Never believe

Айзава покидал кабинет неохотно, даже через силу, будто что-то тянуло обратно. Однако его рациональная часть понимала: никакие истерики, аргументы и так далее не переубедят директора. Шота никогда не думал, что Незу может действовать настолько нелогично. Возможно, крыса была единственным разумным существом здесь. Так почему же эта глупая идея так въелась той в мозг? Мужчина не удивлëн позицией Яги, который, кстати, так и не покинул помещение до сих пор. И, в кои-то веки, Шота даже рад очевидному фаворитизму Всемогущего. Вот уж кто-кто, а этот человек в такие бредни не поверит, да ещё и без внятных не то что доказательств, а наводок. Каяма и Хизаши тоже его не удивили, в приятном смысле этого слова. Не зря же он все эти годы старался вбить в головы своим друзьям знакомым хоть немного логики. Что Ластику не нравится, так это отсутствие комментариев со стороны других учителей. Ну ладно, Цементосс вставил пару слов. Но что насчëт остальных? Беспокойство начало расцветать внутри. Он надеется, что они не поверили внезапно спятившей крысе. Уже покидая коридоры школы, Шота услышал приближающиеся шаги. Ямада догнал его и положил тому руку на плечо. Айзава обернулся и увидел лицо Мика, изображающее эмоцию, название которой он не знал. — Айзава. — голос был непривычно тихим, но серьëзным. — Что? — с напускным безразличием поинтересовался Шота. — Какой у нас план? План. Вот оно что. Хм, и что Ямада имеет под этим ввиду? Мысли Айзавы не блуждали долго: боковым зрением он заметил мерцание красного огонька камеры, что находилась под потолком. Не подавая виду, мужчина встал к ней спиной, так, чтобы не были видны его руки. — План? Дать Незу понять, что он не прав. Директор поймет, что ошибся, когда не найдет доказательств. — сказал герой подполья в слух, но с помощью языка жестов передал другое послание: «За нами следят, обсудим в другом месте». Хизаши, будучи актёром без оскара, ответил, изобразив вселенскую досаду: — Ну раз уж ты так говоришь... Эх.

***

Айзава осторожно ступал по полу, продвигаясь не спешно. Он являлся временным опекуном Эри, так что та жила в его квартире. В этом была необходимость, ведь ей часто снились кошмары из-за этого выродка Чисаки. За кошмарами следовали вспоески эмоций, а это грозит активацией причуды. Но пока девочка была неподалеку от такого про-героя, как Сотриголова, она не пострадает от силы своего квирка. Сейчас он и сам хотел отправиться на боковую, но ему этого сделать не дал стук в дверь. Гадать о том, кто это, не приходилось. С Миком поговорить сегодня так и не вышло, ведь не успели они покинуть академию, как Ямаде позвонили из агенства. Из того, что расслышал Айзава, у них царит полный хаос по причине непонятного происшествия, виновниками которого была небезизвестная ЛЗ. Значит, Хизаши наконец разобрался со всем этим переполохом и решил заявиться сюда. Стук становился всë громче, так что герой спешно открыл дверь. — Шота, помнишь... Вышеупомянутый скривился, ну конечно, он помнил. — Помню. Только будь по-тише, ты стучал, словно гвозди кулаком забивал. Повезло, что Эри не разбудил. Серьёзно, если из-за тебя она проснëтся, то я это с рук не спущу. Ты знаешь, что бывает, когда я действительно злюсь. — Не зря тебя класс А называет Дадзава, не так ли? — перешëл Мик на шëпот, явно сожалея о том, что забыл о малышке Эри. — Любой бы на моем месте дал бы бедному ребенку немного сна, учитывая как сложно ей иногда даëтся уснуть. Давай уж теперь, проходи, только не шуми сильно. Двое взрослых расположились на кухне, вместо люстры источником света служила небольшая настольная лампа. Атмосфера была довольно напряженной, ведь никто не знал, с чего начать обсуждение. — Есть идеи, что делать с директором? — спросил всë таки Хизаши. — На самом деле, ума не приложу. Как я говорил ранее, возможно, он сам успокоится. Хотя я не уверен, что Незу следил за нами, тем более, когда с ним наедине остался Яги, камера была включена. Крыса вполне может просмотреть всë позже, так что я перестраховался и ответил тебе не только максимально нейтрально, но и правдоподобно. Я надеюсь, что остальные не послушают его. Незу явно не в себе. Говоря об этом, стоит начать искать причины его зацикленности. — На что это ты намекаешь? — Просто так и муха не летает, Заши. За действиями директора есть причина, и поскольку она явно не в том, что Мидория — предатель, значит, есть что-то ещё. Если мы поймëм, что это, то сможем ликвидировать и у Незу не будет больше причин страдать бессмысленными подозрениями. Хизаши такой план действий не очень устраивал. — Это займет много времени. А вот Незу от слов к делу может перейти хоть завтра! И, кстати, он не упомянул, можем ли мы распространяться о произошедшем. Может, как-то использовать этот факт? — Он не говорил напрямую, но это явно подразумевалось. Да и нам не выгодно — дойдëт до реальногт предателя, да тот и передаст всë своей верхушке. Сам он станет лучше скрываться, да постарается подставить Мидорию. Распустить слухи среди студентов и так далее. Никто не должен узнать об этом за пределами преподавательского состава. Вообще. Айзава одарил Хизаши взглядом, который ясно говорил, что лучше нашему болтуну на этот раз попридержать язык за зубами. — Да понял я, понял.

