Да, нет или наверное?

Показатель зрительской аудитории в 1% составляет приблизительно 408 000 зрителей, что равно 180 000 домашних хозяйств. Для телевизионной программы, охватывающей в среднем 12% зрителей, этот показатель составляет почти 4,9 миллиона зрителей, только в одном регионе Кантоу. На общенациональном уровне эти цифры намного выше. Количество людей, которые созерцали вид очаровательной улыбки Куниэды Кея по телевизору в этот момент смогли бы уместиться только под Токийский купол, да и только плечом к плечу, не давая сдвинуться с места. Да, только под Токийский купол. Этого примера достаточно, чтобы понять, насколько Принц Куниэда любим и известен. -На этом шоу сегодня заканчивается, присоединяйтесь к нам завтра вечером! Почти двухчасовое шоу закончилось. Это было понятно по короткому кивку и лёгкому поклону Кея перед камерой №2. Вся студия собралась вместе, радостно выкрикивая: -Хорошая работа, ребята! Кей продолжал так же улыбаться, несмотря на надоедливую болтовню. Ассистент режиссёра в смятении бросился к молодому диктору и затараторил: -Куниэда, мне так жаль! Я случайно потерял страницу новостей… Он стыдливо поклонился в знак извинения, но Кей его быстро успокоил. -Всё в порядке. Это никак не помешало трансляции. Я был немного удивлён, хотя, о, мой голос странно звучал? -Нет, ты говорил абсолютно нормально! -Я очень рад это слышать. Менеджер оживился и вдруг втиснулся в разговор. -Что? Мы пропустили часть сценария?! -Д-да, после прочтения сценария меня попросили подготовить студию, пока Куниэда был гримерной. Я думаю, что уронил страницу, когда бежал, но понял это только после начала съёмки… -Тебе нужно было всё перепроверить, идиот! — разгневался менеджер. -Мне очень жаль. Кей скривил чуть пухлые губы, подёрнутые блеском для губ, и вмешался: -Всё действительно в порядке, правда. Я справился с этим. Просто в следующий раз нам нужно быть осторожнее. -Куниэда, как тебе удалось пройти через этот сегмент без полного сценария? — поинтересовался главный менеджер, изогнув левую бровь. Его это смущало и поражало одновременно. -Я вспомнил недостающую часть из прочитанного. -Да ты стебёшься надо мной! Ты какой-то гений, что ли? -Вы преувеличиваете. Это была всего одна страница, в ней было не так много строк. И вправду, сценарии были отформатированы крупным шрифтом, с большим междустрочным интервалом для удобства чтения. Каждая страница содержала в лучшем случае около ста символов. -И всё же ты выучил четыре страницы, чтобы добраться до этой части. Ты действительно потрясающий! -Мне просто повезло. Кей вёл себя настолько скромно, насколько это было возможно, однако про себя он думал, что все они ёбаные идиоты. «Серьёзно, и он называет себя главным менеджером? Он не понял, что целая страница сценария пропала?! Разве ему не пришло в голову, что что-то идёт не так, когда ассистент режиссёра начал лихорадочно искать что-то перед началом новостей? Он был настолько тупым, что кричал на других за то, что они поступают так же тупо! Смогут ли они хоть один день прожить без косяков? Боже, ассистент оператора был медленным, как черепаха. Ассистент режиссёра тоже! Что он, чёрт возьми, делает? Раздаёт подсказки, стоя там, где так трудно читать? Ёбаная студия была переполнена безмозглыми кретинами.» Несмотря на свои озлобленные мысли, что были пропитаны жгучей ненавистью, Кей оставался всё таким же спокойным снаружи. Со своей блистательной улыбкой, ещё более блистательной, чем у любой модели с конкурса «Мисс мира», он мягко поблагодарил всех за работу, прощаясь с ними, а затем приготовился покинуть студию. Внезапно режиссёр погнался за ним, выкрикивая его имя. -«Бляха, да какого дьявола ему надо?!» — с невыносимой