Трапеза тасманийского дьявола

В очередной раз разумная нематериальная сущность хранила молчание, собственно, на то она и разумная. Эта музыкальная шкатулка по прозвищу «Идоквер», которая существовала всегда, но узнал ты о ней, когда перечислили отведённое тебе наследство покойного родственника. Самое же главное — ключ от неё в список не вошёл. Ошибка или уморительная шутка усопшего? Рой бы посмеялся, случись такое с его знакомыми. Идоквер что-то знал, наверняка даже знал, как Рою вернуться домой. Случай, когда он предупредил Роя о возможном разрыве червоточины, говорил о том, что это может стать их общей проблемой. Слабость, которой надо грамотно воспользоваться — превратить в дубликат ключа и когда шкатулка будет открыта, держать до тех пор, пока зубцы на металлическом гребне не сотрутся и прокручивающиеся на цилиндре штифты не перестанут до них доставать, обрекая мелодию на покойную тишину. Вообще-то Рой не до конца садист, а Идоквер, даже не ясно, существует ли в привычном понимании человека, чтобы на него подействовали пытки или шантаж, но он с этим ещё разберётся. Сейчас у Роя были другие дела. Новый мир встретил его разбегающимися в панике людьми. Они кричали непереводимые проклятья, отворачивали чёрные лица от Роя и, сбросив с ног сандалии, быстро взбегали на барханы, чтобы колобком ретироваться с другой их стороны. Рой был невозмутим и нажал на кнопку часов, однако те никак не отреагировали. Циферблат больше не показывал время, говоря яснее тысячи слов, что наступил закат их жизни. Рой медленно снял часы, наблюдая, как с запястья соскользают звенья браслета. В последний раз он взглянул на болотно-зелёный прямоугольник, который совсем недавно помогал ему держать связь со временем, а затем часы затерялись на дне сумки. Рой быстро отпустил утрату и обернулся к статуе из белого камня. При падении её части раскидало недалеко друг от друга, а с серыми верёвками, привязанными к ним, она была похожа на оголённый позвоночник гиганта. Рою пришлось пройти десяток метров, чтобы добраться до самой верхней части и узнать в статуе Анубиса — бога с головой шакала. Согласно мифу, у него четыре родителя, разбирается в травах, погребении, уходе за телом, знает проклятья, его имя на самом деле Анпу, а по профессии он судья — ваш последний судья, который решит где ваша грязная душонка будет страдать, в загробном мире или переродившись в новом теле среди живых. Рой появился достаточно вовремя и в нужном месте, скорее всего почти сразу после того, как вандалы снесли статую Анубиса. Можно с уверенностью сказать, что отныне и до самой смерти они будут шарахаться каждой тени, седеть и терять волосы в невыносимом страхе ожидания своего последнего дня, когда они лично встретятся с неподкупным судьёй, он положит их ещё бьющееся сердце на чашу скрипучих, словно калитка старого кладбища, весов и вынесет вердикт. У основания статуи находился маленький храм. Он состоял из четырёх колонн и алтаря в центре, почти полностью скрытого песком. Лишь побитая керамическая посуда на входе являлась последним напоминанием о подношениях. Рой взошёл на бархан, чтобы оглядеться. До самого горизонта тянулись песчаные рыжие волны и тёмные силуэты мчащихся людей, только путь их был направлен обратно в сторону храма. Довольно быстро стало понятно почему. Позади них в горячей ряби воздуха образовались грозные тени. Воины с блестящими на солнце мечами верхом на лошадях быстро нагнали вандалов. Большинству накидывали петлю на шею и утаскивали за собой, остальным особо отчаянным отсекали головы и подкидывали высоко вверх, будто они должны были как голуби на свадьбе расправить крылья и взмыть в небеса. Рой спустился ниже, чтобы не быть на виду, но и иметь возможность наблюдать за побоищем. Египтяне предпочитали лошадям ходьбу и одними из