Любовный интерес

Повторяющийся звуковой сигнал заставляет тебя застонать, ненавидя звук твоего будильника. Когда твои глаза распахиваются, ты замечаешь, что в комнате было слишком светло, чтобы быть твоей собственной, а звуковые сигналы слишком тихие и раздающиеся далеко друг от друга, чтобы быть твоим сигналом тревоги. По мере того, как ты осматриваешься, звуковой сигнал становится более частым. Ты заметила больничную койку, тебя укрыли тонкими белыми простынями. Ты пытаешься сесть, но жгучая боль берет верх, заставляя тебя застонать. — Эй, все в порядке... - прошептал знакомый голос, и твое тело, казалось, успокоилось, просто услышав его. — Итан, - твое зрение прояснилось, и ты увидела два больших карих глаза, смотрящих на тебя с беспокойством. Его густые брови были озабоченно изогнуты. — Все в порядке, с тобой все в порядке, - сказал он. Он держался в стороне, сидя в своем кресле, но было видно, что он сдерживает себя. Твой пульс начинает учащаться по мере того, как ты успокаиваешься, переваривая произошедшие события. Жгучий гнев, который ты испытывала по отношению к нему, давно превратился в сожаление и печаль. — Прости, что я остался здесь, мне просто нужно было убедиться, что с тобой все в порядке. - Его глаза были затуманены траурной печалью. — Я уйду сейчас... — Нет! - ты повернулась слишком быстро, чтобы посмотреть ему в глаза, морщась от боли. — Не уходи, - в твоем голосе было отчаяние. — Не уходи. Он казался застигнутым врасплох, на его лице отразилось замешательство, но затем облегчение: — Хорошо, - он наклонился над твоей кроватью, заправляя прядь волос тебе за ухо, — Я не уйду, пока ты мне не скажешь. — Послушай, - простонала ты, когда каждое слово напоминало тебе о боли, но тебе нужно было сказать это. — Прости, я была зла на тебя. Я имею в виду, - Ты останавливаешься, чтобы перевести дыхание, — то, что ты делал раньше, было не в порядке вещей. Но я подумала об этом и... если бы я былп на твоем месте, вся моя семья разговаривала бы со мной таким образом... - его глаза смотрели между твоими. Он провел рукой по твоему лбу, смаргивая слезы. Ты вспомнила Анику, и первой мыслью было то, что она мертва, и это вина Итана, даже косвенно, так почему бы ей не разозлиться, но после твоих долгих бесед с ней о том, как относились к ней ее родители… Ты думаешь, она простила бы его. Семья - это совсем не просто, особенно когда всю жизнь готовишься быть рабом своей воли. Ты знала, что он с ней тоже дружил. Выражение боли на его лице в то ужасное утро сказало все. — Они пытались заставить тебя сделать это. Я знаю, может быть, поначалу ты делал для них то, чем не гордился. Но ты не убивал Анику, они сделали это, чтобы отомстить нам обоим. - Твои губы потрескались, когда ты поняла, как сильно тебя мучила жажда, но ты все равно продолжила. — Когда ты попытался разорвать с ними отношения, они шантажировали тебя и пытались манипулировать тобой, чтобы ты вернулся. Ты был близок к тому, чтобы схватиться за нож. Но ты остановился. — Это не оправдание, - уверенно сказал он тебе, поднося руку к чашке с водой. Он поднес соломинку к твоему рту, и ты выпила, благодарная за любое увлажнение. Ты сделала паузу, прежде чем продолжить: — Ты прав. Но ты остановился, ты сказал мне правду, ты боролся против них, - Тогда ты посмотрела в его глаза, какими мягкими они были, какими печальными. Ты не хотела спрашивать, но могла догадаться, что теперь он сирота. — Ты… потерял всю свою семью из-за меня. Он провел пальцами по твоим волосам, глаза заблестели: — Они не были семьей. Ты научила меня этому. И я предпочел тебя вместо их, я выбрал себя. Если мне придется прожить одному всю оставшуюся