спрятано в надёжном месте.       Анна повела бровью, мысленно закатывая глаза. Будет тяжело. Ох, как тяжело. И зачем она согласилась, одна сплошная головная боль. Раздражённо вздохнула, пока Луис заканчивал свой монолог, подкрепляемый активной жестикуляцией.       — Тогда нечего ждать. Идём.       — Постой, нетерпеливая.       Девушка обернулась, кинув мимолётный взгляд на руку, держащую её за предплечье. Подняла глаза, всматриваясь в серо-голубые радужки, ожидая пояснения.       — Уже темнеет. Ночью, скажем так, будет не очень удобно. К тому же, дождь собирается.       — Есть другие варианты?       У Луиса были.       Анна отметила для себя, что он неплохо здесь ориентируется, когда повёл её обходными путями глубже в лес. А ещё – что рот Луиса не закрывается, и неважно, интересен собеседнику диалог или нет. Наёмница же сосредоточенно оглядывалась по сторонам, изредка отвечая «угуками» на неиссекающий речевой поток Серы. Наготове в руке привычно лежал пистолет, левое бедро холодил нож. Тело напряжено, Анна в любую секунду могла среагировать на возникшую опасность, ведь теперь она отвечала не только за свою жизнь. Тупить нельзя, она и так уже один раз облажалась.       — Ещё одна. Ханна, скажи, вы все, иностранцы, такие?       «Ещё одна. Ханна. Иностранцы. Это что вообще?»       — Какие?       Локоны Луиса чуть намокли под набирающим силу дождём, капли стекали по открытой шее. Анна скользнула околозаинтересованным взглядом сверху-вниз и обратно, что не укрылось от глаз Серы.       — Молчаливые, — мужчина пожал плечами и посмотрел вперёд. Нащупал в кармане зажигалку.       — Стараюсь говорить исключительно по делу, — девушка подумала, что прозвучало слишком грубо, и тут же добавила, мотнув головой: — Я, я просто сосредоточена. Мы как на ладони, мало ли, кто нападёт. Ты вроде в опале у местного лорда?       Сера молча согласился.       Они прошли по хлипкому деревянному мосту, наёмница удивилась, как его не снесло разбушевавшейся стихией. Под ногами бурлила река, вторя ливню: погода действительно разыгралась не на шутку. «Вилла» – как назвал её Луис, – слишком громкое слово для старого разваливающегося дома где-то в деревенской глубинке. Внутри было зябко – через выбитые окна сквозил холодный ветер. Анна, обхватив себя за плечи, несмело прошла внутрь по полусгнившим доскам, перешагивая дыры в полу.       — Чай и кофе не предлагаю, но могу разжечь камин, — Сера, включив тусклые лампы, стал по-хозяйски собирать дрова.       — Было бы неплохо, — наёмница стащила с себя мокрую куртку, отжала потемневший от влаги хвост белых волос. За окном барабанил дождь. — А обязательно зажигать свет?       — Расслабься, Ханна, Луис знает, что делает. Местным пока есть, чем заняться.       — Амиго, расслабляться – это последнее, что мы можем себе позволить в нашем положении.       Трещали дрова, сжираемые огнём. Стало не так холодно. А когда девушка присела около камина и поваленного шкафа, закрывавшего большую дыру, – так вообще почти тепло. Куртка сушилась на спинке стула, на котором сидел Луис лицом к Анне, как-то отрешённо наблюдая за яркими языками пламени.       — Можешь поспать, если хочешь. Я посторожу.       Ремни портупеи натирали кожу из-за немного влажной облегающей футболки. Наёмница оттянула тёмную полоску, слегка облегчая неприятные ощущения. Снимать ни в коем случае нельзя, враги были повсюду, пусть и выдалось несколько часов передышки.       — И оставить сеньориту одну? ¡Ni de coña! Да за кого ты меня принимаешь? — картинно сокрушался Луис. — Давай поговорим. Я не видел нормального человека навскидку уже лет сто.       Анна села поудобнее, как бы показывая всем своим видом – «дерзай».       — Может, расскажешь о себе? — предложил Сера, выудив из кармана зажигалку.       — Что ты хочешь узнать?       — Ну… — задумался испанец лишь на мгновение, — ты замужем?       Видя, как у собеседницы вытянулось от удивления лицо, мужчина тут же добавил:       — Просто стало интересно, есть ли идиот, который отпускает молодую девушку на такие опасные миссии. Была бы моя воля, прекрасные женщины занимались исключительно умственной и духовной работой. И ты…       — Пф-ф-ф!       