Наша тайна

«Вы мне ненавистны, — именно тем, что я так много вам позволила, и еще ненавистнее тем, что так мне нужны.»

Фёдор Михайлович Достоевский

«Игрок»

Утро было не таким добрым, каким его себе представляла Лиза. Сначала неожиданное объявление переговоров с Фатуи, потом встреча с человеком, которого она надеялась не встречать никогда. По крайне мере надеялась на это. Стоило красным глазам взглянуть на неё, как страх начал переполнять всё тело женщины. Она чувствовала, что вся коченеет от неощущаемого холода. Он был всё таким же, как и во времена обучения в Академии, но только внешне. Внутренне для неё от Зандика ничего не осталось в этом мужчине. Он сгнил под корню, пытаясь скрыть это от окружающих людей, которые даже не догадывались о тех ужасах, которые Дотторе проводил на досуге. Теперь же мужчина, будто страшный сон явился в её жизнь, разбивая все надежды забыть его и защитить свою дочь от её сумасшедшего отца. — Мама? — она вернулась в реальность, стоило её дочери позвать её. — Можно ли мне почитать в библиотеки? — попросила Агата, всё ещё смотря на неё своими кроваво красными глазами. Зелённое платье девочки немного загрязнилось, видимо из-за догонялок с Фишль. Русые волосы разлохматились, а слегка мокрые руки сжимали её руку и «Маленького принца». В глазах плескался интерес, на который ведьма лишь кивнула в знак согласия, слегка улыбаясь. — Спасибо, мам, — крикнула девочка, направляясь в сторону библиотеки, пока женщина возвращалась в зал переговоров.

***

— Мы рассмотрим ваше предложение о сотрудничестве, Иль Дотторе, — произнесла Джинн, когда Лиза вошла в кабинет, в котором уже всё подходило к концу, что не могло не радовать. Мужчина улыбнулся, обнажая ряд острых зубов, которые сам подточил подобным образом для большего устрашения окружающих. Ворот шубы прикрывал нижний ряд зубов, но это не позволяло чувству страха уходить на задний план. Он поднялся со своего места, поблагодарив за приятную встречу и проходя мимо Лизы, прошептал: — Приятно видеть старых знакомых, которые уже обзавелись детьми, — ирония так и сочилась в его голосе. Глаза ведьмы расширились, что краем глаза увидел Предвестник, усмехнувшись такому поведению лучшей ученицы Академии Сумеру. Ему казалось, что она изменилась, стала жёстче, но доброта все также была присуще Минчи. И он бы соврал, если бы сказал, что его это не притягивало. Как только дверь закрылась, все вздохнули с облегчением, утирая пот со лба. Кэйа посмотрел на Лизу, которая готова была вот-вот упасть в обморок, но он вовремя оказался рядом. Сильные руки подхватили женщину, уложив на диван, находившийся в комнате. Джинн попросила Кэйу принести воды, пока сама приводила в чувства Минчи, но на это не потребовалось много времени. — Ты в порядке? — спросила Джинн, пытаясь помочь своей подруге, чем только сможет. — Тебе уже легче? — вопросы сыпались одни за другим. — Он отец Агаты, — произнесла Лиза, обхватывая колени руками, и утыкаясь в них лицом, чтобы спрятаться от всего мира. Гуннхильд поглаживает её по спине, пытаясь переварить полученную информацию. Она и не догадывалась насколько влипла её подруга. Когда Минчи только призналась ей в том, что беременна, она подумала, что истерика девушки лишь из-за гормонов. Но теперь зная, кто отец маленькой девочки, она понимала опасения Лизы, и побег из Академии. — Он знает о ребёнке? — спросила девушка, мысленно молясь, чтобы подруга не говорила ничего сумасшедшему Предвестнику, который мог сделать с девочкой все, что ему в голову взбредёт. — Нет, и не узнает, — ответила Лиза, потихоньку приходя в себя. — По крайне мере я постараюсь сделать всё для этого. — Как ты с ним сошлась? — спросила Джинн, стараясь заполнить пробелы в этой запутанной истории, чтобы неожиданные факты не вступали в силу. — Это долгая история, — начинает Минчи. — Мы учились в одной Академии. Он — еретик, который проводил свои ужасные эксперименты, а я — лучшая ученица. Мы сошлись в споре о ценности человеческой жизни. Тогда я ещё пыталась его понять и принять, потому что была влюблена, — одинокая слеза стекает по её лицу. — Позже мы решили начать встречаться, но это не продлилось слишком долго, так как мудрецы выяснили, что вытворял Дотторе за их спиной. Тогда же я узнала о своей беременности, — она выдыхает, восстанавливая самообладание. — Я не могла остаться в Академии, ещё и с ребёнком от человека, которого изгнали с позором. Никто, кроме моего приятеля — Сайно, так и не выяснил настоящую причину моего отъезда из такого престижного заведения, — Лиза с горечью улыбнулась. — Я не могла признаться Дотторе в том, что это его ребёнок, так как уже не была уверена в нём. — Ты рассказывала Агате о её отце, хоть что-нибудь? — уточнила Джинн, переваривая всю историю от начала до конца, и корит себя за то, что не настояла на том, чтобы Минчи всё рассказала с самого начала. Может тогда бы её подруга не устраивала самой себе самобичевание, пытаясь всячески отгородить свою дочь от жестокого мира. — Только то, что он находиться очень далеко, — с горечью произнесла Лиза, усмехнувшись над своими словами. — Хотя эта была чистейшая правда, ровно до того момента, как он не явился в Мондштат. — Постарайся не рассказывать ему ничего об Агате, пока он не уедет из города. И отдохни, хотя бы чуть-чуть, — Джинн, сжимает руку своей подруги легко, чтобы привлечь к себе внимание. — Создается ощущение, будто ты пытаешься излечить душевные травмы работой, которая просто тебя убьёт. — Это не ощущение, — грустная улыбка мелькает на лице библиотекарши, прежде чем она в ответ сжимает руки Джинн. — Спасибо тебе. Ты моя лучшая подруга, — признается Лиза, слегка краснея. — Я всегда буду на твоей стороне Лиза, даже если мир отвернётся от тебя, — с улыбкой произнесла Джинн, услышав, как дверь раскрылась, впуская запыхавшегося капитана кавалерии. — Ты в порядке? — спросил взволнованный, но счастливый Кэйа. Он протянул ей бутылку с водой, получая кивок от ведьмы. — Практически в полном, — отвечает ведьма. — Спасибо за заботу, — улыбка мелькает на её лице. — Всё для тебя, красавица, — Кэйа подмигивает её, когда они все начинают смеяться, пытаясь сгладить недавнюю ситуацию.

