Невинные монстры / Innocent Monsters

Драко Малфой блуждал взглядом по Большому залу во время церемонии распределения, заставляя себя сосредоточиться на настоящем или вообще на чём-либо, а не на воспоминаниях о кровавой бойне, свидетелем которой замок стал всего несколько месяцев назад. Было почти больно смотреть на класс первокурсников — с горящими глазами и полных энтузиазма начать обучение магии, совершенно не подозревая об ужасах, происходивших в этом здании. Не зная о мёртвых, лежавших на полу в этой самой комнате. Не зная о героях и злодеях, сидящих в данный момент за столами четырёх факультетов. Ну, в основном, не зная. Он был довольно известным злодеем, если судить по испуганным взглядам, которые бросали на него первые отсортированные слизеринцы. Драко закатил глаза. Он сидел отдельно от всех за столом своего факультета, изгой, и на самом деле был этому рад. После долгих лет попыток быть похожим на отца и угождать ему, и ещё двух лет пыток и использования, ему было хорошо самому по себе. Никто не подлизывался к нему из-за его имени или богатства, ни на кого не нужно было производить впечатление ради отца, не было никого, кто по-настоящему заботился бы о нём на свой страх и риск. Нет, одиночество вполне устраивало Драко. У него была книга по теории зелий, которую оставил ему Северус, и он намеревался её почитать, во время этого постараться съесть столько, сколько сможет, а потом рухнуть в надёжно защищённую чарами кровать и молиться Мерлину, чтобы кошмары в этот вечер не преследовали его. Он так погрузился в свои размышления, что оказался совершенно не готов, когда напротив него на скамью плюхнулось маленькое тело. Драко вздрогнул и уставился на крошечную первокурсницу, которая лучезарно улыбалась ему. — Привет, я Сэди Перкинс, — поприветствовала девочка и протянула руку через стол. Драко нахмурился. — Первокурсники в том конце стола. Девочка склонила голову набок, окинула его оценивающим взглядом, но её улыбка не дрогнула, ярко выделяясь на фоне смуглой кожи. — Да, я знаю. Но ты тут сидишь совсем один, поэтому я решила присоединиться. И к тому же я познакомлюсь со своими однокурсниками позже в общежитии, а ты старше меня, поэтому можешь рассказать, каково это — быть в Слизерине. Драко возвёл глаза к потолку, пытаясь найти в себе силы. — Да, что ж, возможно, я сижу один по уважительной причине, и тебе стоит довериться тому, что говорят обо мне остальные члены твоего факультета. У неё хватило наглости хихикнуть. — Мне нравится составлять собственное мнение. Затем она потрясла рукой, которую всё ещё держала на весу, и, внутренне выругавшись, используя не менее двенадцати нецензурных слов, Драко пожал её. Они представляли собой воплощение контрастов: маленький и большой, лучезарная улыбка и нахмуренные брови, её сияющая, насыщенно-коричневая кожа против его бледного и болезненного цвета лица. — Итак, каково это, учиться на Слизерине? — спросила она, и Драко вздохнул, накалывая вилкой свой пастуший пирог. — Другие факультеты и бó‎льшая часть преподавателей будут считать тебя злой, но ты должна знать, что иногда они правы. — Он бросил на неё пристальный взгляд, но она намеренно прикидывалась дурочкой. — Мы верны друг другу. Что бы ни говорили, свойственные Слизерину черты: хитрость, верность, амбиции — это не так уж и плохо. Но твоя судьба не предрешена только из-за твоего факультета. И это, друзья мои, максимум откровенности, на которую он был готов. Драко не стал говорить о том, что если бы все не ожидали, что он будет воплощением зла, он, возможно, поверил бы, что может с ним бороться. Может быть, он потрудился бы завязать дружбу, которая раньше показала бы ему ошибочность его