Little sunshine

Осень в этом году оказалась затяжная. Долго еще стояла тёплая и солнечная погода, почти как в сентябре, и вот только к концу ноября значительно похолодало. Столбик термометра опустился до отметки в минус десять градусов и потом ещё ниже, но снег почему-то так и не шёл, а только холодный ветер пронизывал насквозь и царапал лица людей. Феликс сидит в своей комнате, размахивая ножками в мягких тёплых носочках. До пола он ещё не достает немного, а как опустить стул ниже не знает, так что сидит так, да и нравится ему это. Он упорно делает домашнее задание по математике, решает примеры, которые они проходили на сегодняшнем уроке. Не очень-то и хочется, всё же взгляд так и падает на незаконченный вчера вечером рисунок, но подготовиться к учёбе надо, чтобы не расстраивать родителей. Он хочет, чтобы они гордились им, чтобы знали, какой он у них хороший сын. Так что Феликс сидит и пишет в тетради примеры из учебника и старается по максимальному правильно решить каждый из них, чтобы завтра обязательно получить хорошую оценку, и, конечно, похвалу и от учителей, и от родителей. Хотя последние же хвалят его буквально за всё. Получил пятёрку — умница, Ликси, так держать! Нарисовал что-то новенькое — вау, какой талантливый мальчик растет! И так далее, примеры неисчерпаемы. Заботой и любовью мальчик не обделён уж точно. Чего только стоят их практически ежедневные посиделки и игры вместе! Чан и Минхо безумно любят Феликса, они хотят проводить с ним чуть ли не всё свое время и всеми силами стараются подарить ребёнку счастливое детство. Феликс дописывает еще один пример и, зевая, оборачивается к ещё незашторенному окну, и глаза его расширяются от радости, а на лице расползается яркая улыбка до ушей. Он подскакивает со стула и бежит по коридору в гостиную, где сейчас Минхо увлечённо читает новый том любимой манхвы, которую ему предусмотрительно купил Чан ещё вчера, когда возвращался вечером с работы (то, что Чан запомнил про выход нового тома, довольно удивило Минхо, и тот расцеловал его прямо в прихожей, за то, что избавил его от необходимости выходить из дома и ехать в центр города в свой заслуженный отпуск). Ликс подбегает к нему и радостно показывает пальцем на окно, а Минхо на время откладывает книгу, чтобы внимательно выслушать то, с чем пришел к нему сын. — Что такое, солнышко? — ласково спрашивает он, хлопая по дивану рядом с собой, приглашая мальчика сесть рядом. — Папа Минхо, там снег пошел! Ликс чуть не подпрыгивает от искренней детской радости при виде первого в этом году снега, и садится рядом с Минхо. Феликс уже успел расстроиться, ведь уже почти начало зимы, а снега нет, уже подумал о том, что и на Рождество его не будет, а тут такой внезапный подарок. Минхо тоже смотрит в окно, как мелкие снежинки в вечерних сумерках плавно падают, освещённые огнями уличных фонарей. — О, и правда, — он улыбается и протягивает мальчу руки, приглашая сесть к нему на руки, и Ликс кивает. В объятиях своего пусть и не родного, но все же отца, Феликсу тепло и уютно. Он прислоняется спиной к груди взрослого, пока Минхо поднимает его и садит к себе на колени, начинает нежно перебирать его светлые волосы. Они вместе наблюдают за медленным танцем снежинок. И уже представляют, как вместе будут гулять, обязательно вытащив с собой и Чана, дабы не засиживался сильно на работе. А оба Ли великолепно умеют убеждать: сделают наимилейшие глазки, похлопают ресницами, и всё, и Чан сразу же растает и будет готов сделать для этих двоих всё на свете. Хотя, если честно, им и упрашивать его не надо. Он уже видит в них весь свой мир и поэтому на полном серьёзе без условий сделает для них всё, лишь бы они только счастливы были. — Хочешь прогуляться немного? — Нет, я еще математику не закончил делать, — отвечает понуро Феликс. А хотя так