Stray Stories

В какой-то момент мир начинает сходить с ума. Кажется, это самые подходящие слова для происходящего. Как ещё назвать, когда на вашей планете появляется целый новый континент со своим государством, с людьми и, самое главное, с магией. Настоящей магией. Кажется, они настроены дружелюбно, а пока все страны пытаются наладить с ними контакт и преодолеть языковой барьер, самому Хёнджину не о чём заморачиваться. Простым людям ещё не скоро получится узнать, что же там на том континенте, да и не до этого пока. У них всё равно слишком забитое расписание, чтобы отвлекаться на всякое. Сейчас все семеро участников группы заняты подготовкой к новому камбэку. Поэтому последнее, чего они ожидают, это на пути на очередную запись попасть в какую-то белую вспышку? Хёнджин помнит только её. И то, что следом они оказались на какой-то цветущей поляне, недалеко, на спуске с холма, виден город. Но совсем не похожий на те, что можно встретить в Корее. Кажется, в такой ситуации можно только паниковать. Телефоны не работают: ни связи, ни интернета, что-то подсказывает, что электричества они тут тоже не найдут. Их довольно быстро находят. Группа людей из троих человек. Конечно, они их не понимают, но, может, по панике на лицах всех мемберов, понимают, что им нужна помощь. И жестами просят идти за ними. Уж жесты они понимают. Их приводят в какое-то величественное здание на окраине города, который оказывается в целом не очень большим. Там они и видят: магию. Наверное, именно такой пользуются на том новом континенте. Кажется, что они просто каким-то образом телепортировались туда, а значит, что всё не так плохо и им удастся вернуться. Но вот незадача, всё оказывается не так просто. Они используют какую-то магию, чтобы понимать новоприбывших, а те понимали их. И выясняют, что в этом мире всего один континент, а значит они не могли переместиться откуда-то из-за моря. — Вы можете остаться здесь, в нашей гильдии, — предлагает им кто-то из местных магов. Хёнджин смотрит на милейшего мальчишку лет пятнадцати. — И как-нибудь обязательно найдётся способ вам вернуться домой. Выбора у них немного, да? Особенно для тех, кто совсем не разбирается в магии и в том, как можно вот так вот переместиться. Привыкнуть к новой жизни вдали от всего привычного… Сложно. И это мягко сказано. Можно сказать, что здесь нет никакого смысла в том, чем они занимались раньше и что умеют: сложно писать ту же музыку, не имея оборудования, а для хореографий подобного рода как будто слишком рано, не поймут люди. Приходится искать новые пути, сидеть на шее у гильдии вечно всё равно не получится. Хёнджин один из первых в своей группе пробует научиться магии. Раз уж они в гильдии, примеров того, как магия даёт работу, а впоследствии и хорошие деньги, множество. Чанбин, лидер группы, скептически относится к его порывам: магия несёт и опасность. Но у них, опять же, не так много выбора. К Хёнджину цепляется тот мальчишка. Он узнаёт, что его зовут Чан. Имя подозрительно похоже на корейское, но Хёнджин старается не думать об этом: мало ли, созвучно просто. Чан тоже маг, хоть ещё и достаточно начинающий, но он прекрасно объясняет азы. Хёнджин и не думал, что у него правда получиться. — Почему ты сомневался? — спрашивает Чан. — Я