Ген распространенного человека: белоснежные

IV Коллекционерка Кшилин, центр города Рай, наши дни Утром Бано прислушался к земле, чувствуя теплую вспененную кровь на лице. Он боялся, что эти разъяренные звери снова настигнут его. Целый день он провел в бегах и очнулся ото сна совсем недавно возле бетонной лестницы у спуска к набережной. Ночь на ногах сказывалась усталостью и мучительным голодом. Облака разогнал ледяной ветер, весь город находился в сером пространстве неба. Высокий мост был вдалеке. Он поднялся на ноги и сделал пару шагов вперед, вновь представляя себе мрачных исправников с самым страшным орудием. Мужчина подхватил истрепанную сумку и вооружился ржавым мечом, у которого отсутствовало навершие. На нем был одет водонепроницаемый плащ, вещь отца – надежная и памятная. - Как мы сможем выжить, пап? - Пока ты живой, то сможешь всё исправить себе на пользу, Бано. - Ты же сказал, что наступит момент и мы исчезнем. Когда он наступит? - Тогда я был местным сумасшедшим дядей Пирсом. Бано зажал грязной тканью свой откушенный нос, но боли не почувствовал. Пары зубов он также лишился. Вселенная дала ему в награду не чувствовать. Он облизал черную бороду, красноречиво подумал о своем вороне. Его наколдовала одна ведьма, назвала имя, которое птица слышит с любого уголка света. Было это очень-очень давно. Никогда Бано больше не удастся позвать её. Реальность остается прежней. Как только Бано перестал позволять себя бить, то отцовский интерес к нему пропал насовсем и мальчишка остался жить с сестрой своей покойной матери в маленькой деревне. Его воспитала хорошая добрая женщина, труженица на прядильне. Только вот ему все равно досталась репутация сумасшедшего пучеглазого Пирса, которого нашли на асфальте мертвым. Отек мозга, спился. Пирс якобы знал Совет Двух, говорил про них, распространенных людей и армию монстров в пьяных припадках. Сам Бано редко это слышал дома. Люди в пивной поговаривали, что гости заведения специально собирались послушать его рассказы. Когда Пирс трезвел, его никто не видел. Мужчина двигался из-за всех сил, используя свой вес, пока не запнулся на подрытом граните и не рухнул в грязную воду. Бано показал на себя, слабой рукой сделал жест из указательного, среднего и мизинца и ударил ребра ладони друг об друга, продолжая улыбаться* Он умер в неестественной позе, сжимая сумку под животом. *«Мне нужна помощь». *** Наши дни Слышался шум амуниции, звон оружия. Исправники соблюдали строевой устав и шли колонной по опустевшей дороге вверх. Они могли обрушить стрелы и пули, хлысты, да что угодно на любое живое существо, попавшееся им в комендантский час. Патрулировали они один и тот же рубеж каждый день по три раза: от Урсавских ворот до небольшого теплого бара, где проходили их рабочие обеды. Их называли внутренними войсками Совета Двух: людей и магов. Их вел самый низкий человек в черном берете. - Смирно! – белоснежные безликие исправники выровняли каблуки и поддались телом вперед по струнке. Командующий смотрел на них огромными блеклыми голубыми глазами. – Головные уборы – снять! Золотые кокарды изображали меч и змея, оплетающего его языком. Подбородочный ремешок поблескивал в их руках. - Военную службу проводим совместно с местным самоуправлением, военными объединениями и заседателями Совета Двух. Шифровка из центрального разведывательного управления гласит, что в городе Истна случился бунт, наиболее активные участники разбиты правительственными войсками. Обстоятельства выясняются. Восставшим пошли на уступки, дело переходит в наши руки, в Двилидинг. Погибли сотни людей, причиной тому стали притеснения и непосильные налоги. Часть утопили в реке, большинство застрелили. Остальных били хлыстом, отсекали части тела, клеймили. - Завтра я лично отрублю голову двум этим повстанцам, - сказал Архип, тот в черном берете. - Искандер выслан из Двилидинга. После того, как записали в кроты. Дуэлянт и болтун, - мужчина ухмыльнулся, это был его враг номер два. К исправникам подъехал черный бронированный автомобиль, из него вышла красивая высокая женщина лет тридцати пяти в лисьей шубке. Должна была выглядеть