Луис замер с открытым ртом, не отводя глаз от смеющейся Анны. Звонко, словно колокольчик, прикрывая рот ладонью, она выглядела живой и не вписывалась в окружающее безумие. И Сера будто только сейчас осознал – перед ним настоящий человек, не заражённый лас-плагас, не пытающийся напасть, оглушить, убить. Не безликая ганадо, не проклятая сектантка. Живая, наверняка тёплая, свободная, отзывчивая, эмоциональная. Живая.       — Прости-прости, ты говорил с таким серьёзным лицом. Мне показалось это забавным, — наёмница стёрла кулаком выступившую слезу и посмотрела на впечатлённого Луиса. — У меня никого нет, поэтому останавливать некому.       — А родные? Неужели не знают, чем ты занимаешься?       — Нет родных, — тихо выдохнула Анна, опустив взгляд на носки ботинок. — Лет до 15 были, а потом… Когда Союз распался, никому не было легко, и нам тоже не было. Лихие 90-е: разбои, грабежи, убийства. Ну и, как-то так получилось. Это неинтересная история. Лучше расскажи про свою сверхспособность – блестяще ориентироваться на местности. Не думаю, что у пленников много привилегий в виде прогулок по деревенским просторам.       — Ханна, одно твоё слово, и я буду кем угодно. Даже супергероем.       Девушка не могла уловить: Луис с ней флиртует или просто придуривается? По залёгшим синякам под глазами, лёгкой рассеянности во взгляде поняла – ни то, ни другое. Все по-разному реагировали на стресс, да и усталость сказывалась.       — Поверь, я обычный учёный, которому суждено попасть в необычные обстоятельства, — Сера крутил в руках зажигалку, наверное, это его успокаивало и отвлекало.       Анна откинулась назад, прищурилась, вновь хмыкнула. Он точно не был обычным учёным. А по его умению мастерски уйти от темы легко догадаться – больше он не расскажет. И, собственно, не обязан; перед ним наёмница, посланная Вескером, работающая с Адой, одному Богу известно, что она сделает с этой информацией. Девушка сама начинала жалеть и думать, стоило ли быть с испанцем хоть чуточку откровенной. Он ей пока не доверял, но при этом всё же полагался. И подсознательно опасался, потому что до конца не уверен, не убьёт ли она его, окажись в её руках образец. Анна казалась Луису хрупкой, тоненькой, болезненно бледной и, пожалуй, он сумел бы с ней справиться, не будь двух пистолетов, ножа и холодного взгляда зелёных глаз. Луис непроизвольно сглотнул – с этой девушкой определённо нужно быть начеку.       — Что-то не так?       Сера моргнул, возвращаясь к реальности. Анна смотрела в упор, бровь поднята вверх, кажется, она была недовольна тем, что её так неотрывно разглядывали.       — Всё прекрасно. Любуюсь красотой сеньориты.       — Ха-а, — наёмница посмотрела на грязный потолок, стараясь держать себя в руках. Этот чёртов ловелас совершенно точно сведёт её с ума. — Комплименты оставь себе. Понимаю, что не внушаю тебе никакого доверия. Но, по крайней мере на эти сутки, мы с тобой – напарники. В моих интересах вытащить тебя отсюда живым. Я не собираюсь тебя убивать.       Анна была пугающе проницательной. У Луиса не осталось выбора, кроме как капитулировать, подняв руки вверх в примирительном жесте. Девушка удовлетворённо кивнула и улыбнулась одними уголками губ.       — Раз мы с тобой наладили контакт, может, скажешь, почему называешь меня Ханной?       — Я здесь давненько, и лорд Сэддлер не любит, когда его ганадо, — Луис скривился, — пропускают проповеди. Волей-неволей, а в религию будешь втянут. Пусть у Лос-Иллюминадос свои догматы, с Библией я хорошо знаком. Если тебе не нравится…       — Поняла я. Можешь называть, как хочешь.       — Como quieras, Ханна.       А потом Луис стал рассказывать про жителей деревни, про старосту, которого ласково назвал hijo de puta, про Сэддлера и даже про Рамона Салазара – наследника и полноправного владельца замка. Анна казалась безучастной, но всегда вовремя кивала, когда было нужно. Она была сосредоточена и просто слушала голос Серы, который находила очень умиротворяющим. Ей даже, можно сказать, нравилось.       — И тогда он схватил меня, я…       — Подожди, Луис, — Анна насторожилась, поднялась с пола, — тихо.       