пути. Возможно, он не чувствовал бы себя отчуждённым от всех и не пытался бы поэтому самоутвердиться, принижая других. А может, и нет. В конце концов, Драко был сыном своего отца, и Люциус ясно дал понять, чего от него ждут. — Вот она, твоя инсайдерская информация. А теперь топай отсюда. — Он вилкой указал в сторону, где сидели остальные мальки. Вместо этого Сэди снова склонила голову набок — видимо, это была её привычка, которая выглядела нелепо и совсем не очаровательно с двумя маленькими пышными пучками чёрных волос, торчащими на макушке. — Почему они думают, что слизеринцы злые? — спросила она, сморщив нос. Это что, своего рода небесная кара? Чтобы эта маленькая первокурсница узнала, почему Слизерин считается злым факультетом, от него, Пожирателя смерти? Драко драматично вздохнул. — Было две магические войны, и их развязал злой психопат, который утверждал, что является наследником Слизерина, и несколько семей, которые исторически были отсортированы в Слизерин, встали на сторону вышеупомянутого злого психопата. Он узнал термин «психопат» во время суда, и он показался ему вполне подходящим для Тёмного Лорда. — Хм, — нахмурилась она, затем покачала головой. — А что есть из крутого? — Ну, общая гостиная находится под озером, и ты можешь увидеть русалок и рыб. У нас есть удобный доступ к кухне, чтобы перекусить в любой момент, — пожал он плечами. Его терпение было на исходе. Драко прилагал разумные усилия, чтобы не быть жестоким по отношению к змеёнышу, но он устал, у него болел бок, и он буквально чувствовал на себе любопытные взгляды других слизеринцев. — О! Русалки! Как Ариэль? Драко нахмурил брови. — Ээм… да, возможно, одну из них зовут Ариэль. Я не говорю на русалочьем, поэтому не могу тебе сказать. Малышка подпрыгнула на своём месте. — А как насчёт Запретного леса, о котором они говорили? Там есть другие классные волшебные существа? Драко сдержался, но лишь едва, чтобы не стукнуться головой об стол. Несколько раз. — Он запрещён не просто так. В этом чёртовом лесу полно монстров, которые могут тебя съесть, и я не преувеличиваю. На уроках по Уходу за магическими существами ты встретишь много интересных тварей. Которые будет вести этот огромный олух. Хотя теперь вместо его нелепых попыток преподавать Драко видел перед собой картину того, как Хагрид несёт тело Поттера, и чувствовал, как его покидает надежда. Драко встряхнулся. Не стоит зацикливаться на войне, не сейчас. Он едва избежал панической атаки при виде Грейнджер, и если это не выбило его из колеи, то ничто другое в этот вечер не сможет, но всё равно спасибо. — Какой твой любимый предмет? — спросила Сэди, казалось, не подозревая о его затруднительном положении. — Зелья. — Кстати, ты так и не назвал мне своего имени. Ах, она не знала, кто он такой! Что ж, это быстро освободило бы его от этого разговора. — Драко Малфой. Она скривила лицо, рассматривая его в течение долгого времени. — Твои родители конкретно подставили тебя с таким именем, да? Драко едва не выплюнул свой тыквенный сок, когда из его груди вырвался непроизвольный смешок. О, ты даже не представляешь. — Что, думаешь «недобросовестный дракон» мне не подходит? — спросил он, подняв бровь. Она хихикнула. Уф. Они оба вернулись к еде и в основном наслаждались приятным молчанием, которое, как с удивлением отметил Драко, он не совсем ненавидел. Сэди задала ему ещё пару вопросов, на которые он отвечал как можно более язвительно, чтобы она поняла намёк, но она так и не ушла. Когда пир был окончен, он кивнул ей, и она с энтузиазмом помахала в ответ. Драко лгал себе, когда говорил, что будет рад, когда её однокурсники расскажут ей правду о злом Пожирателе смерти с запятнанной репутацией.