жизнь в качестве урока, тогда… Все в порядке. Меня от этого чертовски тошнит... - Ты медленно двигаешь своей ладонью к его руке, ища его: — Это не тот, кем я хочу быть, - сказал он, хватая тебя за руку. — Все эти последние два дня я так сильно хотел, чтобы никто не причинил тебе вреда. Но в конце концов именно я причинил тебе боли больше всего. Его глаза были большими и манящими, они блестели, когда он смаргивал слезы. Ты где-то слышала, что они были отражениями души и Итана… он никогда не был таким искренним. Он снял свои картонные доспехи, его призрачная маска давно исчезла, так что ты могла видеть его всего, все уязвимые места. Он был опечален своим собственным выбором - оставить тебя, чтобы защитить. Когда ему пришлось выбирать между тобой, девушкой, с которой он только что познакомился, и своей семьей, он выбрал тебя, потому что это было правильно. Он рассказал тебе вместо того, чтобы скрывать это, потому что он больше не был тем, кем был. — Дело не в том, кто ты такой. Итан, я забыла... - начинаешь ты, но он обрывает тебя. — Нет, я не хочу, чтобы ты меня прощала. То, что я сделал, было непростительно, - тогда ты плакала, и он вытер твои слезы большим пальцем. — Ты заслуживаешь жизни, в которой тебе никогда больше не придется меня видеть. — Не уходи, - прошептала ты, и крик сорвался с твоих губ, что удивило тебя саму. — Я здесь, - он слегка сжал твою руку, осторожно, чтобы не причинить тебе боль. — Я не собираюсь уходить, пока ты не прикажешь мне уйти. Я планировал уехать, подальше от тебя, из-за стыда за то, что лгал и обманывал тебя. Но если ты позволишь мне, я хочу провести остаток своей жизни, каждый божий день, живя для тебя. Ты спасла меня, я хочу жить и умереть за тебя. — Эми, - Ты чувствуешь его горячее дыхание на своих волосах, оставаясь как можно ближе: — Я люблю тебя. — Я... - твой голос хрипит, прежде чем стать сильнее, — я тоже тебя люблю. Я хочу, чтобы ты остался здесь. Вы остались там вдвоем, Итан держал тебя за руку и зачесывал назад твои волосы, давал тебе воды и следил за тем, чтобы одеяла были аккуратно подоткнуты вокруг тебя. Был всего лишь полдень, но ты так устала, и он тоже. Итан придвинул свой стул поближе к твоей кровати, наклонился вперед и положил голову на руки на твоем матрасе рядом с твоей подушкой. Конечно, не самое удобное положение для сна, но он хотел быть как можно ближе к тебе, насколько это возможно по-человечески. Он успокаивающим движением провел кончиками пальцев по твоим рукам, ты наклонила голову, чтобы вдохнуть его. Не потребовалось много времени, чтобы сон снова овладел тобой, хотя и гораздо менее агрессивно, чем раньше. Вечером ты снова проснулась от тихого стука в дверь, сначала вздрогнув от страха, что его снова там нет. Ты посмотрела через плечо на его растрепанные со сна волосы, чувствуя, что снова расслабляешься. Его глаза смотрели на тебя, пытаясь понять, что ты чувствуешь. Он оглянулся на тебя с мягкой улыбкой, прежде чем перевести взгляд на медсестру, которая вошла на обход. Итан внимательно изучал медсестру, сжимавшую твою руку, пока они были там. Очевидно, он все еще был на взводе, и это было справедливо. — Все в порядке, - прошептал он, — я никуда не уйду. Ты все еще была уставшей, но твой разум гудел от вопросов без ответов о прошлой ночи, поэтому, когда дверь закрылась, оставив вас одних, ты задала этот вопрос. — Что случилось? - Ты прошептала. — Чед тяжело ранен где-то в этой больнице. Мэнди подлатали, Сэм и Тару тоже. Мы ждем информации о состоянии Гейла. - Он говорил сочувственно, в его глазах читался намек на беспокойство. Он сделал паузу, наблюдая за выражением твоего лица, чтобы понять, готова ли