Металлический цветок [Цзиншу Хуа]

В душе томящееся чувство одиночества, Развеялось в ночном лесу. А гнев, сменившись милостью кроткой, Разбил доселе обречённый круг. Когда падёт змея от рук своих потомков, Даруя вожделенный столь исход. Страдания, размолотые в сердце, Чернильный след внезапно унесёт. Свободный от обид и огорчений, Он сделал всё, что мог – мечом с кнутом. Опавшие бутоны ненароком, Печаль разрежут металлическим цветком. Dze Air, XXI в.

Устало накрыв лицо рукой, Цзян Чэн сидел на стуле в дальних покоях, где когда-то расположили Ган Айминь. Он чувствовал себя совершенно пустым. Едва закончился Совет Кланов, Цзян Чэн поспешил вернулся в свою рабочую комнату. Срочные вопросы требовали решения, гора отчётов всё росла, да и адептов нужно был скоординировать и раздать указания. Но скоро пред ним предстал Чжо Лей. — Что ж, Глава Ордена, поздравляю Вас, — чуть обиженным тоном начал он. — Полагаю, теперь я могу обращаться к Вам менее официально. — С чего это вдруг? — Поднял на него свой фирменный грозный взгляд Цзян Чэн. — Ну как же, — растерялся заклинатель. — Помолвка! — А, — протянул Цзян Чэн и недобро усмехнулся. — Ну, так, а вы тут причём? — В каком смысле? — Оторопев спросил Глава Ордена Наньян Чжо. — Я не сказал когда, не сказал с кем. Или вы решили, что привезти прекрасных цветов для украшения Пристани Лотоса достаточно? — Ах, ты.. мальчишка! — Наконец-то бессильно выругался он. — Да как ты смеешь! Ты же сам отправил свах! — Глава Ордена Чжо, вы должны быть в курсе, что свахи обходят это место стороной с молитвой на устах. Не будьте наивны. Ваши условности со Старейшиной не стоят и битого ляна. — Вернул ему Цзян Чэн шпильку, пущенную в Зале Познания Меча. — Ты ошибаешься, если я это так оставлю! — Прошипел Чжо Лей, стращая ему пальцем. — Вы хоть дочерей-то спросили? По нраву им муж в ранах и увечьях возвращающийся в ложе спустя неделю походной жизни? Сомневаюсь. Это резиденция клана заклинателей. Здесь кровь чаще, чем пыль. И наш долг – защищать мир людей, а не заключать династические браки. — Слышали бы Вас сейчас родители, что вы вот так подставляете свой Род. Мои дочери потомственные заклинательницы из уважаемого клана! — Чуть не взревел неудавшийся тесть. — Ну а чего Вы ждали от сына Пурпурной Паучихи? — Склонив голову набок, зловеще улыбнулся Цзян Чэн. — Что он безропотно заключит с Вами сделку на вассальные территории лишь потому, что так решил умалишенный дед? Очнитесь, Глава Ордена, не Вы здесь устанавливаете правила. Не на моей территории. И не со мной. С лица Главы Ордена Наньян Чжо сошла последняя краска. Не сумев найти слов, он стиснул свои драгоценные ножны и покинул Пристань Лотоса в смертельной обиде. Едва за ним закрылась дверь, как в рабочие покои Цзян Чэна вошёл Не Хуайсан, изумленно оглядываясь в след взбешенному Чжо Лею. — Цзян Чэн, — без обиняков начал он, — позволь мне взглянуть на свитки. — Послушай, Не Хуайсан, — покрутив кольцо на пальце, начал Глава Ордена. — Я понимаю, что искажение Ци настигает саблю гораздо раньше и проще, чем мечи, а вслед за ним – и хозяина сабли. Понимаю, что адепты Ордена Цинхе Не балансируют на грани. И я помогу тебе разобраться… — Но? — Закрыв веер, сложил руки на груди заклинатель. — Но учти, что мастер клинка отныне принадлежит Ордену Юньмэн Цзян и находится под моим личным покровительством. Не Хуайсан сначала молча моргал светло-карими глазами, пытаясь осознать, правильно ли он понял. — А Цзиншу