Разбитые небеса

БОНУС. Драббл. Продолжение к «Эпилог. Вариант 2». Время действия: через несколько лет после свадьбы Андрея и Кати. ____________________ Знаете, как это бывает? Ты идешь по улице. Нет, не ночью, днем. Вокруг тебя люди, веселые, довольные. И с неба светит солнце, и листва вокруг зеленая. Или падает тихонько снег, и все спешат за подарками, а ты часть этой толпы, а потом вдруг ты чувствуешь взгляд. Ты знаешь, что кто-то следит за тобой. И тебе становится страшно, потому что ты знаешь — кто это. Ты оглядываешься, озираешься по сторонам то и дело и — никого. Ты не видишь того, кого ожидаешь. И ты снова натянутая струна, ты знаешь наизусть текст, составленный однажды: все то, что ты хочешь сказать ему, если он подойдет к тебе, но он не под-хо-дит. Он просто смотрит на тебя, а ты его не видишь. И тебе страшно. Господи, зачем все это? Ты входишь в огромный магазин, идешь в отдел с подарками. Скоро Новый Год, и у тебя в руках список тех, кого надо поздравить: не забыть купить подарок новорожденному сыну Мишель, ее мужу, и еще новой Ромкиной пассии, и на всякий случай такой, который мог бы подойти еще более новой пассии, а то знаем мы этого Малиновского… Список в руках дрожит и буквы расплываются. Если сказать Андрею, то он расстроится, лучше уж втихаря пить антидепрессанты, унимать дрожь в руках, и держать лицо. А может, все это выдумка, и Александр Воропаев давным-давно живет где-то на краю света? Недаром ни о нем, ни о его сестрах ни слуху, ни духу. Да, так и есть, но откуда тогда это чувство, что он где-то рядом? Впервые это произошло на свадьбе. Показалось, что в толпе праздношатающихся зевак был он. Его лицо, его глаза… Знаете, как это бывает? А потом, в медовый месяц, хотя быть такого не могло, не настолько же он безумен, чтобы преследовать их… Потом прошло, отпустило, пока снова не накатило, с новой силой, потому что пришло письмо, по электронной почте, с неизвестного адреса. И до сих пор становится жутко, как бывает, когда видишь человека и знаешь — он принес дурные вести. Так же жутко, как когда-то: раз — и Андрей выгоняет ее с работы и из своей жизни, два — и Сашка сообщает о смерти Андрея. Вот как это бывает: ты знаешь, что должно случиться что-то ужасное. Или даже так: должно было случиться что-то ужасное, и только чудом ты избежала этого, и теперь живешь не свою жизнь, словно воровка, пользуешься чужой. «Я буду всегда с тобой рядом», — вот и все письмо. Может, кто-то написал не на тот мейл, может, это чья-то шутка, может… Может быть только одно — это Сашка, это он, и он всегда рядом. Идет за тобой в толпе и смотрит в затылок. Оставаясь незамеченным, касается твоей руки — ты зря думаешь, что это ветер. Он рядом. Или ты сошла с ума. И неизвестно, что лучше. Знаете, как это бывает? Ты идешь, оглядываешься, потом ускоряешь шаг, потом срываешься в бег, потом баррикадируешься в своей машине и все равно не чувствуешь себя в безопасности. И ты не знаешь, что делать. Ты не можешь рассказать никому, потому что не знаешь — как такое рассказать. И как дурочка, ты ждешь полуночи, которая делит старый и новый год, и загадываешь желание: чтобы все это кончилось, и кто-то шепчет тебе в ухо: «это кончится, когда кончится жизнь», и ты вздрагиваешь, выпивая обязательный бокал шампанского. А потом смотришь в глаза любимого мужа, ищешь спасения в его объятиях и ненадолго забываешь свой персональный кошмар. А потом начинается новый год, новый день и новый кошмар. Ты открываешь свой электронный ящик и видишь, среди прочих, письмо с того самого адреса. Вместо того, чтобы удалить, ты читаешь: «Я люблю тебя. Я буду любить тебя всегда. Я никогда не оставлю тебя»…