Предложение, от которого невозможно отказаться

      — Слышь, Ричи, — Рид задумчиво переминался с ноги на ногу, стоя между кухней и гостиной, — давай поженимся, а?       С момента памятного отмечания получения сержантских шевронов прошло больше года. С того не менее памятного разговора и началась их новая ступень в отношениях. Настолько личная, насколько это вообще возможно. Ричард полностью перебрался в квартиру Гэвина, и Рида это совершенно не напрягало, а лишь радовало.        И вот теперь, кажется, Гэвин наконец-то дозрел, чтобы сделать своей жестянке официальное предложение.       — Нам снова нужно ехать в командировку? — подозрительно уточнил андроид, поднимая на него светлые глаза и откладывая приставку, которую пытался реанимировать после её неожиданного знакомства со стеной. Гэвин психовал, а страдала техника. Ничего необычного.       — Не-е-ет, — протянул Гэвин. Ричард реально не понял, что сейчас ему сказали и зачем?       — Рассчитываешь снова получить повышение? Боюсь, так скоро капитан не одобрит твою кандидатуру для присвоения звания лейтенанта, — добродушно улыбался андроид, а у Гэвина было ощущение, что от нервов кишки узлом в животе завязались.       — Нет, это здесь ни при чём, — Гэвин засунул руку в карман домашних брюк. Нащупал и сжал в пальцах кольцо, которое выбирал полтора месяца. И нахмурился, пытаясь найти правильный ответ. Второе кольцо, точнее первое… чёрт, то, что подарил ему Ричард ещё в Арканзасе, так и лежало в ящике тумбочки. Гэвин не решился ни отдать его назад, ни избавиться. — Ну просто… Ты мне дорог.       Ричард сидел, задумчиво выгнув тёмную бровь. Явно ожидая чего-то ещё. Гэвин потёр перебитую переносицу, с силой зажмурившись. Мысленно он на все лады ругал себя за то, что не отрепетировал как следует предложение перед зеркалом. Тогда это показалось глупым. Сейчас он чувствовал себя конченым идиотом. И злился. На себя. На непонятливую жестянку. И решил прекратить мучения и сказать как есть:       — Да нравишься ты мне, чмо пластиковое. Люблю я тебя! И жить дальше хочу только с тобой. Доволен? — пропыхтел Гэвин, который ненавидел говорить о чувствах, тем более в чём-то там признаваться.       — Без «чмо пластиковое» было бы лучше, но зная тебя... можно засчитать и такой вариант, — ласково улыбнулся Ричард, не спеша, впрочем, отвечать на предложение. Гэвин решил, что стоит его поторопить.       — Так что?       — Насчёт чего? — прикинулся болванчиком Ричард.       Гэвин мгновенно набычился, но постарался взять себя в руки.       — Не беси, Ричи. Ты и сам всё прекрасно знаешь! Зачем повторять это ещё раз?!       Под конец нервы всё же сдали, и Гэвин буквально прорычал последние слова. Ричард гибко встал и тут же полез обнимать своего человека.       — А может, мне нравится смотреть на смущающегося Гэвина Рида. Крайне редкое, а потому ещё более ценное зрелище, — проворковал андроид, касаясь носом виска Гэвина. Привычный и всё ещё невероятно интимный жест, несмотря на то, что они уже успели друг с другом провернуть. Но это первое и единственное столь личное касание, которое позволял себе Ричард на людях.       — Р-р-р-ичард, — начал выходить из себя Гэвин, всё равно непроизвольно подставляясь под ласку.       — Мне нравится, как ты произносишь моё имя, — промурлыкал андроид, утыкаясь в шею Гэвина. Но Рид будто одеревенел в ожидании приговора, хотя и догадывался, что решение будет в его пользу, но всё равно жутко переживал. — Да согласен я, согласен. Не нервничай.       — Вот и славно, — выдохнул Гэвин, приобнимая его одной рукой, а второй извлёк из кармана кольцо. Из белого золота, с камнями в цвет глаз андроида. Ричард заворожённо уставился на украшение, явно сканируя и осознавая его стоимость.       — Мог так не тратиться. Меня бы вполне устроили и наши старые кольца. Но теперь я точно знаю, как тебе дорог, — расплылся в счастливой улыбке андроид, а Гэвин понял, что сердце в очередной раз забилось чаще, стоило только посмотреть на довольное лицо, на котором не так давно имелось лишь несколько типовых выражений. Но и их Гэвину оказалось достаточно, чтобы полюбить живую машину.       — А меня — нет. К тому же моя детка заслуживает самого лучшего.       Ричард утянул его в долгий, сладкий поцелуй. Но Гэвин неожиданно отстранился, пытливо вглядываясь в глаза.       — А ответное признание?       — Я говорил тебе, — мягко улыбнулся Ричард, как будто у Гэвина началась деменция.       — Когда? ­– искренне удивился Гэвин. Такое он бы точно не пропустил.       — В Литл-Роке, ты сказал сделать тебе настолько крепкий кофе, насколько велика моя любовь. Я предложил тебе его пожевать.       Гэвин изумлённо уставился на Ричарда.       — Ты тогда не шутил?!       — Я лишь немного поторопил события, — всё так же тепло улыбался Ричард. А Гэвин потрясённо замер, пытаясь уложить в голове новые факты.       — О-хе-ре-ть, — выдохнул Рид, осознавая, каким продуманным оказался андроид.       — Но ты забываешь кое-что.       — И? — Гэвин вопросительно выгнул бровь.       — В этот раз нам нужна полноценная свадьба, с шумными родственниками, тортом и первым танцем.       — Ты пригласишь сборочный конвейер? — хмыкнул Гэвин, а Ричард чувствительно прикусил его за ухо. — И нахера тебе торт?       — Думаю, достаточно будет Шарлотты и твоих родственников, — обстоятельно проговорил Ричард. — Торт нужен, чтобы я мог тебя в нём перемазать и слизывать с твоей кожи. Против танца ты ничего не имеешь?       Гэвин имел, много чего имел, но его мягко заткнули поцелуем. Да и чёрт с ними: и с тортом, и с танцем, и с родственниками. Он всё вытерпит, лишь бы Ричард был рядом.