Любовь и кошки

— Это мой парень, — Джисон указал на Минхо, а у того сердце в пятки… Какого чёрта он творит? Собирается рассказать об отношениях? Так быстро? А что, если плохо отреагирует? - мысли бурей пронеслись в голове парня, заставляя кровь бежать по венам с бешеной скоростью. — Ну наконец-то ты ему признался, — просияла женщина, — Поздравляю вас, ребятки! Наконец-то???!? Интересная реакция… Минхо шумно выдохнул, вызвав смех у хозяев квартиры. Конечно, парень догадывался, что мать Джисона — удивительная женщина, но чтобы настолько…Интерес к ней вспыхнул моментально. —Я – мама Джисона, думаю, Ия уже наслышан, — элегантно протянула руку дама. — Прошу, без формальностей, зови меня просто Соён. — Приятно познакомиться, — вместо того, чтобы пожать руку, парень, слегка наклонившись, поцеловал её. — Я – Минхо. — Да-да, наслышана, — смех разбился звонкими колокольчиками. — Ну что ж, расскажете, как оказались на нашей кухне в десять утра? — подмигнула она Джисону. Необычно… По спине пробежало вязкое ощущение радости и зависти одновременно. Так бывает, когда начинаешь невольно сравнивать. Минхо всегда делился тревожащими душу проблемами лишь с двумя людьми в своей жизни — с Хёнджином и мамой. Ли рассказывал всё и не стеснялся оголять свои слабости. Но рассказать про ориентацию… язык бы не повернулся — слишком страшно. Джинни догадывался и сам говорил парню не раз, свои предположения, на что Минхо лишь отпирался, а потом растекался лужицей при виде какого-нибудь харизматичного паренька. А теперь растекся перед Джисоном, который, в общем-то, и не против. «Так и знал» — Минхо уже слышит голос Хвана в своей голове. Вообще-то это онвсегдабыл тем человеком, к которому бежали за советами остальные друзья. Многие действительно прислушивались, остальные так и оставались в яме из проблем, получая в ответ то самое: «А я говорил». В отношениях с Хёнджином всё менялось на 180: Минхо, привыкший со всеми быть цвета «Инь» и хорошо контролирующий свои слабости, с Хваном был мягким «Ян», и по цвету не чёрный, а светящийся белый. Контраст, но не тот, от которого руки в дрожь и звёзды в глазах от тревоги. Скорее, дружба, длиною в жизнь и цвета фуксии. Любовь же ощущалась пьянящей смесью разноцветных красок и глубины звёздного неба. И вот, эта самая любовь сидит перед ним и рассказывает своей маме про их вчерашние загулы по ночному городу. Неловкость начала постепенно отступать, освобождая в сердце место для спокойствия. — А потом я позвал Хо к нам, — почесал затылок Джисон. — Вообще, я не рассчитывал, что ты вернёшься сегодня… — Так написал бы, я бы задержалась на денёк, в чем проблема-то? — Соён с недоумением посмотрела на сына, на что тот закатил глаза. Минхо смотрел на Джи и проникался приятной атмосферой, что разлилась по квартире семьи Хан. Соён расплёскивала звонкий смех, сияя яркой утренней звездой. Ей хотелось восхищаться, а в квартире Джисона — остаться навечно. Отношения Джисона с матерью были пропитаны любовью и безоговорочным доверием. Безусловным… Завораживает. В воспоминаниях Минхо яркими вспышками сверкали разговоры с Джисоном о родных. Парень задумался, какая атмосфера будет в его доме в Инчхоне, когда он осмелится познакомить его с родителями. Будет ли так же уютно или придётся выбирать?