Противоположности притягиваются

      Феликс долго лежал, пытаясь вновь поймать свой сон. Но когда парень понял, что попытки бессмысленны, то поднялся с кровати, попутно замечая на часах половину седьмого утра. Ли решил не тратить время зря, поэтому он вышел из комнаты и направился на первый этаж. Дома было тихо, слишком рано даже для того, чтобы начать собираться на работу или учёбу. Включив свет на кухне Ликс заглянул в холодильник, нужно было придумать, что приготовить на завтрак для семьи Хван и сестры. Феликс, убедившись, что всё есть для омлета, закрыл его, принимая решение сначала сварить рис. Большая кастрюля наполнилась водой и оказалась на плите, зерно тщательно промылось и отправилось в кипящую воду. Феликс убавил огонь и накрыл крышкой, засекая время. А пока рис варился, Ли достал из холодильника замаринованные с вечера ломтики говядины в контейнере, собираясь их пожарить.       По дому распространился ароматный запах, который заставил Хёнджина проснуться. Сегодня ночью он спал на первом этаже в гостиной, так как уснул за просмотром кино. Хван поднялся с дивана, роняя на пол плед, что всё это время был на нём. Хёнджин сложил его и убрал в шкаф. Выйдя на кухню старший молча стал наблюдать за тем, как Феликс хозяйничал возле плиты. Поняв, что его не скоро заметят, Хван подошёл к младшему, закидывая тому руку на плечи.       — Утречка, — Хёнджин усмехнулся, когда Ликс дёрнулся от неожиданности, чуть ли не роняя лопатку, которой перемешивал пульгоки.       — Привет, — улыбнулся Ли, автоматически протянув руку старшего на своём плече ниже. — Почему ещё не поспишь?       — Запах твоей еды слишком манит, как я мог устоять? — Хёнджин потрепал младшего по волосам и отстранился. — Нужна помощь?       — Да. Разбей яйца в глубокую миску и налей туда молока.       Хван кивнул и сделал всё так, как ему сказали. Взбив яйца старший налил молока, снова перемешивая и добавляя немного соли. Феликс тем временем закончил с пульгоки и переложил его в тарелку. Сверяя время с часами Ли отключил конфорку с рисом и убрал на досточку, давая время ему постоять, так зерно получалось рассыпчатым. Время уже подошло к тому, когда в семье Хван начиналось утро.       — Хёнджин, можешь, пожалуйста, накрыть на стол? Я схожу, разбужу Рири. — Феликс дождался положительного ответа и поспешил на второй этаж, попутно снимая фартук.       Вскоре за столом собрались все обитатели дома Хванов, кроме старшей сестры Хёнджина, которая осталась у подруги, угощаясь приготовленным Феликсом завтраком.       — Феликс, тебе не стоит постоянно так заморачиваться. — Махнула рукой миссис Хван, но с огромным удовольствием схватила палочками говядину и отправила себе в рот, довольно прикрывая глаза.       — Я уверен, что стоит. Вы приютили нас, не могу же жить здесь, ничего не делая. Тем более, вы стали завтракать всей семьёй. — Аккуратно подметил Ликс, хватая стакан с соком и выпивая половину.       Эти люди без лишних вопросов разрешили остаться Феликсу и Рири у них дома, прекрасно зная, что это может растянуться на неопределенный срок. В будущем Ли обязательно придумает, чем отплатить этой тёплой семье за такой душевный приём. Ликс чувствовал себя неловко, когда ничего не делал, поэтому он взял в привычку готовить завтраки, а по возможности справляться и с другими приёмами пищи. После школы или танцевальной практики парень наводил порядок в доме, тем самым заставляя миссис Хван ругаться на него. Но Ликс на это лишь улыбался и продолжал дело ещё с большей охотой. Как он смел жить и питаться за чужой счёт, и при этом ничего не делать.       Каждое утро их отвозил мистер Хван сначала до детского сада, а потом уже до школы. Каждое утро Феликс наблюдал за такой дружной и приятной атмосферой в семье Хёнджина, что иногда слёзы наворачивались на глазах. Когда-то и у Ли были такие же отношения с родителями. Феликс всё ещё не мог понять, когда этот переломный момент в их семье настал? Закончится ли он вообще или ему придётся уйти из дома навсегда?       — Эй, Феликс, ты готов? — К нему в комнату заглянул Хёнджин, который застал парня за тем, как тот сидел на кровати с носком в руках. — Всё в порядке?       — А? — Феликс моргнул несколько раз и повернулся к старшему, меняя грустное выражение лица на беззаботное. — Да. Прости, я просто задумался. — Ли закусил губу и поспешил наконец натянуть носки, прыгая к шкафу. Вещи были свои, они с Хёнджином съездили к младшему домой и на скорую руку собрали вещи. Иногда Феликс думал, что решение было поспешным, когда-то им придётся вернуться домой, и родители, скорее всего, будут просто в ярости от побега их детей. Ли вновь завис перед открытыми дверями шкафа, начиная паниковать от подобных мыслей.       — Ликс, — Хван аккуратно дотронулся до плеча младшего и развернул лицом к себе, когда тот не отреагировал. Феликс через силу улыбнулся и судорожно выдохнул. Хёнджин помотал головой и привлёк младшего к себе, прижимая крепко и поглаживая нежно по пушистым волосам. Ли уткнулся в плечо Хвана, сжимая его пиджак на локтях. Старший покачивался влево-вправо, убаюкивая и медленно успокаивая Ликса. — Я не умею красиво говорить, чтобы одним словом смочь тебя успокоить и придать сил… Но ты ведь помнишь, что я всегда готов оказаться рядом?       — Спасибо, — прошептал Ли и прижался сильнее, обвивая руки вокруг талии Хёнджина. Ему всегда было спокойно в компании старшего и чувство безопасности не покидало его до того момента, пока они не расходились по разные стороны. Так комфортно Феликсу было только в своей тёплой кровати холодной зимой, а сейчас ничего в голову не приходило, кроме Хёнджина.