горечью подумал Кей. -Да? Я вам зачем-то понадобился? — он грациозно обернулся, и директор протянул ему стопку скреплённых вместе бумаг. -Это сценарии и справочные материалы для завтрашней съемки. — объяснил мужчина. —Извини, что я передаю тебе их только сейчас. «Да ладно? Этот безмозглый директор всегда сдаёт материалы за день или два до съёмки. Ты не единственный, кто занят, тупица!» -Я так полагаю, это для интервью с художником-аниматором? — лицо диктора было всё таким же светлым и дружелюбным. -Да, он создаёт новую вступительную заставку для новостей...но я, если честно, понятия не имею, зачем именно нам поручили это задание… -Я думаю, они хотят, чтобы никто не сидел без дела и помогал созданию заставки. -Ох, как бы я хотел, чтобы Вечерние новости получили хотя бы половину из их бюджета. — томно вздохнул собеседник. — Кстати, мы уезжаем отсюда в десять и планируем вернуться к двум. Ты будешь готов к съемкам? -Да, конечно. -Я встречал этого художника пару раз. Он довольно милый, не строит из себя дурачка. -О, я рад это слышать. «Учитывая, что источник именно ты, я не поверю в это ни на секунду.» — тут же пронеслось в голове у Принца. -Да, но я уверен, что ты сможешь поладить с кем угодно, Куниэда! «Да, поскольку я все время окружен придурками, лохами и невежественными идиотами.» -Спасибо, что уделил мне время. — поблагодарил директор. — Увидимся завтра. -Спасибо. Берегите себя. — мягко произнёс Куниэда. Когда Кей вернулся в главный офис, он остановился перед плакатом, висевшим в одном из коридоров. Там был изображён бюст человека и логотип канала, прикрепленный к кричащему слогану: «Асоу Кейчи расскажет Ночные новости с совершенно новым взглядом!» Простой дизайн создавал уверенную, даже немного взбадривающую атмосферу. Рядом с ним висел другой плакат с фотографией его вечернего двойника, свежий и светлый, резко контрастирующий с впечатлением, оставленным новостями. Он следовал лишь одной концепции: потягивать чай между новостями и обсуждать их. На баннерах красовались снимки большинства ведущих и репортеров, включая Кея. Фото было снято ещё в начале года, перед весенней реорганизацией шоу. Его сладкая улыбка была, как всегда, безупречной. «Здесь нет ничего удивительного. Я самый красивый из всех, включая женщин». -На что вы смотрите? — к красавцу подошла ведущая, что была на два года старше Кея. -О, добрый вечер. «Проваливай и не приставай ко мне!» Кей подавил своё раздражение и кротко ответил: -Я смотрел на новые плакаты. Думаю, что они получились очень хорошо. -О, да, особенно ваша фотография, Куниэда. Не зря все называют вас Принцем! «Хах, а что касается тебя, ходят слухи, что ты каждый вечер ходишь на вечеринки для одиночек, из-за чего пришлось вышвырнуть тебя из утреннего выпуска новостей. Тебе почти тридцать, с тобой все будет в порядке? М?» -О, я не смотрел на свою фотографию. Я смотрел на плакат Асоу. Он отлично смотрится на нём, очень хладнокровно и уверенно. — Кей изобразил легкую застенчивость, делая вид, будто восхищается старшим коллегой. -Да, я слышала, что они развешивают эти баннеры по всем вокзалам и внутри поездов. -Ничего себе, они не пожалели на это денег. -Шоу приобретёт совершенно иной вид с полной реорганизацией. Уверена, у них должно получиться. А то в последнее время, рейтинги опустились ниже 13%! Оказалось, что у руководителей компании было две цели с этой реорганизацией шоу. Нынешний ведущий был весьма авторитетной телевизионной личностью в отрасли, которая долгое время находилась у руля. Замена его и его весёлого помощника, людьми с менее узнаваемыми именами, сократила бы расходы для диктора компании, давая при этом шоу новый образ. Они зашли настолько далеко, что даже