ты услышать о других. Хищники. Когда ты не подала никаких признаков огорчения, он продолжил. — Куинн и... мой отец мертвы. - Казалось, он колебался только в том, как называть своего отца, папой или Бейли. — Я видел и опознал их собственными глазами в мешках для трупов. Никакой ерунды или обмена телами. Их нет. Ты кивнула: — Спасибо, что рассказал мне. - Теперь ты чувствовала себя сильнее и не была уверена, было ли это из-за облегчения, лекарства или Итана. Что-то подсказывало тебе, что это последнее. Ты оставалась там несколько мгновений, прежде чем почувствовала его прикосновение. Он провел кончиками пальцев по свежему розовому шраму на твоей шее, оставшемуся после того, как он приставил нож к твоей коже перед Куинном. — Мне жаль, - прошептал он, прежде чем нежно поцеловать заживающую рану. — Эй, без этого я бы не была здесь и не разговаривала с тобой, - ты мягко улыбнулась и знала, что это правда. Если бы Куинн разгадала уловку, скорее всего, она бы просто убила тебя на месте, вместо маленькой заживающей ранки осталась бы глубокая рана. Он кивнул, хотя вид у него все еще был печальный. Ты знала, что та маленькая семья, которая у него была, исчезла, а то, что осталось, было ранением, во всяком случае, в его сознании. Ты сжала его руку и успокоила его всем, чем могла. — Мой верный картонный рыцарь выполнил свой долг, защитив свою королеву. - Ты игриво улыбнулась, чтобы разрядить напряжение, прежде чем продолжить, теперь более серьезным тоном: — Ты не одинок, и тебе больше никогда не придется быть таким. Он тепло и счастливо улыбнулся тебе. — Ты тоже не будешь такой, - ответил он. — Хорошо, потому что нам нужно просмотреть целую коллекцию фильмов, - ты широко улыбаешься ему, а он усмехается: — Это мой первый указ в качестве королевы. — Я бы с удовольствием, - его губы касаются твоего лба, оставляя сладкое покалывание лучше любого морфия. Впервые за последние несколько дней вы оба почувствовали эти две отчужденные эмоции одновременно: безопасность и счастье. — Дни в больнице тянулись бесконечно, время тянулось еще медленнее в течение тех нескольких часов, когда Итан отходил от тебя, чтобы взять чистую одежду, принять душ или забрать вещи из твоей комнаты в общежитии. — Твоя мама прислала тебе цветы, - сказал Итан однажды утром, возвращаясь с пробежки, он сжал кулак в руке, явно испытывая неловкость, но не желая вмешиваться в твои отношения с ней. Она сказала, что была слишком занята работой, чтобы навестить тебя. Ты также должна была признать, что, возможно, преувеличила степень тяжести твоих травм. Итану это не понравилось, но он был там, чтобы заботиться о тебе, и понимал, что не ему принимать решение. Он хотел поддерживать тебя во всем, что ты делала, даже если это было что-то столь незначительное, как то, что ты хотела на завтрак. — Как заботливо, - стонешь ты, закатывая глаза при виде унылого дисплея. Стук в твою дверь напугал тебя, Итан напрягся, повернувшись, чтобы посмотреть на дверной проем со своего места. Минди стояла в дверном проеме и смотрела на тебя. — Привет, как у тебя дела? - Она спросила тебя, выглядя немного взволнованной. — Бывало и лучше. Ты как? - Твоя рука рассеянно зависла над бинтами. — Да, я тоже, - она неловко встала, почесывая затылок. Ты была рада видеть ее на ногах, очевидно, это означало, что у нее все намного лучше. Итан удивил тебя, посмотрев в глаза Майнду с искренним беспокойством, а не в пол, когда спросил: — Как Чед? — Сейчас он стабилен. - Она тяжело вздохнула, набираясь храбрости. — Послушай, Итан, мне жаль, что я обвинила тебя. Трудно было поверить, что убийцей могли быть сестра и отец, а не ты. Но после того, как я услышала