Шеншоу в курсе, что она теперь под личным покровительством самого Главы Ордена? — Немного смущаясь произнес заклинатель, прикрываясь веером. Цзян Чэн вспыхнул, гневно уставившись на него. — И что важнее, желает ли она быть под твоим покровительством, Цзян Чэн? Насколько я берусь судить, сейчас её здесь нет. — И по чьей же это вине, как думаешь? — Сложив руки на столе, внимательно посмотрел на него Цзян Чэн. — О, если Глава Ордена думает, что я мог как-то навредить деве Ган, то он был подвергнут заблуждению, — бесхитростно развел руками Не Хуайсан, глядя прямо в глаза Цзян Чэну. — Ведь до сих пор о том, что Цзиншу Шеншоу женщина, знаем только мы с тобой. Я не выдал её секрет ни Совету, ни кому-то ещё. К тому же, не стоит забывать, что молодая госпожа не сахарное яблоко и в состоянии сама за себя постоять. — Есть вещи с которыми молодая госпожа справится не в силах, — ответил ему Цзян Чэн, пристально наблюдая за его движениями. — Ты ведь искал её, верно? Иначе, она бы не выдала себя. — Когда на карту поставлена судьба Ордена, сам знаешь, — по привычке раскрыв веер в сложной для него ситуации, произнес Не Хуайсан. — Знаю, — прокрутил на пальце Цзыдянь заклинатель. — Знаю, Хуайсан. Но спасая лишь Орден, можно здорово просчитаться, потеряв близких. — «Стремись достичь невозможного», — улыбнулся Не Хуайсан. — Это девиз Пристани Лотоса, а не Ордена Не. И могу с уверенностью сказать, что сегодня ты сделал невозможное, Цзян Чэн. Я надеюсь, и со свитками ты справишься. — Я сделаю все, что в моих силах. Но как ты заметил, её здесь нет, — Цзян Чэн развел руками. — А без потомственного заклинателя в таком деле, сам знаешь. — Что ж, в таком случае, я желаю Главе Ордена скорейшего возвращения его протеже, — плутовато улыбнулся Не Хуайсан. А уходя, произнес. — Быть может тогда и в самом деле свахи не понадобятся. — Умоляю, захлопнись, — скривившись, будто от уксуса, произнес заклинатель. Вновь окинув усталым взором пустые покои, Цзян Чэн и сам не знал, что ищет. Расположившись на стуле, он скинул на стол свитки, которые зачем-то таскал с собой. Потом отстегнул и бросил рядом два меча. Глядя на эти предметы, тоска заполнила душу заклинателя. Не сказать, что он не был с ней знаком, но если раньше его наполняла кипучая ненависть, то теперь она растворилась, обнажив ноющие раны одиночества. А ещё, он смертельно устал. И в очередной раз сбежал от своего Первого Помощника, спрятавшись здесь. Как делал это прежде, пока девушка была без сознания. — Позволишь нарушить твоё уединение? — Раздался негромкий и тёплый голос. Цзян Чэн усмехнулся, но позы не сменил, продолжая свободно валяться на стуле. — Проходи. Всё равно это больше похоже терзания. — Ты выглядишь измотанным. Быть может, стоит отдохнуть? Горячие источники Линтунь поистине прекрасны. — Лань Сичэнь присел на соседний стул. Он посмотрел на вещи, разложенные на столе и продолжил. — Но в то же время, в тебе что-то изменилось. — Быть может, что-то сломалось? — Вымученно уточнил заклинатель. — Нет, Цзян Чэн. Пусть твоя душа сейчас пребывает в смятении, но это уляжется, подобно илу на дне пруда. Те знания, что ты буквально вынес на поверхность, действительно трудно принять. Мир заклинателей пока не готов. Но поверь, в ближайшие годы все изменится. И я рад, что ты решился на этот шаг. — О чём я только думал, — разбито протянул Цзян Чэн, откидывая голову назад. — Мне повезло, что они хотя бы выслушали все аргументы. — А ты ожидал, что они