направили вечернюю команду новостей обозревать создание новой заставки, но Кей не думал, что это будет эффективно. -Но, Куниэда, я уже вижу, как вы когда-нибудь запустите ваше собственное шоу. -Пожалуй, я не совсем гожусь для такой должности. Это не было пустой болтовнёй. Весь этот стресс не стоил того. Кею нравилась его нынешняя работа диктора новостей и соведущего в вечерних новостях. Хотя, конечно, иногда он, как и все остальные, испытывал потребность утолить свою гордость и тщеславие. Пока он появлялся на работе, не имело значения, появлялся ли он по телевизору или возился со своим телефоном за столом во время разговора. Ему платили обычную зарплату как штатному диктору, совсем не так, как телевизионщику, который был нанят по контракту. Зрители восхваляли его за очаровательную внешность и приятную передачу в эфире, которая противоречила его возрасту и опыту. Разобщённость его молодого возраста с его элегантной внешностью играла на его обаянии, очаровывая всех светскими грациями и осанкой прекрасного Принца. Он сделает всё, что в его силах, чтобы защитить этот хрупкий, но столь идеальный образ. -Между прочим, Куниэда… — тон в голосе коллеги сменился на тот, который вот-вот должен был перейти на лесть. -Да? — молодой диктор в предвкушении ждал скорую лесть и похвалу. -Я планирую пойти выпить с одной своей подругой. Не хотите присоединиться к нам? Она очень хотела с вами познакомиться. Кей ожидал чего-то подобного, но это всё равно было занозой в заднице. Эта женщина была уже не в расцвете сил, и все же она хотела поймать более молодого коллегу, который, как она думала, поднимался по служебной лестнице. -Мне очень жаль, — внезапно бросил Кей, выбирая смесь смущения и сожаления из множества масок, которые он приготовил, чтобы справиться с трудными ситуациями, — но я вернусь в свой родной город в Сидзуоке. -А, так у тебя уже есть девушка? — тон женщины не был похож на вопрос, скорее, на утверждение. -Это не совсем так… В качестве бонуса он добавил немного застенчивости, чтобы коллега наконец отстала. -Эй, не беспокойся об этом. -Извините. Пожалуйста, никому об этом не говорите. Я держу это в секрете. -Неужели? Хм, что же мне делать? -Пожалуйста, никому не говорите! -Ладно, ладно. Раз уж так, то давай сходим куда-нибудь и выпьем? «Какая же она недалёкая!». Любое чувство разочарования, которое заставило бы её обидеться на Кея за его отказ, было бы легко переписано чувством превосходства, что она была участником небольшой тайны. Она, вероятно, не стала бы раскрывать секрет в открытую, но, скорее всего, выложила бы достаточно информации перед другими женщинами, чтобы они поняли намёк. И он надеялся, что ему тоже не придётся иметь с ними дело. Он уже мог представить себе, что это будет выглядеть примерно так: «О, Куниэда? Он сказал мне… Ну, я не совсем уверена. Он просил меня никому не говорить, прости.» Детская игра. Кей ушел с работы около восьми вечера. Уходя, он, конечно, весело крикнул «Спокойной ночи!»охраннику, чтобы защитить свой безупречно созданный образ, ведь его стратегия требовала основательного подхода. И только когда он вернулся домой и запер входную дверь, наконец началось его личное время. Измученный Кей испустил глубокий вздох, который никогда не осмелился бы показать внешнему миру. Он потёр лицо и взглянул в зеркало перед собой — фальшивая улыбка исчезла без следа, оставив только мрачное отражение, смотрящее на него. Запустив пальцы в шелковистые волосы, он наконец освободил локоны от тонны геля. Затем ослабил галстук, бросил одежду за диван и натянул свою любимую толстовку и спортивные штаны. Его мать купила их для него на втором этаже супермаркета много лет назад. В любой день он мог натереть