***

На следующее утро Драко сердито посмотрел на маленький сгусток энергии по имени Сэди, когда та опустилась на скамейку напротив него. — Доброе утро, Драко! По имени? Серьёзно? Он лишь хмыкнул в ответ. В течение последующих дней он не мог избавиться от своей маленькой тени. Она подходила к нему, чтобы рассказать о своих занятиях, о том, как она нашла себе подругу в Пуффендуе (Драко так и не понял, почему его прилипала не была отсортирована туда сама), и о том, что её больше всего заинтересовало на уроках. Особенно ей нравился Уход за магическими существами, и, что неудивительно, она обожала Хагрида. Она приходила к Драко, с нетерпением рассказывая ему о чертах нюхлеров, единорогов и некоторых существ, о которых она прочитала в своём учебнике. — Я хочу познакомиться с домовым эльфом! — выдала она вместо приветственной реплики однажды утром. — Думаю, я заведу себе карликового пушистика, — сообщила ему на другой день. Время от времени она заставала Драко за другими трапезами, но всегда присоединялась к нему за завтраком. Её проницательные комментарии включали такие жемчужины, как «Ты вампир? Я не знала, что люди могут быть такими бледными», «Ты вообще спишь? У тебя круги под глазами как у енота», и его личный фаворит «Ты выглядишь полумёртвым, Драко, не думал выходить на улицу?». Он проводил на улице как можно больше времени, резко ответил он ей. Таким образом Драко избегал худшего из бесчисленных проклятий, розыгрышей, насмешек и пристальных взглядов. Сообщить об этом было чёртовой ошибкой, так как Сэди стала находить его теперь и на улице. Узнав, что она плохо летает, Драко взялся её учить. Не хотелось бы, чтобы кто-то видел такого неумелого слизеринца. — Вот так, балансируй, задействуй торс. — Он показал жестом на свой, и она кивнула, последовав указаниям, после чего её метла выровнялась и зависла в трёх футах от земли. Сэди засияла. — Я сделала это! — Похоже на то, — ответил он, и его губы против воли дёрнулись вверх. Её лицо немного помрачнело, и она принялась теребить ручку метлы и свой рукав. — Драко, могу я тебя кое о чём спросить? — Разве моё разрешение или его отсутствие когда-либо останавливало тебя раньше? — беззлобно спросил он, и вместо того, чтобы хихикнуть над его ворчливостью, она просто кивнула. — Что такое грязнокровка? Сердце Драко остановилось, а перед глазами всё поплыло. — Где ты услышала это слово? — спросил он ледяным тоном, и Сэди удивлённо подняла на него глаза. ​​— Бёрк всегда называет меня так, и я не могла понять, что это значит… — она запнулась и снова опустила глаза. Драко уставился на неё в ярости и ужасе. В ярости из-за того, что мелкий сопляк посмел расстроить его первогодку, и в ужасе, потому что, Салазар, она маглорожденная? Он был абсолютным идиотом, он недостаточно подготовил её. Неудивительно, что ей нужны были уроки полёта, неудивительно, что она всё ещё искала его общества, потому что несколько её однокурсников, вероятно, считали её кровь нечистой. Это было безумием, что первокурсница привязалась к нему, но гораздо хуже было то, что эта невинная маглорожденная девочка выбрала себе в проводники грёбаного Пожирателя смерти. — Он больше не будет так тебя называть, — процедил Драко, пытаясь подавить свою ярость, но, учитывая то, что Сэди вздрогнула и чуть не свалилась с метлы, ему это не совсем удалось. Сэди выровняла древко, посмотрела на него огромными тёмными глазами и снова спросила: — Что это значит? Он применил Окклюменцию, чтобы унять свой гнев. Наверняка это была чья-то идея искупления, но в кои-то веки Драко готов был заплатить цену. Если он сможет уберечь эту маленькую маглорожденную от того, что благодаря ему пережила Грейнджер, он сделает это, будь проклята неловкость с его стороны и, вероятно, ненависть с её. Более мягко, чем когда-либо прежде, Драко попросил её следовать за ним к камню у озера, чтобы они могли присесть. Она так и сделала. — Есть люди, которые считают, что те, кто происходит из немагических семей, опасны или не достойны своей магии. Они