Глава 22. Сакура и Гаара VS Кисаме и Итачи
26 мая 2026 г., 14:20
Их худший сценарий осуществился, словно кошмар наяву.
Сакуре показалось странным, что её команда двигалась медленнее, чем следовало. Наруто был очень нетерпелив, так чего же они ждали? Для неё это не имело смысла.
Сначала она была в восторге. Забрать то, что нужно, доставить Наруто домой.
Проще пареной репы.
Но затем эти чакры вернулись, и словно свинец опустился в её желудок.
Она услышала, как Гаара издал низкий шипящий звук.
Он тоже знал.
— Кисаме и Итачи.
— Я в это верю, — сказал Гаара, голос его был напряжённым, — Конечно, они узнали, что Наруто покинул деревню.
Возможный крот или они отслеживали его по чакре. Неужели они всё это время находились рядом с Конохой?
— Чёрт возьми.
Они влили больше чакры в ноги и рванули вперёд, несмотря на то, что мышцы горели от усилий.
Деревья размывались, едва запоминались, пока они проносились мимо, чтобы сократить расстояние между ними и их врагами.
Это было прискорбно.
— Притормози.
Она послушалась шёпота Гаары, на цыпочках остановившись, чтобы увидеть свою старую команду в пятидесяти ярдах отсюда. Сакура опустилась на лесную подстилку и раскрыла правую ладонь. Появилась голубая с чёрным бабочка, взлетев после того, как плавно взмахнула крыльями.
— Шукаку говорит, что у Кисаме больше всего чакры. Он будет проблемой. Шаринган Итачи не поможет ему против нас, но мы ничего не знаем о других его навыках.
Сакура посмотрела на него с недоверием, но он улыбнулся и усмехнулся.
— Вся наша подготовка подготовила нас к этому. Это будет проще пареной репы. Он просто не может сравниться с тобой.
Она почувствовала, как её лицо залилось теплом от их слов. То, как он заставлял её чувствовать себя, обнадёживая её…
Было время, когда ей говорили, что она умна, но она никому не верила. Самоуверенность разъедала её, как рак, но когда Гаара произносил эти слова, она верила ему. Она верила в то, что он думал о ней, даже если она сама о себе так не думала.
Она протянула руку и взяла его за руку. Его глаза цвета морского стекла смягчились от этого жеста.
— Мы пройдём через это вместе. И мы будем путешествовать вместе. Я не оставлю тебя позади. Я не вернусь с ними.
Он кивнул. Его плечи, казалось, слегка опустились от облегчения.
— Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, Гаара.
Она отпустила его руку, усмехнувшись.
— Давай устроим шум.
Он усмехнулся:
— Шукаку в восторге от этой идеи. Он готов идти.
Быстрая как хлыст, Сакура сделала первый ход. Ветер развевал её волосы, в глазах горела решимость…
Она никогда не чувствовала себя такой могущественной, как в этот момент, когда двое её любимых людей в мире прикрывали её спину.
Кисаме сделал первый шаг, направляясь к её старой команде с замотанным мечом наготове, чтобы нанести удар. Сакура добралась первой, в десяти футах от Наруто, её кулак отвёл назад и врезался ему в лицо, полный горячей чакры. Ужасный хруст едва заставил её вздрогнуть, когда кости поддались под её кулаком. Она знала, что ей больше не удастся такой удар, пока он не перешёл в защиту, но если это причинило ему боль, это было главное.
У неё было предчувствие, что его меч тоже был необычным. Она чувствовала что-то не так в нём… в мече.
Песок покрыл её кулак, залечивая любые повреждения, но она почти ничего не чувствовала.
Ветер в волосах, она стояла прямо. Зелёные глаза встретились с Итачи Учихой. Он, казалось, застыл на месте. Он не смотрел ни на Саске, ни на Какаси, ни даже на Наруто.
Прямо на неё.
Она завладела его вниманием.
Она знала о нём. О том, насколько он легендарен.
Гордость наполнила её, когда она усмехнулась.
— Прошу прощения за вторжение на вечеринку, но я думаю, вам пора уходить.
Лицо Итачи не дрогнуло.
— Мы пришли за девятихвостым лисом.