дырку на локтях, но это не имело абсолютно никакого значения, он всё равно собирался надеть пальто. Это было не его красивое пальто от Акваскутума(1), которое он обычно носил, а дешёвое, не совсем брендовое пальто. Он получил его по почте. Всё, что считалось неподходящим для Принца Куниэды Кея, например, продукты быстрого приготовления или копии его любимой манги, которую он заказывал через Интернет. Продолжая свое преображение, Кей надел чёрные очки в толстой оправе, накрыл лицо медицинской маской, засунул в карман видавший виды бумажник из искусственной кожи и надел пару потрепанных теннисных туфель. Он был готов снова выйти наружу. Совершенно безымянный и несуразный для всего мира. Наконец-то он мог расслабиться. Это был его набор «одежды на одну милю», используемый для выполнения дел по его району, он был бы счастлив носить его в Синдзюку, Сибуи или Роппонги, если бы у него были планы там. Было легче, когда с ним обращались как с никчёмным ничтожеством, чем тогда, когда люди узнавали его на улице. У Кея вошло в привычку каждый вечер наслаждаться получасовой прогулкой по парку, переодевшись. Ему не нужно было беспокоиться о том, что люди подходят к нему или публикуют наблюдения о нём в Твиттере. И он не хотел иметь дело с форумом веб-сайта шоу, не хотел отвечать на сообщения, вроде: "Я видела, как вы ходили вокруг X вчера! Но я не могла поздороваться, потому что слишком нервничала!" Это была действительно странная профессия —быть диктором на телевидении. Поскольку их показывали по телевизору, к ним относились как к второстепенным знаменитостям, но в конечном счёте они были просто наёмными работниками в бизнесе. Ему бы всё равно платили, даже если бы он не был очень популярен. И наоборот, независимо от того, насколько велики были его последователи, не было никакого раскачивания кривой для повышения или понижения. Именно поэтому многие дикторы в конечном итоге стали работать по контракту. Самое большое различие между телевизионным диктором и телеведущим состояло в том, что у диктора не было помощника или менеджера, который мог бы быть крайним, если что-то шло не так. Оставляя в стороне вопрос о каких-либо преступных действиях, телевизионные дикторы не имели права прибегать к помощи, если были какие-либо признаки того, что они нарушили какой-то социальный стандарт или общественный моральный кодекс. Это будет конец их карьеры. И, даже если им разрешат снова появиться на телевидении, это пятно будет преследовать их вечно. Даже тактика самоунижения и превращения себя в шутку была бы воспринята холодно, если бы человек не был значительным ветераном бизнеса. Тем не менее, он должен был признать, что на поверхности он в основном должен был хорошо выглядеть и читать новости для своей работы, почему это было необходимо, чтобы избежать гнева зрителей, которые видели только поверхность. Тем не менее, Кей хотел свободы, чтобы слоняться по магазинам и непринуждённо стоять среди людей, читая задрипанные журналы. Он хотел покупать готовые блюда в магазинах и заказать всего лишь сто грамм блюда, если он посчитает это нужным. Ему тоже хотелось ворчать в ответ грубым таксистам и не сдерживать своих чувств. Если бы ему пришлось постоянно носить маску идеального телеведущего и постоянно сдерживать себя, он бы просто-напросто задохнулся. Вот почему сейчас он был одет как чудила. Эти несколько драгоценных для себя часов позволили ему наконец вздохнуть и расслабиться. Даже холодный январский ветер не беспокоил его. Закончив свою прогулку, он обычно останавливался у соседнего кафе, делающего еду на вынос, чтобы сделать заказ. Любимым блюдом Кея была миска риса с говядиной и яйцом всмятку сверху. Он вышел из ресторана с