ошибаются, но это слово — оскорбительное прозвище для маглорожденных ведьм и волшебников, подразумевающее, что их кровь нечиста, потому что она магловская, — начал он и посмотрел на Сэди, чтобы убедиться, что она его понимает, на что та кивнула. — Я... прости, я не знал, что ты маглорожденная, иначе рассказал бы тебе более конкретно о войнах, которые упоминал. Помнишь, что я говорил о злом психопате? Сэди снова кивнула. — Его... целью было управление маглами и... Он запнулся. О, Мерлин, мог ли он сказать этому смышлёному чудо-ребёнку, что есть люди, которые пытаются истребить таких, как она? Но она должна была знать. Опасность ещё не совсем миновала. — И... уничтожение маглорожденных, — закончил он, щёки пылали. Салазар, как он раньше мог быть таким отвратительным и глупым? Сначала Сэди смотрела на него в замешательстве, нахмурив брови, но потом её глаза расширились от ужаса, когда она поняла, что он имел в виду. — Значит, Бёрк... он считает, что я должна умереть? — тихо прошептала она, и Драко захотелось вырвать сердце из груди, когда он увидел эти яркие, пытливые глаза, блестящие от слёз. — Наверное, нет, Сэди. Он... молод и глуп. Возможно, он просто повторяет те мерзкие вещи, которые слышал. Но если его не исправлять, то вполне может дойти и до этого, — ответил Малфой так мягко, как только мог, в то время как всё, что он чувствовал, была чистая, неподдельная ненависть к самому себе. Но сейчас не о нём. (Хотя, подумал Драко, это не могло быть не о нём, ведь когда-то давно он был Бёрком, а Грейнджер — Сэди.) — Война в основном разрушила идею о превосходстве чистокровных и о том, что планы Тёмного Лорда могут принести пользу кому бы то ни было, но есть и те, кто цепляется за старые порядки. — Драко? — снова позвала Сэди. Он взглянул на неё. — Что такое Пожиратель смерти? Все мысли, все чувства, всё выветрилось из его головы, когда он смотрел на маленькую Сэди, в её доверчивые глаза и на залитые слезами щёки. — Последователь Тёмного Лорда, — сумел прохрипеть он. Она нахмурила брови. — Тёмный Лорд — это тот злой психопат? Сдавленный смешок попытался вырваться из его груди. — Да. Также известен как Сами-Знаете-Кто и Тот-Кого-Нельзя-Называть. Лорд Волдеморт. — Он проигнорировал то, как сдавило в груди и прервалось его дыхание. — Так он называл себя. — Ребята... пару раз они говорили мне, что ты Пожиратель смерти. — Сэди прикусила губу. Что ж, ну вот и всё. — Они правы, — признал он, возвращая взгляд к озеру. Он не смог бы вынести вида того, как её лицо исказится, как на нём отразится маска ненависти и предательства, он бы не смог. Не сейчас. Драко подготовит себя к этому позже, но не сейчас. — Но... ты не ведёшь себя так, будто ненавидишь меня или хочешь, чтобы я умерла. Я знаю, что это не так, — ответила она, склонив голову набок, когда он снова перевёл на неё взгляд. Вместо ненависти на её лице появилось что-то вроде недоумения. Как будто полученная информация не поддавалась осмыслению. — Я не ненавижу тебя и определённо не хочу, чтобы ты умерла. Бёрк больше никогда не будет использовать это слово, обещаю. — Вот что ему удалось выдать, и он был весьма доволен, что у него это получилось. — Но ты... был Пожирателем смерти? — спросила Сэди, её маленькие хвостики-помпончики всё ещё торчали набок из-за положения головы. Драко вздохнул. Затем расстегнул манжету рукава и закатал его, чтобы она могла видеть его левое предплечье. — Это Тёмная метка, клеймо, которое носили последователи Тёмного Лорда. Теперь, когда он умер, она потускнела, — сказал он ей монотонным голосом. Сэди придвинулась ближе и взяла его руку в свою. Она провела по ней своими маленькими пальчиками, и Драко изо всех сил старался преодолеть стыд, переполнявший его. — Почему на ней повсюду шрамы? — тихо спросила она. Драко отдёрнул руку. — Неважно, — огрызнулся он. — Так ты хотел её, а потом пожалел, или тебя заставили? Он моргнул. — Что? Сэди откинулась назад и посмотрела на него. — Сейчас ты меня не ненавидишь, значит, либо ты никогда не