Жить не из тревоги, а из любви

Раннее утро было свежим и тихим. Воздух еще не прогрелся, и приятно прохладным ветерком обдувал городские улицы. Ещё простаивала светлеющая тьма, и только тусклое свечение фонарей расплывалось по асфальту, создавая атмосферу уединения. В предчувствии последнего учебного года, старшеклассники нервно ожидали начала учебы. Некоторые из них, несмотря на ранний час, уже были на месте, обсуждая, что ждет их в новом учебном году. Другие же только поднимались с кроватей и спешили в школу, стараясь не опоздать на первый, ознакомительный урок. Новый лицей был огромным и выглядел впечатляюще. Он была построен всего пару лет назад, при престижном университете, и впервые старшеклассники должны были начать занятия в этом здании. Светло-бежевые стены и белые окна создавали ощущение простора и света, а широкий вход с мраморной лестницей придавал зданию выразительность и шик. Учащиеся входили в лицей, ощущая смешение страха и восторга, не зная, что их ждёт.

***

Антон Шастун — восемнадцатилетний юноша, с угрожающе высоким ростом. Хоть он и был душой компании и на его лице часто сверкала ослепляющая улыбка, некая тайна и загадочность окружала этого парня. Много слухов о нём ходило со старой школы, причём не самые приятные. В основном люди делали о нём поспешные выводы, опираясь на его внешность. Он походил на хулигана, хоть таковым и не являлся. Антон учился на отлично, но редко появлялся на занятиях. Учителя понимали положение юноши, поэтому никогда не давили, лишь надеясь, что тяжёлая ноша спадёт с парня и он сможет направить свой жизненный путь в правильное русло. Но никто не ожидал, что посреди 10-го класса Антон начнёт сдавать экзамены в новый дорогой лицей, чтобы в дальнейшем поступить в желанный вуз. А когда заветное письмо с лицея пришло, Антон и вовсе перестал посещать старую школу. Где он был, вы меня спросите? А чёрт его знает.

***

Пока все лицеисты простаивали свои парадные туфли во дворе учебного заведения, Антон неподалёку наблюдал со стороны, смакуя фильтр почти докуренной сигареты. В его голове метались различного рода мысли, обдумывая, зачем он сюда пришёл. Попросту наблюдая за до тошноты вылизанными старшеклассниками, он начал сомневаться, что он вольётся в эту тусовку богатеев. Не каждый человек мог себе позволить обучаться в этом месте, а он по счастливому порядку обстоятельств, поступил с огромной скидкой. Антон поймал себя на мысли, что ему явно будет противно, если учителя будут к нему относится по особенному, только потому что поступил самостоятельно. Или вовсе начнут задирать нос к небу, так как новенький лицеист не приносит денег в зарплату преподавателей. Но почему-то мысли про преподавателей спутались, когда Шастун почувствовал терпкий, сладковатый аромат от парфюма, резко прошедший мимо него. Это казалось странным, ведь даже запах дыма от сигарет не смог перебить этот шлейф. Антон обернулся и увидел, как мимо него прошёл порядочный и опрятный брюнет, несущий с собой небольшой дипломат. Мужчина пролистывал что-то в своём телефоне, умиротворённо улыбаясь. Шастун проводил того взглядом, пока мужчина не скрылся за жилым зданием. И всё же мысли сбились напрочь и только аромат дорогого парфюма стоял перед носом. Единственное, что крутилось в голове теперь: «Все ли богатые мужчины пользуются унисекс духами? »

