Записки доктора Смирнова

Каждое рабочее утро начинается весьма монотонно. Самое трудное — открыть глаза. В последнее время я достаточно часто стал ловить себя на том, что в первую очередь, вместо того, чтобы умыться, переодеться и в целом привести себя в порядок, я бегу за кружкой кофе и первым делом завтракаю. А уже потом все остальное. Под «остальным» я имею ввиду переодеться, почистить зубы, уложить прическу, собрать вещи и контейнеры с едой. В конце концов, к указанному времени я выдвигаюсь на автобусную остановку. Это что-то привычное для меня. Более предпочитаю именно общественный транспорт. Уже войдя в салон автобуса можно понять, что из себя представляет новый день. Унылые лица, разношерстный народ. У всех свои мысли, настроение, проблемы. Но удивительным является то, что редко можно встретить позитивных людей именно ранним утром. Иногда я ловлю себя на мысли о том, что возможно я также не выделяюсь из общей толпы. Словно серая мышка. Ничем не приметный. С виду и не скажешь, что я работаю в больнице. Чему, кстати, я несказанно рад. Иногда так раздражает, когда люди пользуются твоим профессиональным долгом или положением. Как правило, если ты «доктор» то вся родня, все знакомые, друзья и даже коллеги бегают к тебе со своими проблемами и не считают это чем-то заурядным. Бабулька-консьерж бежит к тебе с просьбами о том, чтобы ты порекомендовал ей таблетки от давления. А на вопросы о том, принимает ли она какие либо гипотензивные* препараты она отвечает, что мол, «Я ничего не пью, тонометра дома нету, своего давления не знаю». И контроль за ним она не ведет по причине того, что это ей не нужно. А таблеточки нужны для того, чтобы попить месяц перед профосмотром, чтобы нормализовать свое артериальное давление и пройти медкомиссию. А как же те истории, когда какому-то знакомому бабушки третьего сына восьмого прадеда в поликлинике назначили укольчики? К кому они бегут? Конечно же ко мне! Ты нас лечишь. Ты медик. Ты умеешь. Поставь пожалуйста. У лучшего друга уже на протяжении пяти лет есть чувство покалывания в боку. Интересно, почему же? Что же он предпринимает? Открывает интернет и ищет ответ на свой вопрос? Или может быть идет в поликлинику чтобы проконсультироваться у терапевта? Конечно нет. У него есть ходячая медицинская энциклопедия, которая знает все ответы на интересующие его вопросы. И это я. Но многие не учитывают того, что я живой человек, который не может знать все. Моя профессия имеет четкую узкую специализацию. Невозможно знать все. Да и благодарности по минимуму. Кто-то дарит шоколад, кто-то тортик, кто-то скажет банальное спасибо, а некоторые и вовсе воспримут это как должное. Но в случае какого-либо провала или ошибки ты станешь для того, кому оказываешь помощь самым настоящим скотиной и членовредителем. О своем маленьком призвании я стараюсь никому не говорить. Работа — есть работа. И я являюсь супергероем только внутри стационара*, за больничными стенами, отделанными плиткой. И именно там, на своем рабочем месте мы все несем свое тяжелое и бремя. Ох уж это странное чувство, когда выходные подходят к концу и необходимо возвращаться на работу. Если график сильно ломается и приходится работать сутки через сутки, возникает ощущение того, что жизнь превращается в день сурка. Сегодня ты возвращаешься с работы домой, отдыхаешь, ложишься спать. На утро вновь открываешь глаза и возвращаешься на «любимую» работу. Ехал я приблизительно около сорока пяти минут. Время, которое уходит на путь я люблю как-нибудь коротать. Например, читать новостные ленты или смотреть видео. Всяко быстрее и полезнее, чем просо смотреть в окно и на кислые рожи, которые тебя окружают. В какой-то момент автобус подъезжает к заветному месту, голос диктора объявляет: «-Следующая остановка Областная больница». Вскоре автоматические двери закрываются позади меня и длинный синий автобус отправляется дальше, оставляя меня на серой городской остановке. Солнце медленно всходит. Кожей ощущается прохладный утренний ветерок. Город оживает. По традиции я достаю пачку сигарет. Странная традиция. Да и как же так? Врач и курит?! Хочется сказать, что с такой работой удивительно и то, что многие из нас еще держатся на плаву без синтетических веществ. Хотя, как вам сказать… Я всегда люблю шутить на тему того, что люди моей профессии всегда движутся по жизни под кайфом. Своеобразное побочное действие Севорана*. В операционной можно много чем надышаться. В конце концов профессиональный долг врача анестезиолога-реаниматолога