… Так, стоп. Не стоит рушить уют в такой момент. Минхо подумает о проблемах позже, а пока… — Кстати, Хани говорил, что вы гадаете, это правда? — поинтересовался Хо. — Правда, — улыбнулась женщина. — Хочешь, и тебе погадаю? — Я и сам увлекаюсь, — Минхо улыбнулся, — вот и спросил. А на какой колоде? — Да у меня много разных, — махнула рукой. — Но чаще пользуюсь таро «Теней», «Безумной луны», и «Тёмного леса». — И как вам с «Лесом» работается? — интерес сверкнул в глазах парня. — Она – мой фаворит, без вопросов, — улыбнулась Соён. И правда, ей очень подходит. — А можно посмотреть? — поинтересовался Минхо. — Конечно. А ты сам с какими работаешь? — Уэйт по классике и таро «Эфирных видений». — Ой, нежнятинка, — зажмурилась женщина, улыбнувшись. — Сама бы купила, но почему-то не думаю, что она мне подойдет. — Зато вам очень подходит «Лес», — сказал Минхо. — Кстати, моя мама тоже увлекается. У неё «Уэйт» и «Манара». — Нааадо же, — протянула женщина. — В таком случае, я очень жду знакомства с ней! Обязательно скажу ей о том, какого прекрасного сына она воспитала. — Мам, не отбивай у меня парня, — засмеялся Хан, с нежностью наблюдая за их беседой. — Ничего не обещаю, он у тебя милашка, — подмигнула Минхо леди.— Пойдём, покажу тебе ещё кое-что, ты упадёшь! — и утащила парня в свою комнату. И ведь, не наврала. Комната Соён похожа на покои королевы, что гадает по ночам. Только далеко не на любовь, а скорее на успех бизнес сделок с соседними государствами и устраняет противников, предрекая им вечное невезение. Минхо смотрел глазами-сердечками на нескромную коллекцию карт, а перед десятком маятников и разного рода камней и вовсе лужицей растёкся. Джисон, наблюдавший за этой картиной, улыбался каждой реакции Минхо на вещицы в комнате матери. — Ты что с ним сделала? Он даже на меня так не смотрит, — показывал пальцем на него Джисон. — Так и ты не таро «Тёмного леса», — пожала плечами мать. — Куплю, — решительно кивнул Хан и утопал куда-то из комнаты. — Горжусь, мужика вырастила! — театрально смахнув несуществующие слёзы, произнесла дама. А Минхо, тем временем, всё больше тонул в восхищении и любви к женщине по имени Соён. Мысли о том, чтобы украсть Хана постепенно сменились на: «украдите меня сюда кто-нибудь, пожалуйста». Комната невероятная. В присутствии своей хозяйки — восхитительная. Она была словно отражением души Соён: такая же загадочная и величественная, как и её хозяйка. Мама Джисона производит впечатление успешной женщины, выглядящей гораздо моложе своих лет. Про таких обычно ровесницы распускают слухи, дабы хоть как-то заглушить сияние и уронить достоинство. Соён выглядит так, будто про неё пускать слухи побаиваются. — Сколько они стоят? — послышались крики из глубин дома, затем громкий топот и вот, Джисон уже стоит с планшетам в руках, тыкая в экран указательным пальцем. — Я не понял, у нас дома ещё одна хата в виде таро или чью ты почку продала? — Одной почкой тут не отделаешься, к сожалению, — провела взглядом по присевшему на пол Хану. — Так вот куда батя делся, — хихикнул Джисон, получив звонкий подзатыльник. Минхо залился смехом. — Сони, не траться, я сам потом куплю. Тем более, я ещё не до конца определился с колодой. — Как знаешь, — пожал плечами Хан. — Но я бы хотел сделать тебе приятно. — Приятно? — протянул Ли задумчиво. Вмиг взгляд вспыхнул. — Не при маме… — шепнул Хан. — Что? — не понял Ли. — А, дурак, я про свидание, — в голос засмеялся Минхо, не в силах сдержаться. Соён, прекрасно слышавшая всё, покатилась от смеха вместе с парнем. — Ну да, смейтесь-смейтесь. — Джисон подошел к Ли и взял того за