★★★★★

      Джисон устало потёр глаза, понимая, что эта ночная смена будет ну уж очень весёлой. На позднее время их кафе было забронировано для празднования дня рождения. И Хан поблагодарил небеса за то, что пока он работал один ночью, такого ещё не было. Сегодня у него должен был быть выходной, но Чанбин дал понять, что его напарник не справится в одиночку.       Его напарник Чон Дэсон был довольно забавным и громким, нисколько не уступал Чанбину. Да и имя полностью оправдывало человека. Таких же высоких Джисон видел только Сынмина или того друга Минхо, Хёнджина. Но Чон определённо был выше. Впрочем, удивило Хана то, что этот парень, когда первый раз пришёл на работу, был одет довольно стильно и дорого для обычного студента, решившего в свободное от учёбы время накопить деньги. Как и оказалось известно после этот Дэсон и правда оказался из богатой семьи, родители которой забрали у него все карманные деньги, якобы мотивируя сына на пойти и заработать их самостоятельно. Удивительно, что это сработало. Не подумайте, что Джи снова подслушал разговор между Чоном и ещё кем-то. Нет, в первый же день, когда Джисон точно также, как и Чонин остался помочь бедному парню освоиться, тот сам ему излил душу о ситуации в семье и о том, что он хотел им доказать, отработав месяц в кафе и получив свою первую зарплату. Хану нравилось, что несмотря на то, из какой семьи пришёл к ним Дэсон, он был максимально простым и дружелюбным. Джисону нравилось с ним общаться, когда была такая возможность, поэтому, когда Чон попросил его номер телефона, младший без колебаний согласился. Но жирный минус во всём этом, конечно же, присутствовал.       Ждать гостей оставалось примерно час, когда Дэсон только вошёл в кафе. Весь запыхавшийся он с грохотом открыл дверь, пугая уже давно сидящих в заведении людей. Тихо попросив прощения Чон подошёл к Джисону, что недовольно смотрел на старшего.       — Почему так поздно? Работаем мы сегодня хоть и вместе, но смена твоя. Ждёшь, когда тебе первый выговор сделают? — Хан сложил руки на груди, следом за Дэсоном проходя в служебное помещение, продолжая отчитывать. Хотя казалось бы, кто тут старший, а кто младший.       — Прости, Джи. Таксист отказывался разменивать мне купюру. — Синяя футболка полетела на рядом стоящий стул, и Чон поспешил надеть на себя белую рубашку, заправляя её в чёрные, заранее надетые, брюки.       — И откуда у тебя, позволь узнать, крупные купюры, если родители заблокировали твою карту, оставляя ним с чем. — Хан недоверчиво прищурился, перебарывая желание хорошенько ударить старшего по голове. Придумал отмазку тоже.       Дэсон виновато улыбнулся и повернулся лицом к младшему.       — Если ты думаешь, что тебе тут будут делать поблажки, то ты сильно ошибаешься. Сейчас ты со всеми на одном уровне. Поэтому скатерть в зубы и накрывать на столы. — Хан зло пыхтел, не забыв на последок хлопнуть дверью. Это было уже не первое его опоздание. Чонин тайно жаловался Джисону на новенького, когда их смены выпадали на один день. Старший совсем не умел уважать чужое время и труд. Хан понимал, что если не он, то никто не сможет его перевоспитать. Ему это не нужно, просто ему было неприятно за Чонина. Ребёнок старался весь день, но ему приходилось дорабатывать ещё час, просто потому что Дэсон не явился на рабочее место вовремя. Чего греха таить, Джисону правда хотелось иногда накостылять Чону, но Хан сам потом бы получил от Чанбина.       Младший последний раз протёр сдвинутые вместе столы, дожидаясь напарника. Чон вышел из служебного помещения поникший, в отличие от того, когда он только пришёл на работу. Удивительно, но Дэсон именно тот тип людей, которые с удовольствием приходили на работу и не жаловались. Может, с ним просто что-то не так, потому что Джисон не поверил бы, что мальчик из богатой семьи именно такой. Хану нравилось работать в кафе, ещё бы ему не нравилось, когда он собственными руками получал деньги на свою мечту.       — Чего раскис? Гости скоро придут, не смей перед ними маячить с таким лицом.       — Джисон, я плохой работник?       — А? — Хан полностью повернулся к старшему, закатывая глаза на грустный взгляд. — Нет. Просто безответственный.       — Почему это? — Чон расправил скатерть, внимательно наблюдая за младшим, который в свою очередь перехватил другую сторону и потянул её на себя. Хан устало закатил глаза, громко хлопая руками по столу, опираясь на него. Их взгляды пересеклись, и чьё-то сердце встрепенулось, от глубины глаз собеседника, с особой искрой в них.       — Стал бы совестный коллега приходить на час позже, не уважая время другого человека? — Джисон выпрямился, складывая руки на груди. Его правая бровь поднялась, будто давая намёк на то, что младший ждёт ответа.       — Наверное, нет?       — Почему так неуверенно? Конечно, нет! — Хан обошёл стол, вставая напротив Дэсона. Взгляд был тяжёлым, и в этот момент Чон стал понимать, что неделю своей работы он выполнял неправильно. — Мне обидно за Чонина, который с самого утра и до вечера работает, я уверен, не покладая рук. Знаю, что не мне тебя учить, но будь уважительнее к остальным. Чонин старше и опытнее тебя в этом плане. Поэтому относись ответственно, если не хочешь искать новую работу.       — Я… Я понял, — в этот момент Дэсон почувствовал себя настолько маленьким, что казалось, Хан мог раздавить его пальцем. — Прости, я, правда, не хотел доставлять кому-то неудобства.       — Прощение проси у Чонина. А сейчас нам нужно всё красиво организовать.       В целом вечер проходил спокойно. Компания оказалась не такой шумной, как думалось сначала. Дэсон тоже был не так активен, как обычно. И, может быть, совсем крохотную малость, Хан чувствовал в этом свою вину. Но почему его вновь терзала совесть, когда Джисон сделал правильно… Или же нет? Хан мотнул головой, когда услышал звонкий стук палочек об кафельный пол. Младший тут же схватил чистые приборы и поспешил к гостье. Женщина улыбнулась и благодарно кивнула, принимая в руки новые палочки. Взгляд снова упал на Дэсона, который выглядел, как в воду опущенный. Джисон провёл рукой по лицу, закатывая глаза. Послышался смешок за спиной, и Хан медленно развернулся, щуря глаза, как бы укоризненно смотря на Чанбина.       — Что, весело, хён?       — С чего ты взял? — Со тут же принял серьёзный вид, протирая последние чашки, оставляя их на кофемашине.       — Думаешь, я сделал неправильно?       — Я так не думаю. Но ты почему-то так считаешь. — Старший помотал головой, когда Хан хотел возразить. — Что неправильного в том, чтобы заступиться за своего коллегу или научить кого-то совести?       — Он ведь теперь загоняется.       — Нет, — парень улыбнулся, показывая на Джисона пальцем, опираясь при этом локтём на столешницу. — Ты дал ему отличную пищу для размышления. Сейчас он хорошенько подумает о том, что же он сделал неправильно, проанализирует и исправит свои ошибки.       — Всё так просто? — Хан повернулся и через плечо посмотрел за тем, как быстро Дэсон убрал со стола лишнюю посуду, оставляя гостей довольными, не забывая улыбаться.       — А всегда должно быть сложно? Эй, Джи, он точно такой же человек, как и мы все. И благо, Дэсон сам это понимает. В конце концов совесть есть у всех, просто будить её нужно по-разному.       Как только большая компания покинула кафе, Джисон начал собираться домой. Сегодня не его смена, а пришёл он только ради такого большого количества людей. Чанбина давно заменил другой парень, который в один день с Чоном устроился работать.       — Уже уходишь? — Как-то слишком печально спросил старший, сонно моргая глазами.       — Эй, не спать. — Хан щёлкнул его по лбу пальцем, натягивая шапку. Неожиданно в середине ноября пошёл снег, который наконец позволил младшему выгулить свою новую шапку. Чёрные перчатки быстро спрятали руки, которые подхватили сумку со служебной формой. — Почему ты спрашиваешь? Я приходил только, чтобы помочь тебе с такой большой посадкой. У меня сегодня выходной. — Хан пожал плечами и вышел из служебного помещения, оставляя дверь открытой для Дэсона, который тут же последовал за младшим.       — Хорошо.       — Дэсон, обдумай то, что я тебе сказал. Не хотел говорить грубо, но такой у меня характер. Не люблю, когда обижают моих друзей.       Хан оставил после себя звон колокольчика и прохладу раннего осеннего утра, которое почему-то пахло свежестью.

