Противоположности притягиваются

      Джисон проигнорировал очередной звонок от Сынмина, отбрасывая телефон в сторону подоконника и сильнее укутываясь в одеяло. Окно в комнате не открывалось уже третий день, в ней было ужасно душно, но Хан только набрасывал на себя второе одеяло и зарывался под ними с головой, прячась от ужасного холода. Джисону нравилось то чувство, когда никуда не нужно, никто от тебя ничего не требует, некуда спешить, никто не трогает. Единственное, чтобы не расстраивать бабушку, Хан выходил раз в день на кухню и через силу пихал в себя ложку с супом или рисом. Правда, это в желудке долго не задерживалось.       Стук в дверь казался таким непривычным и удивительно оглушающим в звенящей тишине. Хан лишь дернулся от неожиданности, но ничего не сказал, вновь двигаясь к краю кровати, чуть не падая с неё. Стук повторился, только громче. Джисон хмыкнул, будто это могло помочь человеку за дверью открыть её быстрее.       — Джисон-а, к тебе твой друг пришёл.       Хан закатил глаза, накрывая голову подушкой. Он не хотел вести себя так с бабушкой, но ничего не поделать, если она так беспокоиться о нём. Это оставалось только принять и смиренно терпеть все эти дни.       — Он представился как Ли Минхо.       Джисона как ошпаренного подбросило на кровати, заставляя принять сидячее положение. Подушка с тихим шлепком упала на пол, уныло заваливаясь на бок. Хан пару раз моргнул, зачем-то начиная в панике осматривать свою комнату. Она, как обычно, была в творческом беспорядке: на столе и рядом с ним лежали исписанные листы, где-то они были сложены в аккуратные стопки, где-то смяты и закинуты под стол с обещанием убрать их позже, у кровати лежала давно забытая гитара, что так и не была убрана в свой чехол. В комнате было душно и застоявшийся запах не давал вдохнуть полной грудью, если вообще было, что вдыхать. Здесь чёрт ногу сломит не только из-за беспорядка, но и из-за кромешной темноты.       Джисон в молящем жесте вскинул голову к потолку и вновь завалился на кровать, притягивая к груди вторую подушку. Стук в дверь повторился, но после этого она сразу открылась, впуская свет и совершенно не бабушку, как ожидал Хан, а парня.       — Что ты здесь забыл? — Джисон наплевал уже на всё и отвернулся лицом к окну, с силой сжимая зубы. Больше всего ему не хотелось видеть именно Ли Минхо. После того случая на вечеринке, они ни разу не виделись, да что там, Джисон прогуливал несколько учебных дней. Не только потому, что не хотел видеть Минхо, но и из-за того, что у него просто нет сил делать что-то ещё. Мысли постоянно возвращались к матери, которая волшебным образом нашла номер сына и потревожила его итак не очень спокойную жизнь.       — Твоя бабушка такая милая, почему ты не такой? — Задумчиво проговорил Ли и прошёл дальше, открывая шторы, а за ними и окно. Джисон раздражённо фыркнул и накинул одеяла на голову, чтобы закрыться от солнечного света. Почти подходил конец ноября, а погода ни капли не хотела быть похожа на зиму. Как бы Хан сейчас хотел оказаться в конце декабря перед Рождеством, а после и Новый год встретить. А не вот это вот всё.       — В дедушку пошёл, — запоздало буркнул из-под одеял младший. Минхо усмехнулся и медленно подошёл к кровати, где место на краю было полностью занято, поэтому Ли присел возле неё, где предположительно должно было быть лицо Джисона. Минхо протянул руку и, угадав с первого раза, положил её на голову Хану, чуть похлопывая. Младший вздрогнул, но больше не шевелился, ожидая дальнейших действий от Ли. Левый уголок губ поднялся в удовлетворении.       — Послушай, Джисон. По всему видимому, я единственный, кто знает о причине твоего такого поведения… Не думаешь, что это неправильно?       — Если ты пришёл, чтобы поучать меня, то можешь валить. — Джисон скинул одеяла, а вместе с ними и чужую руку. Он сверлил своим взглядом глаза напротив, не собираясь уступать. — Ва-ли, — растягивая гласные произнёс младший и повернулся к Минхо спиной, молча говоря о том, что разговор окончен. Ли раздражённо закатил глаза, вставая в полный рост.       — Если ты думал, что я пришёл по собственному желанию, то ты ошибаешься. Феликс и Сынмин попросили меня помочь. Не знаю, чем они руководствовались, но, судя по всему, они отчаялись. Твои друзья переживают за тебя, они имеют право знать, по какой причине ты себя так ведёшь…       — Разве я не имею права молчать об этом? Разве мне нельзя? — Завёлся Хан, поднимая голос и вставая на кровати, смотря сверху вниз на старшего. — Почему они имеют право знать, а я не могу молчать о том, о чём нет желания говорить?!       — Они ведь могут помочь тебе пережить этот период. Они твои друзья…       — Мне хватает того, что об этом уже знаешь ты!       — Чего? Это сейчас претензия была?       — Я бы предпочёл, чтобы никто никогда не узнал об этом… Никто всё равно не сможет понять того, как мне больно на самом деле… Разве ты почувствовал хоть одну десятую того, что было со мной тогда, Минхо?       Ли вздрогнул от того, с каким отчаянием было произнесено его имя. Старший больше никогда не хотел бы слышать этой интонации.       — Я даже сейчас толком не понимаю, что произошло тогда, потому что ты мне так и не рассказал. Что я узнал из твоих причитаний во время истерики, так это то, что это связано с твоими родителями. — Минхо опустил голову, зачёсывая волосы назад, пытаясь собрать мысли и найти ту, которая хоть немного, но поможет успокоить Хана. Ли медленно приподнялся на корточках, сокращая расстояние, протянул руку, пальцами обхватывая чужое запястье, чтобы потянуть вниз и посадить Джисона на кровать, пристраиваясь рядом. — Ты прав, никто не может заставлять тебя, если ты сам не хочешь…       — Я не не хочу, я просто не могу… — Тихо произнёс младший, отворачивая голову к правому плечу, избегая прямого контакта глазами. Минхо замер и его пальцы прекратили успокаивающие круговые движения.       — Вот оно что, — хмыкнул Минхо и сжал две руки в своих ладонях, массируя костяшки пальцев. — Ты боишься?       Джисон поджал губы, но собравшись с мыслями, медленно кивнул. Минхо набрался смелости и приблизился к Хану, наклоняя голову к его лицу. Младший зажмурился и сильнее сжал пальцы в ладонях.       — Ты боишься, что они осудят или того, что не поймут?       Хан раздражённо высвободил руки, тут же сжимая в них свои синие волосы. Корни уже давно заметно отросли, только вот Джисон не торопился их подкрасить, то ли забывал, то ли ленился.       — Раздражает. — Прошипел младший, кидая на Ли злой взгляд. Тот от удивления поднял брови, ни капли не испугавшись.       — Я? — Решил уточнить Минхо, указывая на себя пальцем.       — Да. Раздражает, что ты пытаешься быть психологом и у тебя это получается, раздражает, что, на самом деле, понимаешь, что творится у меня на душе. Как ты это, чёрт возьми, делаешь? — Джисон чувствовал, как он уже выдохся от этого утомительного диалога, поэтому, наплевав на гостя, вновь завалился на постель, прикрывая глаза. — Иди, пожалуйста, домой. Я устал от разговора с тобой.       — Как я теперь могу уйти, если мы можем решить твою проблему?       — Какие ещё «мы», умник? — Не переставал Джисон плеваться ядом, пытаясь своей враждебностью прогнать того, кто так нагло нарушил его самобичевание покой. На старое прозвище Минхо лишь снова закатил глаза, ложась рядом за спиной Хана. Его рука снова легла на голову, только теперь она не была прикрыта одеялом и пальцы могли свободно перебирать мягкие волосы. Ли нравилось, что Джисон не сопротивлялся и лежал спокойно.       — То, что ты говорил раньше… — Начал тихо Минхо, надеясь, что Хан не уснул от поглаживаний. — Расскажешь, что происходит у тебя на душе? — Старший затаил дыхание, со страхом ожидая ответа. Если Джисон ответит отрицательно, то Минхо не будет видеть смысла находиться здесь, но в сердце теплилась маленькая надежда того, что Хан поделится, свалит на Ли всё то, что так долго тревожило его. И Минхо готов это принять, готов быть жилеткой, в которую можно поплакать. Готов сделать так, чтобы Джисону стало легче.       — А ты готов выслушать всё то, что я держу в себе? — Хан повернулся к нему лицом, оказываясь слишком близко, но нисколько не удивляясь, лишь с усталостью в глазах пересекаясь взглядом со старшим. Минхо выпутал пальцы из синих волос, сжимая их в кулак, перебарывая желание заключить Джисона в объятия. Он не знал историю этого парня, он не знал о нём практически ничего… Но это становилось невероятным центром притяжения к Хану.       — Всё, что угодно. — Также тихо сказал Минхо, притягивая свою руку к груди.       И Джисон действительно рассказал ему всё. Поделился тем, что почти не помнит родителей, не помнит хорошо ли ему было с ними тогда. За то помнил, как они привели его сюда, в дом к бабушке и дедушке, после чего исчезли без следа и никогда не возвращались. Рассказал о том, как познакомился с Феликсом и Сынмином, как они ездили каждое лето в деревню и воровали с чужих участков яблоки и вишню. Поделился тем, что тогда всё-таки произошло на вечеринке и о своих сомнениях.       — Ты всё ещё не понимаешь, чего хочешь?       — Да, одновременно я хочу, встретиться с мамой и узнать у неё абсолютно всё. Но с другой стороны, хотел бы, чтобы она снова забыла обо мне и уже никогда не вспоминала. Почему она появилась только сейчас? Почему именно тогда, когда я уже давно перестал зависеть от неё.       — Договорись с ней о встрече и поговорите. — Минхо не понял взгляда, с которым смотрел на него Джисон. Ведь он будто говорил им, что старший якобы не слушал его весь этот час. — Тебе нужно закрыть Гештальт. Я думаю, ты сам прекрасно понимаешь это, просто боишься. — Ли перевернулся на спину, закидывая скрещенные руки себе за голову. — Она ведь твоя мама.       — Не вижу связи. — Джисон сел на кровати, оказываясь лицом к старшему.       — Подумай о том, в какой ситуации мать посмела бы оставить своего ребёнка? Тебе не хочется знать причину, но ты не думаешь, что если бы ей было плевать, то того звонка и не было бы в помине?       — Не думаешь, что ей просто не хотелось меня растить и воспитывать, а после того, как я повзрослел, её сын стал интереснее?       — Повзрослел ли? — Шёпотом, чтобы младший не слышал, проговорил Ли. — Не исключено. Но мы можем так долго гадать, не лучше ли встретиться и решить проблему раз и навсегда? — Минхо тоже принял сидячее положение, наклоняясь к лицу Джисона ближе. — Ты никогда не сможешь узнать точно, если не спросишь напрямую. Просто наберись смелости и сделай это наконец. Ты потом будешь жалеть, что так долго убивался по такому поводу.       Джисон отвернулся, избегая зрительного контакта, руки нервно сцепились в замок. Минхо положил свои ладони ему на плечи, решительно притягивая к себе.       — Пользуешься случаем? — Усмехнулся Джисон, щекой прижимаясь к правому плечу и в ответ сцепляя руки на лопатках старшего.       — Ни в коем случае. — Рассмеялся Минхо, слыша ответный тихий смех Джисона. — Если ты боишься говорить что-то друзьям, расскажи мне. Ведь, ты как-то сказал, что мы не друзья, разве это не будет проще?       — Я говорил подобное? — Прошептал Джисон, пытаясь вспомнить хоть часть того разговора. — А, кажется, и правда было что-то такое.       — Если ты беспокоишься о том, что я обиделся, то не переживай, я всё понимаю.       — И не собирался.       Так они и просидели в объятьях друг друга, тихо наслаждаясь спокойным моментом. Джисон понимал, что действительно поступал несправедливо по отношению к друзьям, но поделать ничего не мог. А Минхо смиренно принял эту его позицию, подставляя своё плечо, на которое можно опереться, а на худой конец и поплакать. Но сегодня Хан не пролил не одной слезинки, совершенно спокойно сидя в кольце крепких рук.       — Я… Спасибо тебе, Минхо. Мне правда этого не хватало. — Негромко произнес младший, утыкаясь носом в плечо Ли. Тот хмыкнул и прижал Хана ближе, запуская левую руку в волосы.       — Всё в порядке. Если тебе нужно, я всегда… — Минхо запнулся, боясь услышать или увидеть реакцию Джисона. Ли не впервой произносить подобные слова, но нужны ли они Хану? — Я всегда буду на твоей стороне.       Джисон ничего не ответил и его секундное замешательство тоже не было не заметным для Минхо. Щёки запылали, а сердце ускорило биение, и почему-то именно сейчас глаза наполнились влагой. Почему эти слова Джисону хотелось услышать не от друзей, а от Минхо?