твой отчет, и всех остальных... - Она сглотнула: — И парамедики сказали, что если бы ты не позвонил им, Чеда не было бы в живых. Так что, спасибо тебе и прости меня. Минди прислонилась к дверному проему, ее глаза внезапно затуманились. — Семья - это... сложно. Аника... - Минди подавила рыдание: — Ее родители были манипуляторами, она почти позволила им встать между нами. Нелегко просто отказаться от них всех, даже если это правильно. Мне жаль, что я позволила действиям членов твоей семьи решить, как я к тебе отношусь. Чувство вины по ассоциации было глупо с моей стороны, - она мягко улыбнулась. — Аника гордилась бы тобой. Он сглотнул при этих словах, очевидно, они задели его за живое. Ты знала, что он винил себя в ее смерти после всего, несмотря на то, что пытался сделать все, что мог. — И я думаю, спасибо, что позвал на помощь для меня. Хотя для меня это не так важно. - Минди слабо улыбнулась. Итан покачал головой: — Это было... — Это был действительно хороший поступок, после того как я все это время обвиняла тебя в том, что ты убийца. - Она заговорила, и он кивнул, немного смущенно глядя в пол. Он кивнул: — Я бы тоже обвинил себя. — Что ж, я оставлю вас, голубков, наедине с этим. Поговорим позже, - она улыбнулась. — Я рада видеть, что с тобой все в порядке. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. — Я тоже рада, что ты здесь, - улыбнулась ты, глядя, как она уходит. — Спасибо, что заглянула, - Итан улыбнулся ей, и она кивнула, прежде чем дверь за ней закрылась. Ваши глаза встретились в застенчивой улыбке: — Ничего не говори, - пригрозил Итан игривым тоном, не желая принимать никаких благодарностей ни за что. Остальные твои дни были заполнены желе, стаканчиками для пудинга и безвкусной больничной едой, поскольку Итан принес кое-что из своей коллекции фильмов, чтобы скоротать время на твоем ноутбуке. Он отказывался покидать тебя без крайней необходимости, что никогда не делало тебя счастливее. — 3 недели спустя. — Эй, Эми, ты в порядке? - Большие карие глаза Итана встретились с твоими. — Мы не обязаны делать это сегодня. - Его руки успокаивающе поглаживали твои плечи. Было несколько странно стоять здесь в обычной одежде, а он - в рубашке с длинными рукавами и синих джинсах. Это было бы, если бы тебе пришлось притворяться, что ты живешь нормальной жизнью, чтобы вернуться к ней. Однако постепенно все становилось именно так, по мере того как ты восстанавливала свой собственный распорядок дня. Пока ты оставалась у Итана, в безопасности у его постели, где вы могли присматривать друг за другом. Однако, прежде чем ты смогла вернуться к какому-то подобию нормальной жизни, вам нужно было обсудить еще одну важную деталь. День переезда. Ты несколько минут молча стояла перед дверью в свою старую комнату в общежитии. На белой доске маркером сухого стирания были нацарапаны слова: Аника и Эми. — Я хочу закончить это сегодня, - сглотнула ты. В то время как Итан с радостью зашел и принес тебе такие вещи, как одежда и шампунь, ты боялась заходить сама. Но тебе нужно было, тебе нужно было какое-то подобие примирения с Аникой после похорон. Ты сбилась в кучу после похорон, группа из 6 человек, одетых в черное, за исключением Чеда, который все еще приходил в себя. К тому времени, когда проводились похороны, ты только что выписалась из больницы. Это был первый раз, когда ты увидела всех за пределами больницы одетыми в свои лучшие воскресные черные наряды. — Я так рада, что с вами все в порядке, - сказала ты, переводя взгляд с одного друга на другого, — в тот день…Я пыталась предупредить вас, но... — ...