— И вы уйдете без Курамы, — резко сказала Сакура. — Вы не хотите сражаться со мной.
Адовы глаза Итачи изучали её, выражение лица оставалось нейтральным.
— Мы столкнулись с тобой. Ты использовала хенге.
Она слегка кивнула в знак признания.
— Верно.
— Значит, ты эксперт по гендзюцу.
Она позволила неверию захлестнуть себя, но сохранила невозмутимое лицо.
— Мне так говорили. Давай не будем играть с глупыми маленькими иллюзиями. Было бы позорно увидеть, как Итачи Учиха проигрывает таким образом.
Он даже не взглянул, выглядя почти слегка amused.
— С-Сакура! — прошипела Ино с неверием и ужасом за её спиной, но она не обратила на это внимания.
Она чувствовала, как чакра Кисаме пульсирует в воздухе.
Скорее всего, он злился, но не показывал этого внешне.
Гаара прятался в тени. Она знала, что он был рядом, благодаря песку, ползущему по её коже.
Это казалось заверением.
— Мы здесь только за Курамой, как ты и сказала, и мы не хотим сражаться с тобой. Мы хорошо осведомлены о том, на что ты способна.
Песок на её коже почти ощетинился.
— Это был чертовски сильный удар, маленькая девочка! — сказал Кисаме с усмешкой. — Грёбаный шок, что он пришёл от кого-то из Листа. У них, кажется, есть плохая привычка подводить могущественных шиноби…
Его острые зубы внушали страх. Она должна была убедиться, что он не укусит её, потому что он мог запросто оторвать руку.
— Мы не ожидали столкнуться с тобой так скоро снова, но наш лидер желает, чтобы ты присоединилась к нам. Он закроет глаза на твоё участие в смерти Хидана и Какудзу, поскольку ты будешь гораздо полезнее для нашего дела. Ты приручила Единохвостого. Ты стала мастером гендзюцу с высоким уровнем контроля чакры. Твоя техника Земли достаточно сильна, чтобы изменить рельеф местности до пугающей степени. Ты искусна в тайдзюцу, а также в хенге высшего уровня, которую не могут выполнить даже большинство АНБУ. Нам нужен кто-то вроде тебя, — холодно сказал Итачи.
— Какого чёрта? — прошептал Саске, почти возмущённый этой идеей.
Получить комплимент от самого Итачи должно было бы стать для неё предметом гордости, но вместо этого это укололо сильнее всего, что она когда-либо испытывала.
Это было как смертный приговор.
Они хотят меня.
Песок на её коже почти впился в неё.
— К сожалению для тебя, я отказываюсь. Лояльность идеологии не оставляет места для роста. Лояльность человеку означает, что вы растёте вместе, меняетесь к лучшему или худшему. Хотя вы упустили кое-что обо мне, я хочу, чтобы вы знали: я никогда не присоединюсь к вам. Что касается Однохвостого, его зовут Шукаку, и обращаться к нему следует с таким уважением. Ты меня понял? И к его джинчуурики, Гааре, тоже, потому что они идут в комплекте, и если ты думаешь, что я позволю вам забрать их у меня, ты глубоко ошибаешься. Я залью землю твоей кровью, если посмеешь попытаться, — прошипела она, зелёные глаза сверкали от ярости.
Красные глаза Итачи снова скользнули по ней, возможно, оценивая угрозу, чтобы понять, серьезна ли она.
Она имела в виду каждое слово и даже больше.
Кисаме взглянул на Итачи, словно ожидая, должен ли он атаковать или нет. На его лице кое-где виднелся тёмно-фиолетовый синяк от того удара, но, как ни странно, он, казалось, не был этим обеспокоен.
— Тогда, полагаю, у нас нет выбора. Ты и твои… партнёры можете пока уйти. Оставь ниндзя Листа нам, и на этот раз мы посмотрим в другую сторону, — сказал Учиха. — Мы знаем, что не можем сражаться с тобой при той поддержке, что у тебя есть. Считай это… взаимным уважением, только на этот раз.
Сакура фыркнула и откинула голову назад, рассмеявшись. Она достала перчатки и натянула их на руки.