обязывает с этим работать. Помню один случай, который произошел со мной осенью. Я вышел покурить за территорию больницы и навстречу мне шла пара. По всей видимости женщина лежала в нашем стационаре, а мужчина пришел к ней на свидание. Когда они выходили за ограду больницы, она спорила с мужем на тему того, что она хочет курить, а врачи и муж ей запрещают. Увидев меня, она сказала мужу: «-Смотри. Вот врач курит». На это мужчина ответил: " — Это врач. Ему можно». Забавная ситуация. На входе в корпус можно встретить много знакомых лиц. Заместителей главного врача, заведующих отделениями, старших и простых медсестер, включая главную. Также обычных докторов, вспомогательный персонал, и, конечно же, наших милых пациентов. Войдя внутрь я здороваюсь с охранниками. Вообще это достаточно забавные ребята. Битые и матерые. Они наша защита, помощь и опора. На самом деле не многие знают, что охранники работают не только по своему прямому назначению. Зачастую им достается грязная работа. Такая, как транспортировка пациентов, сопровождение сотрудников с наркологического поста, перевозка трупов и т.д. Как это всегда бывает, работы много, а платят мало. Далее прямо по коридору и направо. За углом расположено детское анестезиолого-реанимационное отделение. Набрав на домофоне код от главного входа я прохожу внутрь отделения со словами: «-Сим салабим откройся!». У входа сворачиваю в комнату для переодевания. Среди локеров нахожу свободный и начинаю свое таинственное и незамысловатое перевоплощение в костюм супергероя. Но без пафосных плащей или ярких надписей. Обычная хирургическая форма. Мои самые любимые темно-синяя и черная. К этим цветам я имею особую страсть. После перевоплощения я прихожу в ординаторскую. Там приветствую своих коллег по работе. Или все-таки несчастью? Кто знает. Однако все мы в одной упряжке. Связаны долгом, работой, пациентами, дурным начальством и зарплатой. Ординаторская — это до боли знакомое рабочее место каждого специалиста. В этом кабинете каждый имеет свой рабочий уголок. Также у нас за перегородкой расположена небольшая комната отдыха. Все как положено: холодильник «Бирюса», микроволновка, которая на ладан дышит, раковина, с которой иногда пасет канализацией, обеденный стол, диван, шкафы для сумок и вещей. Небольшим достижением для нашего отделения мы считаем то, что мы создали свою мини уютную атмосферу. Сделали заявку и получили плазменный телевизор, скинулись на геймпад. В нашей ординаторской есть даже своеобразный живой уголок: аквариум с одной рыбкой и венерина мухоловка под гордым названием «Чувырла». Не гоже хвастаться, но подобной атмосферы я не видел ни в других ординаторских. После кружки кофе бодрость постепенно накатывает. По приходу заведующего отделением, или как мы его шутливо называем «завода», начинается разбор полетов, распределение пациентов, утренний отчет о состоянии здоровья подопечных больных, плавно перетекающий во врачебный обход. Соответственно, далее идет выполнение операционного плана. И тут мы как раз и вступаем на свое поле битвы. Каждый день мы реализуем выполнение операционного плана. Дни проведения операций распределены. Скажем, во вторник проводятся операции в оториноларингологическом отделении, в четверг в отделении челюстно-лицевой хирургии, а в пятницу в гинекологии. Работы много. Времени мало. Тонкость работы заключается и в том, что как правило, помимо плановых операций в стационар поступают пациенты, которым показано экстренное оперативное вмешательство. И тут начинается беготня. Но не без этого. Думаю, идеальных условий нет ни в одной сфере медицины. По приближении четырех часов рабочий день подходит к концу. Дневная смена торжественно уходит домой на заслуженный отдых, а в отделении остается дежурный. Дежурство мы распределяем между собой по очереди. Ночью тоже есть чем заняться. Уж поверьте мне. Во всяком случае помимо нестабильных пациентов в самом отделении, есть экстренные операции, которые длятся по несколько часов, оказание первой помощи при неотложных состояниях, переводы больных, консультации и согласования по вопросам исследований. Разговоры с родственниками, ведение документации, внесение назначений, контроль этапов выздоровления и процесса лечения пациентов. В общем, есть чем заняться. И так каждый день. И вот когда рабочее время заканчивается я ухожу с работы с неописуемым чувством легкости и выполненного долга, оставляя все что связано с медициной позади себя. В тех самых стенах, за которыми так много скрыто от посторонних глаз.