Любовный интерес

Когда ты окидываешь взглядом относительно небольшую квартиру, ты чувствуешь, как с тебя сваливается тяжесть, и ты наконец возвращаешься в свою зону комфорта. За исключением одного большого изменения: там есть парень. Парень с лохматыми кудрями и в костюме из картона. Парень, который играл на струнах твоего сердца, как на музыкальном инструменте, возможно, непреднамеренно. — Чувствуй себя как дома, - говоришь ты, направляясь в ванную. — Я собираюсь наконец снять этот парик. Сначала ты подходишь к своему комоду, вспоминая, что тебе нужно было переодеться в ванной. На мгновение решить, какую пижаму надеть, было действительно важно, а не просто натягивать что попало. — Мне нравится твоя комната, - он оглядывает различные плакаты. Ты выбрала футболку большого размера для Хэллоуина и шорты с дельфинами. Достаточно безопасно. Ты смотришь на него, прослеживая за его взглядом до “криминального чтива”. Рядом с твоими плакатами были вычурные модели, красиво оклеенные фотографиями пастельных пляжей в раю. Это был довольно резкий контраст с постерами твоих фильмов. Однако тебе понравилось, как они сочетались друг с другом, точно так же, как ваши разные личности в некотором роде совпали. Твоя комната в общежитии была довольно маленькой. Предназначенная для временного проживания во время учебы, это была большая комната с двумя кроватями и двумя письменными столами. Кухни нет, она общая на весь этаж, у вас с Аникой был только мини-холодильник, заполненный в основном выпивкой. Однако одна ванная комната была достаточно большой, чего нельзя было сказать о вашем переполненном шкафу. — Любое место на полу твое, извини, жаль, что у меня нет дивана, - слабо улыбаешься ты, и он отвечает тебе взаимностью. — Спасибо, - его глаза были мягкими и теплыми, когда они встретились с твоими, отчего твои щеки ярко порозовели. Войдя в ванную, ты глубоко вздыхаешь и закрываешь за собой дверь. Ты осторожно снимаешь парик, вытаскивая заколки из шапочки для парика, позволяя волосам естественным образом ниспадать на плечи. Ты запускаешь пальцы в волосы, массируешь кожу головы, радуясь, что наконец-то расслабилась. Ты чистишь зубы и умываешься, удаляя все следы макияжа, какие только были. Ты быстро прибрала кое-какие принадлежности для шитья, оставленные на прилавке для последней подгонки костюма, спрятав ножницы, ткань и нитки в шкафчике под раковиной. Последнее, чего ты хотела, - это выглядеть полной неряхой. Приводя себя в порядок, ты мельком смотришь на себя в зеркало, отмечая, насколько усталой ты выглядела и как сильно нуждалась в заслуженном сне. Пропустить завтра урок было заманчивее, чем когда-либо, но если Тара и Сэм собирались пойти, ты решила, что тебе тоже следует пойти. Ты нервничала из-за того, что Итан увидет тебя такой, неряшливой, без макияжа и в пижаме, но другими альтернативами были спать в лифчике или прятаться за дверью ванной. Итак, так тихо, как только могла, ты открыла дверь, держа в руках сверток с одеждой. Итан оглянулся, услышав, как открылась дверь, его голос был почти шепотом, когда он разговаривал по телефону. Но еще больше тебя озадачило то, что он снял доспехи: в куче у двери он остался в своей черной футболке с длинными рукавами, которая, казалось, идеально облегала его тело. — Да, я так и сделаю, - пробормотал он в трубку. Ты выбросила свою одежду в корзину для белья, изо всех сил стараясь не смотреть в его сторону и вести себя естественно. Он смотрел на тебя снизу вверх, сидя на полу в изножье твоей кровати. Его глаза, казалось, сверкали, когда он обводил взглядом твое тело, губы слегка приоткрылись, обнажая намек на его белые зубы. Он явно не уделял телефонному звонку столько внимания, сколько следовало бы. — Я поговорю с тобой позже, папа. - Он отнял телефон от уха и нажал кнопку завершения вызова. — Мои родители смотрели новости, - объяснил он, - очевидно, это повсюду. — Я не удивлена, - говоришь ты, направляясь к своей кровати. Он отводит глаза, когда ты проходишь мимо, садясь на кровать позади него. Старый матрас заскрипел, прогибаясь под твоим весом, - единственный звук в тихой комнате общежития. Кровать Аники смотрела на тебя с другого конца