Set Me Free?

Армия. Ненавистное мною слово с тех пор, как я получила в лоб это заявление на фэсте 22 года. Много мыслей и сомнений, что аж тошно от этого становилось каждый раз, стоило кому-то произнести его, либо наблюдать как мемберы один за одним уходят. Но вот эти заветные слова, что мы ждали не ранее, чем через месяц, произнеслись менеджером Юнги ранним утром летнего дня июня. — Так быстро, — тихо произнесла я, и услышала, как будто эхом отдались эти слова по всему телу. Юнги встал со стула и направился ко мне. Мыслей в этот момент почему-то совсем не было. Я наблюдала за тем, как Мин подошел ко мне и крепко обнял. Наши сердца громыхали в унисон, разрывая грудную клетку в щепки. Юнги прижал мою голову к себе и нежно стал гладить по волосам, шептал какие-то слова, что я не в силах была даже расслышать, ведь еще одно слово и я точно не сдержала бы слез, что так предательски стали подступать. Я понимала, что это мне необходимо поддержать Юнги, а вместо этого, он успокаивал меня. Немного отстранившись, но не покидая нашу зону близости, я смотрела блестящими глазами на того, пытаясь улыбнуться, что получилось не очень хорошо, поскольку Юнги скорчился аля «не верю». — Я не хочу тебя оставлять, — прошептал тот и приблизился к моим губам. Прошёлся совсем невесомо, захватывая нижнюю губу, слегка прикусывая. — Не хочу, блять, как же не хочу! — вдруг стал злиться тот и сильнее сжал меня в своих руках. — Мы справимся, — и сама напористо приблизилась к губам напротив, углубляя поцелуй. Неожиданная новость, стресс, паника, агрессия и злость — несомненно негативные эмоции и ощущения, но наравне с этим, вызывало какое-то дикое возбуждение, словно защитный механизм, который в свое время Фрейд назвал сублимацией. Я не знала, как скоро смогу прикоснуться к Юнги, как скоро услышу его до боли любимый, грубый, с хрипотцой голос, как скоро он сможет обнять и не отпускать меня, и как скоро мы сможем слиться воедино. Наш поцелуй не был таким, как были многие другие. Сейчас он был более спокойный, нежный, растекающийся, что приятные ощущения обволакивали с ног до головы. Я чувствовала легкое покалывание на кончиках пальцев и то как сильно сжимала ткань футболки Мина, испытывая необходимое желание сорвать с него всю одежду незамедлительно. Дыхание у обоих стало сбивчивым, воздуха катастрофически не хватало. Юнги прижимался ко мне всем телом, лаская, обнимая и сжимая в своих руках мое тело, что так охотно отвечало на все его действия. Мин плавно перешел к моей шее, обсыпая ту влажными поцелуями, слегка прикусывая, вызывая новую волну возбуждения и сладости внутри, что, не сдержавшись я издала легкий стон и стиснула зубы. Ноги сводило, и я чувствовала это дикое желание внизу живота, а то, от чего еще больше затуманивался разум, так это взаимное желание Юнги, что отчетливо упиралось мне в живот, слегка совершая толчки. Я стала ощущать, как, в прямом смысле этого слова, потекла. Мин сильнее сжимал мою талию и громко рычал, что мелкая дрожь пробиралась под самую кожу, дотрагиваясь до костей. — Я очень буду скучать по тебе, — с хрипотцой в голосе произнес тот. Мы подняли друг на друга затуманенные и полные желания глаза, а я облизнулась и слегка прикусила нижнюю губу, что сразу же вызвала ответную реакцию парня. Подхватив меня за ягодицы, чтобы я обвила его талию, Мин направился в комнату. Сегодня хотелось совершенно других эмоций и ощущений. Юнги как чувствовал, но все же резко кинул меня на кровать, а сам стал раздеваться: — Я хочу, чтобы ты сама сняла с себя платье, — взгляд словно лиса просканировал меня. Приподнявшись на руках, я стала на колени и расставила чуть шире ноги. Я невесомо провела пальчиками по шее, медленно спускаясь к своей груди, талии, бедрам. Я ловила хищный, томный взгляд Мина, что уже взял свой член в руку и прошёлся несколько раз, размазывая смазку по тому. В ту же секунду, я сорвала с себя платье и слегка приспустила трусики. Мин подлетел ко мне и рывком припечатал спиной к кровати. — А вот с этим я сам справлюсь, — грубо произнес тот, нависая надо мной. Я смотрела в эти сумасшедшие, полные возбуждения глаза и хотела быстрее почувствовать Юнги в себе. Он стянул с меня последнюю вещь и медленно, во всю длину вошёл, заполняя без остатка и вызывая тихий стон. Мин двигался медленно, плавно, целуя и слегка покусывая мою шею. Выгнувшись в спине, я от очередного приятного ощущения, властно схватилась за талию парня, расцарапывая бока и спину. Юнги рыкнул и жестче двинул бедрами, прикусив мою мочку уха чуть сильнее. Эти минуты хотелось продлить как можно дольше, больше, а желательно навсегда. В это время Юнги любил так, что отдавался сполна, как будто хотел показать