ужином, завернул в магазин за пивом и бодрым шагом вернулся домой. Плюхнувшись на диван и вытянув ноги, Кей снял крышку со своей миски риса с говядиной. Перед его лицом развернулся пар, и яйцо внутри заколыхалось, уютно устроившись среди других начинок. Счастье было прямо здесь! -А-а-а, у меня уже слюнки текут!... - блаженно пробормотал себе под нос Кей. Его голос был совершенно не похож на тот, которым он обычно разговаривал с другими людьми. Он разработал свой голос для внешнего мира после многократной записи своего голоса и исследований на тему: «Как сделать его более приятным для слушателей». Чаша с рисом была покрыта кусочками тонко нарезанной говядины, политой соусом ширатаки (5) и куриной печенью, обжаренной в мелко измельчённом чесноке и нитках карамелизированного лука. Кей рассёк яйцо всмятку и яростно перемешал содержимое миски. Взяв палочками тщательно сбалансированное соотношение риса и начинки, он откусил кусочек. -Как же, сука, хорошо… Весьма забавно, ведь он мог есть это блюдо 3-4 раза в неделю на протяжении уже долгого времени и совершенно не уставать от этого. Он глотал пиво, запихивая еду в рот, делая паузу лишь на то, чтобы добавить немного кунжутных зёрен для дополнительного вкуса, и наслаждался чертовски сытной едой. В рабочее же время на обед Кей всегда заказывал «здоровую тарелку риса шестнадцати сортов» или какую-то совершенно не сытную ерунду из кафетерия. Независимо от того, насколько он был соблазнён куриным обедом из Нанбан, он устранил внутри себя всё, что угрожало идеальному образу Куниэды Кея. Вот почему такая еда дома казалась раем. Кей удовлетворенно вздохнул. Убрав пустую банку из-под пива и пластиковую посуду, он приготовил себе кофе. Быстрорастворимый кофе был, как ни странно, хорош на вкус. Мыть посуду было очень утомительно, поэтому Кей использовал бумажные стаканчики. Но для своего образа он, конечно, выбрал бы любимые зёрна, которые соответствовали бы его имиджу. И любимые чайные листья, шампунь, мебель для дома. Они были реквизитом для него и использовались в основном для создания его образа и передачи типов вещей, которые он хотел, чтобы другие люди знали, что ему нравится. Широкая публика делала так же. Попивая ароматный кофе, Кей потянулся к пульту от телевизора. Именно в этот момент, зазвонил его мобильный телефон, известный только его семье. -Привет? -Алло, Кей? Ты нормально питаешься? На днях мы купили апельсины и мандарины, и я думаю прислать их тебе. Ты хочешь ещё что-нибудь? — затараторил знакомый материнский голос в трубке. -Лапшу в чашке, — без колебаний ответил Кей. — и убедись, что ты взяла всё с разными вкусами. А ещё картофельные чипсы. Консервированные штучки, такие как цыпленок якитори и солонина, тоже были бы великолепны. О, и отправь всю мою мангу Dragon Ball, пока ты там. Мне хочется прочитать её еще раз. -Я не смогу поместить всё это в одну коробку! И что ты делаешь, опять ешь эту отраву быстрого приготовления? -Я хорошо питаюсь, даже когда нахожусь вне дома. И ты это знаешь. - Вне дома? Хмм… — мать вздохнула, будто специально выбрала этот момент, чтобы выразить своё неодобрение. — Каждый день я смотрю на тебя по телевизору, напялившего на себя эту притворную рожу. И каждый чёртов раз, когда ты улыбаешься на экране, у меня мурашки бегут по коже. -Разве матери не должны поддерживать своих сыновей? — возмущённо пробурчал Кей. -Но это правда... я впечатлена тем, как ты можешь поддерживать такое совершенное лицо на публике. Если бы люди только знали, что дома ты бездельничаешь, валяясь под котацу(2), ешь всякую дрянь и читаешь мангу весь день... Ну, ты всегда был правильным и хорошо воспитанным мальчиком перед другими людьми. До сих пор я чувствую себя