моложе. Поговаривали, что она продала годы жизни самому дъяволу. Всё в ней выглядело внушительно, властно, нетерпимо. Света было крайне много, что было неуютным. Многие исправники забывали дышать. То ли из-за холодного воздуха, который не всасывался в легкие, то ли мышиного страха. Вытащив из огромных карманов кучу пустых патронов, она высыпала их на валежник. Железная леди уже успела намучиться с отчетными бумагами в штабе и была раздражена больше, чем обычно. Вечером к ней пожалует маг из провинции Тристэд обсудить дела насчет финансовых махинаций и Истны. Морон Соло, сынок банкира, долго отправлял ей письма, к тому же она сама просила писать их почаще. Недавно его ранили в сердце, пуля прошла в сантиметре от органа. Морон выжил и стал еще более недоволен своей судьбой. Вторую ночь она провела на ногах из-за бессонницы. Вдали от дома Инга прожила почти двенадцать лет, но к здешнему порядку давно привыкла и чувствовала себя как рыба в воде. Ей хотелось сорваться и разорвать их всех на мелкие кусочки, а не расставлять ловушки, не плести утомительную паутину, делать людей ненужными. Конечно, все обстоит намного сложнее. Сопровождающий её двуногий черный пес с человеческой мордой, увидев разрешение подошел под руку, вероятно, невольно виляя хвостом. Потом заторопился и слизнул с женской туфли капельки грязи. - Я упоминала, что мне нужна была кое-какая вещь, полученная при истреблении того поганца. - Ваши предположения оказались верны, госпожа, - пробасил Архип, сцепив руки за спиной. - Как и любой увлеченный человек, - уголки тонких губ женщина дрогнули. – А теперь я возьму то, за чем приехала. Ей вручили сумку. Усатый кивнул и пересчитал толстую пачку свернутых бумажек. Никто не знал, что находится в этой сумке, кроме главного исправника и Чори. Инга закрыла и почти сразу открыла глаза. В них снова стало темно. - Мадам очень щедра, - улыбнулся Чори и опасливо глянул на носовую часть строя, на Архипа, но тот подобно айсбергу вмерз в твердь. – Тот преступник мертв и уже уплыл очень далеко. Защищал своей жизнью какие-то железяки! Однако зачем г-же Инге весь этот антимагический хлам? - он ухватился за полы униформы потными ладонями. - Занятные вещицы, - её голос обволакивал, она осторожно заглянула внутрь. – Нам нужно с уважением относиться к прошлому. И это не железяки, а часы. Их придумали люди, мало, кто об этом скажет. - Ты не достоин мозгов, - рыкнул на ухо Чори Архип и сильным кулаком ударил товарища в грудь. Инга попросила, чтобы Архип сопровождал её до больницы на золотом коренастом мустанге – её магия сегодня обрела невероятную форму. Женщина старалась подумать о чем-нибудь из далекого прошлого. Нужен морфин. Шепчущий голос убийцы в голове умолк. В какой реальности находится человек? Почему ничего не понятно. В лаборатории нужны новые механизмы складывания, металлические редукторы. Совсем забыла. Ей нужно на завод, а не к доктору Тимашевой. - Поворачивай, - она знала, что побледнела. – Едем в сталелитейный завод «Двилидсталь». - Но, мадам, важнее всего сейчас ваше здоровье. Водитель посмотрел в зеркала заднего вида и увидел уже троих светящихся мустангов, бегущих следом. - Обезопась себя. Не хочу, чтобы ты потом уехал за границу к матери и начал работать на себя. С переломанным лицом. Для тебя реально спастись, подумай об этом Джеймс. Пока ты со мной, я тебе обещаю. - Я забыл, как вы говорили, свои гормональные всплески. Может хватит вести себя так инфантильно… Как будто вам от этого безопаснее общаться со мной. - Я просто общительный человек. Не принимай близко к сердцу. - Я знаю тебя, Инга. Думаю, что ты чувствуешь больше, чем говоришь. Меня разрывает от твоей боли, я хочу тебе помочь. Инга почувствовала, как через ее тело прошел наисильнейший электрический разряд, Джеймс покраснели начал синеть, но не сопротивлялся. Это простая буря эмоций, истерия, инерция паркинсона – человеческой болезни. Шелковый силок она взяла в руки и выбросила в полуоткрытое окно. Джеймс видел, как она вжалась мокрым корпусом в кресло, набухшие шейные вены пульсировали. Будь он магом, он бы слышал стук её сердца и шум альвеол.