ненавидел и кто-то заставил тебя, либо ты в какой-то момент передумал. Что именно? Драко уставился на неё с открытым ртом. Его сердце колотилось в ушах, а дыхание стало неровным. Никто, даже Визенгамот, даже Поттер и Грейнджер, которые необъяснимым образом свидетельствовали в его защиту, никогда не спрашивали его, был ли у него выбор при получении Метки. Всегда считалось, что он сам попросил её, даже потребовал. Все слышали «ты должен хотеть получить Метку, иначе она убьёт тебя» или прочую подобную чушь, и поэтому никто не задавался вопросом, добровольно ли Драко принял её. Никто не задавался вопросом, что конкретно подразумевает «хотеть» — было ли это согласием, исполненным энтузиазма, или чем-то меньшим? Никто не задумывался о судьбе шестнадцатилетнего подростка, который однажды приехал домой на лето и обнаружил в своем доме монстра, от которого не было ни спасения, ни союзников, ни реальных вариантов. Единственные варианты были следующими: принять Метку или наблюдать за продолжающимися пытками своей матери, прежде чем её убьют. Итак, между вариантом А — рабством у безумца, и вариантом Б, при котором его мать окажется мертва, он хотел вариант А. Если в мифе о желании получить Метку была хоть какая-то правда, то всё, что требовалось, — это отдать чему-то предпочтение, находясь в отчаянии. — Они... они собирались убить мою маму, — наконец смог вымолвить он, голос был напряжённым и тихим. Драко прочистил горло, покачал головой и вернул взгляд к озеру. Он не мог смотреть на этого маленького вундеркинда и успешно окклюдировать сознание. Сэди придвинулась ближе и положила голову на его бицепс, будучи слишком короткой, чтобы достать до плеча. — Это звучит действительно ужасно, — тихо сказала она ему. Он издал звук согласия, все ещё пытаясь рассортировать свои чувства и воспоминания. Пытки, страх и слёзы матери в одну коробку. Его собственные пытки, такие частые и болезненные, — в другую. Все те моменты, когда он боролся со злом, которое совершил, с ужасом и ненавистью к себе и другим — в третью. И, как всегда, крики Грейнджер — в последнюю. — Я не хотел Метку, Сэди. — Это было таким облегчением признать то, что он не мог озвучить или даже подумать об этом, не ожидая при этом смерти. — Но я был абсолютным мудаком в вопросах превосходства крови, я верил в это раньше. Я ненавидел маглорожденных и часто употреблял это слово. Ты должна это знать. Я сожалею об этом, но это так. Сэди задумчиво кивнула. — Ты расскажешь мне? О войне? Это... кажется, я должна об этом знать. Разве не должен был быть комитет или что-то в этом роде, который бы занимался подобными делами? Ну серьёзно. Кто-то, где-то, наверное, очень смеялся, возлагая на Пожирателя смерти ответственность рассказать историю Магических войн первой маглорожденной на Слизерине. Но он сделал это. Он рассказал ей правду. Всю правду.

***

Удивительно, но на следующее утро Сэди плюхнулась на своё обычное место. Драко с трудом удержался, чтобы не нахмурится. — Ты всё ещё здесь? — протянул он, приподняв бровь. Она перестала накладывать яичницу себе в тарелку. — Конечно? — ответила с вопросительной интонацией, как будто было немыслимо, чтобы она завтракала в другом месте, и она не могла понять, почему он спрашивает. Драко на это лишь моргнул. Затем склонил голову, чтобы приступить к собственной яичнице и заодно скрыть стремительно проваливающуюся попытку сдержать ухмылку. — Я слышала, что вчера вечером, пока я была в библиотеке, в общей гостиной случился какой-то переполох, — непринужденно начала она, и Драко почувствовал небольшой прилив гордости от того, как по-слизерински она сформулировала свой вопрос. В ответ он лишь пожал плечами. — Также сегодня утром на тебя направлено слишком много сердитых взглядов. Он махнул рукой. — Ничего нового. Сэди не смогла сдержать широкой улыбки, расплывшейся по её лицу. — Я также получила очень искренние извинения от Бёрка сегодня утром. — В самом деле? Сэди хихикнула и вернулась к своему завтраку, и Драко последовал её примеру.