комнаты, не застеленная мягкими плюшевыми одеялами. По какой-то причине это вызвало у тебя странное чувство. Ты прислонилась спиной к стене, ее холод успокаивал, как будто ты переворачивала подушку теплой ночью. Ты смотришь вниз, на Итана, подтягивающего колени к груди, и понимаешь, что на нем синие джинсы, в которых он спит. — Извини, в них, должно быть, не очень удобно спать. Нам следовало заехать к тебе, прежде чем приходить сюда, - чувство вины и сожаления поднимается в твоей груди. Он посмотрел на тебя большими карими глазами, прежде чем снова опустить взгляд, одна нога была согнута в колене, а другая вытянута прямо по полу: — Я не возражаю. Ты взяла подушку прямо со своей кровати и передала ее ему: — Ну, по крайней мере, подушки удобные. Я обещаю, что часто стираю наволочки. Он с благодарностью забрал ее у тебя и положил рядом с собой. Казалось, вы оба совершенно не спали, несмотря на то, что знали, что вам нужен отдых. После разговора с Аникой в театре тебе отчаянно хотелось спать. Сейчас, находясь здесь, в своей постели, с мягкими простынями, прижатыми к твоим голым ногам, ты не могла найти этого в себе. — Ты, наверное, стираешь их чаще, чем Чед, - он посмотрел на тебя, проводя рукой по волосам. — Не я, день стирки строго каждую среду. Ты закатываешь на него глаза: — Как ты относишься к какой-нибудь музыке? — Никогда не бывает плохого времени для музыки. Ты ставишь свой телефон на зарядку, предлагая ему запасное зарядное устройство, которое он с радостью принимает. По какой-то причине, несмотря на напряжение, витавшее в воздухе, просто находиться здесь с ним казалось вполне нормальным. Ты открыла более мягкий, спокойный плейлист перед сном, надеясь, что это поможет тебе уснуть. — Не возражаешь, если я схожу в ванную? Его голос и вопрос удивили тебя. Находясь сегодня вечером вместе в этой комнате минимум 8 часов, ему, конечно, разрешили бы воспользоваться ванной. Это было ожидаемо. Хотя, если подумать подробнее, то спрашивать было безумно характерно для него. Он был застенчивым, нервным и добрым. Он не хотел допускать никаких оплошностей и ошибок и изо всех сил старался быть вежливым. Парни до него, с которыми ты встречалась, всегда просто брали, часто не спрашивая и не задумываясь о твоих чувствах. Ты расплылась в улыбке, которую не смогла сдержать. — Конечно. Осторожно, не заблудись, это довольно большая квартира. Он хихикает в ответ на твой ответ, приятный сердечный звук, поскольку ты застала его врасплох своей колкостью. Твоя хватка на ногах усиливается, когда ты наблюдаешь, как он идет по комнате, чувствуя себя почему-то более уверенно и в целом комфортно. Возможно, по крайней мере в этот момент ты нервничала больше, чем он. Ты проводишь пальцами по своим ногам, успокаивая себя после напряженной ночи, которую ты пережила. Убийства, нападения, костюмы на Хэллоуин, фильмы и парень в твоей комнате. Ты пытаешься расслабиться, пока музыка гудит у тебя в ушах, волнами омывая твое тело. Ты понимаешь, что тебе следует воспользоваться моментом и снова позвонить Анике, учитывая кратковременное уединение. Нажимаю на ее контакт, появляется яркая фотография, на которой вы оба с ней поднимаете знак мира, телефон звонит и звонит до тех пор, пока не раздается ее голос: — Не могу подойти к телефону прямо сейчас, оставьте сообщение после звукового сигнала! Ты закатываешь глаза, делая, как она сказала. Дверь в ванную открывается, когда ты энергично печатаешь, постукивая ногтями по экрану своего телефона, заставляя его приподнять бровь. — Кому звонишь? - спросил он, снова садясь в изножье твоей кровати. — Аника, - отвечаешь ты, - не отвечает на смс. Она, наверное, с Минди, мне не стоит так волноваться. — Я думаю, у тебя есть довольно веская причина для беспокойства, учитывая все, что произошло сегодня вечером. Ты знала, что он был прав, но все равно не хотела злиться на Анику. Она была действительно замечательной соседкой по комнате, несмотря на то, что познакомилась с ней только в этом семестре. Она была полна решимости, чтобы вы, как соседи по комнате, были лучшими друзьями. Так вот кем ты постепенно становилась. Хотя этого еще и не произошло. Ты зеваешь, медленно начиная