хочет погулять по вечернему городу, пока мелкими хлопьями на него падает холодный и блестящий снежок. Но вот ответственность к учёбе уже так хорошо работает и никак не отпускает, даже в таком еще юном возрасте. — Много еще осталось? — Пару примеров, но я там… — он поджимает губы и мнёт в руках край своей футболки. — Не могу понять, как делать. — Чего же ко мне не пришел? Я бы помог тебе. — Не хотел тебя отвлекать. — Ликси, ты меня никогда не отвлекаешь. Так что тебе нужно было просто подойти ко мне и спросить, хорошо? Я же тут, — заботливо говорит он, нежно поправляя волосы своему сыну за ухо. Потом кладёт свои руки на маленькие ладошки Феликса, чтобы тот успокоился и перестал теребить ткань кофты. — Да и вообще не стоит так долго сидеть за уроками. Не перенапрягайся. — Я просто хочу, чтобы вы мной гордились. Я же могу и лучше учиться. — Мы и так тобой гордимся, солнышко. Я, и Чан тоже. А то, что ты что-то не понял, это нормально, у всех бывают трудности. Хочешь, мы пойдем и еще раз попробуем решить, хорошо? Он поворачивается к нему лицом и встречается с его нежной улыбкой и сияющими добрыми глазами тёплого кариего цвета глазами. И сам невольно улыбается, когда кивает в ответ. — Да, пожалуйста. Минхо встает с дивана и поднимает за собой Ликса, они вместе идут в его комнату. Он приносит к столу мягкий пуфик из угла комнаты и садится на него, согнув одну ногу в колене для удобства, а руки кладет на стол, наклоняясь ближе к учебнику и тетради Феликса. — Итак, давай по порядку. И через какое-то относительно недолгое время Ликс все же заканчивает эту несчастную математику. Теперь он всё понимает, как решать каждый из ранее казавшихся ему сложными примерами, и даже сделал ещё парочку, чтобы точно закрепить знания. Кажется с такой поддержкой и помощью Минхо он может абсолютно всё, и всё ему подвластно, любые трудности, как думает Ликс, с большой любовью гладя на своего отца. Они слышат звук открывания двери и переглядываются. — Кажется, Чан пришёл. Пойдем встречать. Ликс снова быстро выбегает в прихожую и тут же набрасывается на своего второго отца с объятиями, почти сбивает его с ног и даже не обращает внимания на оставшийся холод улицы, исходивший от него. — Хе-хе, Ликси! — Чан тоже его обнимает, он так соскучился по нему, пока был на работе, что сейчас вообще не хочет отпускать мальчика из своих объятий ни на секунду. — Папа Чан, ты видел там снег! — Видел-видел, ну и холод на улице! Минхо подходит к Чану и уже привычно целует его в холодную и розовую щёку. Но им обоим никогда не надоест проявлять к друг другу такие маленькие знаки своей любви, будь то малекий поцелуй в щеку, нос, губы, макушку, да и вообще хоть куда, или лёгкие поддразнивания, которые для многих будут страшной банальщиной, но эти двое де будто навечно застряли в конфетно-букутном периоде, хотя живут вместе уже больше пяти лет и пусть, к сожалению неофициально, но уже женаты. Для них всегда отношения будут, как в первые месяцы, нежные и незабываемые. — Снова без шапки! Как тресну по ушам! — ругается Минхо, но Чан лишь посмеивается, потому что знает, что Минхо так всегда проявляет свою заботу. И даже не вздрагивает от шутливого удара по затылку от мужа, потому что тот сразу же нежно гладит это место ладонью. — Пойдем, греть тебя будем. После того, как Чан переодевается в более удобную домашнюю одежду и Минхо с Феликсом кормят его ужином, внимательно следя, чтобы тот съел всё, они вместе, втроём, садятся на диван в гостиной и укрываются пледом. На самом деле, он и не замерз вовсе, точнее уже давно отогрелся, но как он может отказать своим любимым? Поэтому послушно сидит и наслаждается их тёплыми объятиями, расслабляясь каждой клеткой уставшего на работе тела, и почти даже дремлет от ощущения уюта своего дома. Дома, где тебя точно ждут и любят.