обманщицей, когда соседи говорят о тебе приятные вещи. -Мама, заткнись! Не смей даже словом обмолвиться обо мне другим людям! Неужели ты хочешь усложнить мне жизнь и погубить мою карьеру?! -Да-да, я знаю, не волнуйся. Но что ты будешь делать в будущем? Есть ли у тебя хорошенькая девушка, которая выйдет за тебя замуж и примет тебя таким, какой ты есть? — спросила мать, хотя и так знала, что ответит сын. Конечно же, у него никого не было. Все его предыдущие отношения были с женщинами, которые, по его мнению, соответствовали необходимым стандартам, чтобы быть «аксессуаром» для его идеального образа. Отношения никогда не длились долго, он вскоре уставал от того, что его свободное время, чтобы расслабиться, было украдено у него. Чтобы не быть брошенным как плохой парень, он тратил невероятное количество усилий, чтобы расстаться с женщиной на дружеских отношениях. Эта картина повторялась всё снова и снова. -Это вообще не твоё дело. В любом случае, я занят. Спокойной ночи. -Эй, подожди, Кей! Парень резко бросил трубку и, как ни в чём не бывало, включил запись своего выступления, сделанную этим вечером. Он снова и снова просматривал фрагменты с его репликами. Все ли они звучат нормально? Может, какой-нибудь акцент в его словах звучал странно? Была ли скорость читки в порядке? Какие-нибудь странные паузы? Зрителям может быть неудобно, если он слишком долго смотрит прямо перед собой, были ли такие моменты? Были ли его ответы другим докладчикам адекватными? Как он выглядел на широкоугольных кадрах? Как сегодня смотрелся его гардероб? Ему предстояло пройти длинный контрольный список. Полоски на его рубашке были слишком тонкими, потому что он мог видеть, как они мерцают на экране. Вот почему он перепроверял каждую деталь после выхода в эфир. Гардеробщица сказала, что всё в порядке, но теперь он знал, что не должен был ей доверять. Бесполезная идиотка. Закончив свою проверку эфира, он начал смотреть другие новостные программы, ускоренные в три раза. Если он замечал что-то особенно хорошее или плохое, то смотрел с обычной скоростью. Чтобы захватить все новостные программы, например, утренние, полуденные, вечерние и ночные, с каждого канала у Кея дома было в общей сумме четыре записывающих устройства. Да, в комнате персонала на работе тоже всё было записано, и он мог легко получить доступ к этим материалам, но ему нравилось делать ехидные комментарии во время просмотра и это выглядело ужасно. Ему пришлось бы себя контролировать, а то его идеальный образ разрушился бы. Он не мог делать этого перед другими. Не то чтобы у него были какие-то проблемы с этим, но ему хотелось сдерживать себя только тогда, когда это было действительно необходимо, и не было никакого желания сдерживать себя больше, чем это было нужно. Он обращал внимание на конкурирующие шоу, которые разделяли его же временной интервал. Где в чартах они соревновались, где выигрывали или проигрывали? Цифры все время двигались вверх и вниз, так что ему не всегда удавалось просчитать, хорошо или плохо то или иное содержание, но, конечно, были дни, когда на цифры можно было положиться, и ответ был так же ясен, как день и ночь. Делая пометки в блокноте, лежащем у него на коленях, Кей начал сутулиться. Каждые тридцать минут он чувствовал, как у него болит спина и после короткой разминки он снова продолжал наблюдать и делать заметки. Это не было тем, что он мог бы показывать другим людям. Если бы Кей сказал, что у него есть талант, это означало бы, что он не жалеет усилий, на то, чтобы отшлифовать себя и предстать перед зрителями в превосходной форме. Всё, от тона голоса до внешнего вида было идеально. Когда он закончил свою проверку новостей, было почти два часа ночи, но