бросятся на тебя с мечами наголо? — Лань Сичэнь потер ладони, сложил вместе и уткнулся в них, внимательно глядя на заклинателя. — Нет, — покачал головой. — Нет, Сичэнь. Я отчаянно хотел доказать правду. И защитить. — Цзян Чэн прикрыл глаза рукой и замолчал. А потом едва слышно добавил, — хотя бы её. — Ты ведь говоришь о мастере клинка? Где он? — Поинтересовался Лань Сичэнь — Ушёл. — Что ж, странствующие заклинатели сделали немало добра. Его поступок весьма благороден. Но почему он решился открыть тайну именно сейчас? — Ох, Лань Сичэнь… Знал бы ты сколько у меня к ней вопросов, — потерев правый глаз, выдохнул Цзян Чэн. — Скажи, — чуть дрогнувшим голосом произнес Глава Ордена Гусу Лань. — Это ведь первый из клинков, которые были выкованы для Цинхэ Не? — Да. Не совсем тот, но да. Подобный. Лань Сичэнь совсем поник. — Не могу отделаться от мысли, что если бы Клан Не принял Лян Жон Фан Ши, все могло бы быть иначе — обреченно произнёс он. — Цзян Чэн, если есть какой-то способ… — Мы его найдем. Клянусь тебе, Сичэнь. Если существует способ, мы его отыщем. Я понимаю, что это доставляет тебе неимоверную боль, но поверь, мне – не меньшую. — Нам с этим жить, ты прав, — устало улыбнулся ему Цзэу-цзюнь и Цзян Чэн не мог не ответить ему тем же. — В таком случае, я покину тебя. Мы с дядей отправимся в Гусу сегодня. Ванцзи и господин Вэй ещё какое-то время будут к Юньмэне. Если тебе понадобится помощь. — Нет нужды. — Отмахнулся Цзян Чэн. — Но им, похоже, закон не писан, так что… — Дядя, — заглянул в покои Цзинь Лин. — О, Глава Ордена Гусу Лань, вы тоже тут? А вы не видели… — Меня ищешь? — За ним следом вошел Вэй Усянь. — Вам здесь мёдом намазано? Что вы тут забыли? — Нахмурился Цзян Чэн, поднявшись со стула. Лань Сичэнь, положив руку на плечо Цзян Чэна, кивнул ему. — Господин Вэй. Глава Ордена Ланьлин Цзинь. — Выразив малый поклон в соответствии с этикетом Цзуэ-цзюнь удалился. — Цзян Чэн, — негромко позвал бывшего шиди Вэй Ин. — Я могу с тобой поговорить? — Нам не о чем разговаривать, — ответил мужчина и намеревался выйти вслед за Лань Сичэнем, но Вэй Усянь преградил ему путь. — Даже если это касается девы Ган? — Прямо спросил он. — Откуда ты… — ошеломленно распахнул глаза Цзян Чэн, но тут же потух. — А впрочем, это уже не важно. Если ты знаешь, кто она, то наверняка знаешь и всё остальное. — Едва ли, — протянул Мастер и обратил своё внимание на меч. — Позволишь? — Какого дьявола ты сюда таскаешься? — Хмуро поинтересовался Цзян Чэн. — Да я, собственно, хотел навестить деву Ган, — разглядывая Цзиншу, ответил ему Вэй Усянь. — Нет её, — рявкнул Цзян Чэн и грубо отпихнул Вэй Усяня с прохода ножнами меча. Вэй Ин тут же прижал их к груди, пристально глядя в серые глаза. — И ты не пойдёшь за ней? — Негодующе спросил Цзинь Лин, потянувшись следом за мужчинами. — А тебе она зачем? Что, рука уже зажила? — Язвительно поинтересовался Глава Ордена, обернувшись к племяннику. — Дядя, не в этом дело, послушай… — Горячо начал тараторить юноша, но Цзян Чэн не выдержал. — Что, Цзинь Лин? Ты-то куда лезешь? — Обреченно произнес мужчина. — Куда я пойду, в каком направлении? И, главное – зачем? Если она ушла – значит, так было нужно. — Дядя, но она серьезно ранена! — Отчаянно воскликнул юноша. — Цзинь Лин, — остановил его Вэй Усянь, все так же прижимая к себе ножны. — Что? — Словно взбесился молодой господин. — Когда ты ему скажешь? Совет закончился. — О чем ты? — напрягся Цзян Чэн, перебегая взглядом от