★★★★★

      Джисон взволнованно потирал свой лоб, всё ещё сомневаясь. Он очень соскучился по друзьям за эту неделю, но ему было стыдно за своё поведение. И всё же, лучше получить нагоняй сейчас, нежели расстроить их ещё больше. Хан набрал в лёгкие побольше воздуха и толкнул дверь, входя в школу. Хоть ему и было страшно смотреть в глаза Феликса и Сынмина, но с каждым шагом Джисон прибавлял темп, переходя на лёгкий бег.       — По коридорам не бегать! — Послышался строгий голос какого-то учителя, но Хан только выкрикнул веселое «ага!» и бежал дальше, пока не остановился перед их кабинетом. Небольшая одышка и счастливая улыбка на лице. Джисон громко открыл дверь, и в эту же секунду все в классе замолчали от неожиданности. Но увидев, что это всего лишь их одноклассник, в кабинете вновь начался балаган. Хан сколько не осматривался, не увидел Сынмина с Феликсом.       — Эй! — В классе снова воцарилась тишина, — где Феликс и Сынмин?       — Они ещё не приходили, — ответила одноклассница и вернулась к разговору со своими подругам.       — И где они могут быть? — Хан закрыл дверь в класс, понимая, что сейчас нет смысла туда заходить. — Может?..       Джисон улыбнулся и развернулся, чтобы найти друзей, но в эту же секунду столкнулся с ними лицом к лицу. Те не выглядели удивлёнными, скорее встревоженными. Они ещё несколько секунд осматривали Джисона с ног до головы, прежде чем броситься с объятиями к нему.       — Ты такой дурак! Как ты мог так с нами поступить?! Мы очень волновались! — Кричал ему в ухо Ли, одновременно обнимая за шею.       — Ты идиот! — Подтвердил Ким и дал Джисону подзатыльник.       — Да, я знаю! Простите меня. Я обещаю, что вам всё расскажу. — Парень был так счастлив снова увидеть их. — Простите, что заставил вас волноваться.       — Всё хорошо, главное, что ты в порядке, — сказал Феликс и поставил громкий щелбан Джисону. Тот зашипел от неожиданности, но широко улыбнулся, потирая лоб.       После долгих и утомительных уроков парни пошли домой к Сынмину, его мама сказала, что приготовит куксу. И кто они такие, в конце концов, чтобы отказываться. Шли парни в комфортной тишине, по пути решив зайти в магазин и купить краску для волос. Несмотря на весь произошедший хаос Джисон помнил о том, что корни уже отросли, а цвет стал тусклее.       — Вы ведь не серьёзно? — Сынмин скорчил лицо, не собираясь поддаваться на уговоры друзей о том, чтобы покрасить его чёлку в зелёный. — Это же бред, как это будет смотреться?       — Шикарно, — одновременно ответили Феликс и Джисон. — Тебе пойдет. — Продолжил Ли.       — Нет, пожалуйста, отстаньте от меня. И вообще, вы говорили только о том, чтобы осветлить мою чёлку, а не красить её в зелёный.       Хан и Феликс хитро переглянулись, забрасывая в корзину краску зелёного цвета.       — Всё будет хорошо, просто главное не переборщить с цветом, чтобы не был похож на Гринча. — Закончил Джисон, а Ли рассмеялся, на что Сынмин просто закатил глаза, прекратив попытки отговорить своих друзей.       Когда парни уже были в комнате Сынмина и готовились к покраске волос, Джисон рассказал им всё: и о том, как они поговорили с Минхо, и том, что произошло в тот вечер. Феликс и Сынмин слушали внимательно и с замиранием сердца. Им было грустно, что Хан держал это всё в себе и переживал такой трудный период один.       — Хани, — обратил на себя внимание Феликс, — прости нас, что тебе пришлось пережить такое потрясение одному. Ты ведь знаешь, мы готовы помочь всем, чем сможем.       — Не думай, что обременяешь нас или ещё что-то. Мы друзья и всегда должны помогать друг другу. Мы ведь поклялись когда-то давно. — Поймал мысль Сынмин, улыбаясь в ответ на грустное выражение лица Джисона. А потом толкнул его ладонью по лбу, заставляя старшего откинуть голову и засмеяться.       — Эй, умереть захотел? — Улыбался Хан, помешивая краску для волос. — Спасибо вам. Обещаю, больше не буду так делать.       — Но, Хани, ты действительно встретишься со своими родителями?       — Я ещё не уверен, но в словах Минхо есть логика. Правда, мне с того вечера больше не звонили. — Джисон прикусил щёку изнутри, глядя на краску в руках.       — Так, ну всё, хватит об этом. Ты приготовил краску? — Джисон кивнул на вопрос Сынмина. — Класс, садись на стул, сейчас мы быстро закрасим твои корни и обновим цвет.       Спустя некоторое время Ким закончил с Ханом, и они приступили к осветлению волос младшего.       — А мы можем не красить её в зелёный? Мне определённо понравится больше так.       Но сколько бы Сынмин не уговаривал своих друзей, всё это было бесполезно. И через пару часов Хан сидел с обновлённым цветом волос, на этот раз получилось чуть ярче, чем в прошлый, а Ким до сих пор прибывал в немом шоке от нового имиджа.       — Признаюсь, я действительно подозревал, что мне бы пошло, но не думал, что настолько. — Сынмин поднимал чёлку двумя пальцами, любуясь цветом в зеркале. А ему оказывается очень идёт зелёный. Джисон и Феликс переглянулись, будто действительно знали, что делали. — Мне так нравится, — младший улыбнулся, поворачиваясь к друзьям.

★★★★★

      — Айщ, что с погодой сегодня? — Чанбин помотал головой, протирая стойку и составляя чистую посуду. Джисон спокойно мыл полы от грязи, которую принесли посетители. Он посмотрел в окно, не особо удивляясь, что в конце ноября, когда уже даже переодически шёл снег, начался сильный ливень. Хан сильно не переживал, у него хватит денег заказать такси, если дождь не прекратится.       — Хён, — тихо обратился к старшему Хан, — как там Чонин?       — Температуры уже нет, но он всё ещё не важно себя чувствует. Думаю, к концу недели он полностью поправится.       Джисон на это только кивнул, заканчивая мыть пол. Он не обратил внимания на звон колокольчика, до тех пор, пока гость не заговорил.       — Чанбин, на этот раз сделай мне горячий кофе. На улице кошмар. — Пожаловался Минхо, складывая зонт и ставя его в специальную подставку, чтобы с него стекала вода. Джисон замер перед дверью в служебное помещение с ведром и шваброй в руках, глядя на Ли. Тот либо делал вид, что не замечал младшего, либо действительно не видел его. Хан не стал долго размышлять на эту тему и просто открыл дверь, скрываясь из виду.       — У Хана смена скоро закончится, — как бы невзначай сказал Чанбин, вставляя рожок в кофемашину. — Буквально через десять минут.       — Что ты хочешь, чтобы я делал с этой информацией? — Минхо, не впечатлённый, выгнул бровь, ожидая объяснений от Со.       — Да и пришёл он сегодня без зонта, а тут ливень начался неожиданно. И тут приходишь ты.       Бредни Чанбина сопровождались звуками кофемашины и постукиванием дождя об окна. Конечно же, Минхо сразу понял о чём ему хотел сказать младший, но он до последнего хотел притворяться дурачком.       — От меня ты что хочешь?       — Тебе не кажется, что уже даже сама судьба намекает.       — Думаю, она намекает только на одно, чтобы тебе как следует надовали по голове за фантазию. Кофе мой где?       — Держите, господин Ли. — Чанбин усмехнулся, протягивая другу стаканчик с напитком. Минхо покачал головой, начиная пить согревающий кофе. Парни даже не подозревали, что напарник Джисона очень внимательно слушал их разговор. Конечно, Дэсон не подслушивал, просто говорить нужно тише, если они хотят, чтобы их не услышали.       Немного подумав Чон решил, что заказать такси и предложить Джисону поехать с ним, было хорошей идеей. К этому моменту из служебного помещения вышел Джисон, уже переодетый в обычную одежду. Дэсон решил не терять времени и поспешил тоже уйти, чтобы переодеться.       — Чанбин, я отметился, могу уже идти? — Джисон встретился с Минхо глазами, но они просто смотрели друг на друга, никак не приветствуя. Их зрительный контакт прервал Со.       — Да, конечно. Хорошей дороги! — Чанбин помахал рукой и улыбнулся, Хан лишь кивнул и собирался уйти, но остановился.       — Джисон! — Старший окликнул Хана и подошёл к нему, когда тот обернулся. — Думаю… В смысле, почему бы нам не пойти вместе? Ты без зонта, а там ливень.       — Я уже заказал такси, умник. — Усмехнулся Хан и помотал головой. — А в прочем, мы можем поехать вместе, машина уже ждёт меня. — Джисон улыбнулся и вышел из кафе, ожидая старшего на крыльце.       Минхо скрипя зубами повернулся к Чанбину и прошипел:       — Говоришь, не будет заказывать такси, так как деньги бережёт, да?! Ну ты!.. — Минхо показал кулак и выхватил зонт из стойки, — я тебе потом устрою, и никакой Чонин тебе не поможет, понял?       Минхо раздражённый вышел из кафе, и вместе с Джисоном они сели в такси, отправляясь домой.       В этот момент вышел Дэсон, оглядывая помещение, не видя никого кроме Чанбина.       — А где Джисон-хён?       — Они вместе с Минхо уже уехали домой. Ты хотел с ними?       — Нет, в смысле… Не важно. Спасибо за смену, хён. — Дэсон поклонился и покинул кафе. Чанбин почесал затылок, но лишь пожал плечами и продолжил наводить порядок на кассе.       — Ты уже поговорил с друзьями? — Начал первым Минхо, потому что ему было слишком неловко от тишины.       — Да, всё было так, как ты и говорил. Ещё раз спасибо тебе за это. — Джисон неловко поджал губы, усердно пытаясь смотреть в своё окно, хоть там практически не было ничего видно из-за дождя. И у них снова повисло молчание. Ли старательно пытался найти тему для разговора, а Хан пытался игнорировать старшего. Почему-то после того вечера происходило слишком много неловких и личных моментов между ними. Даже слишком личных.       — Что ты решил по поводу мамы? — Неуверенно и тихо, будто понимая, что нарушает личные границы.       — Пока ничего. Не хочу об это думать и поднимать тему, ладно?       Минхо никогда так в жизни не ощущал себя неловко. Он закрыл глаза и поджал губы, понимая, что нужно срочно перевести тему. Старший повернул голову, чтобы посмотреть на Хана и только сейчас заметил, что волосы у него ярче, чем в последнюю их встречу.       — Ты снова покрасил волосы? Вообще не боишься, что скажут в школе?       Джисон закатил глаза и всё-таки повернулся к Ли, внимательно смотря на него.       — Что? У меня что-то на лице? — Старший начал водить пальцами по лицу, пытаясь найти причину внимания Хана.       — Фиолетовый.       — А?       — Тебе бы пошёл фиолетовый цвет волос. — Джи прищурил глаза и утвердительно кивнул, убеждаясь в своих словах.       — Хочешь, чтобы я покрасился в фиолетовый?       — Я этого не говорил. — Хан пожал плечами, наблюдая за тем, как Минхо трогал свои волосы, будто что-то решая у себя в голове.       Но Минхо об этом ещё подумает.

