Never believe

— Мидория Изуку. Вот кто предатель ЮЭЙ. Абсолютная тишина, звенящая, как бьющаяся посуда, стояла в комнате. Никто не решался нарушить её, оспорить столь ошибочные доводы. Всемогущий всё ещё был в смятении, такой поворот событий повредил скорость реакции героя. Мозг Яги всё пытался понять, каким образом Незу вообще мог придти к такому странному выводу? И он не будет лгать, мужчина испытывал гнев. Но практика показала, что излишки этой эмоции приводят лишь к проблемам, так что Тошинори также пытался хоть как-никак, но успокоиться. — И с чего такие выводы? — Айзава, укутавшись по привычке в свои ленты захвата по нос, спросил, глядя изподлобья. Всемогущий не такой кретин, как кто-то может подумать. Ты не станешь героем номер один лишь с помощью грубой силы. Так что Яги знает, если Шота прячет своё лицо, значит он испытывает сильные эмоции. Всемогущий хочет верить, что сейчас они отрицательные. Интонация, с которой герой подполья задал свой вопрос, намекала на легкий скептицизм к данной идее. Ямада же знал этого человека лучше чем любой другой, будь он когда-то номер один или нет. Это не просто скептицизм. Это желание защитить своего студента от безосновательных обвинений. Может, Шота не самый милый классный руководитель. А ещё он любитель выпнуть из школы ребят «без потенциала». Но если он взялся за кого-то, то не отпустит, и держать будет мёртвой хваткой до самого конца. — Странно, что куда этот студент бы не пошёл — везде ему на хвост садятся злодеи. И действительно ли вы верите, что Мидория «случайно» столкнулся с Шигараки в торговом центре? Да и потом этот самый Шигараки его не убил, а мирно ушёл во свояси, поболтав? Ну не чудо ли? И самое интересное... Его блокнот. — Погодите, вы же не брали его блокнот без спроса? — возмутился Цементосс, который известен тем, как твёрдо он отстаивает личные границы, свои и чужие. Крысе лишь оставалось усмехнуться такому вопросу: — О, конечно нет. Я всего лишь приблизил изображение с камер, когда Мидория активно писал в нем на перемене. Он стоял так удобно близко к объективу. — Это нарушение частной жизни, директор. Вы уверены, что... — А то, что этот человек продал свою школу злодеям, нарушением частной жизни не является, Цементосс? — Незу поинтересовался, не окрашивая свой голос в какую-либо интонацию. Его глаза-бусинки смотрели куда-то сквозь стену, они были матовыми, как пуговицы. Странно. — Вы не можете утверждать такое, основываясь на столь размытых догадках. Я тоже видел навыки анализа моего ученика, ну и что же из этого следует? У Мидории талант к подобным вещам. Если что-то из того, что он пишет, кажется жестоким, то нужно смириться с тем, что мы не живём в мире радужных пони. Если человек реально хочет улучшиться, ему нужно взглянуть на вещи с реальной точки зрения. Проблемный ребёнок не виноват, что он такой, чёрт возьми, проблемный. Подари ему подкову или что-то в этом роде, раз тебя так беспокоят злодеи, что так и норовят придушить бедного студента при каждом удобном случае. Директор недовольно фыркнул. — Может, у меня и нет пока существенных доказательств, но ты забываешь, Айзава, что я — умнейшее существо в Японии. И сейчас моя интуиция говорит мне, что Изуку Мидория — предатель. Неужели ты считаешь, что я могу ошибаться? Такой безалаберный подход к делу и упование на «интуицию» ни к чему хорошему не приведёт. — Когда речь идёт о том, за кого я ручаюсь, мне не важно, будь ты гений или бог. Сколь не будь ума, закон един — человек невиновен, пока не доказано обратное. — Айзава недоволен, мало того, что его разбудили с утра пораньше, так ещё и директор какие-то кульбиты исполняет. Да что с этой крысой сегодня не так? — Но если я докажу вину, то виновный ответит по всей строгости закона. — недоаргумент не работает и в пол силы. — Незаконные методы добычи информации не считаются. — снова вставил свои пять копеек Цементос. — И признания, полученные под давлением тоже. — вдруг сердито дополнила Полночь, пока остальные отмалчивались в сторонке. Тогда уже не выдержал и Сущий Мик: — Почему мы вообще на серьёзных щах обсуждаем что-то подобное! А ты! — герой голоса повернулся к Яги, обвинительно тыча пальцем— Ты! Всемогущий, почему ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь в защиту маленького слушателя! Только не говори мне, что ты тоже думаешь... Ну нет. Это финиш. Чтобы он и такое подумать об юном Мидории? Это звучит нелепо. — Да ни за что в жизни! Я вообще не вижу смысла в подобном подозрении! Я просто... Не нашелся что сказать. Да и отмахнулись бы от меня, мол, ну-ну, опять Всемогущий и фаворитизм. А я не фаворитист! (Ври больше, Яги, ври больше) Просто это бред! — Удивительно, но Всемогущий перекричал Хизаши. — Нравится вам это или нет, я директор. Верить или не верить — дело ваше. Хотя я бы остерегался этого студента. Он хорош, чтобы вводить в заблуждение своей милой оболочкой. Я буду вести расследование и обязательно найду доказательства свой правоты. — Незу стал серьёзнее, и все могут заметить, что он немного скребёт когтями по столу от напряжения. — На этом обсуждение закрыто, все свободны. Надеюсь все из вас скоро поймут, почему я думаю так, как думаю.

***

База небезызвестной Лиги Злодеев сегодня кишила её членами. Дело шло к полудню, так что тенелюбивый Даби устроился под барной стойкой, ведь так его от окна отделяют кусты алоэ (Удивительно, как они ещё не сдохли здесь. Во истину, удивительное растение). Злодей как раз наливал себе в бокал немного прохладительного напитка, когда вдруг бутылка начала трястись в его руке. Это старые половицы дают о себе знать. Даби повернулся лицом к чёрному ходу, чтобы лицезреть другого человека, что приближался к нему с весьма довольной физиономией: — Всё идёт по плану.