же не маг, в нашем мире вообще нет магии. — А теперь маг. Потому что магия не всегда в человеке с рождения. Магия в воздухе, вопрос лишь в том, можешь ли ты её принять и использовать. Чан учит его основам, но дальше ему приходиться разбираться самому. Всё же Чан, как огненный маг, мало что может подсказать в открывшейся в Хёнджине водной стихии. Иногда на помощь приходят другие члены гильдии, чья магия похожа. Как Хёнджин понял, магия тут хоть и делится по стихиям, но бывает очень разнообразной. Чан проводит с ним много времени. Слишком много для того, кто хочет быть просто другом. Именно Чан ведёт Хёнджина на первое задание, с которым они вдвоём успешно справляются. Мемберам не слишком нравится, что Хёнджин так увлёкся каким-то местным мальчишкой. Не потому что Чан кажется им плохим, нет. Но они же всё ещё планируют вернуться, а Чан останется в этом мире. Ничем хорошим эта история не закончится. Хёнджин и сам это понимает. Его ещё и разница в возрасте смущает: Хёнджин Чана на восемь лет старше. А тот кажется слишком напористым и очевидным в своих намерениях. Кажется, понятия гомофобии в этом мире просто не существует. А Чан смотрит на него с восторгом, с восхищением, у Хёнджина не получается не смущаться от его взглядов и слов. Если бы только Чан был годика на три постарше. — Я бы… Я бы хотел, чтобы вы смогли вернуться домой, — говорит ему Чан однажды. Хёнджин удивлённо вскидывает брови. Ему казалось, что Чан бы хотел, чтобы сам Хёнджин остался с ним. — И чтобы я мог пойти с вами, — добавляет Чан. — Что… Но Чан-а… — Обращение, казавшееся Чану в начале непривычным, но после ставшее очень даже по нраву. Звучит очень ласково. — Это же твой дом. Тут твои друзья, твоя семья, я бы не хотел, чтобы ты лишился всего. — Здесь у меня ничего нет, — отвечает Чан. — Гильдия, конечно, как вторая семья, я рад, что попал к ним, и благодарен за спасение. Но это всё. Моей семьи тут нет. Этот мир мне не родной. — Ох… Но уверен ли ты, что мы пришли из того же мира, что и ты? — Нет. Но это не важно. Так я смогу остаться с тобой. Желанию Чана не суждено было сбыться. Хёнджин чувствует, что что-то не так спустя несколько дней после этого разговора. Он вместе с Чаном и мемберами группы обсуждали, как им быть дальше в этом мире. По просьбе Чана, Хёнджин никому не рассказывал, что тот также однажды попал в этот мир. Немного неутешительно. Чан в этом мире уже восемь лет, так и не смог попасть домой. Но с ними что-то происходит. Белая вспышка, затягивающая в себя. Хёнджин пытается схватить Чана за руку, но ладонь соскальзывает. Они снова оказываются в своем мире, где ни минуты не прошло. Вернулись в тот момент, когда пропали. Можно было бы подумать, что это просто сон, но не мог же одинаковый сон быть у всех семерых? Хёнджин с удивлением обнаруживает, что его магия осталась при нём, хоть и намного слабее, чем была. Видимо, в их мире пока недостаточно магии в воздухе. Как и у остальных мемберов, им всем пришлось научиться. — Может, встретитесь ещё, — успокаивает Чанбин. — Если… это всё же тот континент, где мы были, может там не так много времени прошло? И вы встретитесь, и Чан этот твой старше уже будет, и все счастливы. Хёнджин только грустно кивает. Было бы хорошо, но теперь уже верится слабо.