— Что ж, можешь засунуть это себе в задницу. Я не знаю, что ваша тупая группа задумала, но я не могу позволить вам забрать Наруто и Кураму. Потому что в конце концов вы всё равно придёте за Гаарой и Шукаку. Твоё уважение ничего для меня не значит. Так что либо разворачивайтесь, будто у вас есть хоть пара мозгов, либо сражайтесь с нами насмерть.
— Ооо, мне нравится эта. Коноха всё же выпускает некоторых жестоких ниндзя, когда не бывает такой слабой, — промурлыкал Кисаме.
— Тогда, полагаю, мы будем сражаться. Это действительно прискорбно.
Песок закружился перед ней. Она была слегка удивлена, но сдержала желание подпрыгнуть. Она не ожидала, что он вступит в бой так скоро.
Гаара опустился на колено, всё его тело было покрыто песком и отметинами Шукаку. Символ её клана гордо красовался на его спине, а хвост слегка подрагивал. Даже его рога выглядели длиннее, чем в прошлый раз.
— Ты в порядке, Сакура?
— Я в порядке. Раздражена, но в порядке.
— Превосходно. Давно я не выбирался, чтобы кого-нибудь покалечить.
Из тела Гаары раздался злобный смешок, но Сакура улыбнулась.
— Это что-то новое, — сказал Кисаме. — Что это за форма?
— Не твоё грёбаное дело! — рявкнул Шукаку.
— Я возьму Кисаме, — сказала Сакура. — Ты справишься с Итачи?
— Чёрт возьми, да. Идеально!
Она взглянула за спину, посмотрев на Какаси, Наруто, Ино и Саске.
— Не вмешивайтесь. Вы хотя бы на это способны, нет?
Судя по их лицам, они выглядели ошеломлёнными.
Кисаме облизнул губы, его усмешка стала более выраженной, чем раньше. Эти красные глаза изучали их обоих.
— Что ж, хорошо.
Итачи отпрыгнул назад, когда большая когтистая лапа из песка метнулась к нему. Сакура сплела руки в печати и топнула ногой, и из земли взорвались острые скалы, устремившись к её синему противнику. Он выпрыгнул из пути, но она знала, что он так и сделает. Левой рукой она создала тонкую нить чакры, по которой пульсировала водная стихия, и та обвилась вокруг его лодыжки.
На его лице отразился шок, прежде чем она рванула рукой, вкладывая в нить больше чакры, грозя сломать ему лодыжку, и отшвырнула его. Водяной хлыст разрезал землю как масло и с громким треском вбил его в землю. Быстро сплетя пальцы и снова топнув, она направила острые скалы туда, где он приземлился.
Сакура знала, что он не мёртв — на камнях было не так уж много крови.
Ниндзя Тумана вытащил себя из ямы, в его левой руке зияла дыра, а между зубов сочилась кровь, но он всё ещё улыбался. Это было немного жутковато.
— Чёртовски жестокая, да? Я люблю хороший вызов.
Сакура сжала руки, покрывая землю гендзюцу.
Так или иначе, он либо мёртв, либо обратится в бегство.
Они не получат ни Наруто, ни Гаару.
Она сделает всё, чтобы этого не случилось.