последних стали использовать их как транспорт. Транспортная революция свершилась с приходом народов с Азии — гиксóсов. В последний раз, когда Рой появлялся в Пустыне, тут было спокойно, ни следа чужих народов. Сейчас, видимо, он попал в разгар завоевания Египта, если не после. Пустыня ‒ единственный мир, который идёт по пути всеми известной человеческой истории, но не без погрешностей. Её конечный результат может сильно измениться. По этой причине это было любимое место Роя, хотя в школе этот скучный предмет с конспектированием каждой даты старался прогуливать. Здесь не надо зубрить, не надо слушать и записывать, все события разворачиваются независимо от того, прочёл ты домашнее задание или нет. Это настоящее, которое будет записано потомками этих великих народов, а впоследствии извращено, изувечено и потеряно. Вандалов гоняли до тех пор, пока не угасли их последние искры сопротивления, покорно склонили головы и последовали за всадниками. Один из всадников с необычно большой головой спустился без коня к храму. Рой смог его рассмотреть и оказалось, что на нём была маска в виде головы шакала. Это был воин Анубиса — весьма проблемный представитель группы наёмников. Рой называет их «анпусями», они ни на стороне египтян, ни на стороне гиксосов и практикуют настоящую магию невидимости. Ребята, которые её использовали, были невидимы даже для Роя с его старой способностью; они не оставляли следов, не испускали запахов и звуков, само их существование стиралось. Заметить анпусей до того момента, как ты окажешься на земле со вскрытым горлом невозможно, Рой не представлял как с ними бороться. Благо не каждый в их рядах мог освоить эту магию, лишь истинные мастера, которых к сегодняшнему дню, вероятно, не осталось. Анпуся ходил вдоль разбитого Анубиса около десяти минут, и раздражённые ожиданием товарищи начинали его окликать. Рой бы их поддержал: он хотел быть уверенным в том, что весь отряд двинется в одну сторону, чтобы благополучно уйти в противоположную, но анпуся будто на зло всем решил проведать храм. Рой обратил внимание, что среди всадников больше никто не носил маску шакала и одежда у них отличалась. Лёгкая кольчуга до колен с разрезами, чтобы не стесняло ноги, лук и колчан со стрелами за спиной, ножны на поясах, открытые шлемы. Анпуся же был налегке. Коричневый платок прятал шею, плечи и спину от солнца. Белая набедренная повязка — схенти, перевязанная красным и синим поясами, на ногах сандалии из пальмовых листьев, в руках никакого оружия кроме самих рук. Анпуся собрал осколки посуды в одном месте, затем положил на алтарь своё кольцо и простоял ещё минуту со скрещёнными на груди руками. Всадники впереди громко вскрикнули, когда его фигура внезапно растворилась в воздухе. Произойди такое в первый раз, Рой сам бы ошалел и в попытке бегства запутался бы в своём плаще, но он давно вырос и теперь пристально сверлил глазами воздух. Незримое колебание, неуловимый шорох, всё это есть даже с приставкой «не». Будь ты богом невидимок, тебе не скрыться от физики. Сила трения в голос посмеётся над твоей особенностью, а закон сохранения энергии обесценит твою значимость. Ты просто организм — один из множества других. До тех пор, пока планета, скрепя ядро, вращает тебя на себе, пока не случится конец всего, ты будешь жить по её правилам — ты не можешь бесследно исчезнуть. Наконец способность мимика уловила движение. На мгновение, пульсацией, словно удар сердца. Незримый воин был совсем рядом и замахнулся для удара, но Рой остановил его кулак. Тут же на его лице появилась торжествующая улыбка. "Поймать невидимку? Раз плюнуть". Магия рассеялась показав оторопевшего анпусю, это было понятно даже за бесстрастной маской. Рой немедля ударил его чуть ниже рёбер, в солнечное сплетение. Анпуся дрогнул от боли, но не