***

Проходит немного больше года. Все воспоминания о том перемещении слишком хорошо сохранились в голове. Иногда Хёнджин думает, что лучше бы забыл. Он пытается найти в их мире Чана, но никого даже близко похожего не находит. Наконец, появляется шанс. За это время с новым континентом устанавливают всякие дипломатические отношения и прочее. Хёнджин не вдаётся в подробности. Всё, что его волнует, это появившаяся возможность попасть туда. Как туристам, конечно. В один из отпусков они действительно летят туда. Всей группой. Как бы Хёнджину не казалось, что мемберы ко всему происходящему относились со скепсисом, когда они были в гильдии, оказывается, что им тоже интересно узнать, тот ли это континент, действительно ли они попали в одну из гильдий этой империи, что случилось с теми магами? Всё же, они спасли их в тот момент. Это оказывается тот самый континент, та империя. К сожалению, туристов постоянно держат под контролем, просто чтобы не потерялись случайно в незнакомом государстве с незнакомыми правилами и множеством своих нюансов. Но несколько свободных дней у них всё же есть. Радует, что тут можно ходить открыто: шанс, что на улице их узнают совсем мизерный. В один из таких дней они выбираются из столицы. Предварительно согласовав отъезд в другой город. Тот, где они когда-то жили, название не изменилось. Им отправляют сопровождающего, но позволяют уехать туда. Кажется, тот город тоже входит в список для туристов, поэтому вопросов не возникает. Всё потому что там расположен музей той гильдии, что их приняла. Оказывается, самой гильдии уже не существует. Это не может не расстраивать. Надежда в Хёнджине угасает. Как и осознание того факта, какой в империи год. Двести десять лет прошло с того момента, когда они были там. Прибыв в город, им разрешают прогуляться самим. Город всё ещё небольшой, а у них есть специальное устройство, работающее на магии и позволяющее их сопровождающему знать, где они, а так же позвать его на помощь в случае непредвиденной ситуации. Кажется, именно в этом городе ничего не изменилось. Какая-то туристическая брошюра, переведённая на несколько языков, говорит, что после роспуска гильдии, из-за которой город был популярен, он начал угасать. Сейчас музей гильдии — главная достопримечательность, благодаря которой город существует. Они находят тот холм, где были. Сейчас большую его часть занимает кладбище. Не самое подходящее место для туристических прогулок. На плитах ещё читаемы имена. Страшно видеть множество знакомых, тех магов, что когда-то их приютили. Все они давно уже мертвы. Судя по датам, кто-то умер совсем молодым — напоминание, что жизнь мага нередко подвергалась угрозе на заданиях — кто-то в глубокой старости. Хёнджин панически пытается найти имя Чана. Не находит. Но радости в этом мало: тот мог просто уйти из гильдии, он говорил, что его в ней мало держит. Или всё же вернулся в родной мир, совсем другой, не связанный с ними. Значит, Хёнджин никак не сможет с ним встретиться. Даже такой шанс отобрали. Неприятности в этот день сами находят их. Какая-то бандитская шайка, намеренная ограбить чужеземцев. Самый момент вызвать их сопровождающего через то устройство, но никто не спешит бить тревогу. Магия на этом континенте чувствуется намного лучше. А такое вероломное нападение на них обращает отчаяние Хёнджина в ярость. Самое время вспомнить всё, чему его учили в гильдии. И не только его. Отбиваться от нападения с помощью магии кажется таким странным и непривычным, учитывая, что в этом мире они всё ещё айдолы популярной группы. — Древняя магия? Так даже интереснее, — ухмыляется кто-то из нападающих, когда видит, что все семеро готовы к атаке. Хёнджин прекрасно слышит и понимает его благодаря особому магическому переводчику в ухе. Он не знал, что их магия сейчас считается древней. Хотя, двести десять лет не такой большой срок, чтобы называть что-то древним. Но он видел, что волшебство, использовавшееся при них, отличается. — Поживиться вашей магией даже лучше, вытащить её из тел и продать. Я знаю парочку людей, готовы отвалить за такое огромные суммы, — это он говорит уже больше своим сообщникам, чем им. Напасть в полную силу они не успевают. Хёнджин столбенеет, когда слышит голос позади: — Сначала придётся иметь дело со мной. Раз так хотелось древней магии, что ж вы ко