чувствовать, как наваливается сонливость, когда мысли путаются в твоей голове: — Это немного безумно, не так ли? - бормочешь ты, глядя на свой плакат с лицом призрака на стене. — Все? Вдобавок к тому, что я пытаюсь сделать домашнее задание по экономике? - пошутил он, откидывая голову назад и прислоняя ее к кровати, чтобы посмотреть на тебя снизу вверх. Ты вытягиваешься всем телом, ложась животом на кровать. Ты думала, что это хорошая идея, пока не осознала, что твоя голова находится всего в футе или двух от его головы. Внезапно все стало иметь значение и заставляло тебя нервничать: то, как ты пахла, воняло ли у тебя изо рта, выглядели ли твои волосы слишком жирными, были ли слишком заметны морщины и пятна на твоем лице. Прежде чем твое сердцебиение успело участиться еще больше, Итан сделал то, в чем он непреднамеренно стал так хорош сегодня вечером: взорвал облачный пузырь твоих нервных мыслей. На этот раз все, что ему нужно было сделать, это повернуть голову, мышцы шеи напряглись, светло-каштановые волосы мягко легли на матрас. Его темные ресницы обрамляли любопытные глаза, он смотрел на тебя так, словно пытался запомнить каждую деталь, каждую черту твоего лица. Ты застыла там, вжавшись в одеяло и глядя на свое отражение в его глазах. Твой предыдущий разговор был давно забыт. — Спасибо, что посмотрел со мной фильм сегодня вечером, - твой голос теперь звучал тише, когда ты была близко, — это действительно отстой, но ты сделал это терпимым. Он улыбнулся, обнажив свои белые зубы: — Ты тоже. Мне было весело. — Может быть, они сделают еще один фильм, на который мы сможем пойти и посмеяться, - его густые брови приподнялись, превращая это в вопрос. Ты проводишь языком по верхней губе, прежде чем заговорить, впиваясь в него взглядом, как животное в капкане. И все же ты не хотела, чтобы тебя освободили: — Я бы этого хотела. Ты не была уверена, было ли это из-за плавных, медленных ударов, приближающих тебя, желания забыть все плохое, что происходит вокруг тебя, или из-за жара, растущего в твоей груди, но его карие глаза смотрели на твои губы, когда ты двигалась к нему. Ты почувствовала его дыхание на своем изгибе купидона, зависнув там, чтобы насладиться этим ощущением всего на мгновение, возможно, всего в дюйме от тебя. Ты подносишь руку к его лицу, проводя кончиками пальцев по покалывающей коже, и он позволяет своей призрачной маске упасть под твоим прикосновением. Твои глаза закрылись, когда твои губы встретились с его губами, мягкими и сладкими, возбуждающими. Сегодня вечером ты впервые почувствовала связь с ним, хотя видела его лишь мельком. В нем было что-то холодное, что-то такое, от чего по спине пробегали мурашки. Но вкус его губ был таким опьяняющим, что пересиливал холод, согревая вас обоих. Твои губы приоткрываются, когда ты возвращаешься для еще одного поцелуя, на этот раз более уверенного с твоей стороны. Огонь внутри тебя жаждал большего, но ты отстранилась прежде, чем он смог поглотить тебя. Выражение его лица меняется от смеси благоговения и шока к удовлетворенности. Его глаза метались между твоими, его дыхание было прерывистым, когда он говорил: — Ты такая красивая. Тогда ты краснеешь, отмахиваясь от него: — Я бы хотела посмотреть другой фильм. — Я тоже, - выражение его глаз показывало желание и преданность человека, который последует за тобой куда угодно. Проявив к нему добрую, нежную любовь, в которой, возможно, было отказано или которой он был каким-то образом лишен. Тогда и там ты поняла, что это двустороннее заклинание, опасное, от которого тебе нужно было избавиться. Ты села, схватила запасное одеяло прямо со своей кровати и протянула его ему: — Держи, мой рыцарь. - В знак моей благодарности за то, что ты сопроводила меня обратно в замок в целости и сохранности. Он усмехнулся, проведя большим пальцем по губам, прежде чем взять его. Ты не могла не заметить, как резко изменилось выражение его лица - с настороженного и стоического на что-то более мягкое. Он стоял, вытянув ноги, и ты не могла не наблюдать за ним, когда он устанавливал свою импровизированную кровать рядом, почтительно оставляя тебе достаточно места, если тебе это было нужно. Ты отводишь глаза