Учиха Хари

      Жители смогли покинуть убежище лишь к утру. Доблестные защитники победили монстра. Но в эту ночь деревня была основательно разрушена. Много людей погибло и еще больше получило ранения и травмы. Погиб и правитель деревни – Четвертый Хокаге. Этот день был объявлен одновременно праздником и днем траура по погибшим.       Территория клана Учиха по сравнению с остальной деревней пострадала не столь сильно. Хоть и были разрушения. Однако вернувшийся на свой пост Третий Хокаге вместе с советниками велел им переселиться ближе к окраине. Это сильно возмутило соклановцев, но им пришлось выполнить приказ.       Еще одним событием этих дней было появление в их доме новорожденного малыша с пушком золотистых волос на голове и родимыми пятнам на щеках в виде полосок, похожих на кошачьи усы. Мама сказала, что это сын Четвертого Хокаге – Намикадзе Минато и его жены Узумаки Кушины. Они погибли в ту самую ночь, спасая деревню. Так как их семьи дружили, отцу удалось забрать новорожденного Наруто к себе хотя бы на то время, пока их мать будет кормить его грудью. Но потом его отдадут в детский дом.       Во всей этой ситуации что-то было определенно не так. Причем во всем. И в переселении их клана на окраину, что очень всем не понравилось. И в том, что сына прошлого правителя деревни вот так просто должны отдать в приют. Причем в обязательном порядке. Не родственникам, которых, скорее всего не было. Не семье друзей, которые хотели и могли его воспитывать. Не просто достаточно влиятельной и благополучной семье. А именно в детский дом. Как простого сироту, который никому не нужен. Тут определенно затевалась какая-то интрига, возможно в чем-то схожая с тем, что в ее мире провернул Дамблдор, пытаясь вырастить из нее живое орудие мести Темному Лорду. Карманного Героя Света. А возможно все несколько проще и кто-то, высоко сидящий, просто решил прикарманить наследство, оставшееся мальчику от его родителей.       Однако самая большая странность заключалась в самом Наруто, а точнее в исходящей от него энергии. Точно такая же, только в разы сильнее, была разлита в воздухе в ту самую ночь. Это была энергия того Девятихвостого Лиса, который превратил их деревню в руины. И теперь именно ею тянуло от новорожденного младенца – сына спасших деревню от монстра людей. Самая большая концентрация этой силы – ее ядро – находилась в районе живота ребенка, как раз там, где на коже был странный черный рисунок в виде спирали и чего-то, отдаленно похожего на руны. Этот рисунок чем-то смутно напоминал запирающую пентаграмму.       Сопоставив все имеющиеся данные, Гарри пришла к неутешительном выводу –Четвертый Хокаге вместе со своей женой заперли напавшего на деревню монстра в теле своего новорожденного сына. Тем самым сделав его то ли одержимым, то ли клеткой для Лиса. Чем это могло обернуться в будущем, девочка не представляла. Но пока никакой опасности от Наруто она не замечала. Он был милым жизнерадостным карапузом. А шлейф ядовитой силы можно и потерпеть. Тем более что, похоже, кроме нее его никто, в том числе и Саске, особо и не ощущал. Но проследить на всякий случай нужно.       Возможно, именно из-за того, что сделали с ним родители, мальчику и не светит нормальная семья.