***

Ладони старались удержать тяжёлую голову, а глаза мучительно слипались от утомления. Антон потерял счёт времени и понимание реальности, но точно знал, что сидит уже чуть больше часа в актовом зале, переполненный старшеклассниками и переглядел уже десяток преподавателей, которые будут весь год мозолить глаза своей идеальностью. После воронежской школы, элитный московский лицей кажется чем-то гиперболизированным. Всё вылизано, чисто, учителя с иголочки одеты, да и сам лицей выглядит мечтой перфекциониста, который ударился в архитектурный модернизм. Шастун задумчиво пялил в пол, пока речь директора монотонно превращалась в белый шум. «Чёрт, кажется, штаны замарал пеплом,» — подумал Антон, заглядывая и пальцем подтирая брюки. Праздничная музыка лилась по всему актовому залу, директор представил очередное фамилию, имя и отчество и девушки с соседних, задних рядов внезапно зашептались между с собой. Антон поднял голову, захотев узнать причину такого интереса среди сверстниц. — Здравствуйте, поступившие лицеисты. Я прекрасно понимаю, вам уже не столь интересно выслушивать очередную речь, насколько этот год будет для вас интересным, увлекательным, тяжёлым и тому подобное, — спокойно, с долей улыбки, проговорил темноволосый мужчина, — Но всё же хотел бы я вас немного приободрить… Антон узнал в этом преподавателе того самого мужчину, которого встретил этим утром: тот же белоснежный костюм с шёлковой рубашкой, густые, тёмные волосы, очки, которые зацеплены за воротник. Хоть и этот мужчина стоит сейчас на сцене с микрофоном, но Шастун вспомнил его запах. Сладкий. Карамельный. Терпкий, слегка с кофейной ноткой. — Философия проста: живите настоящим, стройте планы на будущее, учитесь на своих ошибках, и никогда, ребята, слышите, никогда не переставайте мечтать. Мечты — это те маяки, которые указывают нам путь, даже когда море жизни бурлит и кажется, что все сложно и всплыть невозможно. Антон усмехнулся этой метафоре. Ему казались чересчур шаблонными подобные цитаты, ведь они являлись лишь бессмысленной попыткой успокоить отчаявшегося человека. Но возможно, ему даже нравилась подобная манера. Старшеклассник заметил, как преподаватель оглядывает весь зал, будто бы наслаждаясь вниманием со стороны молодой аудитории. Его все слушают, будто бы внимательно, но кажется совсем не вдумываясь в посыл его слов. Антон сделал такой вывод исходя от того, что слышал позади себя. Взволнованный шёпот окутал его вокруг, и сквозь речь выступающего, он слышал фрагменты бесед девушек и парней, сидящих сзади. Но услышал отчётливо «Арсений Сергеевич». — Так что, дорогие лицеисты, — сказал преподаватель, хлопнув и сложил ладони, — дайте в этом году шанс себе блеснуть! Будьте творцами своей судьбы, идите вперёд с уверенностью и сдайте на отлично русский язык, — улыбнулся, — Я вам в этом помогу, — манерно проговорил Арсений Сергеевич, подмигнув, от чего пол зала заметно по-доброму посмеялись. Антон устало размял шею и откинулся на спинку кресла. Он глазами проводил уходящего к остальному педагогическому составу мужчину. — Он же вылитый участник какого-то бойсбенда, — вслух подумал Антон, сложив руки у груди. — Ты про Попова? — обратилась к Антону девушка с блондинистыми локонами, собранные в хвост. Она сидела рядом с ним и переодически наблюдала за задумчивым, нервным Шастуном. — Кого? — поднял бровь Антон. — Ну, Арсений Сергеевич. Только что выступал. — А, да, мне кажется он слишком молод для учителя старших классов. Такой весь зализанный, будто вот-вот и с него блёстки посыпятся. — Ну а кого ты ожидал на посту главы пед. совета этого учебного заведения? Да и тем более он препод по русскому и литературе. — Ну вот именно поэтому я ожидал кого-то престарелого, — улыбнулся Антон, переводя глаза на затылок Арсения, сидящего вдали на первом ряду. Шелковистые, густые, хорошо уложенные волосы. Сколько времени он потратил этим утром, чтобы они ТАК хорошо легли? Сколько стоят средства, которыми он пользуется? Всегда ли он так прихорашивается? Вопросы задавались в голове Антона, напрягая его. А безымянная девушка, сидевшая рядом, оглянула Антона, тихо хихикнула и обратилась к нему: — Ты ему так в затылке дыру просверлишь, ха-ха. Антон дёрнул головой, вытряхивая все мысли из неё. — Что, ещё раз? — Меня Оксана зовут, говорю, — девушка улыбается Антону, протягивая ему руку. Шастун доброжелательно протянул руку в ответ: — Антон, будем знакомы.