одного к другому. — Цзян Чэн, ответь мне на один вопрос, — начал Вэй Ин. — Лишь разрушив Алое Ядро монстра, вы смогли его убить, верно? — Ну, — подозревая неладное, протянул Цзян Чэн. — Но ведь чтобы уничтожить Алое Ядро, вам был нужен такой же мощный поток противоположно заряженной Ци... Цзян Чэн вдруг побелел. Его стало трясти, и он крепко стиснул руку в кулак. — Только силой, заключеной в Золотом Ядре, можно повлиять на Алое Ядро, — неумолимо продолжал Вэй Усянь. — Лишь Узци* могло его победить… // напоминаю, беспредельное начало, Абсолют. Слияние мужского и женского начал, не иначе) Схватившись за голову, Цзян Чэн стал повторять: — Нет-нет-нет-нет-нет… — Дядя, поэтому надо её найти как можно скорее. Она отдала своё Ядро чтобы убить Ба Шэ! — Пытался воззвать к его здравомыслию Цзинь Лин. — Уйди, — тяжелым шепотом, произнес Глава Ордена. — Просто уйди. Оставьте меня в покое! — звенящим от боли голосом произнес Цзян Чэн. — Цзян Чэн? — Вэй Ин сделал шаг к нему, но заклинатель отскочил и с ненавистью во взгляде проговорил: — Тебе недостаточно было того, что ты уже сделал и решил снова надо мной насмехаться?! Почему? Почему, мать твою, Вэй Усянь?! — Послушай, я всего лишь выполняю просьбу Ган Айминь. И её поступку, наверняка найдется объяснение… — Так же как нашлось объяснение всем твоим поступкам? Когда на каждую твою ошибку нашлось оправдание — так вышло поневоле! Не было иного выхода! Ты выставлял меня полным идиотом, ничего мне не сказав!!! — Я уверен, что она не преследовала такой цели. Послушай, это наше осознанное решение… — Продолжал увещевать его Вэй Ин. — Наше? — Горько усмехнулся Цзян Чэн. — Осознанное решение?! Да ты... вы… Почему? — Сквозь стиснутые болью зубы, произнес Цзян Чэн. — Почему опять? Почему опять для меня? Почему вы снова это делаете?! И если с тобой мне понятно, ты всегда только о себе и думал, без оглядки на то, что причиняешь неудобства окружающим! То, что сейчас?! Черт возьми… — Глава Ордена вдруг прервался, а затем нервно захохотал. — Она ещё и меч мне оставила! Ну, прям сценарий, от которого мне не уйти... Что мне сделать, чтобы разорвать этот круг? Принять? Простить? Что? Кто мне скажет? Цзинь Лин удивлённо замер и после недолгих колебаний решился: — Принять, дядя. Ты правильно мыслишь. — Не вмешивайся! — Рявкнул он. — Но ты должен ему сказать! Тогда в Храме Гуаньинь я видел, как ты хотел ему что-то сказать! Отдышавшись, Цзян Чэн долго молчал. А после покачал головой: — Нечего тут говорить. Что он мог сказать? Точно так же, как и Вэй Усянь в прошлом не смог открыть правду о Золотом Ядре, сейчас Цзян Чэн не мог ничего ему рассказать. — Прошу тебя, скажи мне. Я приму все твои слова, какими бы они ни были, — искренне попросил Вэй Ин. Цзян Чэн обидно усмехнулся, но вопреки ожиданиям всё же произнес: — Тогда, в прошлом, Орден Вэнь поймал меня не потому, что мне хотелось вернуться в Пристань Лотоса и забрать тела родителей. В том городке, через который мы проходили, а ты отправился купить нам еды, нас нагнал отряд заклинателей из Ордена Вэнь. Я загодя увидел их и покинул место, где ты меня оставил, спрятавшись за углом, чтобы не попасться на глаза. Но они принялись обходить улицы и вскоре наткнулись бы на тебя, — Цзян Чэн обхватил себя руками и опустил голову. — Именно поэтому я выбежал из укрытия и отвлёк их. Молчали все. Цзян Чэн растеряно, не ожидая от самого себя, что скажет это. Цзинь Лин в ожидании, покусывая раненые губы. Вэй Усянь точно