руку. — Мы уходим! — Куда? — отозвался Ли. — Как куда? На свидание, сам же сказал, — твёрдо посмотрел в глаза парня, где цвела нежность и немного язвительность. Вздохнув, опустил взгляд. Пока что сопротивляться чарам Минхо получается слабо. Хотел поддеть его? Ну вот тебе тогда мушки по коже от прикосновений и алеющие щёки. — Ты пойдёшь со мной? — теперь уже немного робко произнёс парень. «Это что за приёмы? Ва-банк пошёл, падла?» — Минхо хотел было съязвить и уже открыл рот, но всё, что смог из себя выдавить вылилось в: — Пойду, — кивнул он. — Только домой надо бы забежать за вещами. — Так иди в моей одежде, в чем проблема? — не понял парень. — Ну не знаю, как-то неловко… — опустил взгляд в пол. — Я тебя умоляю, ты только что с моей матерью познакомился, будучи с ног до головы в моих домашних шмотках, — Про галактики на шее тоже хотел добавить, но вовремя прикусил язык. — Угу, — подтвердила Соён, отлипая от телефона. — Так, я сегодня на корпоратив в честь дня рождения. Буду поздно. Если что, пишите, — покрутила пальцем в воздухе. — А, Сони, дай Минхо мой номер телефона. — Не думаю, что ему вдруг приспичит просто так с тобой поболтать, — съязвил Джисон, всё же сбрасывая номер контакту «Хо симпатяжка». — Ты уверен? — вскинула брови дама, кивая в сторону карт. Улыбка сползла с лица Джисона, сопровождая со закатыванием глаз. После споров, длиной в минуту, всё же пошли в направлении дома Минхо. Главным аргументом стало: «Я давно не видел своих котов и соскучился». Звучит убедительно, а Джисон не умеет отказывать Минхо. Идеальное комбо. Громкие шаги в прихожей заставили Дуни прибежать навстречу, а ленивого Суни мяукнуть. Минхо наклонился, подбирая рыжее пятнышко с белого мрамора и целуя в макушку. Где-то рядом растёкся в нежности один Джисон: наклонил голову, упираясь макушкой в плечо Хо. — Я тоже так хочу, — пробубнил он куда-то в толстовку. Минхо выпустил из рук рыжика и приподнял голову Хана за подбородок. Два теперь уже любимых одиночества соприкоснулись, пробуя на вкус чувства. Губы Джисона – сухие и обкусанные, у Минхо – влажные и пылающие. Парни держались на контрасте, потому что по-другому не умели. Хан подался вперёд, скользя руками по талии Минхо, проникая ими под толстовку. Почти сразу получил отклик в виде мурашек по всему телу и тихого стона в губы. Минхо запустил руку в волосы парня, позволяя тому взять инициативу на себя. Они разные, и в этом их плюс. Разносторонними являлись по умолчанию. Когда воздух в лёгких начал заканчиваться, а густой туман – застилать голову, Джисон опустился ниже, оставляя пламенные поцелуи на черничной шее. Добавил к ним новые – малиновые. От Минхо пахло горьким шоколадом, кофе и любовью, а от Джисона, как ни странно, — нежностью. Опьяняет. Хан рассыпал поцелуи на теле любимого жарким ураганом, подарив цветущие розы ключицам, а пионы — запястьям. Минхо втянул воздух через зубы, сжимая в пальцах шелковые волосы. Где-то в груди жадно заныло сердце, требуя ещё. Вынуждено оторвавшись от медовой любви, Хан потянул Минхо в сторону спальни. Джисон хотел сделать приятно, Минхо не отказался принять. Ненужные вещи посыпались лепестками на пол, а губы скользнули ниже. Минхо выгнулся в спине, ощущая каждой клеточкой тела пронзающее удовольствие. Рука сама потянулась к волосам, вторая впилась в бежевую простынь. — Не сдерживайся, — провёл рукой по ребрам, как по арфе, Джисон, наслаждаясь музыкой стонов. Утро было украшено