★★★★★

      — Вечеринка? И по какому поводу? — Минхо выгнул бровь, начиная активнее вытягивать банановое молоко через трубочку.       — Просто потому что он приезжает в Сеул. Сказал, что давно не проводил чего-то подобного, хотя казалось бы, почему в Америке так не отрываться? — Хёнджин хмыкнул, пытаясь представить, как его кузен мог днями и ночами реально учиться.       — Он всю столицу собрался звать?       — Сказал, чем больше народу, тем лучше. Хотя, как мне кажется, дышать будет тяжело.       — Кто ещё идёт? — Спросил Минхо, после того, как кивнул на ответ младшего.       — Из наших пока только ты и Феликс. Ему я сказал, что может позвать своих друзей. Ты можешь позвать своих.       — Не уверен, что в их плотном графике появится место хотя бы для часа на вечеринке.       — Так ты идёшь?       — Куда я денусь? — Минхо выкинул упаковку из-под молока в урну за собой, возвращая глаза на друга, встречаясь с благодарным взглядом. Ли знал, как некомфортно будет себя чувствовать Хван среди незнакомых людей. Как Хо мог оставить своего друга в беде. Но его сердце волновало то, что Феликс, скорее всего, придёт не один. Надеялся ли Минхо на то, что он не явится или же сильно хотел видеть его на вечеринке, не знал даже сам парень. Вроде бы, увидишь Джисона там и подумаешь: «Зачем ты пришёл?» А если его не будет сразу мысли начинали пожирать разум вопросами о том, где же он, почему не здесь?       — Я не пойду. — Джисон даже не оторвался от телефона, когда Феликс начал говорить с ними. Младший надул губы и обиженно упал на своё место за партой.       — И почему?       — Не мне тебе говорить, что обычно происходит на таких вечеринках.       — Мы не в Америке, прекрати всё сравнивать с сериалами. — Ли выхватил телефон из рук Хана, на что тот возмущённо воскликнул. — Да бросьте. Неужели вы меня хотите там одного оставить?       — Ты там будешь с Хёнджином. Или можешь вообще не идти. — Подал голос Сынмин за всё время разговора. Ликс покраснел, прекрасно понимая, что Хвану вряд ли будет дело до него, ведь там наверняка будет много его старых знакомых.       — Давайте сходим хотя бы на два часа?       — На два? — Хан с сомнением посмотрел на младшего, что быстро кивал. Джи перевёл взгляд на Кима, который лишь пожал плечами, давая понять, что он не против побыть там только два часа. — Хорошо. Встретимся тогда у меня и вместе пойдём.       Феликс на радостях принялся целовать то Хана, то Сынмина в их макушки, тараторя слова благодарности.       Джисон уже пожалел, что решил пойти на эту вечеринку. Феликс говорил, что старший пересмотрел сериалов, но почти всё походило на них.       Хану было некомфортно: слишком много незнакомых людей, музыка, такое ощущение, будто играла прямо у него в ушах. Было громко так, что можно оглохнуть. Ну и пьяные неадекваты, что пытались либо вытянуть кого-то из толпы на импровизированный танцпол, либо откровенно приставали. Парень старался держаться от этого всего подальше вместе с Сынмином и Феликсом. Они пришли буквально пятнадцать минут назад, но Ли так и не смог найти Хёнджина, который его сюда и позвал.       — Забей, надо будет, сам найдёт. — Махнул рукой Джи и взял со стола стаканчики с какой-то жидкостью. Хан вылил содержимое в общую чашку, протягивая их младшим. — Рисковать мы не будем, да и мы ещё несовершеннолетние.       — Предлагаешь попить чай? — Усмехнулся Ким, потому что сейчас это вряд ли могло находится в доме, где единственным напитком был алкоголь.       — Хоть чего-нибудь уже. Горло сохнет. — Хан прошёл мимо друзей в сторону, где предположительно могла находится кухня, махая им рукой, чтобы те шли за ним. Кухня была довольно большой, но людей здесь было не так много. Хотя удивляться ещё было нечему, это только начало.       — Эй, Феликс! Вот вы где. — Хван вскинул руку, чтобы Ли сразу обратил на него внимание, хотя это особо и не требовалось, из-за его роста старшего сразу было заметно. Ликс улыбнулся и помахал Хёнджину, направляясь в его сторону. Сынмин остался на месте, искоса поглядывая на Хана, который всем своим видом старался показывать, как ему всё равно на парня с кошачьим прищуром, что так и прожигал затылок. Ким молча поставил одноразовые стаканчики рядом со старшим, который откопал где-то чайные пакетики. Младший облокотился поясницей о столешницу, складывая руки на груди.       — И сколько мы так будем? — Мин даже не старался сделать голос чуть громче, прекрасно зная, что Джи его услышит. Тот повернул голову, выгибая бровь. — Я подозреваю, что мы скоро можем стать ближе к Хёнджину и его друзьям.       — Я не совсем понимаю тебя.       — О, уверен, ты понял, о чём я говорю. Разве не видишь? — Сынмин указал пальцем перед собой, заставляя Джисона развернуться в пол оборота. Хёнджин уже полностью потерял интерес к компании, с которой общался до этого, переключив своё внимание на Феликса. Ли над чем-то смеялся, прикрывая рукой рот и прищуривая глаза. Хван будто был околдован очарованием их друга.       — Прямо бы и сказал. — Хмыкнул Хан, наблюдая за милой сценой.       — Поэтому я думаю, что мы могли бы присоединиться к ним. Всё-таки, если всё сложится хорошо, то нам не один раз придётся находиться в такой компании.       — Но я не…       Сынмин больше не стал слушать, он взял старшего под локоть и повёл его к маленькой компании. Джисон старался всеми силами принять равнодушный вид, и это получалось. До того момента, пока взгляд, как бы невзначай, не упал на Минхо. Хан поспешил отвернуться, кивая в знак приветствия всем остальным.       — Мы вам не помешаем? — Сынмин широко улыбнулся, удерживая Джисона на месте, который пытался незаметно выдернуть руку из стального захвата.       — Нет, что вы. — Хван махнул рукой, закидывая её на плечи Феликсу. Воцарилось неловкое молчание, что было далеко неудивительно, ведь единственное, что парни знали друг о друге это имя и класс, в котором учатся. Хёнджин похлопал себя по бедру свободной рукой, как будто пытаясь начать разговор, но понятия не имел с чего именно. Только старший открыл рот, как его остановил позвонивший телефон. Хан нахмурился, пытаясь понять, чей это номер.       — Я отойду ненадолго. — Джисон по очереди посмотрел на своих друзей, дождавшись кивка, ушёл из кухни. Набиравший ему человек явно хотел, чтобы парень ответил, потому что пока Хан искал тихое место, успели перезвонить два раза. В итоге Джисон поднялся на второй этаж и остановился рядом с лестницей, опираясь на перила поясницей. Только парень собрался ответить, звонок прекратился. Хан цыкнул и закатил глаза, думая, что стоит ожидать ещё одной попытки вызова. Так и случилось. Через минуту уже «знакомый» номер вновь появился на экране телефона.       — Алло? — Неуверенно начал парень, выгибая левую бровь. На той стороне трубки послышался приглушённый всхлип, который заставил Хана встать ровно. — У вас всё в порядке?       — Ох, Джисон-а, это ты? — Тихий и хриплый женский голос, заставил табун мурашек пробежать по спине. Почему-то мороз по коже прошёл и волоски на руках встали дыбом.       — Это я. — Неуверенно шёпотом ответил парень, обращая внимание на то, как участилось его дыхание, а кончики пальцев заледенели.       — Слава богам. Джисон-а, это я. Твоя мама.       Рука Хана неконтролируемо опустилась вниз, роняя телефон с глухим стуком на пол. Сердце громко стучало в висках, к горлу подкатывала тошнота, а в глазах предательски всё начало расплываться. Нет, нет, нет. Это не его мама, его маме он не нужен. Это просто шутка, кто-то очень не смешно пошутил. Совсем не смешно. Хан наклонился и дрожащей рукой поднял телефон, чтобы завершить вызов, совершенно не обращая внимания на лепет женщины. Ноги перестали держать и Джисон опустился на колени, пустым взглядом пытаясь на полу найти ответы на многочисленные вопросы. Громкий всхлип сорвался с его уст, воздуха стало не хватать, будто он резко оказался в вакууме. Джисон нашёл в себе силы сесть и опереться спиной на перила. Телефон вновь зазвонил, заставляя парня вздрогнуть. Первая слеза сорвалась неожиданно, а за ней последовали и следующие. Хан выключил телефон насовсем и отбросил от себя как можно дальше, лишь бы не видеть, лишь бы не думать. Лишь бы не сорваться…       Джисон пытался сдерживаться, чтобы не впасть в истерику, но это было невыполнимой задачей. Громко всхлипнув Хан уткнулся носом в подтянутые к груди колени и навзрыд заплакал. Грудную клетку сдавило, будто на ней лежала бетонная плита. Было так больно и невыносимо.       — Почему сейчас? Почему?! — Выкрикнул Джисон, дёргая себя за волосы. Парень давился слезами, задыхался от всхлипов и тонул во множестве вопросов. — Зачем ты мне позвонила? Зачем было это делать тогда, когда мне уже хорошо без вас… Ненавижу.       Хан со всей силы ударил кулаком об пол, не прекращая плакать. Он не сдерживал своего громкого рыдания, потому что сил терпеть уже не было.       — Эй, малыш, почему плачешь? — Послышался почти у самого уха незнакомый голос. Джисон крупно вздрогнул и поднял заплаканное лицо с колен.       — Отвали. — Сухо ответил Хан, смотря перед собой.       — Ну что же ты так. Я смогу поднять тебе настроение, — томно прошептал парень, ведя указательным пальцем от кисти руки до локтя. Джисон перехватил движение и грубо откинул от себя надоедливую ладонь. — Какой упрямый.       — Кажется тебе уже ясно сказали, чтобы ты оставил его в покое. — А уже этот голос заставил дёрнуться двоих парней. Хан не смел поворачивать голову в сторону лестницы. Он отвернулся, вновь утыкаясь лицом в колени, лишь бы Минхо не видел его заплаканным.       — О Минхо, какие люди. Этот паренёк твой? Прости, не знал. Что ж, не буду вам мешать. — Джисон рядом почувствовал копошение, а после пустоту. Его правда оставили одного. Слёзы вновь начали застилать глаза, судорожный вздох сорвался с губ.       — Эй, Джисон, он тебе что-нибудь сделал? — Хан резко повернул голову, совершенно не ожидая, что Минхо остался с ним. — Почему ты плачешь? — Старший сел на колени, мягко убирая прилипшие из-за слёз синие пряди со лба. — Может, мне позвать Феликса или Сынмина?       Хан тут же вцепился в кофту старшего дрожащей рукой. Младший сильно затрясся, не желая, чтобы его покидали хоть на секунду.       — Не уходи, — совсем тихо сказал Джисон, но Ли его хорошо услышал.       — Я не уйду. — Минхо мягко перехватил руку Хана, что сжимала его рукав и переплел их пальцы, крепко сжимая. Ли сел, облокачиваясь на перила лестницы и посмотрел на младшего, который всё ещё крупно дрожал и не отрывал взгляда от пола. — Ты не против, если я… тебя обниму?       Джисон помотал головой, ещё ниже опуская её. Минхо перекинул левую руку через плечи Хана, за них притягивая к себе ближе, заставляя парня уткнуться носом в свою грудь. Младший сжал в ладони кофту на плече Ли, вновь начиная плакать. Почему-то ему не было стыдно показать себя таким уязвимым перед Минхо, почему-то тепло его тела дарило успокоение и уверенность, что всё непременно будет хорошо. Ли не хотел нарушать эту тишину, но не спросить он не мог. Он должен был убедиться.       — Так, он тебе ничего не сделал? — Минхо, не имея возможности перебирать пальцами мягкие пряди, поглаживал плечо, иногда сжимая его, будто массировал.       — Нет, — хрипло ответил младший, снова всхлипывая. Ли сильнее притянул его к себе, щекой прижимаясь к волосам. Поза казалась слишком интимной, но от этого не менее правильной. — Прости, но я не могу тебе рассказать.       — Всё в порядке. Я этого и не требую. Главное, что ты цел. — Минхо почувствовал, как после этих слов, Джисон сжал его руку сильнее. Ли коротко улыбнулся, перебивая острое желание поцеловать синюю макушку.       «Джисон, всё в порядке, если ты рядом».       Парни оставшееся время сидели тихо, в тайне наслаждаясь нахождением друг друга рядом. Но всё это не могло длиться вечно, как бы сильно не хотелось.       — Иди первый. Будет странно, если мы вернёмся вместе.       — А то, что ты пошёл за мной, не покажется странным? — Джисон потёр левый глаз, смотря в пол. Минхо скривил губы в подобие улыбки, показывая верхний ряд зубов. Хан усмехнулся, когда увидел скривившееся лицо старшего.       — Я пошёл не за тобой, Джисон. Просто так получилось. — Минхо зачесал волосы назад, отводя взгляд от прищуренных глаз младшего. — Просто давай возьмём напитки и вернёмся с ними.       — Давай, — младший ухмыльнулся, рассматривая спину Ли, следуя за ним.

