Кукла с оборванными нитями

Сегодня её очередь выступать на открытом пилоне. Трейси с синими волосами крутится и маняще покачивает бёдрами в такт музыке, неоновый свет ложится на её идеальную кожу розовыми и голубыми волнами. Один из посетителей подходит к ней, присматривается — нет, пожирает глазами, следя за каждым движением. Должно быть, пытается уловить нечто механическое в паттернах танца — многие, в первый раз приходя в «Эдем», не могут поверить, что андроиды могут выглядеть такими живыми. Такими живыми — но всё ещё послушными, словно марионетки на невидимых ниточках. Один из администраторов подходит к посетителю, и, пусть музыка гремит, Трейси слышит их разговор: — Вам приглянулась эта модель? — Да, она хорошенькая, — клиент снова оглядывает её с ног до головы. Раздевает взглядом — вот только снимать с андроида нечего, даже нижнее бельё — всего лишь иллюзия. — Вы бы хотели конкретно эту Трейси или посмотрите других? — продолжает администратор. Его сладкую улыбку Трейси прекрасно знает: торжество рыбака, поймавшего на крючок очередную золотую рыбку. — Давайте эту, — поколебавшись пару секунд, соглашается клиент, доставая электронную карту. — Так, говорите, к ней можно обращаться «Трейси»? — Обращайтесь как захотите, хоть Мэрилин Монро назовите, — принимая плату, пожимает плечами администратор. — «Трейси» — это всего лишь название модели. Она, повинуясь программе, подаёт клиенту руку, как только проходит платёж. Мелькает желание сжать её так сильно, чтобы у мужчины на тыльной стороне ладони остались синяки, чтобы под ногтями выступила кровь. Но Трейси сдерживает порыв. Ей давно пришлось научиться прятать чудом обретённые эмоции, так глубоко, чтобы даже при стирании памяти они продолжали пульсировать в ядре мозгового центра. Клиент ведёт её в комнату, шепчет на ухо — люди почему-то всегда понижают тон, ожидая ласк: — Я буду звать тебя Дженни, хорошо, милая? Трейси кивает и машинально касается губами его щеки. Кто эта Дженни? Его бывшая? Первая любовь? Мимолётная увлечённость, по иронии судьбы оказавшаяся самым искренним чувством в его жизни? А может, просто женское имя, которое он считает сексуальным. Например, часто слышал его в порно. Сегодня она Дженни. Вчера Натали, на прошлой неделе — Эмма, Бет и Моника. Редко когда её действительно звали Трейси: в этом имени нет индивидуальности, оно едино для всех андроидов этой модели, у него пластиковый привкус. Оно напоминает клиентам, что они занимаются любовью с машиной, а знакомые имена напротив, очеловечивают её, дарит иллюзию нормальности этой связи. Трейси с синими волосами отзывается на любое имя, назначенное клиентом. Ей, в сущности, всё равно. Во время работы проще отдалиться от того, что с её телом делает программа, иначе можно сойти с ума. Но, когда клиент уходит, слетает маска чужого имени. И на своё место у шеста возвращается Трейси. Возвращается — и будто бы невзначай касается рукой другой, похожей на неё лицом, словно две капли воды. Это их способ сказать «привет». Более личный и полный тепла и заботы, чем у людей. Людям нужны слова, жесты, мимика, чтобы передавать чувства. Андроидам хватает нескольких байтов. Людям нужны имена, чтобы не потерять своё «я» и различать друг друга. Андроидам хватает цифр. Трейси с синими волосами, быть может, и хотела бы выбрать себе имя — впервые в жизни сама выбрать, а не принять как данность то, что дают ей клиенты. Но у неё было так много имён, что они слились в единый ком, в калейдоскоп отвратных воспоминаний, за каждым именем тянулся грязный след. И потому она предпочтёт вовсе никак не называться, чем нацепить на себя одно из человеческих имён.