все в порядке, - отрезала Тара. - Ты выманивала Куинну достаточно долго, чтобы мы смогли доставить Чеда в безопасное место. Спасибо тебе за это. Итан постоял, глядя вниз на свои ботинки, прежде чем поднять глаза и сказать: — Мне жаль, Сэм, Тара. Что сделали мои папа и сестра… это непростительно. Они действительно пытались использовать мои отношения с вами, ребята, в своих интересах, я прекратил с ними контакт, и это... - его голос прерывается, когда он пытается найти в себе силы заговорить, — это моя вина, что Аника умерла, а Чед чуть не погиб. — Семья - сложная штука, - сочувственно посмотрела на него дочь Билли Лумиса. — Ты был близок к тому, чтобы попасть в мой список подозреваемых, - пригрозила она, — и я пока не совсем доверяю тебе полностью, но в конце концов ты поступил правильно. Это не твоя вина в том, что сделала твоя семья, Аника тоже не стала бы винить тебя. — Только потому, что ты родился и вырос среди монстров, это не значит, что ты должен в конце концов стать одним из них, - добавила Тара, глядя на свою сестру снизу вверх. Итан торжественно кивнул: — Хотел бы я сделать больше. — Они были твоей семьей, - сказала Сэм, глядя на Тару, — и ты спас мою семью. Так что, я думаю, мы квиты. Он кивнул, теперь на его лице было написано понимание. Ты познакомилась с семьей Аники во время похорон, все торжественно кивали тебе, задаваясь вопросом, кто ты такая и почему ты здесь. Никто по-настоящему не знал Анику в последний семестр ее жизни, кроме тебя и Минди, вы держали это в секрете между собой. Минди вздохнула, сидя рядом с тобой на холодной скамейке снаружи на кладбище после похорон. Обе твои раны все еще отнимали у тебя энергию, требуя больше сидячих перерывов, чем обычно, чтобы перевести дыхание. Хотя ты делала все возможное, чтобы скрыть это от остальных. — Никто здесь не знал Анику так, как мы. - Ее голос нарушил тишину и отдаленный гул щебечущих птиц. Ты оглядела все мрачные лица, в то время как она продолжила: — Никто не принимал ее так, как мы. — Ты права. - Это было все, что ты могла сказать, что на самом деле оставалось делать теперь, когда ее не стало? Кричать на всех в ярости, что они обращались с твоей соседкой по комнате как с дерьмом в последние несколько месяцев, когда она жила, потому что у нее была девушка, а не парень? Как бы сильно ты этого ни хотела и как бы оправданно это ни было, ты знала, что это ее не вернет. Ты не могла не уважать этот день, который стал памятным событием в ее жизни. — Мы должны сохранить память о ней живой, - она посмотрела на вас тогда большими глазами, сияющими печалью. Ты посмотрела на Итана, который стоял в толпе рядом с Сэм, Тарой и Дэнни, поглядывая на тебя в своем черном костюме. Его брови были озабоченно сдвинуты. Ты кивнула, давая ему понять, что все в порядке. — Мы сделаем это, мы вместе. - Ты смотришь на нее с мягкой улыбкой. Она кивнула, сделав паузу, прежде чем продолжить: — Я собираюсь уговорить Чеда переехать ко мне. — После всего, через что ты прошла, я не виню тебя, - пробормотала ты, глядя вдаль. — Тебе следует переехать к Итану, - сказала она, серьезно глядя на тебя. — Вы, ребята… вам хорошо вместе. Я знаю, что еще чертовски рано, но... - она замолчала, глядя на мрачные лица. — После всего, через что мы прошли, будет хорошо присматривать друг за другом. Услышав это от Минди, ты удивилась, ты, честно говоря, не была уверена, почему она вдруг доверилась ему. Она вздохнула, глядя вниз на свой торс, туда, где нож вошел в ее тело. — Я была неправа насчет Итана, и мне жаль, если это встало между вами. Он хороший парень. Может быть, немного нежной, сострадательной любви - это то, что ему было нужно, чтобы поступить правильно. Я не знаю, что ты сделала, но после того, как ты