громом поражённый. Будто бы снова они вернулись на двадцать лет назад и пред ним стоял его шиди, готовый защищать хоть от собак, хоть от врагов. — Прости меня, — прошептал Вэй Усянь. — Если бы я только знал… — Опять прости, — обидно усмехаясь сказал Цзян Чэн. — За что ты просишь у меня прощения, это ведь моё ОСОЗНАННОЕ РЕШЕНИЕ! — Сардонически произнёс он и резко затих. — Что мне делать, Усянь? Что мне делать?! Я не могу принять вашу жертву во имя меня и моего ордена… Просто не могу… Черт бы тебя побрал, я даже злиться больше не могу… Даже этого у меня не осталось... Цзян Чэн до хруста сжал кулаки, словно хотел обрушить удар на кого-то, или ударить себя, но в итоге просто их разжал, безвольно опустив вдоль тела. Вэй Усянь подошел к нему, немного помедлив. А потом подался вперед и притянул к себе, крепко обняв. — Как бы там не было… все это случилось в прошлой жизни. Тебе… не нужно все время вспоминать об этом. Хотя я прекрасно знаю, что ты, со своим характером, все равно будешь помнить всегда… и все же, как бы сказать… все уже в прошлом. Слишком много времени утекло, нет нужды вновь переживать это. Вэй Усянь мягко отстранился и прижал к его груди ножны Небесного клинка. Цзян Чэн яростно вытер лицо, сделал глубокий вдох и закрыл глаза. — Дядя? — Боже, да говори уже, — вымученно протянул Глава Ордена. — Надо её найти! Цзян Чэн устало выдохнул, и посмотрел в сторону причала, откуда к ним неторопливо приближался Ханьгуан-цзюнь. — Лань Чжань, — с тёплой улыбкой на устах, произнес Вэй Усянь ещё до того, как тот мог его услышать. Цзян Чэн закатил глаза, поправил ворот одеяния и отвернулся. — Лань Чжань, ты удивительно вовремя. — Произнёс Вэй Ин, когда заклинатель подошёл. — Не мог бы ты сыграть Расспрос для этого чудесного клинка? Его мастер, возможно, в бед... О, дева Ган! А я все гадал, куда запропастился мой Ханьгуан-цзюнь? Услышав последнее предложение Цзян Чэн так резко повернул голову, что хрустнули позвонки в шее. Лань Ванзци вёл за собой непримечательного юношу, одетого в крестьянское потрепанное рубище. Косынка скрывала длинный шелк смоляных волос, лицо пряталось за повязкой цвета чистой стали. Айминь все ещё так же прихрамывала на правую ногу, раненую Цзыдянем. — Ты всем уже успел растрепать о ней? — спросил Цзян Чэн, стращая Вэй Ина ножнами меча. — Нет, только... — Вот уж точно, язык как помело! — Негодующе сложил руки на груди Цзян Чэн. — Во всяком случае, иногда это помогает жить, — откидывая за спину алую ленту, обиженно ответил Мастер Тёмного пути. — Ты на что сейчас намекаешь? — Распалился Цзян Чэн. — Намёки – это оружие наложниц, а я привык говорить прямо… — Мастер Вэй, вы весьма красноречивы, — раздался слегка охрипший голос девушки, что теперь стояла, заслоняя собой высокую фигуру Лань Ванцзи. — О, благодарю вас, дева Ган, — Вэй Ин буквально рассыпался от похвалы, но тут девушка продолжила. — Но боюсь, иногда слов недостаточно, — проговорила она, распуская ленту, открывая взору мужчин бледное лицо. Вэй Усянь внимательно посмотрел на Айминь, его глаза лучились озорством: — Думаю, в этом вы мне поможете. — Вэй Усянь! — Громко возмутился Цзян Чэн, уставший слушать эти «игры наложниц». — Чертова ты сваха, что ты несёшь? А ты куда сбежала? — Накинулся на девушку Глава Ордена. — Думаешь, у меня есть время искать тебя по всему Юньмэну? Я уже сказал, что не отпущу, пока не услышу ответы на свои вопросы! Или ты решила, раз помогла - то это меняет дело? И что это