у него всё ещё были материалы для завтрашних съемок. Он быстро принял ванну, а затем пролистал страницы из книги, которую ранее дал ему директор. Цузуки Ушио. В этом году исполнилось 27 лет, столько же, сколько и Кею. Во время учёбы в профессионально-техническом училище у него было море поклонников из-за своих анимационных видеороликов. Его самое популярное видео — короткометражный фильм о жизни птенца, от вылупления из яйца до самой смерти. Оно собрало более 10-и миллионов просмотров по всему миру. Он получил множество наград на международном уровне, и в настоящее время основные его проекты включают работу над телевизионными рекламными роликами. Кей ненавидел всех, кто был его ровесником, обгонявшим его в успехе. В пакет материалов, которые дал ему директор был включен DVD-диск, поэтому он неохотно вставил его в свой плеер. На экране крутилось видео с покадровой съемкой, похожее на те образовательные программы по телевизору, которые он смотрел в детстве. Кусочки глины сворачивались в круг или вытягивались, как струны, меняя форму и танцуя на экране, превращаясь в лениво распускающиеся цветы, заходящее солнце и падающие на землю капельки плачущего дождя. Иногда это были оригами, иногда мягкие игрушки. DVD содержал коллекцию коротких видеороликов, самый длинный из которых длился около 5-и минут. Чёрт, Кей устал просто смотреть видео, а Цузуки, должно быть, потратил целую вечность, чтобы сделать, передвинуть что-то на миллиметр, сфотографировать, снова слегка подвинуть, сфотографировать, повторяя этот процесс, пока не получится анимация, медленно перетекающая в фильм. Может быть, тот человек был монахом на тренировке или что-то в этом роде? Кей, вероятно, перевернул бы все фигурки и декорации вверх дном или уничтожил бы их, прежде чем у него получилось бы снять хоть одну секунду клипа. Этот парень, вероятно, был мрачным ботаником, если он мог сидеть весь день, работая над чем-то настолько утомительным. Молодой диктор с любопытством начал размышлять о том, как мультипликатор выглядит, и именно тогда на экране появился человек, о котором шла речь. Мужчина был одет в элегантный чопорный смокинг. Похоже, художник был на приёме, где только что получил одну из своих престижных наград. Кей скользнул беглым взглядом по нему и сердито щёлкнул языком. Он ненавидел красивых мужчин. Он никогда в жизни не заподозрил бы, что этому человеку нравится работать со столь тонкими деталями. Он высокий и у него благородные черты лица. Он был из тех мужчин, за которыми женщины охотятся. Его индивидуальные черты были отчётливы, но, как ни странно, они не выглядели как уродливое месиво, если рассматривать их как единое целое. Он казался более подходящим для роли скульптора, отколовшего гигантскую статую молотком и зубилом, чем для роли художника-мультипликатора. Мужчина стоял в зале награждений, вытягивая шею то вперёд, то назад, и выглядел скучающим, изящно сжимая в руках золотой трофей. Будто и не было его гордости и славы. Хотя, возможно, его галстук-бабочка был слишком туго завязан. -Поздравляю вас с сегодняшней победой! Мужчина скромно кивнул и кротко поблагодарил интервьюера, несмотря на направленный на него микрофон. -Не могли бы вы рассказать нам, что вы сейчас чувствуете? -Ну, я не слишком хорошо разбираюсь в таких вещах. Я просто хочу пойти домой, поужинать и поспать. -Гм, ну, не могли бы вы рассказать нам немного о трофее? Например, насколько это важно для вас? — в голосе интервьюера была слышна до боли детская усмешка. -Моя бабушка любит блестящие вещи. Я думаю, она будет счастлива. Кей не смог удержаться, чтобы не пробормотать вслух: «Что это за хуйня?!» Этот его странный, эксцентричный характер, казалось, не был