мне не пришли. Огненный шторм окружает всех грабителей, заставляя тех кричать от боли, а после превращается в толстые чёрные цепи, что раскаляются, стоит только попытаться вырваться. А голос… Такой другой и такой знакомый одновременно. Хёнджин оборачивается и смотрит. Не верит своим глазам. Другой. Не милый мальчишка, а красивый и привлекательный мужчина. Но это он. Хёнджин уверен. — Вот и встретились вновь, Хёнджин, — первым говорит Чан. — Чан… Но как… Как это возможно? — Это долгая история. Не здесь, лишние свидетели. — Он указывает на грабителей. — Возвращайтесь к себе, я закончу тут. — Хёнджин не возражает. У него и возможности нет: Чан порталом перемещает их прямо к дому, где их поселили. — Твой потенциальный парень нашёл тебя не только в другом времени, но и в другом мире, — подкалывает его Чанбин. Хёнджин чувствует себя словно в прострации. — Не понимаю, пугает меня это или восхищает. — Я и сам не понимаю. — бормочет Хёнджин. Произошедшее кажется какой-то сладкой иллюзией. Спустя несколько часов Чан приходит к ним. Это, почему-то, пугает их сопровождающего. Тот склоняется в поклоне, приветствуя: — Господин Регул, что привело вас сюда? — Личные дела, — сухо отвечает ему Чан. Хёнджину такое обращение кажется странным, пока он не вспоминает: Чан когда-то называл ему эту фамилию, говоря, что в обычной жизни не использует её, это фамилия приютившего его человека, подходящая этому миру больше, чем его реальная. Видимо, теперь использует. И, судя по реакции сопровождающего, он не последний человек в империи. Прежде разговоров с остальными участниками группы, Чан уходит с Хёнджином в его комнату. Именно с ним он собирается говорить в первую очередь. — Как? — спрашивает его Хёнджин, как только дверь за ними запирается. — Я не нравлюсь богу смерти, он не хочет видеть меня в своём царстве, — отшучивается Чан. — А ваш мир… Как он оказался у нас? — Это ещё как посмотреть. Для меня ваш мир появился у нас. Два параллельных мира слились в один. — А время? Для нас ни секунды не прошло… — Время странная и необъяснимая вещь, когда мы говорим о параллельных мирах. — Ты много об этом знаешь? — Недостаточно. Не та вещь, которую можно досконально изучить. Только теории. Искал выход. Не нашёл, как видишь. — Ты… Боже мой, Чан-а… — Хёнджин садится на край кровати, пытаясь осознать услышанное. — Как давно я не слышал этого обращения, — улыбается Чан, прикрывая глаза. — Неужели, никто так и не смог называть тебя так же? — спрашивает Хёнджин, грустно улыбаясь. На самом деле, боится услышать, что Чан в отношениях с кем-то. Возможно, уже давно, возможно, в браке. — Мало кто посмеет называть подобным образом сильнейшего мага империи. — признаётся Чан. — Да и некому. — Он ненадолго замолкает. — Я надеюсь, что больше никому и не придётся. Кроме тебя. — В плане? — Ты не уйдёшь от меня в другой мир. Да, на другой континент, но теперь это так незначительно. — Чан опускается на колени рядом с ним, смотрит снизу вверх. Как раньше, когда Хёнджин был его старше и выше. А теперь старше Чан. И выше тоже Чан. И сильнее. Намного сильнее, чем раньше. Хёнджин хоть и новичок в магии, но чувствует, насколько его магическая сила превосходит его, да и физическая, наверняка, тоже, если судить по мышцам. — Хочу снова узнать тебя, — говорит Чан. — Узнать настоящего тебя, не зажатого в тисках незнакомого мира и обстоятельств. Твою жизнь в этом мире, настоящие увлечения и интересы, что любишь и не любишь, — горячо шепчет он. — Хочу показать тебе эту часть мира, такой, какой она стала, весь наш континент со всеми его чудесами, если ты позволишь. — Чан, я… — у Хёнджина дыхание перехватывает. Он смотрит Чану в глаза и видит в них того же Чана, совсем юного мага, влюбившегося в попаданца из другого мира. Это тот же его Чан. — Я бы очень хотел. Чан улыбается ему. Поднимается. Хёнджин чувствует его ладонь на своей щеке. Нежное прикосновение. — Позволишь? — спрашивает он, приближаясь. — Сейчас я, надеюсь, уже не мал для тебя? Хёнджин смущённо улыбается от одних слов, вспоминая, о чём говорит Чан. Когда он попытался его поцеловать в прошлый раз, Хёнджин Чана оттолкнул, не позволил, сказал, что Чан ещё мал. Тогда Чану было пятнадцать. А сейчас… Хёнджину даже страшно считать. Двести двадцать пять лет. — Позволю, — наконец отвечает он. Чан наконец его целует.