Наёмница подошла к окну. Снаружи всё так же не заканчивался ливень, дул сильный ветер, речные волны бились о каменные стены.       — Твою мать! — один за другим в поле видимости зажигались жёлтые огоньки, приближались, их становилось всё больше. Доносились выстрелы. — Надо уходить. Живо!       Мужчина припал к окну, пока Анна натягивала почти высохшую куртку. Закинув сумку за спину, она развернулась и чуть не потеряла дар речи от вида Луиса, зазывающего кого-то в дом.       — Ты что?..       Сначала в дверях появилась молоденькая девушка с короткими светлыми волосами примерно одного роста с Анной, за ней – высокий крепкий мужчина.       «Он военный. Или, как минимум, агент».       Дробовик, нож, пистолеты, куча гранат в подсумках – набор солиднее, чем у наёмницы. Серьёзный арсенал.       Мужчина бросил хмурый взгляд на Анну и, видимо, не найдя в ней ничего интересного, перевёл его на Луиса. Тот, видя, как на него наступают широкими стремительными шагами, попятился назад, что-то бормоча, и, вполне закономерно, оказался прижат к стене.       — Эй, это же твоя пропавшая сеньорита?       Девушка назвалась Эшли. Наёмница была почти уверена, фамилия у неё Грэм – похищенная дочка президента Штатов. А её компаньон – отправленный на выручку спецагент. В голове у Анны назрел вопрос «Когда Луис успел с ним пересечься?» Но расспросит она его потом, когда они все выберутся из дома, на который вот-вот нападут.       — Поболтаете позже, — наёмница подошла вплотную к мужчинам, чтобы закончить их перепалку, — сейчас есть проблемы посерьёзнее.       — А ты ещё кто? — агент наконец обратил на девушку своё внимание.       — Ангел-хранитель. Руки прочь, — Анна одним движением отпихнула кулак блондина от груди Луиса и встала перед ним, закрыв его спиной. Десяток сантиметров разницы в росте нисколько не умалял настоятельности «просьбы». — Девчонку нужно спрятать.       Ворота на улице распахнулись, деревенские жители наперевес с вилами, факелами и, внезапно, динамитом ввалились во двор. Мужчины подняли поваленный шкаф, и Эшли скрылась в дыре.       — Ты тоже, — Анна махнула приготовленным к сражению пистолетом на Серу. И, пресекая несогласие: — Никаких «но». Защитишь Эшли, в случае чего.       Девушка всем своим видом показывала – лучше не спорить. Луис не был дураком и покорно полез вслед за Грэм. Наёмница выдохнула, её успокаивал тот факт, что Сера будет находиться пусть и в фантомной, но безопасности. И ей не нужно думать об испанце во время битвы. Спецагент встретился с ней взглядом.       — Леон.       — Анна, — Леон заслонил окно небольшим стеллажом, определённо зная, чего стоит ожидать. — Ты уже сражался с ними? Мне не помешает инструктаж.       — Стреляй в голову, либо по коленям. Первое их убьёт, второе – обездвижит. Они могут уклоняться и крайне агрессивны. Лучше не промахивайся.       Сухо, лаконично. Анна такое любила.       Мужчина перезарядил пистолеты, достал дробовик. Наёмница прижалась спиной к его спине, готовая к атаке сумасшедших ганадо. Шум с улицы всё нарастал.       Леон не соврал, когда назвал этих людей агрессивными. С громким кличем селяне ломали окна и лезли в проёмы. От одной пули они не падали, приходилось всаживать и вторую, и третью. Настоящее безумие. Живучие твари.       Чтобы пару не зажали, приходилось кружить по комнате. Из-за этого держать врагов на расстоянии стало сложнее. Анна стреляла, резала и била, уворачивалась, снова стреляла. Леон сваливал нескольких противников сильным ударом ноги, добивал ножом, действуя по отработанной схеме. Уверенно и точно. У него был опыт, это не первое подобное столкновение и не второе.       Летали топоры, женщины размахивали факелами, каким-то чудом не поджигая всё вокруг. Анна точным выстрелом попала в лоб бородатому старику, краем глаза увидев, как голова того взрывается и наружу вырывается червеобразный отросток с заострённой клешнёй на конце. И лишь благодаря отточенным рефлексам упала назад, уворачиваясь от едва не полоснувшего по шее лезвия.       — Леон! — отползая назад, девушка уткнулась в стену и выпустила в щупальце несколько пуль. Безрезультатно.       — Отвернись! — мужчина в ту же секунду метнул световую гранату под ноги чудовища.       