и прочувствовать всю гамму невероятных эмоций не только самому, но и показать мне, что он ощущал и испытывал. Тот шептал приятные слова мне куда-то в район шеи, ближе к уху в моменте с рычанием и тихими мимолетными стонами. Квартира медленно, но чувственно наполнялась нашими смешанными запахами тел, запахом секса, любви, небольшого отчаяния и грусти. Я лежала на плече парня и подушечками пальцев нежно водила по его бледноватой коже груди. Тот зарылся одной рукой мне в волосы, а второй гладил мою свободную руку. Не сложно догадаться, о чем мы думали в эти минуты, но так боялись произнести вслух. — Надо встретиться со всеми, — произнес парень. Под всеми он понимал семью, в которую так же входили и оставшиеся мемберы. — Конечно, — ответила я и не смогла больше сдерживать слезы, что быстро скатывались по щекам, падая на кожу парня. Тот почувствовал влагу у себя на теле и повернулся, возвысившись надо мной. Он быстро припал к моему лицу, влажно расцеловывал его и слегка мазал губы. — Я люблю тебя, слышишь? Люблю до одури. И я должен идти туда, понимая, что ты будешь в порядке, — произнес тот и снова чмокнул в губы. — А ты будешь в порядке? — с надеждой в голосе спросила я. — К сожалению, нет, малыш, — тот провел своими пальцами по моему лбу, убирая ненужные волосы, — но я буду стараться ради тебя. Настал день икс. Как бы странно не смотрелось и не считалось со стороны, но мы договорились, что я не пойду провожать его. Долго простояв у двери, обнимаясь и целуясь, тот все же вышел, и я медленно закрыла за ним дверь, обещая, что буду жить в его квартире, хотя он всегда твердил, что эта квартира наша. Не знаю, сколько времени я в задумчивости просидела, испепеляя одну какую-то точку. Я все больше и больше погружалась в мир глубоких эмоций и невыразимых чувств. На фоне я слышала, как трещал уведомлениями и даже звонками мой телефон, но сил и желания общаться с кем-либо совсем не было. Несколько дней прошло уже с тех пор, как я последний раз видела его — человека, который взял часть моего сердца с собой. Бесконечные воспоминания и желание навсегда запечатлеть у себя в памяти его чарующие черты лица — то как он улыбается, то как смотрит на меня, то как хмурится, то как его пальцы скользили по моему телу, или то, как он превосходно вкусно готовил нам ужин. Сердце мое переполняло эмоциями, вспоминая наши встречи, словно все это было лишь сон, который я пыталась удержать, но он снова и снова ускользал, оставляя лишь ощущения пустоты. Все это мне напоминало о том, что сейчас мы разделены не только физически, но и душевно. Первые месяцы были самыми тяжелыми. Я мучилась от бессонницы, мало ела и все время пересматривала фотографии и видео с Юнги, как сильно я не хотела забывать его образ у себя в голове. Читая комментарии к посту о зачислении Мин Юнги в армию, я медленно сползала по двери ванной, рыдая. Я не знала, через какое время он сможет связаться со мной, как скоро у него будет увольнение или как скоро он хотя бы напишет пару слов, что с ним все хорошо. Безусловно, менеджер компании связывался с необходимыми людьми и узнавал о самочувствии Мина и тогда тот сразу же передавал мне всю информацию. Становилось легче, но буквально к вечеру, я снова чувствовала неимоверную тоску по нему. Я мечтала о его прикосновениях, о звуке его голоса и ругала себя и его, что не оставил мне хоть какое-то голосовое сообщение. Я желала снова оказаться в его объятьях и раствориться в них. Он был моим утешением, моей опорой. Каждый миг, проведенный рядом с ним, казался бесконечностью. В один вечер, нарезая овощи для ужина, и погрузившись снова в свои мысли, я не сразу сообразила, что мне кто-то звонит. Взяв телефон в руки, те моментом затряслись, и я не могла поверить своим глазам. Телефон перестал вибрировать и через мгновение снова издал входящий звук: — Юнги? — Хэй, малышка, привет! Ты почему так долго отвечаешь? Ты в порядке? Господи, как же я соскучился по тебе. — Юнги, — я не могла и слова вымолвить, только как повторять его имя на репите. — Да, Николь, это я. Твой Юнги, — слышалось на том конце связи. Я не могла сдержать тот поток слез, что резко стал литься из моих глаз. Всхлипывая, я пыталась что-то спросить у него, но взамен Мин стал утешать меня. Спустя минут пять я все же могла взять себя в руки, потому как не могла знать, сколько времени мы можешь говорить, а зря тратить минуты на сопли — не хотелось. — Я очень по тебе скучаю, Юнги. — Я знаю, милая, я тоже бесконечно скучаю и люблю тебя. Пожалуйста, скажи, что ты в порядке? Я промычала в ответ и мы поговорили еще буквально пять минут. Но эти минуты были для меня, как глоток свежего воздуха. Он позвонил, он в порядке, он