прежде, чем он успевает заметить, что ты смотришь, уютно устраиваясь под одеялом на своей кровати. Почему-то в маленькой кроватке было одиноко и холодно, еще больше, чем прошлой ночью. Тихое жужжание на деревянной тумбочке привлекает твое внимание, и ты наклоняешься, чтобы проверить свой телефон. Когда ты наклоняешься над прикроватной тумбочкой, ты не собиралась читать его уведомления, но прежде чем ты успеваешь остановиться, твой мозг регистрирует имена: случайное число и папа, 5 пропущенных сообщений от обоих. Отмечена чрезмерная заботливость семьи. — Приятных снов, - его голос был застенчивым шепотом. — Тебе тоже, - улыбаешься ты. Ты откидываешься на спинку кровати, и тебе потребовались все усилия, чтобы не смотреть, как напрягаются его мышцы при движении, большинство, если не все наряды, которые ты видела на нем раньше, были настолько скромными или многослойными, что ты никогда не могла сказать, как он выглядит под ними. Откинув голову на подушку, ты натянула простыни до груди. Музыка напевает тихую колыбельную, и хотя всего пару часов назад ты думала, что это будет неловко, это было приятно. Мирно. Так было до тех пор, пока не начались твои сны. Фигура в черном плаще постучала в дверь твоей комнаты, в которой было жутко темно. Посмотрев поверх кровати, Итана там не было. Как будто и не было, груда картонных доспехов исчезла, а рядом с тобой лежали твои дополнительные подушка и одеяло. Каким-то образом дверь открылась сама по себе за то время, которое потребовалось, чтобы осмотреться. Темнота в дверном проеме приобрела очертания; закутанная в плащ фигура, одетая в белую маску призрака, точь-в-точь как у Стэба, за исключением того, что она была изношенной и сломанной, как будто состарилась. Ты была прикована к кровати какой-то непоколебимой силой, парализовавшей тебя там. Ты пыталась закричать, но не смогла. Это было так, как будто твой рот был заткнут проволокой. Шаг за шагом он приближался к тебе. Это было так, словно он скользил вперед, единственным признаком того, что это был ненастоящий призрак, были черные ботинки. Он был все ближе и ближе, и ты поняла, что находишься в трансе и не можешь отвести взгляд. Страх наполняет твое тело, и ты жалеешь, что не можешь пошевелиться, закричать, сделать что угодно. Он подошел к краю кровати, наклонив к тебе голову. Он поднес палец к своей маске, словно желая заставить тебя замолчать, поднес одну руку к твоему лицу и нежно обхватил его ладонью. Слезы текли из твоих глаз, рука в черной перчатке вытирала слезу большим пальцем. Появилась другая рука, в которой был острый серебряный нож. Его пропитанная слезами перчатка прижалась к твоим губам, когда он занес нож, вонзая его в мышцы твоей спины - Как раз перед тем, как лезвие коснулось твоей кожи, твое тело вздрогнуло и проснулось. Твое тело было холодным, но все же покрыто потом, дрожь пробегала с головы до ног. Твоя музыка все еще играла, тихо напевая. Когда ты села в постели, Итан быстро взглянул на тебя в панике. — Ты в порядке? - он шепчет, все еще затуманенный после пробуждения. Его руки подпирали тело, голова была наклонена к тебе, оценивая ситуацию. Ты киваешь, голос застрял у тебя в горле. Ты оглянулась на дверной проем, картонная броня спокойно сидела, не подозревая о твоей панике. Он встает, двигаясь, как призрак, к мини-мосту. Пришлось немного покопаться, но он достал для тебя бутылку с водой. Твои руки дрожали, когда ты брала холодную воду в ладони. Ты откручиваешь пробку для воды, откидываешь ее назад и подносишь к своим потрескавшимся губам. Итан сидел там, избегая твоего взгляда, боясь пошевелиться или заговорить, или, возможно, просто думая, что лучше всего было бы помолчать. Его кудри разметались во все стороны, когда он сел на кровать рядом с тобой. Его глаза были сосредоточены на чем-то в другом конце комнаты, периодически поглядывая на тебя, как будто он каким-то образом проверял твои жизненные показатели, убеждаясь, что ты все еще дышишь, двигаешься и пьешь. — Просто плохой сон, прости, что беспокою тебя, - шепчешь ты. Его глаза встречаются с твоими, и ты сопротивляешься желанию отвести взгляд. — Не извиняйся, - бормочет он. - Учитывая все происходящее, я