***

После нудного учебного мероприятия, знакомств с новыми преподавателями и небольшими вводными в программу уроков, Шастун, на удивление, не чувствовал себя уставшим. Он уже примерно имел представление о своих одноклассниках, строение всех классов и конечно о том, куда выбегать на перекур, чтобы лишний раз не получать выговор от дежурных. «Осталось примерно 7 минут до классного часа. Думаю, успею выскочить на улицу до начала», — Шастун вытянулся, прихватил рюкзак с подоконника и ускоренным шагом направился к выходу на задний двор. В одном наушнике тихо играл Eminem, поддавая темп парню. Слабо насвистывая, Антон спустился на самый нижний этаж, завернул под лестницу и вышел на задний двор. Тревожность растворилась в желудке, а Антон протяжно выдохнул. Возможно, он не чувствовал себя в своей тарелке в этом лицее, но он точно понимал, что он попал сюда по своей инициативе. Поздно сдавать назад и жить по течению. Парню всю жизнь казалось, что его путь будет идти просто, с лёгкостью, что он будет заниматься творчеством и не переживать о деньгах. Но последние годы сломали его ожидания со звенящим грохотом, когда его отец оставил их семью. Разочарование пролилось на него холодным ливнем, но парень не отчаивался. По-крайне мере, он старался не отчаиваться. Треск зажигалки. Горящая сигарета. Антон прислоняется к стене учебного заведения, возможно, оскверняя его «идеальность». Выдыхая дым, он расслабляется, смотря на персикового цвета небо. Песня в наушниках сменяется на более лирическую, что-то из зарубежного репертуара. Только вот в нынешних обстоятельствах, увы, Антона наедине смогут оставить только на том свете. — Не думал, что второй раз увижу кудрявого курящего парня, только уже в стенах этого лицея, — донёсся голос из-за дверного проёма. Антон вздрогнул, рефлекторно пряча тлеющую сигарету за спину. Он исказил неловкую улыбку, оглядывая мужчину. Снова он. — Ну, чисто фактически, за стенами лицея, — отшутился Антон. На лице Арсения не было видно какой-то негативной эмоции. Ни строгости, ни злости. Он был скорее немного уставшим, и кажется, встреча тет-а-тет с старшеклассником была достаточно желанной. — Извини, конечно, мне придётся тебя огорчить, но всё же курение на территории учебного заведения немного не соответствует хорошей репутации ученика. Это будет подло с моей стороны, если я позволю тебе спокойно губить своё здоровье, пока ты под моим присмотром, — Попов вышел на улицу, прислоняясь к стене ближе к Антону. Он достал из кармана небольшую электронную сигарету красно-бордового цвета, приставив к губам. Антон опешил, немного с непониманием смотря на преподавателя. — А не считаете это немного двуличным? — Отчасти, ибо ты всё равно не перестанешь это делать, — усмехнулся Арсений Сергеевич, краем глаза взглянув на Антона. Антон отвернулся от него. Он выдохнул, уставив своё внимание в небо. Атмосфера наступающей осени окутала их обоих, взъерошив волосы. Солнечные лучи просачивались сквозь садовые деревья, приятно освещая светло-оранжевым цветом весь двор. Присутствие преподавателя напрягало, ибо Антон никак не мог предугадать его действия. Тревожностью отзывалась мысль о том, что молодой человек отведёт в администрацию лицея и новенького сразу же с позором исключат. Было бы грустно и весьма досадно, ведь Антон надеялся всё же на понимание. Будь бы это кто-то из более советского времени, его бы за уши потянули и отчитали. Был бы в этом смысл? Да нет, абсолютно никакого. Ветер снова приятным завитком пронесся через ученика и учителя. Они вдвоём стояли в тишине какое-то время, смотря в небо и прислонившись к стене, пока неловкое молчание не прервал сам Шастун. — Курите? — спросил парень. — Бросаю, — выдержав паузу, ответил мужчина.