чувствует себя хорошо, по крайней мере, так мне сказал, и я выдохнула. Действительно, за долгое время я искренне выдохнула и ощутила, как мое сердечко медленно, но наполняется хорошими чувствами и эмоциями. Спустя 10 месяцев. Я чувствовала и знала, что Юнги должен вот-вот вернуться, но как будто специально, что он, что Джин и Хосок, которые уже вернулись из армии, молчали и ничегошеньки не рассказывали, а только хитро улыбались. В последний раз, что пришёлся три месяца назад, Юнги отпустили на пару дней домой. Как оказалось, он заехал на пару часов к родителям и только потом поехал ко мне, зная, что мы не сможем отлипнуть друг от друга, что и произошло. Это несчастно малое отведенное время для встречи, было самым лучшим и необходимым на тот момент. Дни не казались такими хмурыми и несчастными, потому как я знала, что осталось совсем немного, и мы снова будем вместе. Я была действительно удивлена, когда мне позвонил Хосок и пригласил на их свадьбу с Сону. — Я думала ты захочешь всех подождать. — Я ему тоже самое сказала, — вдруг услышала я женский голос и поняла, что те были на громкой связи. — Я и так слишком долго ждал! Свадьбе быть в эти выходные, а с остальными мы встретимся, несомненно. В какой-то степени я согласна с Хоби и прекрасно его понимаю. С Сону они встречались еще до армии, а ждать всех ребят, это еще как минимум полгода надо. О свадьбе особо не распространялись, но и не скрывали. Арми к этому времени уже успокоились окончательно и приняли этот факт. Я стояла у зеркала и поправляла последние штрихи в своем образе и макияже. Джин и менеджеры должны были заехать за мной, чтобы вместе выдвинуться к точке назначения. Я так волновалась, словно это моя свадьба, что решила сделать пару глотков воды, как услышала уведомление на телефоне о том, что меня ждут. Спустившись вниз, я села в черный Hyundai и поздоровалась со всеми, нервно выдавливая улыбку. Церемония проходила в элитном зале отеля. Были приглашены только самые близкие. Я наблюдала за происходящим и мое сердечко трепетало уже не только от волнения, но и от, собственно, самой атмосферы. Я слегка улыбнулась, вспоминая, как наспех делала фотографию для Юнги, с которым в тот момент общалась с помощью сообщений. Чем ближе был день его дембеля, тем реже им давали пользоваться телефонами и когда находилась минутка, Мин сразу же писал мне. Я снова ощутила тоску и жуткую нехватку рядом с собой любимого человека, что слезы резко стали подступать и скапливаться в уголках глаз. И вот настали минуты, когда ребят объявили мужем и женой. Хоби повернулся к залу и лучезарно, как он это умеет, улыбнулся. Тот кинул радостный взгляд на меня? — Я по-настоящему счастлив, — начал тот, но вдруг запнулся, однако многие даже не заметили этого, — я счастлив, что мы открыто можем говорить о своих чувствах благодаря тебе, мой хён! Чон переместил взгляд чуть левее от меня и указал рукой. Я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее, а воздуха катастрофически стало не хватать. Вихрь неоднозначных эмоций раздирал мои внутренности. Волнение, подобное взрывающимся бушующим волнам, заполнило мои мысли, окутав их неуловимым ароматом предвкушения. «Не может быть» Каждая клеточка моего тела пробуждалась к жизни, наполняясь неподдельным восторгом. Я онемела, почувствовав спиной, что ко мне кто-то уже вплотную подошел. Задержав дыхание, я не в силах была даже повернуться. Я смотрела на Хоби, что продолжал улыбаться и заметила его блестящие глаза. Жена Хосока тоже улыбалась во все 32 и кивала мне, чтобы я, наконец, повернулась. Сделав глубокий вдох и, словно в замедленной съемке, я повернулась к неведанному, но очень сильному желанию увидеть того, кого хотела. Мое сердце, кажется, остановилось, замерло и я перестала дышать. Передо мной стоял он. Любовь всей моей жизни. Любовь всех моих страданий, боли и терзаний. Стоял, улыбался и не сводил с меня своих больших и карих глаз. Я не сразу обратила внимания, что тот был все еще в форме. Его губы дрожали. Время как будто остановилось. Я не слышала, как присутствующие ахнули, стали аплодировать, кто-то выкрикивал приятные слова. Юнги вмиг заключил меня в сильные объятья, и я разрыдалась так сильно, что мое тело тряслось словно осиновый лист на ветру. Чувствуя его всем телом, его невероятный запах, я уткнулась тому в шею и не могла поверить, что это действительно произошло. Он действительно сейчас стоял передо мной и прижимал к себе. — Тише, малышка, тише. Я люблю тебя, боже, как сильно я тебя люблю. Я не оставлю тебя больше никогда в жизни. Слышишь меня? Мы создали так много воспоминаний друг с другом и я уверена, что создадим еще больше. Мне так нравится любить тебя, Мин Юнги.