за представление со свитками ты устроила? Тебя мог ранить караул! — М-да, Лань Чжань, — протянул Вэй Ин в стыдливом ужасе. — А я думал, что у тебя проблемы с выражением эмоций. — Захлопнись! — Махнул в его сторону ножнами Цзян Чэн. — Молчу-молчу, — выставив ладони перед собой, ответил он. — Глава Ордена Цзян видимо запамятовал, что на днях ему привезли первоклассную женушку с запада Наньяна, так от чего же он вцепился в эту бродяжку? — Чуть сузив синие глаза, произнесла Айминь. — Ты со своим учением вносишь смуту в общество, — совсем уж отвратительно соврал Цзян Чэн. Вэй Усянь на пару с Цзинь Лином громко зацокали языками. — В клетку посадишь? На потеху Совету Заклинателей? — Обняв себя за плечи, поинтересовалась девушка. — Нет, на тренировочной площадке привяжу. — Это ещё зачем? — Растерялась она. — Потому что я не собираюсь каждый раз спасать тебя. — Вздернув подбородок, словно снизошел к ней, ответил заклинатель, перебрасывая ей меч. — Мне тоже нужно спину прикрывать, я не бессмертный. — Возьмите доспех, Глава Ордена, — поймав Цзиншу, ответила ему заклинательница. — Ган Ай Минь! — Громко возмутился Цзян Чэн. — М? — Глядя на него исподлобья осведомилась девушка. — Я не могу тебя отпустить! — Почти безысходно произнес мужчина. — Твой путь слишком хорош, и мне нужны такие адепты в клане. — Совет не одобрит. — Печально произнесла она. — Посмотри направо, — устало указал рукой Цзян Чэн на стоявших там заклинателей. — Совет одобрил даже их брак. — Не уйду отсюда, даже если мне будут угрожать, — жадно вслушиваясь в каждое слово, произнес Вэй Усянь. — Вэй Ин! — Что?! Нет, Лань Чжань, верни меня на место! — Отчаянно брыкался заклинатель, закинутый на плечо удаляющегося Лань Ванцзи. — Я должен это видеть! Он трижды ходил на свидания, и это было ужасно. Пожалуйста, верни меня, Ла-а-ань Чжа-а-ань… — А? Что? Ханьгуан-цзюн, рука! Ханьгуан-цзюнь, прошу, проявите снисхождение! Рука болит, отпустите! — Вторил Вэй Усяню по другую сторону от заклинателя Цзинь Лин. Дождавшись, пока стихнут их вопли, Цзян Чэн повернулся к девушке и с тяжестью в голосе произнес: — Почему, Айминь? Почему ты не сказала мне. Ты хоть представляешь, что я сейчас чувствую, — почти шепотом спрашивал он. — Я не стану говорить тебе «прости». Знаю, что в этом нет смысла, — так же тихо ответила девушка. — Но поверь, другого выхода просто не было. Цзян Чэн обидно усмехнулся. — Пойми, нет такого оружия, способного разрушить Алое Ядро, — склонив голову, она рассматривала свои ножны. — Ты… — начал было заклинатель, но вдруг осекся. — А ну-ка стой! Тогда, в пещере, ты сказала, что у Вэй Ина было Алое Ядро. Так как же я смог… — Не договорил Цзян Чэн, прижимая руку к груди. — Почему твое Ядро осталось на месте? — Уточнила девушка немой вопрос. Заклинатель кивнул. — Потому что в тебе находилось его собственное Золотое Ядро, — разъяснила Айминь. — Будь во мне Ядро Ган Чонга, всё было бы намного проще. Ведь по силе они были бы равны, сформированы одним заклинателем. — Чёрта с два было бы проще! — Возмутился Глава Ордена, в который раз ощущая ноющую боль в груди, и закрыл глаза рукой. — Черти что... — Прости, что не сказала всей правды, — горячо произнесла девушка. — Но раскрой я её, ты бы не стал мне помогать. — Не стал, — подтвердил Цзян Чэн ход ее мыслей и глубоко вздохнул. — Я бы нашёл способ тебя уберечь. А теперь у тебя остался лишь Темный путь. И тебе придется оставить Лян Жон Фан Ши. Девушка пожала плечами, привязывая