был бы удивлен, если бы ты этого не сделала. Ты ждете минуту, прежде чем сказать: — Обычно я стараюсь не обременять никого из окружающих подобными... проблемами. Он ждет минуту, прежде чем заговорить, постукивая пальцами по колену, как будто внутренне обсуждает с самим собой, стоит ли ему поднимать эту тему или нет: — Пару лет назад умер мой брат. Тот, кто раньше смотрел со мной ”Человека-паука", - его голос был похож на шепот. — Когда… Когда он умер, мне показалось, что мир остановился. Моя семья… Я не хотел этого принимать. Мое горе, любая поддержка... но это не так уж плохо, - его глаза блестят от печали. Ты просунула свою руку под его, переплела свои пальцы, твои теплые прижались к его холодным. Ты проводишь большим пальцем по тыльной стороне его ладони и получаешь в награду мягкую, грустную улыбку. Ты прислоняешь голову к его плечу - смелый шаг, от которого твое сердце трепещет: — Что ж, тебе больше не придется страдать в одиночестве. Его торс напрягся под твоим прикосновением, как будто он боялся, что напугает тебя и ты отодвинешься, но ты этого не сделала. Прошло несколько минут, прежде чем тебе понадобилось сходить в туалет. — Я сейчас вернусь, - шепчешь ты, вытягивая ноги, когда встаешь. Твоим рукам не хватало ощущения комфорта от его руки, когда ты медленно отстранилась. Ты идешь в ванную, закрывая за собой дверь. Вымыв руки, ты замечаешь нитку, торчащую из вашей футболки на Хэллоуин. Наклоняясь к шкафу, ты роешься в обрезках шитья в коричневой плетеной корзинке, которую ты припрятала. После нескольких минут поисков ты не можешь их найти, хотя была уверена, что видела их раньше… Ты связала это с сонным мозгом и решила вернуться в комнату. Вместо того чтобы лечь на твою кровать или рядом с кроватью Аники, он положил свою подушку и одеяло на пол прямо рядом с твоей кроватью. Он прислонился спиной к стене, нервно теребя свои руки. Когда ты вошла в комнату, лунный свет осветил его кудри из окна на стене над ним, свет в темноте ночи. Он посмотрел на тебя с беспокойством, наблюдая за каждым движением твоего лица, чтобы изучить его выражение. Ты пробежала мимо него, чтобы сесть в свою кровать, втайне желая, чтобы он был ближе, делил с тобой одеяло и матрас под покровом темноты. Вместо этого ты взяла из этого момента все, что могла. — Спасибо тебе... - шепчешь ты, — за то, что помог мне справиться с моим, э-э, кошмаром. - Тебе все еще было неловко признаться, что ты приняла помощь. — Спасибо тебе, - он посмотрел вниз на свои колени, - за то, что, э-э, осталась со мной. Ты слегка посмеиваешься: — Я должна быть благодарна тебе за это. Ты скользишь всем телом под простыни, зарываясь пальцами ног в шелковистые простыни. — Я бы предпочел быть здесь, - он последовал твоему примеру, натягивая одеяло до пояса. — Кроме того, я не думаю, что Чаду нужны все эти мышцы, даже если бы он был один, - он улыбнулся тебе, сгибая руку, отчего с твоих губ сорвался смешок. — Спокойной ночи, - прошептала ты. — Спокойной ночи, - сказал он, и в его словах послышался смешок. На этот раз сон пришел к тебе легче, ты закрыла глаза при виде лохматых светло-каштановых волос. Твой покой сдерживал кошмары, ты беззвучно спала, пока свет не пробился сквозь занавески и не осветил тебя, медленно пробуждая ото сна. Это напоминает тебе о чьем-то присутствии под тобой, лежащем на полу, завернувшись в одеяла. Присмотревшись, ты замечаешь его, голова откинута на подушку, глаза мирно покоятся. Последнее, что ты хотела сегодня делать, - это идти на занятия. Как тебе хотелось просто остаться здесь, в этот момент, навсегда, в умиротворяющем блаженстве. Ты смотрела, как его грудь поднимается и опускается с каждым тяжелым вздохом, глаза закрыты, на лице выражение милой невинности, незащищенное от окружающего мира. Тебе ужасно не хотелось будить его или заставлять шевелиться, чтобы этот сладкий момент не был потерян при дневном свете. Его телефон зазвонил, напугав тебя, и ты заметила 3 пропущенных звонка от его отца, 2 с неизвестного номера. Точно так же, как фильм закончился накануне вечером, свет должен был погаснуть, мир должен был перевернуться. В конце концов правда об ужасном мире должна была всплыть наружу.