★★★★★

      — Чани, там снег крупными хлопьями падает, — Сынмин обернулся к старшему, с восхищённо горящими глазами. Бан на это только кивнул и продолжил писать в своём блокноте. Плечи Кима опустились, а улыбка так неестественно застыла. — Чан?       — М? — Старший кивнул, подавая знак, что слушал его.       — Тебе ещё долго?       — А что такое? — Старший повернул голову к своему парню, но не открывал взгляда от блокнота.       — Можно было бы сходить погулять. — Сынмин подошёл сзади, кладя руки на плечи, немного разминая их. Чан дёрнул плечами, заставляя Кима убрать ладони с них.       — Прости, Мин. Но у меня сейчас много работы. В компании загрузили.       — Но ты целыми днями и ночами сидишь за работой. Ты хоть отдыхаешь? — Возмущённо спросил младший, хмуря брови и складывая руки на груди. Его не раздражала работа Криса, даже не то, что он такой занятой, это Ким понимал. Вот только он не мог понять, зачем Чан себя так изводил? Разве нельзя на часик забыть о работе и отдохнуть?       — Это не важно. Сейчас у меня испытательный срок, я должен выложиться по полной. А потом уже можно будет и подумать об отдыхе.       — Ты хочешь выгореть? Хочешь потом это делать через силу? — Сынмин не выдержал смотреть парню в затылок, поэтому развернул его к себе за спинку стула.       — Сынмин-а, ты ещё маленький, ты не понимаешь…       — Нет, это ты не понимаешь. Чан, вот, как ты говоришь, ты уже взрослый и должен понимать, что отдых важен, как никогда.       Чан прикрыл глаза и устало вздохнул.       — Дай мне пять минут, я быстро закончу и погуляем с тобой. — Крис притянул младшего к себе, обхватывая за бёдра и целуя живот. Ким закусил губу и запустил пальцы в кудрявые волосы, массируя голову. Чан ещё раз поцеловал живот Сынмина и вернулся за стол. Ким направился к кровати, оставаясь ждать на ней.       Но ни через пять минут, ни через тридцать и даже ни через час Чан не закончил свою работу. Сынмин всё это время сидел молча, надеясь, что Крис вспомнит о том, о чём обещал. Но Ким так и не дождался, парень также молча покинул комнату старшего, а после и съёмную квартиру, тихо закрыв за собой дверь.       — Пусть сидит там и работает. Я маленький? Хочет сказать, что я ничего не понимаю? — Раздражённо бубнил себе под нос Сынмин, иногда поднимая голову, лицом ловя крупные снежинки. — Такая погода, так романтично, а он…       Сынмин прервался, засматриваясь на небо и сталкиваясь с кем-то плечами.       — Ох, простите. — Ким поспешил поклониться, но застыл в удивлении, когда увидел парня, с которым столкнулся. — О, а ты как тут?       — И я тебя рад видеть, Сынмин.       — И я, Сонгун — Ким улыбнулся и обнял парня напротив, хлопая по спине. — Ты же говорил, что собираешься остаться в Австралии.       — Я приехал навестить бабушку. После смерти дедушки, она совсем из дома не выходит. Пока могу, остаюсь здесь.       — Прости, ты спешишь, да?       — Если ты не против, то мы могли бы сходить с тобой и выпить по чашке кофе?       — Я не против. — Ким улыбнулся уголком губ, мотая головой.       Парни весело разговаривали, вспоминая то время, когда они вместе учились в Австралии, пока не дошли до кафе. Сонгун настоял на том, чтобы угостить Сынмина, предлагая выбрать столик и занять его.       — Я всё не мог у тебя спросить. Почему ты не остался в Австралии? Ты делал большие успехи в учёбе, я думаю, у тебя бы там было большое будущее. — Сонгун хлюпнул кофе, аккуратно отпивая горячий напиток.       — Моё большое будущее может быть только здесь. Когда мне выпал шанс вернуться в Корею, я ни на секунду не задумался. У меня здесь семья, друзья, да и страна родней. — Усмехнулся Ким, наблюдая за ответной улыбкой на лице собеседника.       — Да, я тебя понимаю. Только вот мои родители меня с удовольствием отправили в Австралию, с радостью избавляясь от меня.       — Ты к ним не заходил?       — Не вижу смысла. Побуду у бабушки, а на рождественские каникулы уеду.       — Будет время, загляни ко мне. Ты ведь знаешь, я всегда рад тебя видеть, Сонгун. — Ким потрепал парня по плечу, подбадривающе улыбаясь. Сонгун кивнул, говоря слова благодарности.       