звенящим солнцем, поцелуями и волнами удовольствия. Кожа Минхо — пылкими прикосновениями, малиновыми губами и цветами на ключицах. Дрожь пронзила тело, давая наслаждению излиться наружу горячей лавой. Мир перед глазами поплыл, а Минхо до белых костяшек сжал в кулаке простынь. Почти сразу его губы накрыли джисоновы, смазывая неприятную горечь. — Я люблю тебя, — трепетный шёпот в губы Хо, от которого срывает крышу. — Я тебя тоже, — пламенный ответ, сопровождающийся глубоким поцелуем и дрожью в коленях. *** Утро утонуло в любви и горячих касаниях, день — в чувственных разговорах и атмосфере романтики. Парни шли под тенями увесистых деревьев и вдыхали любовь. — Кстати, Хо, — Джисон напихал мороженое «горький шоколад» за щёки и теперь старался говорить максимально чётко. — Почему у тебя под ребром такая странная татушка? — Спасибо, конечно, что заплевал меня мороженым. А тату – парная с Джинни, — Минхо шёл рядом, поедая любимейший клубничный щербет. — Почему странная? — Ну там только Ян. А Инь? — сказал Джисон, которого после этих слов осенило сразу же. — Ааа, Инь – это Джинни, да? — Минхо кивнул. — Хм, ещё пару месяцев назад я бы сказал, что это ты – Инь. — А сейчас? — глянул на него Хо. — А сейчас скажу, что тебе подходит. — Это потому что с тобой я мягкий. Любой другой сказал бы, что я – чёрное. — Ну и дураки, — пожал плечами парень. — Меня не волнует, что скажут другие, потому что я вижу тебя насквозь, — сказал парень, вызвав у Ли смех. — Да неужели? — по-кошачьи прищурился он. — И что же ты видишь? — Хммм, — Джисон нагнулся к груди и сощурил глаза. — Вижу, что ты без ума от одного красивого парня. — Правда? — Минхо вскинул брови вверх. — И что же это за парень такой? — Погоди-погоди, не сбивай! — приложил пальцы к вискам. — Я вижу имя. Тут что-то такое… на х… — проскочил смешок Ли. — Хан Джисон, кажется. Минхо пробило на смех. — Оу, ну ладно, раз уж ты можешь читать мысли людей, тогда наши отношения ещё не потеряны, — похлопал его Минхо по плечу. — Когда карты в руки возьмешь, ещё и замуж за тебя выйду. — А тебе не кажется, что у тебя слишком завышенные требования? — Хан пихнул любимого в бок. — Мне кажется, что на моём пальце не хватает одного кольца, — пихнул его в ответ Минхо. Так и шли — смеясь, до боли в животе, и пихаясь, до поцелуев с асфальтом. Время превратилось в леденец — сначала сладко, а потом живот крутит, в данном случае от смеха. Успели поймать рандомный автобус и уехать на самый конец города, игнорируя остальные остановки. Побродили по неизвестным ранее районам, чуть не потерялись, гугл-карты положение не спасли, зато спасла рандомная прохожая, подсказавшая, в какой стороне остановка. Хан прокомментировал: «я так и думал», Минхо спорить не стал. Потянул парня в ближайшую кофейню и под удивленный взгляд выбрал капучино с сахаром, аргументировав тем, что «Раф только ты готовить умеешь». Довольный Джисон оплатил кофе и предложил в следующий раз сходить в место покрасивее и поприличнее, а то как-то стрёмно шароёбиться по городу и называть это свиданием. Минхо лишь посмеялся и со словами «Почему бы и нет?» потащил в сторону запутанных улочек. Они бродили по городу долго и казалось, открывали районы, ранее неизведанные, таинственные. Успели покормить котов, а затем с визгом и разрывающим грудную клетку смехом выбежали из тихого переулка. Ближе к вечеру зашли в кафе на окраине Сеула, которое оказалось удивительно уютным: панорамные