***

— Ладно, значит, ДРАКОНЫ существуют. Это безумие, ты ведь понимаешь это? — тараторила Сэди, идя вприпрыжку рядом с ним, чтобы поспевать за его длинными шагами. Они направлялись в библиотеку, так как она попросила помочь ей с домашним заданием, а Драко, несмотря на то, что был угрюмым ворчуном, очевидно, питал слабость к своей маленькой протеже. Теперь он мог это признать. И по вечерам она обычно не просила его о помощи, так как училась и проводила время со своими друзьями. Так что он был не против уделить ей часок-другой. Не то чтобы ему было чем заняться. — Они внушают благоговейный трепет, признаю, — согласился он. Драко не мог представить себе мир, в котором он не знал бы о существовании драконов, но даже в этом случае мог признать, что если бы такие великолепные и огромные существа, как драконы, существовали на самом деле, и он бы внезапно об этом узнал, он бы тоже был поражён. — Ты сказал, что твоё имя означает «дракон», верно? Ты видел когда-нибудь их вживую? Он кивнул. Однажды летом мама возила его в заповедник, чтобы он познакомился с детёнышем дракона. — Это так круто! Я тоже хотела бы встретить одного! Они испепеляют тебя на месте или они ручные? Хотя я не знаю, стала бы я гладить прирученного льва, так что, может быть... Когда они завернули за угол, её прервал громкий синхронный «УФ» от Драко и ещё одного человека, когда они столкнулись. Драко схватил руку своей обидчицы, чтобы удержать её от падения или нападения, в зависимости от обстоятельств. Это казалось случайностью, но он не позволил бы никому вымещать на себе чью-то злобу там, где Сэди могла пострадать. — М-Малфой? Ради всего святого. Он вздохнул, встретившись взглядом с шоколадно-карими глазами Грейнджер. — Грейнджер, — протянул Драко, выпрямляясь и помогая ей устоять на ногах. — Подожди… Грейнджер? Ты Гермиона Грейнджер?! — ошеломлённо спросила Сэди, подпрыгивая и хлопая в ладоши. Грейнджер перекинула свои беспорядочные локоны через плечо и настороженно посмотрела на Сэди, а затем слабо улыбнулась. — Эм, да? — Золотая девочка Гриффиндора, маглорожденная принцесса и самая умная ведьма своего поколения Гермиона Грейнджер? — повторила она снова, подпрыгивая ещё энергичнее. — Ну, я не уверена насчёт всех этих титулов, но да, это я, — согласилась она с попыткой улыбнуться, которая больше походила на гримасу, когда она снова взглянула на Драко. Их сумки валялись на полу распахнутыми, и пергамент, книги и чернила рассыпались в разные стороны, поэтому Драко опустился на колени, чтобы собрать их. Ему не нужно было вызывать у Грейнджер какую-либо настороженность, пока Сэди знакомилась со своим новым героем, обожествлённым в сознании девочки с того дня, как он рассказал ей историю войн. — Привет! Меня зовут Сэди Перкинс, я первая маглорожденная на Слизерине, для меня БОЛЬШАЯ честь познакомиться с вами! — почти завизжала она, и он услышал удивлённый смешок Грейнджер. — О, что ж, рада познакомиться, Сэди. Драко сосредоточился на сортировке их вещей и намеренно игнорировал разговор. Через минуту он поднялся с собранными сумками в руках. Мерлин, её была такой тяжёлой, неужели ведьма никогда не слышала о заклинании невесомости? Он бросил невербальное, а затем протянул ей. — Грейнджер. Она повернулась и посмотрела на него. Её кудри всё ещё были дикими, но под тяжестью от длины волос они выглядели скорее привлекательно, чем пугающе. Она немного набрала вес, которого ей так не хватало, когда он видел её в мэноре. Её кожа не была бледной, но слегка загорелой. Грейнджер выглядела здоровой, хотя и такой же измождённой, как и он. Драко попытался быстро запечатлеть её в памяти. Может быть, он сможет заменить образ её искаженного от боли лица на этот, где Грейнджер стала довольно симпатичной, а в её ярких глазах горело скорее любопытство, чем отчаяние. — Эм, спасибо, Малфой… Подожди, ты?.. Но она была бесцеремонно прервана Драко, который стремительно пронёсся мимо неё в библиотеку. Он едва расслышал, как Сэди сказала ей: — Не волнуйся, он просто такой. Мы могли бы как-нибудь встретиться? Драко сейчас помогает мне с домашним заданием по арифмантике...

***

— Вас стало больше, — язвительно прокомментировал Драко, выгибая бровь при виде энергичной маленькой змейки и её банды. Пуффендуйка и когтевранец сжались под его взглядом, а Сэди и другая девочка из Слизерина стояли в замешательстве. Салазар, он становился мягкотелым. — Не только у меня проблемы с полётом! Это Индира, Маркус и Элла. — Она указала по очереди на пуффендуйку, когтевранца и слизеринку, — и я рассказала им, как ты учил меня, после того, как они увидели, насколько лучше у меня стало получаться! — Вы действительно впустили Пожирателей смерти в Хогвартс? — спросила Индира. Драко нахмурился. — Очевидно. — Но как? Я думала, что на замок наложены антиаппарационные чары, — продолжала она, явно становясь смелее. Он проигнорировал, как Сэди шёпотом спросила у Маркуса, что такое антиаппарационные чары. Драко сжал челюсть. — Я починил Исчезательный шкаф, — процедил он. Маркус оживился, услышав эти слова. — Я читал про это! Это действительно хитроумная магия, не так ли? Как тебе это удалось? На этот раз Драко уставился широко раскрытыми глазами на когтевранца, ошеломлённый. — Конечно, хитроумная, — фыркнула Элла. — Он слизеринец, находчивость — одна из наших главных черт. — Крутяк, — пробормотал Маркус. — Сколько времени у тебя ушло на это? — Весь шестой курс, — наконец выдавил он, совершенно сбитый с толку. Маркус кивнул со слишком мудрым видом для такого маленького человека. Он был даже ниже Сэди. — Да, сложная магия, — вот и всё, что он на это сказал. Сэди хлопнула в ладоши. — Ну, а теперь летать!