позволил себе потерять стойки и скинул Роя с бархана. Анпуся бегом спустился за ним и ударил в спину. Рой охнул, перехватил его ногу и перекинул через себя на песок. Цепь в его руке образовалась в меч и остриём ринулась на анпусю. Изумлённый анпуся смог увернуться и подкинуть живую змею, на которую едва сам не упал. Она укусила Роя за нос и оказалась брошенной им же в подоспевших гиксосов. Рой воспользовался секундной паникой, но убежать далеко не получилось. По лицу потекла кровь, в глазах помутнело, а ноги ослабли. Он смог направить последние силы, чтобы навалиться на ближайшего человека и ранить мечом. Рой не разобрал кто это, но был уверен, что его рук коснулись чужие кишки. Гиксос или анпуся — в любом случае исход для него будет летален, Рой смог уйти с честью, совсем как викинг. Кажется, он услышал как махают крыльями валькирии прежде чем закрыть глаза. Звуком крыльев оказалась разворачиваемая ткань, которой обернули живот раненого гиксоса, чтобы удержать органы. Его погрузили на самого быстрого скакуна и отправили с товарищем вперёд. Был маленький шанс на спасение, если его успеют зашить. Анпуся обронил во время падения маску. На лице старческие морщины, светлые брови, в блондинистых волосах частая седина, а глаза голубые. Нехарактерная внешность для обитателя жарких земель, только тёмный загар указывал на его постоянное проживание здесь. Не позволив разъярённым гиксосам добить Роя, он надавил возле места укуса, чтобы с кровью вышло как можно больше яда, затем приложил ткань. Ему было любопытно, кто этот человек. Кожа совсем белая, будто только что появился в Пустыне. Юный, почти мальчишка, но смог дать достойный отпор; он разглядел анпусю сквозь магию и сам, судя по трюку с мечом, ей обладал. Анпуся потребовал уложить Роя на коня. Совсем нехотя, один из гиксосов помог донести его. Анпуся подобрал маску, а после погнал с остальными. Две змеи яростно обменивались запугивающими бросками. Каждая намеревалась запутать другую и совершить один точный удар в морду или шею. Но та, что была мельче, быстро уставала и в результате решилась укусить за хвост соперника, подставив свой. Змеи сцепились в лемнискату. Малая змея первой заглотила соперника с головой — она оказалась голоднее и алчней, но большая змея напоследок забилась в горле так, что та умерла от удушья и никто не победил. Никто из рептилий. Развалившуюся в виде буквы «с» змею обступили кольцом чёрные грифы. Они терпеливо выждали некоторое время, боясь, что она ещё могла укусить, а затем накинулись. Так нуждающиеся в насыщении птицы съели даже кости и настолько быстро, что не успели ощутить вкуса. Да и такая многочисленная стая все равно бы не накормилась. Они улетели в сторону скалы, что выглядела так, будто сейчас упадёт из-за своей кривой формы. По пробуждению, когда Рой увидел жёлтый от ореола свечей потолок, он решил ещё какое-то время побыть «без сознания», пока его положение не станет ясным. Совсем рядом шептались женщины и с озабоченностью первооткрывателей рассматривали его ноги. Рой из-под прикрытых век посмотрел в сторону, на выход из помещения. Там, в оранжевых тонах вечера, облокотившись о дверной проём, стоял мужчина. Он мотал головой, наотрез отказываясь впускать кого-то с улицы. Неизвестный кричал, пытался вломиться силой, но стоило мужчине встать ровно и подойти ближе, как крики сразу стихли до шепота, а потом послышалось озлобленное пинание песка и пара ласковых слов на прощание. Рой всё ещё надеялся, что его подобрали кочевники, однако символ недорисованного квадрата на плече мужчины, который стал заметен случайно, когда он повернулся боком, понизил шансы. Египтяне клеймили рабов и солдат, так что либо это какое-то независимое от власти место, либо старая столица Египта, или же новая, построенная гиксосами, в зависимости