окна, вдоль них столики с просторными зелеными диванчиками, а на белом потолке подвесные люстры разных форм. В помещении куча зелени и украшений. Да и сочетание цветов отличное: зелёный, коричневый и бежевый. Минхо осматривал каждый уголок заведения, в то время как Джисон делал кучу фоток, которые обещал скинуть позже. — Была бы у вас такая кофейня, я бы появлялся там чаще, — завороженно произнёс Хо. — Ага, жаль, что я там уже не работаю, — кивнул Джисон, погрузившись в отбор получившихся фотографий. — В смысле не работаешь? — Минхо аж поперхнулся. — А, я забыл сказать, — Джисон почесал затылок и виновато отвёл взгляд. — В смысле забыл? Ты меня убиваешь, — Минхо отпил чай, пристально смотрю на Джисона. — Понимаешь… Мы с ребятами группу-то раскрутили, а кто-то слил моё место работы в интернет. Вот я и решил, что уже достаточно наработался, — Минхо сидел, выронив челюсть на стол. — У тебя че, сталкеры появились? — Да не, — отмахнулся Джисон, мол, не преувеличивай. — Просто теперь мои фотки по интернету гуляют. Я, конечно, не звезда, но не айс как приятно. Плюс с альбома достаточно получаю, и нужды острой в деньгах нет. — Хочешь сказать, что больше я твой раф не увижу, да? — Нууу… Тебе Феликс приготовит? — виновато посмотрел на парня Хан. — Я щас заплачу. — Нет! — Джисон знал, что Ли реально может. — Ну у меня просто не было выбора! — Да я шучу, спокойно, — усмехнулся Хо, услышав облегченный вздох. — Джисон, — Минхо задумчиво покрутил в руках кружку. — Если не секрет, вы же довольно обеспеченные, да? Зачем шёл на такую подработку? Не выматывает? — Хотел персональные деньги, — пожал плечами Хан. — И? — И не хотел оставаться один на один со своими мыслями слишком долго, — отвел он взгляд в сторону. — Я шёл туда ради того, чтобы занять свои мысли чем-то. Решил, почему бы и нет? Ещё и платят… — Хорошо, я понял, — кивнул Минхо. — А вообще, ты не волнуешься, что о наших отношениях могут узнать, раз у тебя фанаты нарисовались? — улыбнулся он. — Ну и пусть узнают, — пожал парень плечами. — Мне-то что с того? Джисону и правда по-большому счёту без разницы: его выбор и мама принимает, и друзья поддерживают. Но… что же скажут родные Хо, если до них дойдут слухи? Живот скрутило тугим узлом. Минхо действительно было страшно. — А я? — вопрос заставил парня напротив вздрогнуть. Два слова, которые ударили ниже пояса – Джисон понял смысл. — Я ещё не признался… — Бля, Хо, — Хан взял парня за руку, нежно проведя большим пальцем. — Я думаю, ничего критичного не случится. А если и поползут слухи, то это всего лишь слухи, верно? В любом случае, мы что-нибудь придумаем. — Да нет, думаю, это мне уже давно пора поговорить с родителями начистоту. Не буду же я вечно в шкафу сидеть, — помотал головой Хо. — Слушай, мы всё равно скорее всего свернём деятельность группы, хотим того сами или нет, — признался парень. Минхо поднял глаза на задумчивое лицо Хана. — У Чана скоро экзамены, а Бинни… в общем, возможно он продолжит учёбу заграницей, — усмехнулся Джисон. — Вообще, это был типа секрет, но я всё равно уже растрепал. Минхо прошибло, словно током. Давать первый концерт, а потом вдруг «свернём деятельность» — разве так делают? Что за приколы? — А как же… твоя любовь к музыке? Неужели ты готов отказаться? — тревожно спросил Хо. «Свернуть деятельность группы» — крутится в мыслях, словно габкое предсказание. Неужели парни так просто отпустят то, во что вкладывались не один