***

Сэди объявилась в следующий вторник с ярко-жёлтым мохнатым шаром на плече. — Салазар милостивый, что это? Она широко улыбнулась. — Драко, познакомься с Драко, моим новым карликовым пушистиком! Драко моргнул один раз. Два. — Ты... назвала свой нелепый комок пуха в мою честь? Она усмехнулась. — Он такой же упрямый, как и ты! Он чирикает, когда недоволен, но он всё равно такой милый! Сэди пощекотала его... подбородок? Живот? Это просто огромный пушистый шар, у него вообще были части тела? — Ты жестокая, маленькая ведьма, — огрызнулся он. Это полный грёбаный абсурд. — Назови его как-нибудь по-другому. — Не-а, мы уже связаны! Драко застонал и уронил голову на сложенные на столе руки. Он почти не спал прошлой ночью из-за кошмаров, и у него не было сил спорить с ней по этому поводу. Он и так был жалким посмешищем, так что с того? По крайней мере, с течением времени частота мстительных проклятий и тому подобного уменьшилась. Теперь он получал их не чаще раза в неделю, и это было немалым достижением, но взгляды не прекращались. — Почему тебе вообще нравятся эти штуки? — пробормотал он, не поднимая головы. — Они как живые Фёрби! — воодушевилась Сэди, и Драко решил, что если спросит о том, что такое Фёрби, то ничем хорошим это не закончится, поэтому не стал этого делать. Вскоре Элла присоединилась к ним, как это уже стало вполне привычным делом, и взяла со стола апельсин. Она поздоровалась с ними, но обычно за завтраками много не говорила, так как ненавидела утро. Однако после десяти она с лихвой восполняла свою норму слов. — Сегодня утром ты выглядишь особенно похожим на енота, ты хорошо спал? — спросила Сэди, передавая Элле чай. — Неотъемлемая черта злодеев, Сэди, заключается в том, что они плохо спят по ночам, — сказал он ей, подняв голову, чтобы потереть глаза и заставить себя поесть ещё. Сэди нахмурилась. — Ты не злодей, Драко. — Напротив, это чудовищное создание абсолютное зло, ошибка природы. Она невольно рассмеялась. — Ты понял, что я имела в виду, ворчун! Он намазал джем на круассан и поднялся. — Возможно, а возможно, нет, — сказал он ей, отправляясь на Древние Руны. Элла что-то пробормотала ему, вяло помахав рукой.