Оглушающий звук, вспышка света – паразит лопнул, испуская слизь. Кусок плоти прилетел к ногам вставшей Анны. Положить ещё двух, пока ганадо дезориентированы. Со второго этажа безвольным мешком свалился один из жителей, чуть не придавив наёмницу. Девушка быстрым ударом, пока тот не встал, вогнала лезвие ножа в шею, сместилась ближе к лестнице.       — Я наверх.       И вновь стрельба, а число нападавших как будто не уменьшалось, наоборот – они прибывали и прибывали. Кричали, бросались, цеплялись за щиколотки. От долгого напряжения немели мышцы, наливались свинцом от копившейся усталости. Тело действовало будто уже на автомате, заученными движениями целясь и снося голову, руки подрагивали.       От громкого топота пол под ногами затрясся, Анна отпихнула от себя женщину с топором, посмотрела на сорванную с петель дверь. Здоровяк с бычьей головой и молотом наперевес откинул в сторону заражённого, мешавшегося на пути. Наёмница в ужасе перевела взгляд на всё ещё отбивавшегося внизу Леона. Но помочь ничем не могла. Патроны заканчивались, чего нельзя сказать про врагов. Жители скандировали в унисон, сливаясь в сплошную какофонию.       Леон поднялся наверх, приготовив парочку зажигательных гранат. Анна спрыгнула вниз, поднырнула под раскручивающийся молот, резанула по ногам. Здоровяк упал на колени, девушка, не мешкая, оказалась за спиной. Воткнула нож по самую рукоять в шею, и ещё раз. Этого было мало. Раздался взрыв.       Наёмницу отбросило к дальней стене крепкой рукой.       — Леон! Сюда! — тонкий голос Эшли заставил встрепенуться.       Анна подняла голову, над ней нависал бык, намереваясь пробить ей череп. И вновь лишь на реакции она откатилась в сторону, избегая смертельного удара, проломившего каменную стену. Проползя пару метров на четвереньках, Анна сумела наконец встать и ринулась прочь из этого дома.       Ноги не держали, дождь застилал глаза, лёгкие жгло от стремительного бега. Впереди показались силуэты Луиса, Эшли и Леона. За спиной чувствовалось разгорячённое и свирепое дыхание ганадо. Последние рывки.       Анна, каким-то чудом не оставшись по ту сторону опустившихся ворот, упала на землю. В лицо брызнула кровь от раздавленной головы деревенского мужика, попала в рот. Наёмница отпрянула, закашлялась, сдерживая рвотные позывы.       — Ты как? — на плечи легла рука. Луиса.       Девушка постаралась выровнять дыхание, успокоить рвущееся наружу сердце. Получилось. Стёрла рукавом куртки отвратительную грязь со щёк и губ, подошла вплотную к Леону и схватила за ткань тонкой тёмной футболки.       — Ты!.. — в глазах плескалась ядовитая ярость. Он почти её убил, выстрелив в цепь, держащую ворота открытыми. Но ведь только почти. Он отрезал оставшийся путь между ними и врагами, и был прав. Кулак разжался, Анна опустила голову, прикрыла глаза. — Ха… ты молодец.       Наёмница отошла, села прямо на землю. Тело от мощной встряски и адреналина продолжало мелко дрожать.       Эшли согнулась в приступе кашля, гортанного, надрывного, кровавого. Все моментально переключили внимание на неё. Сера забеспокоился, Анна поняла это по смягчившемуся тону и смене его обычной игривости на профессиональную серьёзность. Недовольно поморщилась. Какое ему дело до этих людей? Что за акт милосердия? Девчонка заражена и рано или поздно превратится в зомбированное чудовище, подобное тем, которые на них напали.       — Всё не так страшно. Пока что этого паразита, плагу, ещё возможно удалить хирургическим путём.       Под белой рубашкой на груди левее сердца розовел длинный шрам. Анна удивлённо приподняла брови. Что ещё скрывал этот испанец? Он был заражён, но кто извлёк из него паразита? Неужели сам?       «Обычный учёный? Ага, как же!»       — Ты собираешься им помочь? — наёмница вскочила на ноги, вступая в разговор. — У нас вроде были другие планы.       — Об этом потом. Идём, Ханна.       Недоумённо посмотрев на ожидающего Луиса и не получив ответа, девушка дёрнула плечами, как бы соглашаясь, и вышла под дождь за удаляющимся мужчиной. Она в последний раз обернулась, безмолвно попрощавшись одними глазами с Леоном, и поспешила за Серой.