похож на притворство. Он был на престижном приёме по вручению наград, но ему просто очень хотелось домой, и казалось, что его не волнует этот трофей. Кей всегда разыгрывал спектакль, поэтому он был особенно чувствителен к такого рода вещам, разыгрываемыми другими людьми. Неужели он не мог слегка улыбнуться? Выдавить из себя хоть какую-нибудь улыбку? А притворная скромность? Неловко сказать о том, как он счастлив или как благодарен людям, которые его поддерживают? Это ведь было бы так по-японски, верно? Интервьюер же просто делал свою работу. Справедливо это или нет, но мир устроен именно по таким правилам. Разве он не мог просто бросить кость интервьюеру? Кею очень хотелось схватить этого парня за шиворот и высказать ему в лицо всё, что он думает. Эти угнетающие одинокие волки, которые зарабатывали себе на жизнь в высокопрофессиональных, специализированных областях, были худшими из тех, с кем приходилось работать. Кей впал в отчаянье при мысли о том, что он встретится с этим человеком уже утром, но это было из-за работы, поэтому он должен был взбодриться и стойко вынести это. Он хотел получить дополнительную информацию об этом парне, поэтому включил компьютер и открыл Википедию. Невозможно было сказать, была ли вся информация проверена или нет, но это было лучше, чем ничего. Под заголовком «Личная жизнь» зоркие глаза смогли выцепить любопытную строчку: «бисексуал». Ну и ну… Кей невольно поморщился. А что ему делать, если этот парень вдруг влюбится в него? Он ни в коем случае не должен оставаться наедине с ним. Кея абсолютно не волновало то, какие сексуальные предпочтения были у других людей, но он не понимал причин, по которым это могло стать достоянием общественности. Он мог видеть, как это может негативно сказаться на обычных наёмных работниках, но, возможно, это давало творческим типам больше свободы для исследований?… Ах, он уже начал раздражаться. Кей выключил компьютер и приготовился лечь спать. На этот раз он надел другую маску для лица, это была маска для увлажнения кожи. Парень переоделся в спортивный костюм, который использовал для сна, и направился в постель. Его спальня была оборудована увлажнителем воздуха, который был установлен на постоянной влажности 60%, чтобы помочь сохранить его кожу здоровой и сияющей. Он получил свои четыре часа сна, отведённые на ночь. Проснувшись утром от надоедливого звона будильника, он взял ложку мёда и провёл 30 минут, делая вокальные упражнения, а затем прочитал утреннюю газету и позавтракал. Сегодня у него был суп мисо быстрого приготовления. Рис с ломтиками сыра и хлопьями Бонито(3), приправленные соевым соусом, как он любил. Большую часть времени ему надоедала быстроприготовляемая еда, и он добавлял кимчи(4) к своему рису, но с его сегодняшними съемками на месте он решил не добавлять настолько острую начинку. Проведя с пользой это драгоценное личное время, в течение которого он делал всё, что ему вздумается, он приготовился снова превратиться в Куниэду Кея, которого все знали и обожали. Тщательно подобранная одежда, безупречно уложенные волосы, красивый галстук; он оглядел себя в зеркале и, довольно хмыкнув, кивнул собственному отражению. Теперь он готов прожить этот день, как идеальный и очаровательный телевизионный диктор. (1) Акваскутум (Aquascutum) — британская компания, изготовитель и продавец одежды класса люкс. (2) Котацу — японская мебель; низкий деревянный каркас стола, накрытый матрацем футоном или тяжёлым одеялом, на который сверху положена столешница. (3) Хлопья Бонито — стружка сушёного полосатого тунца. (4) Кимчи — остро приправленные квашеные овощи, например, пекинская капуста. (5) Ширатаки — лапша из конжаковой муки, хороша для безопасных диет.