от статуса его завоевания. Из всех вариантов самым лучшим для Роя был первый, но в последнее время ему не везёт. Почитать местные гороскопы, что ли? Рой чувствовал усталость. Та змея оказалась недостаточно ядовитой для человека и вскоре состояние придёт в норму. Потяжелевшие веки почти сомкнулись, когда мужчина сел рядом и потряс его. Рой лениво повернул голову с полным недовольства взглядом и узнал в нём анпусю, с которым дрался ранее. — Понимаешь меня? — раздался его низкий голос. — В общем, да, — ответил Рой покрутив кистью руки из стороны в сторону. Древнеегипетский прогрессировал со скоростью современного молодёжного сленга и как показатель, к той эпохе, в которой родился Рой, полностью исчез, уступив арабскому. Такое же наблюдается в мире демонов с латынью. Эволюция культур — не плохо, но языковой барьер большая проблема. Благодаря тому, что наёмники сами по себе, они не подвержены влиянию других народов и сохранили язык почти в первозданном виде, без вкраплений популярных «словечек». Что говорить о женщинах-сиделках рядом? Они всполошились, когда чужак проснулся и быстро вышли на улицу. В их шепоте Рой не узнал ничего похожего на египетский. Сплошные диалекты других культур и вытекающие из них идиолекты из-за банальной неосведомлённости о значении и произношении этих слов. Рой приподнялся и заметил, что его даже переодели в схенти, правда более длинный, чем у анпуси, почти по щиколотку. Наверное, у местных считалось неприличным вместо ног иметь не под стать времени высокотехнологичные протезы. — Моё имя Ид, — начал анпуся, — человек «пастухов» умер. Твоя вина. Расскажи кто ты, откуда и цель. Я не отдам тебя им, если мне понравятся твои слова. Речь Ида звучала кастрированной, он не знал, что чужаку будет понятно, а что нет, поэтому он специально упрощал выражения без лишних наречий. «Пастухи» — это прозвище гиксосов, которое им дали египтяне из-за их кочевничества. Правда осмеливались так говорить лишь среди своих, в лицо же гиксосам всегда звучало почтенное «цари». Рой сказал своё имя и начал получестный рассказ, настолько невероятный и с затруднениями в переводе — чем он специально пользовался, — что Ида это даже увлекло. Юноша сбежал с разгорячённой войной северной страны, настолько маленькой и неизвестной, что враги даже не заметили, что куда-то вторглись. Страны этой, скорее всего, уже не существует и в память о ней Рой забрал с собой несколько вещей в сумке, которые Иду показались удивительными. Странные железные конечности оказались естественным явлением в той неизвестной стране благодаря изобретательности северян. Покинув её, Рой хотел попасть в место поспокойней и двигался на юго-восток, но он плохо ориентировался и забрёл сюда, где встретил вооружённых гиксосов. На этом повествование закончилось. Рой сказал Иду о своём нежелании наживать здесь врагов, ему хотелось спокойно разойтись и продолжить путь. — Как интересно. — Ид погладил пальцами короткую бороду, в его глазах читалось любопытство, которое обязано привести к проблемам. — Я тебя спас. Ты мне должен. Но я не злой человек. Иди со мной в столицу, от неё можно взять правильное направление — не сможешь потеряться. Утром отправляемся, набирайся сил. Ид поднялся, чтобы покинуть дом, но остановился, когда Рой твёрдо настоял, что может ехать прямо сейчас. «Главное выбраться на улицу, а потом слинять. Нет у меня времени на этого деда», — рассуждал он в тот же момент. Ид не возразил и вышел вместе с Роем. В небе уже появились звёзды, а по горизонту ещё тянулся последний оттенок заката. Город был совсем мал, так что не составляло труда увидеть его границы из любого места, а вот рассмотреть лица жителей в полумраке и на фоне бледных стен было сложно, да и не нужно. Ясное дело, что они все смотрели на чужака, а некоторые ещё и