заговорила, он теперь кажется другим. - Она на мгновение замолчала, хлопая глазами: — Аника… Она тоже считала его хорошим другом. Она была бы счастлива увидеть это. Ты оглянулась, наблюдая, как его пушистые волосы развеваются на ветру, как он держит руку в кармане, пока разговаривает с Дэнни, периодически поглядывая в твою сторону. Уголок твоего рта приподнимается в нежной улыбке. Даже язык его тела теперь казался другим. — Она была бы счастлива, - кивнула ты, и ты знала это. Ты наблюдала, как птицы щебечут и хлопают крыльями на соседнем дереве. О, иметь это сладкое невежественное блаженство, защищающее тебя от того, что происходит в другом месте мира. Поездка обратно к Чеду и Итану была торжественной, пока он не провел своей рукой по твоей на заднем сиденье. Ты повернулась к нему лицом, он посмотрел на тебя в ответ с мягкой, грустной улыбкой. — Ты в порядке? - прошептал он. Ты кивнула, проведя пальцами по его — Итан, - прошептала ты, и его глаза с любопытством скользнули между твоими: — Я хочу переехать к тебе, если ты согласишься. Чед переезжает к Минди, так что я подумала, может быть... - ты была уверена, что водитель такси подумал, что ты сошла с ума, раз спрашиваешь здесь, но ты не смогла утаить от него этот вопрос. Секреты остались в прошлом. Его губы приоткрылись в легком вздохе: — Конечно. - Он наклонился к тебе и поцеловал в макушку: — Я бы хотел, чтобы ты была со мной. Мир продолжал вращаться, несмотря на то, что ты этого не хотела. По сути, ты уже переехала к Итану, но там было только самое необходимое. Итак, теперь тебе нужно собрать вещи в своей комнате, разложив свою жизнь по коробкам, - единственная задача, которой ты абсолютно боялась, поскольку это было последнее место, где ты видела Анику перед ее безвременной кончиной. — Я готова, - ты киваешь Итану, и он открывает дверь. В комнате царила холодная тишина, но, казалось, она гудела, оживленная счастливыми воспоминаниями. На ее половине комнаты уже ничего не было, плакаты и все такое. Как будто она никогда здесь не жила, единственное доказательство - в твоих угасающих воспоминаниях. С ее постели были сняты простыни. Ты вспомнила, как она сидела там, разговаривая и сплетничая с тобой. Пела, танцевала и прыгала на матрасе, пока ты умоляла ее успокоиться, чтобы на тебя не накричали из-за жалоб на шум. Ты упустила это, и ты упустила ее. Именно тогда ты поняла, что тебе не грозит никакая опасность забыть ее. В этом было утешение - знать, что ты можешь собрать свои вещи, и это не будет означать, что она ушла навсегда. Она продолжала бы жить в твоих воспоминаниях. Затем твой взгляд скользнул по твоей кровати, вспоминая первую ночь, которую ты провела вместе с Итаном, приятное начало довольно безумного путешествия. Разговаривали, хихикали и шутили под покровом ночи, не подозревая о том, что за этим последует. Сладкие неловкие моменты, которыми ты наслаждалась. Теперь вы могли бы посидеть вдвоем в уютной тишине, что было бы не менее восхитительно. Или “быть способным заткнуться на хрен”, как вы оба процитировали в ту ночь, когда по-настоящему заговорили. Это был конец истории, но начало всей твоей жизни. Теперь ты готова взяться за это, Итан приклеился к тебе. Ты провела с ним весь день, собирая свои вещи, пока не добралась до плакатов на стене. Ты скатала их все, убирая подальше, пока не добралась до последнего. Свежий шрам на твоем боку покалывало, когда маска Призрачного лица смотрела на тебя сверху вниз. Итан присоединился к тебе, чтобы посмотреть на это вместе с тобой в тишине на мгновение. — Хочешь сжечь это? - спросил он с игривой улыбкой, которую ты просто обожала. — Черт возьми, да, хочу, - улыбнулась ты.