***

Эри была умной девочкой, и та это знала. Она уже умела читать так много иероглифов! Не обошлось без помощи Лемиллиона и Деку, конечно. Спасибо им. Они такие добрые, совсем не злились, когда Эри совершала ошибки! Но у Эри были совершенно глупые, злые сны. Поэтому она тяжело засыпала. А ещё у Эри был очень хороший слух. Вот только благодарить за это восемь заветов смерти она не хочет. Когда девочку держали в заперти в еë комнате, той было совсем скучно. Но за стеной или за парой стен всегда болтали подчиненные Чисаки. Только чтобы услышать их, нужно было сильно постараться. У Эри не было дел, так что ей и оставалось, что пытаться услышить их. Слушать разговоры, пусть даже непонятные ей, было интереснее, чем ничего не делать. Так что когда Сущий Мик пришëл к Айзаве в гости, Эри давно не спала, заслышив стук в дверь. Ей не хотелось беспокоить никого, так что продолжила лежать в постели. Услышав же, что Сотриголова очень разозлится на Хизаши-сан, если она проснëтся, Эри решила вообще не шевелиться: чтобы никто не понял, что она не спит. Только сделать это оказалось совсем не легко, ведь Сотриголова и Хизаши-сан сказали, что директор UA считает Деку предателем. Эри знает, что подслушивать плохо! Но она и не думает о том, чтобы сожалеть. Еë Деку считают предателем! Это так, так нечестно! Он ведь совсем не похож на злодея. Почему директор школы не видит этого?! Малышка уже почти сорвалась с места, чтобы умолять взрослых не верить этим глупым рассказам, но, как было упомянуто ранее, она умная. Если сказано, что знать не должен никто, то и она тем более не должна. Эри еще маленькая, она понимает это. А раз Эри узнала, то она нарушила правило. Эри знает, что бывает за нарушение правил у восьми заветов смерти, но она не знает, что с ней будет здесь. Конечно, все тут герои, они не должны делать ничего слишком плохого, верно? Но всë таки, злить никого не хочется. И Сотриголова и Хизаши-сан, похоже, тоже не верят директору. Так может, они смогут что-нибудь придумать, чтобы помочь Деку? Ей остаëтся надеется, что так и будет. Девочка, когда разговор завершился, снова постаралась погрузиться в сон, но полученные знания не давали ей покоя. Может, кое-что она сделать всë таки будет должна...