Тут телефон Сынмина, что лежал на столе, зазвонил, привлекая внимание сразу двоих. Ким вздохнул и закатил глаза, принимая вызов.       — Сынмин-а, ты где?       — А что? Ты уже закончил? — Недовольно проговорил младший, отворачивая голову к окну.       — Прости, Минни. Просто скажи, где ты, я уже на улице.       — Я в кафе у дядюшки Тэ. — Сынмин услышал быстрый ответ от Бана и отключился. Ким предполагал, что Кристофер быстро окажется здесь.       — Это Чан-хён?       — Угу, — промычал Сынмин, отпивая остывший кофе.       — Ничего, что мы тут вместе?       — А что должно быть? — Сынмин усмехнулся, откидываясь на спинку стула.       — Да нет, ничего. — Тихо ответил Сонгун и отвёл взгляд к окну. Больше они ни о чём не говорили, дожидаясь прихода старшего.       Раздался звон колокольчика, оповещающий о новом посетителе. Сынмин и Сонгун обернулись на вошедшего, увидев у дверей Чана. Ким поднялся с места, привлекая внимание старшего. Бан быстрым шагом сократил между ними расстояние, не отводя взгляда от младшего. Ким внимательно оглядел Чана и, цыкнув, протянул руку, чтобы стряхнуть крупные снежинки с кудрявых волос.       — Почему без шапки? Капюшон хоть накинул бы. — Сынмин показушно натянул на его голову чёрный капюшон и снова сел за стол. Тут уже Чан обратил внимание, что его парень был не один, а в компании их старого знакомого. Который, к сожалению, не особо нравился старшему.       — Здравствуй, хён. — Сонгун, заметив на себе взгляд Криса, поспешил встать и поклониться. Старший лишь кивнул и вновь перевёл взгляд на Мина, который отвернулся к окну.       — Минни, пошли, прогуляемся.       — Ты так и не ответил на мой вопрос: ты закончил работу? — Ким сложил руки на груди и всё-таки посмотрел на своего парня. Сглотнув Чан неуверенно кивнул, поправляя капюшон на голове. Сынмин сощурил глаза, пристально смотря на парня, но после вздохнул и поднялся с места. — Спасибо, Сонгун, что угостил. Приятно было увидеться. Жду в гости.       — Обязательно. — Сонгун мило улыбнулся, игнорируя проницательный взгляд со стороны Криса. Чан аккуратно переплёл их пальцы и повёл на выход из кафе, желаю уйти от этого места как можно дальше.       Сынмин сразу почувствовал быструю смену настроения парня, когда тот увидел, что он был не один. Чан шагал так быстро, что даже с длинными ногами Сынмин не совсем поспевал.       — Чани, что случилось? Куда мы так спешим? — После этих слов Бан неожиданно остановился, из-за чего Ким влетел в его спину, сделав шаг назад. — Ты мне объяснишь? — Всё также спокойно и тихо продолжал младший, ожидая хоть что-нибудь услышать от парня. Тот набрал в лёгкие побольше воздуха и повернулся к Сынмину, впиваясь взглядом в его макушку, а хотел бы посмотреть в глаза.       — Ты ведь знаешь, что я специфично отношусь к вашему общению с Сонгуном.       — И почему же?       — Не подумай, я тебе доверяю, Минни, — Чан взял младшего за плечи и заставил посмотреть на себя. — Но я не уверен в Сонгуне.       — Ты сейчас сказал такой бред. А ещё говоришь, что я маленький.       — Сынмин-а, прости за то, что я наговорил тогда. Я не хотел тебя обидеть и не хотел, чтобы ты в итоге ушёл один. Прости меня.       Ким закусил губу и, не выдержав такого взгляда Чана, притянул его за шею, крепко обнимая и шмыгая носом. Крис облегчённо выдохнул, ответно прижимая Сынмина к своему телу.       — Я никогда не буду против твоей работы, которой ты отдаёшься всей душой. Мне не нравится, что ты не отдыхаешь, я беспокоюсь о твоём здоровье.       — Прости, с этого момента я буду тебя слушаться, обещаю. — Чан сильнее жмётся к младшему, широко улыбаясь и утыкаясь носом тому в шею. Сынмин тихо посмеялся, шепча о том, что ему щекотно. Крис отстранился от чужой шеи и влюблёнными глазами смотрел на Сынмина, чья шапка уже была вся в снегу, а на ресницах были маленькие снежинки. Короткий и тёплый поцелуй коснулся сынминовых губ.       — Я люблю тебя, — прошептал Чан, закрывая глаза, соединяя их лбы.       — Я тоже тебя люблю.