★★★★★

      Феликс стоял напротив двери и переминался с ноги на ногу, до сих пор сомневаясь в том, стоило ли это делать. Рука всё никак не могла подняться, чтобы открыть дверь домой, хотя парень давно сомневался, может ли он вообще называть это место домом. Правда в том, что находясь в гостях у Джисона или Сынмина, он может назвать это домом. Или живя сейчас у семьи Хванов тоже может назвать домом. Но не это место, где он рос с самого детства. Потому что язык не повернулся бы.       Тошнота вновь подобралась, вызывая головокружение. Но Ли должен это сделать, по крайней мере ради Рири. Он потянулся к ручке, чтобы проверить, не заперта ли дверь, та спокойно поддалась и со скрипом открылась. Теперь сердце у Феликса застучало ещё сильнее, теперь бежать некуда.       — Пап? — Тихо позвал Ли, заходя во внутрь и закрывая за собой дверь. В квартире было прохладно и подозрительно тихо. Вроде всё как всегда, пока Ликс случайно не толкнул ногой стеклянную бутылку на полу. Парень нахмурился и поднял её с пола. — Соджу. Он снова начал пить.       Феликс тихо поставил бутылку, чтобы не разбудить никого, в случае, если отец спит. Он решил, что разговор с родителями можно отложить, а пока ему нужно было проверить, что с отцом и матерью всё в порядке. Парень прошёл дальше и услышал грохот, как-будто что-то разбилось. Он побежал к гостиной и резко открыл дверь, наблюдая, как его отец стоял рядом со столом, в руках держал разбитую бутылку, а на полу лежала его мать.       — Мама! — Закричал Феликс и кинулся к матери. Женщина была без сознания, а из виска медленно текла кровь. — Нет, нет, нет. — Ли вытащил телефон, чтобы вызвать скорую помощь, но его выхватили из рук, заставляя парня ещё больше нервничать. — Что ты делаешь?! Верни телефон! — Феликс был на грани истерики, дрожащими руками держа маму.       — Это ты что делаешь? Хочешь полицию вызвать? — На шатающихся ногах мужчина прошёл к окну в гостиной, открыл его и выбросил телефон. Ликс с ужасом наблюдал за действиями своего отца, пытаясь найти возможность вызвать скорую. — Я не виноват, твоя мать всё твердила о том, чтобы я прекращал пить. Она была слишком надоедливой.       Ли с начала собирался вызвать только скорую, но теперь он понимал, что нужно ещё позвонить и в полицию. Парень не стал слушать пьяный трёп своего отца, он аккуратно положил маму и кинулся в коридор, чтобы позвонить с домашнего телефона.       — Здравствуйте! Срочно нужна скорая, женщину ударили по голове бутылкой. Приезжайте с полицией на улицу… Больно! — Закричал Феликс, когда его схватили за волосы и оттащили от телефона. Мужчина швырнул сына на пол, начиная грозно надвигаться на него.       — Я ещё раз тебя спрашиваю, ты что делаешь? Решил родного отца в тюрьму посадить?       — А ты нас хочешь без матери оставить?! Господи, папа, приди в себя! Если мы вовремя не вызовем скорую, маму могут не спасти!       Мужчина на это ничего не сказал, лишь схватил Ликса за грудки и рывком поднял с пола.       — Ни ты, ни твоя мать не умеете уважать меня! Эта женщина совсем из ума выжила, хотела, чтобы я извинился перед тобой. Да кто ты такой, чтобы просить у тебя прощения?! — Феликс не успел среагировать, когда отец оставил громкий удар ладонью по лицу. — Я спрашиваю, кто ты такой?! — Ещё один удар.       — Папа, прекрати… Мама, она ведь может… — Ли уже не мог сдерживать слёз. Ему ещё так страшно никогда не было. — Пожалуйста.       — Теперь ты просишь меня, да?! Ты дрянь из-под ногтей, абсолютно бесполезный, лучше бы тебя не было! — Каждое предложение сопровождалось громким и сильным ударом по лицу. Но Феликс чувствовал её не физически, ему словно резали душу. Неужели, родители правда так считают? Феликса отпустили, и он упал на пол, прошло две секунды, чтобы понять, что произошло. Он поднял голову и увидел там не своего отца, а…       — Хёнджин?