***

Для Лизы перебирать книги было подобно терапии. Цветные корешки и пожелтевшие от времени страницы добавляли определенный шарм библиотеки. Новые книги и отчеты расположились на её столе, пока она разбирала всё остальное. Агата ходила между стеллажей, выискивая интересное название, чтобы начать прочтение ещё одной книги. Всё-таки найдя интересную книгу, она уселась за дальний столик, который был скрыт безграничными полками книг, для более комфортного чтения. В это время Минчи перебирала ещё одну из многочисленных коробок, пока не почувствовала руки на своей талии. Сначала ей показалось, что это капитан кавалерии, который частенько заглядывал в библиотеку, как для того чтобы проведать библиотекаршу, так и для чтения интересной книги, но повернувшись она обомлела. Перед ней предстал второй Предвестник собственной персоной. Он скользил одной рукой по её талии, а второй перехватил подбородок, вглядываясь в её глаза из-под своей вороньей маски. На его губах появилась улыбка, и Лиза молилась всем богам, которых знала в том, чтобы он не узнал про её дочь от него. — Ты всё также прекрасна, моя Пурпурная Ведьма, — произнес он, наклоняясь к её губам, чтобы прошептать в них. — Видимо прошло много времени, раз ты успела родить ребёнка. — Тебя это не касается, — резко оборвала она его, чувствуя, как пульс ускоряется и дышать становится сложнее, несмотря на всё-то время, что они провели порознь. — Судя по тому, сколько ей лет, могу судить, что касается, — продолжил Дотторе, будто специально наступая на неё и ещё сильнее прижимая к столу. — Это не твоя дочь, если ты намекаешь на это, — Лиза старается придать своему голосу, как можно больше убедительности. — Ты сделал свой выбор, из-за которого тебя изгнали из академических кругов. А цепляться за тебя я не вижу смысла, Зандик, — она бьёт по больному, старается сделать так, чтобы он её возненавидел. — После тебя я нашла другого мужчину, но он погиб к сожалению, — Минчи практически не соврала, ведь с уходом Зандика из Академии он будто умер для неё, оставаясь горьким воспоминанием и сквозной раной на сердце, которая изредка напоминала о себе. — Ты лжёшь! — мужчина злиться, но произносит это шёпотом, чтобы их никто не услышал. — Ты не могла так быстро кого-то найти. — Я не должна перед тобой оправдываться, Дотторе, — она применяет его прозвище, обрывая нити прошлого, которые их связывали. — Если ты хоть пальцем тронешь мою дочь, я убью тебя, не моргнув глазом, — мужчина чувствует запах озона в воздухе и отходит назад, тем самым открывает ей дорогу, и даёт ей отойти от него. — Я тебе не верю, — Дотторе говорит так отчаянно, что Лиза ловит себя на мысли, что ей его жаль, но тут же себя отряхивает, вспоминая шесть лет их разлуки, когда он даже не интересовался её жизнью. — Я всё узнаю, как бы ты не скрывала это от меня, Лиза, — произнес он, слыша звук бега, и видя, как детские руки обнимают Минчи. Его глаза перемещаются на её лицо, видя улыбку, которая так, и искриться заботой и любовью к девочке, сжимающей её в объятиях. — Увидимся в следующий раз, Иль Дотторе, — произнесла она ласково, чтобы не пугать свою дочь, но её глаза, обращённые к нему, так и искрились фиолетовыми огоньками, готовыми убить его на месте.

***

— Попроси агентов в Сумеру обыскать её знакомых, — отдал приказ Дотторе, сжимая деревянный стол до побеления костяшек. Он должен выяснить, кто является отцом этой девочки. Его интуиция никогда его не обманывала. И сейчас она кричала о том, что Лиза от него что-то скрывает. Всё это время он пытался найти её, но всё было без толку. Она пробралась в его сердца, посеяв там крошки любви, которые сейчас разрослись в огромный кустарник. Дотторе казалось, что любовь вновь захлестнула его, хотя он уже не был студентом в Академии, который, несмотря на свои опыты, верил в это чувство. Ему хотелось докопаться до истины, найти проблески надежды на прежние отношения. Возможно, поэтому ему так важно найти отца этого ребёнка. При мысли о том, что у него может быть дочь, его сердце готово было выпрыгнуть из груди. Он бы сделал все для неё. Для её матери, если бы та его не ненавидела, хотя и было за что. Его фантазия была лишь плодом воображения, пока на руках не было доказательств, поэтому он в очередной раз прикрикнул на своих агентов, для более быстрого и эффективного поиска информации о прошлом Пурпурной Ведьмы.