***

— Так, мне нужно тебе кое-что сказать, но сначала ты должен пообещать не горячиться. Драко настороженно посмотрел на Сэди. Он читал Трансфигурацию на берегу озера, и у него не было сил на то, чтобы «горячиться» или что там означала эта бессмысленная магловская фраза. — Пообещай! Драко закатил глаза. — Я не даю обещаний, которые не собираюсь выполнять. Но сделаю всё возможное, чтобы не делать того, что означает «горячиться». Сэди на мгновение уставилась на него, но потом сдалась. — Ладно. В общем, у меня появился новый друг. — Слава Мерлину, — пробормотал Драко, и она зыркнула на него. — Ты любишь меня и знаешь это. Короче, он не совсем… обычный, и мне нужна твоя помощь, чтобы помочь ему! О чём, во имя Салазара, она говорила? — Хорошо… — осторожно сказал он, выпрямляясь. Она кивнула, затем отступила в сторону, открывая взору очень маленькое эльфоподобное существо, возможно, доходившее ему до колена. Оно почти походило на детёныша домового эльфа, с большими ушами, хотя его голова была немного другой формы, чуть более вытянутая. Вот только... глаза у него были ярко-жёлтыми. У домовых эльфов глаза бывают разных цветов, но не жёлтые. Жёлтый цвет означал... — Салазар милостивый, Сэди, это что, эрклинг?! — почти крикнул он, прижимая её к себе. Маленькое существо взвизгнуло от шума, большие глаза стали ещё шире. — Драко! Ты же обещал не горячиться! — Да к чёрту это, эрклинги едят детей, Сэди! Ради Салазара, ты с ума сошла? — Не-а. — Раздался писклявый голос эрклинга, когда Сэди заверила: — Нет! Реджинальд не собирается меня есть! — РЕДЖИНАЛЬД?! — заорал Драко. Он потянул себя за волосы, а затем быстро оглушил маленькое существо. То с грохотом упало на землю. — ДРАКО! Ты сделал ему больно! — закричала она, пытаясь подбежать к нему, но Малфой крепко держал её. — Я оглушил его, он будет в порядке. С другой стороны, ты не будешь в порядке, когда Реджинальд решит, что ты — чёртов ужин! Сэди топнула ногой, скрестив руки. — Он не решит! Драко мрачно рассмеялся: — О да, решит. Где ты вообще его нашла? — Это не имеет отношения к данной ситуации. — Не имеет отношения, моя двоюродная тётушка Вальбурга! Как раз таки абсолютно имеет! — Он РЕБЁНОК, Драко! Пожалуйста! Драко уставился на Сэди, которая скорчила гримасу и смотрела на него снизу вверх своими большими печальными глазами и с очаровательными маленькими хвостиками. Её нижняя губа была слегка выпячена. — Ты маленькая коварная змея, — пробормотал он. Он видел, как дрогнули её губы, но она сохранила милый, умоляющий вид. — Это ужасная идея, ни в коем случае, — настаивал Драко, несмотря на свою внутренне дрогнувшую волю. Не нужно было показывать ей, насколько эффективным был этот взгляд. Увы, терпение не входило в число достоинств Сэди, и она отбросила притворство и вздохнула. — Но он такой милый, Драко! Он просто ничего не понимает, он бы меня не съел! Его глаза чуть не вылезли из орбит от её наивности. — Эрклинги в буквальном смысле едят детей, Сэди! — Я не ребёнок, — пробормотала она, и Драко многозначительно посмотрел на неё сверху вниз, отчего Сэди слегка съёжилась. — Правда? Сколько в тебе росту, один метр? Она выпрямилась, оскорблённая. — Полтора, спасибо большое! — Неважно. Так где ты нашла эту штуку? — Он не штука, он Реджинальд. «Обвисшая мошонка Салазара», — пробормотал он себе под нос. — Что? — Ничего. Реджинальд должен вернуться туда, откуда пришёл, поэтому ты должна сказать мне, где ты его нашла. — Нет! — она снова топнула ногой. Драко сузил глаза и пристально смотрел на неё до тех пор, пока она немного не успокоилась. — Запретный лес, — наконец уступила Сэди, и Драко пришёл в ярость. — Ты что, хочешь, чтобы тебя убили?! Он запрещён не просто так, Перкинс! Мерлин, после войны там стало гораздо больше монстров, а ты просто пришла и приютила эрклинга, который будет сосать твою руку как леденец, как только оторвет её от твоего трупа? Он и не заметил, что начал расхаживать взад-вперёд, при этом дико жестикулируя руками. Его отец избил бы его до крови за отсутствие самообладания, но Драко не мог заставить себя беспокоиться об этом в данный момент. — К твоему сведению, это точное определение слова «горячиться», — кисло сообщила она ему. — Ну, попытка приютить детёнышей монстров, которые могут тебя съесть, — это поступок, достойный того, чтобы погорячиться, — выплюнул он в ответ. Он снова потянул себя за волосы. — Мерлин, — выругался, затем вздохнул. — Где ты его держишь? — Он любит спать возле загона с фестралами, поэтому я хожу туда его навещать. — Тогда пусть он вернётся туда, когда проснётся, а мы обсудим это внутри, — сказал Драко. Их прогулки на свежем воздухе становились всё менее приятными, поскольку погода в Шотландии становилась всё холоднее, а он намеревался прочитать ей длинную лекцию.