***
Шукаку должен был признать, что гендзюцу Итачи было мощным, но Сакуры сильнее будоражили чувства. С Гаарой в качестве второй пары глаз, пока он сам переходил в наступление, было легко видеть сквозь эти дурацкие иллюзии. У него было предчувствие, что Итачи не был бойцом ближнего боя, предпочитая дистанцию. Всё, что ему нужно было сделать, — подобраться достаточно близко. Он не хотел использовать их песок, если это не был верный добивающий удар. Это отнимало слишком много чакры, а ему нужно было двигаться быстро. Итачи был проворным, словно танцор. Сакура соответствовала ему в таких движениях — всегда плавно. Он продумывал ходы на несколько шагов вперёд, тактик в душе, как и Сакура. Это было тем, чему они с Гаарой оба научились у неё. Нельзя всегда полагаться на внезапные атаки и человеческий страх перед хвостатыми зверями, чтобы победить. Этому засранцу нужен новый набор приёмов. Вороны всё грёбаное время?! Он знает огненные ниндзюцу. Надо быть осторожными. Я не знаю, насколько горячим он может их сделать, но превращение песка в стекло прямо на нашем теле будет небезболезненным. Забыл про их дурацкий обряд посвящения или что это там было. Какие-нибудь другие стихии чакры? Не настолько, чтобы мы знали. Осторожнее. Клон гендзюцу за нами. Их хвост хлестнул и уничтожил его мгновенно, всё ещё преследуя Итачи. Чёрт бы всё побрал! Надо застать его врасплох! Похоже, мы играем в догонялки с этим засранцем! Тогда сделай, как Сакура. Чакра собирается и высвобождается при ударе. Шукаку злобно усмехнулся. Превосходно! Направив больше чакры в ноги и пригибаясь, чтобы двигаться быстрее, он наконец догнал его. Итачи на секунду расширил глаза, Шукаку взмыл в воздух. Итачи выглядел озадаченным на мгновение, потому что тот просто перепрыгнул через него. Когда его широкие когтистые ноги вонзились в землю, она взорвалась от удара. Из земли вырвался песок. У Итачи не было времени уйти с дороги — песок мчался к нему, а неровная земля затрудняла передвижение. Шукаку развернулся, его хвост сконцентрировал чакру и врезался в самый большой валун, не разрушив его. Валун взлетел в воздух и врезался в Итачи. На этот раз тоже не клон. — НЕТ, НЕ СМЕЙ! Крик Сакуры разрезал воздух как нож. Прежде чем Шукаку успел среагировать, гигантская стена из земли встала на место, когда вода ударила в неё, стена яростно задрожала, а вода хлынула через неё, заливая всё вокруг. Вода будет тянуть их вниз— Я даже не почувствовал, как он приближается— Не ссы, мелкий! Наша девочка прикрывает нас! Сквозь него пронзило веселье, и он использовал технику земли, чтобы уйти под землю. Они могли бы сбросить мокрый песок, но на это потребовалось бы время, которого у них не было, даже если бы это были всего десять секунд. Десять секунд, которые они не могли позволить себе потратить так безрассудно. Шукаку решил вынырнуть на этот раз рядом с Наруто, подальше от того места, откуда Кисаме попытался ударить их водяной техникой. Сакура стояла на разрушенном поле боя, пыль покрывала её волосы, но песчаная броня всё ещё была на месте. Её волосы спутались, перчатки кое-где порвались. Её одежда тоже не избежала повреждений, но в целом с ней всё было в порядке. Пыль рассеялась над полем боя, и песок собрался под её ногами на случай, если ей понадобится поддержка. Итачи держался рукой за левый бок, тяжело дыша, а Кисаме наступил в одну из ловушек гендзюцу Сакуры. А затем это случилось в замедленной съёмке. Самое ужасное осознание того, что они не могут защитить её от всего.***
Сакура топнула ногой, когда раненый Учиха бросился на неё. Земля яростно задрожала, в ней образовались трещины, а деревья вдалеке повалились. Песок, покрывавший её, был, конечно, твёрдой оболочкой, но даже у него были свои слабости. Сакура пришла к выводу, что взрывчатка будет эффективна до определённой степени. Следующими были бы мокрая или непрерывная атака. Кисаме применил технику, которая едва пропитала её песчаную броню, но было уже поздно. Она была ослаблена, и Кисаме бросился на неё, сверкая всеми зубами в устрашающем виде, как только Итачи вывел его из гендзюцу. Этот его меч был необычным. У него были какие-то странные зазубрины, и Сакура услышала, как он зарычал, когда рукоять вонзилась в песок, сдирая его большим старым куском, прежде чем металл разодрал её руку. От рукояти до кончика меча — сдирая кожу, жир, вены и мышцы до самой кости, которую он задел. Она словно внезапно оглохла и ослепла ко всему окружающему. Она не кричала от агонии. Гнев и ужасная боль обрушились на неё с полной силой, едва не закружив голову. Она чуть не потеряла руку... Боль была неземной. Казалось, она пожирает её, и всё, что она видела, — это красный цвет. Кисаме снова поднял свой меч. Сакура стала тяжелее из-за мокрого песка и сжигала больше чакры, внезапно осознав, что её осталось меньше, чем прежде, когда в воздухе разлился холод, заморозив ниндзя Тумана в его атаке.