представляли как самолично подвешивают его за рёбра. Заходить дальше этих фантазий никто не решался из-за фигуры воина Анубиса рядом с ним. Они шли неспеша и Рой смог заметить, что Ид хромал на одну ногу. Это едва улавливалось и похоже, что травма очень старая, слишком грамотно он ступал, будто привык и уже знал, как нужно двигаться. Травма вообще бы себя не выдала, если бы Ид не нёс тяжёлую сумку Роя. При попытке её взять Рой встретил молчаливый взгляд наёмника, от которого умер бы комар, если бы случайно с ним пересёкся. «Ненавижу людей», — высказался своей мизантропской половине Рой, вовремя прикусив губу, чтобы не выдать свою фирменную маньячную улыбку. С одной стороны стоило отоспаться, яд всё ещё оказывал влияние на состояние Роя, с другой поджимало время и нежелание пропустить ещё один портал. Оставалось наступить на горло гордости, отпустить свою ненаглядную с другим мужчиной и подождать, пока они выйдут на открытую местность, где будет возможность с ним разобраться. Они вышли к конюшне, где Ид попросил уже снаряжённого коня у гиксосов, чтобы не тратить время на подготовку. Рой сел сзади, испытав небольшие трудности с длинным схенти. Такие явно не предназначались для езды верхом и он расположился боком, как истинная леди, получая даже преимущество в том, что теперь проще вытащить кинжал из сумки. Так они и тронулись в путь по холодающей от дыхания ночи Пустыне. Рой усиленно смотрел по сторонам, надеясь увидеть зверей, которые бы указали место появления портала, но полуночная фауна ещё не спешила бодрствовать. Только конь стал показывать признаки беспокойства, когда впереди показался огромный неподвижный силуэт. Ид остановил его и обернулся к Рою. — Без звуков и не шевелись, — прошептал он, направив коня немного правее. Тень, которую они все отбрасывали внезапно исчезла и Рой разглядел землю сквозь своё тело. Конь оставил позади обрывающуюся дорожку от копыт, словно ящерица свой хвост. Теперь они будто неупокоенные души, чьи ноги земля живых уже никогда не примет и не позволит оставить след. Сверху донеслись крики птиц. Грифы возвращались домой, на одинокую скалу, что и оказалась неподвижным силуэтом. Радостным взмахом крыльев их встречали детёныши и другие взрослые птицы, тем самым превратив скалу в единый живой организм, который смог бы взлететь, будь он немного меньше. Грифы не заметили, как мимо прошёл конь с людьми. «Даже шестое чувство бессильно. Может ли Ид всю армию так спрятать?» Эта мысль натолкнула Роя на теорию, которую он обязан проверить до того как уйдёт. Время блистать «бочке душ» которую он подобрал на Фабрике. Даже небольшая частица души Бенволио сохраняла сознание и направляла робота, в которого его поместили. Сохранится ли способность Ида в этой частице и можно ли будет ею воспользоваться? Рой аккуратно потянулся к сумке. Под плащом, который он не смог оставить в городе, сразу нащупался кинжал. — Столица, — внезапно обозначил Ид, не замечая действий за спиной. Рой наклонился, чтобы увидеть возвышающиеся квадратные здания и свет от факелов, затем убрал руку. Его посетила противоречивая мысль: «Будет нехорошо, если Ид окажется последним магом, у меня в запасе будет всего одна попытка. Стоит убедиться, что таких как он ещё хотя бы несколько человек.» В столицу они вошли без происшествий. Ид объяснялся со стражей на языке, схожем с египетским, так что Рой не смог уловить все детали. Его очень сильно заинтересовало словосочетание «помощник в храм», после которого притворный взгляд голубых глаз указал на него, а ещё после, одобрительный жест от стражи. Ид пожелал доброй ночи и направился по своим делам с конём и сумкой. Роя увели в другую сторону. — Доброй ночи я вашей цивилизации скажу. Не оборачиваясь, Рой наконец дал себе волю, укусил язык и растянулся в широкой улыбке.