год? Ради чего? Почему? Минхо хмурится, чувству, как напрягается всё тело. Это же абсурд какой-то. 3рача… Распадётся? — Ну почему, я не откажусь, — пожал плечами Джисон. — Думаю, продолжу писать и выкладывать песни, но как автор и продюсер, возможно, соло… — Минхо покачал головой, отрицая услышанное. — Хо, не волнуйся. Я воспринимаю это как один из этапов жизни. Если раньше меня спасала музыка и ребята, то теперь у меня есть и ты, — сказал Джисон, погладив нежным голосом размякшего Минхо. — Пока что мы не планируем закрываться официально, но если всё сложится, как как мы и думали, ничего в этом страшного не будет. Всё-таки Бинни относился к музыке как к хобби, а Чан по-любому останется со мной. У семьи Чанбина свой бизнес, если помнишь. И он бы хотел туда влиться. Мы с Крисом думаем уйти в продюсирование, когда 3рача закроется окончательно. Минхо покачал головой, пытаясь в полной мере осознать услышанное. Аргументы Джисона весомые. У каждого из них должен быть свой путь и уж точно выбор. В воспоминаниях мигом пролетели моменты с недавнего самого первого масштабного концерта. Что-то из этого точно должно быть нереальным. И либо Джисон сейчас скажет, что пошутил, либо Минхо сойдёт с ума. — Не важно, что станет с группой, — сказал Джисон, наблюдая за потухшим Хо. — Это зависит не от меня. И я никак не могу повлиять на исход. Но я точно знаю, что никогда не уйду из музыки. Просто не смогу. А своё спасение я уже давно нашёл в кое-ком другом, — сказал он, понизив голос. — Ты спас меня и не заметил, Хо, — Джисон говорил с интонацией, насквозь пропитанной чувствами. — И спасаешь каждый день и каждую секунду. Да даже прямо сейчас. Просто сидя напротив и переживая за моё будущее, — парень улыбнулся. — Это же абсурд, да? Переживать за чужую судьбу. Но ты первый воспринимаешь это так, будто тебе есть дело до того, что со мной будет дальше. — Конечно есть, идиот, — сказал Минхо. Уголок губы предательски пополз вверх, разрушая образ злого и серьезного. — Мне всегда будет дело до тебя. И твоей жизни. Я просто хочу, чтобы вы сделали правильный выбор, о котором не будете жалеть. — Я понимаю, Хо, — Джисон сжал кисть парня в своей, ощущая приятную прохладу кожей. — В любом случае, всё будет хорошо. Я обещаю. Главное, что ты остаешься со мной. — И почему это ты меня успокаиваешь, а не я тебя? — на миг задумался Хо. — Разве не должно быть наоборот? — Нет, ну ты сидишь с таким видом, как будто заплачешь щас. — Я тебе по шапке дам сейчас, — съязвил Хо. — Переживаю за вас идиотов просто. Ну конечно, а кто бы не переживал? — Я люблю тебя, — вдруг сказал Джисон, затыкая словарный ураган, в который превратился Минхо. — И я тебя. Минхо смотрел на парня влюбленно, но розовых очков на глазах не чувствовал. Впервые. Только что Ли понял — он влюбился по-настоящему и вот, как это ощущается. Хан Джисон был тем человеком, с которым не существовали такие понятия, как стыд и страх. Первый поцелуй, признание в любви, первый раз — это всё вышло так естественно, что тревожные мысли просто-напросто унесло бурей чувств из сознания. Джисона хотелось чувствовать, ощущать, обжигать дыханием и просто созерцать. Гуляющее в сознании желание поцеловать парня усилилось в разы. В голову дало навязчивое с подростковых лет желание оказаться в красивом месте — чтобы под настроение. Если бы они были здесь одни… Минуточку. — Хани, пойдём на этажку! — воскликнул Хо, заставляя парня оторваться от