ножны к поясу: — Знаешь, не такой уж он и темный, — улыбнулась Айминь. На ее бледных щеках появились ямочки и Цзян Чэн залюбовался ими. — Ведь главное, совершать благие поступки. И почему ты решил, что мне нужно оставить свой путь самосовершенствования? Цзян Ваньинь, вы же мудрый мужчина. Если я стану помогать заклинателям, следующим Светлого пути, то вполне получится… — Айминь, — перебил ее Цзян Чэн. — Ты должна знать еще кое-что. — Её улыбка тут же померкла. — Тебе больше не нужно прятаться и скрывать свое имя. Тёмный путь в скором времени будет признан Советом Заклинателей. Глава Ордена Цинхэ Не готов терпеливо ждать твоей помощи с проклятием клинков. Ган Айминь замерла. Он будто собиралась что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова. После стольких лет выживания в тени... После стольких лишений, она вновь может... Произносить своё имя? Имя своего Рода? Положив ладонь на рукоять Цзиншу, она прикусила губу, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы. А затем склонилась в глубоком поклоне Главе Ордена Юньмэн Цзян. Цзян Чэн опешил и кинулся её поднимать. Айминь била крупная дрожь и мужчина это не на шутку испугался. — Что с тобой? Что-то болит? Давай, забирайся, я отнесу тебя к лекарю. Айминь, не молчи, — бессильно просил он. Девушка лишь покачала головой и поднялась сама. — Я просто… Я не знаю, как благодарить тебя. Всё, что ты сделал... Для меня. Для моего клана. Это поистине…. — Что я сделал? — Опешил Цзян Чэн. — Я не сделал ничего, что могло бы стоить такой реакции. Хотя знаешь, — он немного помедлил, задумавшись. — За помощь в избавлении от тысячелетнего монстра клан Юньмэн Цзян прости тебя остаться в качестве адепта. Или гостя. Кого пожелаешь, в общем, — поглаживая затылок, произнес заклинатель. — А что просит Глава Ордена Юньмэн Цзян? — Растерявшись, спросила девушка. — Глава Ордена просит не называть его так, — проворчал мужчина. — Хорошо. Что просит Цзян Чэн? — Спросила девушка глядя в светло-серые глаза. — Остаться. — Произнес Глава Ордена, а затем поднял взгляд и добавил. — Со мной. Останься со мной. Легкий аромат лотосов, покачивающих свои бутоны на воде, разнес нежный порыв ветра. Он овеял стоящих друг напротив друга заклинателей, подхватил распущенные смоляные волосы девушки, разбрасывая их по плечам, переплетая с пурпурной лентой мужчины. Цзян Чэн аккуратно протянул руку и трепетно отодвинул прядь, пересекающую бледную скулу, вдруг вспыхнувшую робким румянцем. В мире заклинателей существует легенда о проклятых клинках, что заключали в себе души демонов. Но на самом деле, легенда эта о любви. О любви преданной и горькой. Пылкой и вечной. О любви духовного кузнеца к деве, что ведала темными искусствами.... Суровые законы старейшин не могли допустить этот союз. Поговаривали, будто дева околдовала кузнеца, будто заставила его творить немыслимое зло с духовными орудиями. Но они всё же совершили три поклона в храме предков. И Небесами был благословлён этот союз. Да только Земля не приняла их – заклинатели восстали против кузнеца, уничтожив его дом... его любимую... Спасая любимого, дева принесла себя в жертву мечу, ненароком сотворив мощное духовное орудие – она даровала клинку сознание. Кузнецу ничего не оставалось, кроме как запечатать её внутри, закаляя небесную сталь меча болью потери и отчаянием. Из под его молота вышел первый в своём роде и единственный меч Цзиншу, ставший хранителем их любви и пронёсший её сквозь века.