телефона. — Прямо сейчас. Очень надо. — Говоришь так, будто у тебя ломка, — выгнул бровь Хан. — Почти, — кивнул Хо и подозвал официанта, чтобы попросить счёт. — Так что? — Ну дойти-то мы не дойдём. Или дойдём, но через часа два, — глянул на Минхо и порезался об острый взгляд. — ладно, вызову такси, — Минхо просиял вмиг, заставляя Джисона улыбнуться и помотать головой. — только сегодня плачу я. — Плати, — пожал парень плечами. — Эй, а где: «Джисон, дорогой, давай разделим счёт пополам?» или «Как же так? Давай я оплачу»? — засмеялся парень. — Так ты же меня на свидание позвал. Нет, конечно, если ты настаиваешь. — Нет-нет, я шучу! — поднял руки вверх, наблюдая, как Минхо растекается довольным котом на диване. Доехали довольно быстро — 20 минут и уже на месте. Сойдясь на том, что будет довольно сложно объяснить таксисту, зачем ехать через дебри к раздолбанной многоэтажке, решили указать адрес ближайшего более-менее приличного места. Успели прямо к закату. Минхо выбежал на бетонную платформу, радуясь атмосфере, как ребёнок яркой конфете. Джисон притопал следом и распался кусочками счастья при виде радостного Хо. — Тут даже воздух другой! — выкрикнул Хо, подбегая к Хану. — Где ещё ты такое волшебство встретишь? Ты только глянь! — показал рукой на заходящее солнце. Небо разрезало закатными лучами на лоскуты звенящего хрусталя, а профиль лица Минхо окрасился пурпурно-розовым. Хан задумался, что из этого — настоящее волшебство, а когда Минхо посмотрел на него глазами, запечатлевшими в себе малиновый и хранящими на радужке любовь, сомнений не осталось: Минхо явно обходит утекающую за горизонт звезду по всем пунктам. Джисон провёл теплой рукой по скуле парня и засмотрелся на губы. Минхо хотелось созерцать каждую секунду, ощущать его дыхание, чувствовать тепло тела и будоражащий душу холод рук. Хан накрыл своими губами губы Минхо. Не настойчиво, так трепетно и нежно, как только мог. Минхо снесло крышу от необъятного скопления любви в одном движении. Он подался вперёд, силясь проникнуть в человека напротив, раствориться сахаром, прорасти вечнозеленым растением. Минхо до дрожи в коленях нравилось ощущать Джисона, а тому — чувствовать Минхо. Руки гуляли под одеждой, пока зубы впивались в нежную кожу. Дыхание обжигало шею, заставляя глаза подкатываться от удовольствия. Хан провел рукой по рёбрам и уловил тихий отклик от Минхо. Минхо ответил сразу же, целуя Хана в шею — не один он знает слабости партнёра. Джисон шумно выдохнул, подставляя эрогенное место под бушующий на губах Хо пожар, позволяя ему сжечь себя целиком. Когда парни отстранились, казалось, прошла целая вечность. Солнце успело совсем спрятаться за горизонт, в то время как последние кристальные лучи гладили два любящих сердца, как бы подсвечивая в них пылающие чувства. — Ты сводишь меня с ума… — прошептал в алое ухо Минхо, слегка прикусив мочку. У Джисона подкосились ноги. Тот рвано выдохнул и оставил цвести яркий пион на шее любимого. Вернулись в квартиру под полночь - не могли расстаться с полюбившимся ночным Сеулом и манящими своей красой переулками. Их преследовали горячие касания, влюблённые взгляды и летающие в воздухе эндорфины. Под конец дня губы болели, а сердца не переставали гореть. И каждый раз парни делали выбор в пользу второго. Квартира Минхо встретила приятной тишиной и удобной кроватью. Засыпая в обнимку с любимым, в голове Минхо прочно засела мысль о том, что пора признаться родителям.