***

      Дни летели очень быстро, и вскоре их семья и остальные соклановцы переселились в новый район, отгородившись от остальной деревни высоким забором и воротами с символом их клана. Так быстро это получилось сделать лишь потому, что все дома были традиционными и их можно было легко разобрать и перенести на новое место. Хоть и пришлось выстроить несколько новых.       Люди увлеченно обустраивали свой быт. Отец снова пропадал целыми днями, занятый делами клана – он, к удивлению Гарри, оказался главой. Мать заново обустраивала дом, разбивала на территории сад и огород. За Саске и Наруто в основном приглядывали Итачи и пришедший ему на помощь Шисуи. Этот мальчик был на несколько лет старше брата Саске и был то ли их родственником, то ли другом нии-сана.       В отличие от вечно серьезного и отстраненного Итачи, Шисуи был веселым, живым и энергичным. Постоянно подшучивал над другом и вечно порывался потискать малышей. Хотя это пытались сделать все, а еще умилялись и пытались взять на руки. Благо Итачи, наученный горьким опытом, никому Саске не отдавал, кроме матери и иногда Шисуи. Этот мальчик вполне нравился Гарри, его энергия была не столь агрессивна, как у многих соклановцев, которые даже не пытались ее сдерживать, а вот Саске он не особо нравился. Но волшебница убедила малыша потерпеть.       Они теперь часто гуляли все вместе в саду или расположенном поблизости лесочке. Иногда мальчики брали их с собой на тренировки, оставляя сидеть на расстеленном на земле пледе, а сами бегали, выполняли различные физические упражнения или метали всякое острое железо в мишени.       Слушая их разговоры, Гарри удалось кое-что прояснить об этом мире. Местные одаренные во многом отличались от магов ее мира. В особенности тем, что не полностью отгородились от обычных людей, хоть и жили в скрытых поселениях, но очень активно взаимодействовали с остальным миром. А еще, свои усилия они сосредоточили не на созидании, а на разрушении. Они были воинами и наемными убийцами и стремились создать наиболее сильные и смертоносные заклинания – техники, чтобы противостоять друг другу. Они называли себя «шиноби» и зарабатывали тем, что выполняли различные миссии, которые мог заказать кто угодно, у кого были деньги. Это были заказные убийства, расследования, поимка преступников, поисковые миссии, работа телохранителями и охранниками или вовсе отлов сбежавших животных и прополка огородов. Бабушка Вальбурга пришла бы в ужас и долго бы ругалась, если бы узнала, какую работу выполняют местные «маги».       Оба мальчика как раз планировали в будущем стать шиноби, для этого и тренировались. Шисуи даже уже поступил в специальную Академию и проходил обучение. Итачи тоже вскоре должен был туда поступить. Саске это тоже ожидало в обязательном порядке, а то как же, клан обязывает.

***

      Очень быстро в заботах и делах промелькнула осень. За ней пролетела зима и наступила весна. Самыми значимыми событиями за это время стало то, что оба малыша научились ползать, а Саске уже даже делал первые попытки ходить. Также они уже пытались говорить, но получался по-детски неразборчивый лепет. Единственное более-менее четкое слово, которое произнес маленький Учиха, было – «Ита», когда он пытался позвать брата. Все взрослые опять долго этим умилялись, а Шисуи еще некоторое время подкалывал друга, называя его «мамочкой».       Лето прошло в постоянных тренировках, на которые ребята их брали уже не так часто, как раньше. Мама смогла закончить обустройство дома и вплотную занялась младшими детьми. Гарри и Саске это не очень нравилось, но пришлось смириться, все равно их мнения никто не спрашивал.       Саске наконец смог нормально ходить и принялся более активно изучать окружающий мир, а Наруто, хоть еще в основном и ползал, но постоянно следовал за ним. Гарри пришлось более тщательно приглядывать уже за обоими, особенно когда Микото отвлекалась на домашние дела, и останавливать своего соседа по телу от особенно опасных действий. Они умудрялись то свалиться с лестницы, то порвать какие-то свитки в отцовском кабинете, то разбить на кухне посуду и порезаться, то развалить в саду клумбу с особо колючими цветами и пораниться об их шипы, то устроить охоту на котов, обитающих в доме, и разгромить половину комнат, а то и вовсе потеряться во время прогулки. А уж когда эти двое отыскали отцовское снаряжение и решили поиграть с остро заточенными кунаями и сюрикенами, Гарри едва не поседела, несмотря на то, что у нее даже нет тела. А вот взрослые на все это реагировали как-то спокойно и даже понимающе. После выходки с оружием они просто подарили детям точно такое же, только деревянное. Что поделаешь, особенности менталитета и специфического воспитания потомственных шиноби.       В начале июля, или, по местному исчислению, месяца дракона, Наруто забрали в детский дом. Гарри тогда пообещала себе и маленькому Учихе, что когда они вырастут, то обязательно отыщут своего молочного брата и вновь подружатся. Саске очень по нему скучал, хотя сначала, когда тот появился в их доме, очень сильно ревновал к старшему брату. Первую неделю он постоянно искал маленького блондина и устраивал истерики, требуя, чтобы того вернули. Дошло до того, что у мальчика случился первый магический выброс, отчего загорелись несколько игрушек. Благо Итачи с Шисуи, находившиеся рядом, успели потушить. А происшествие списали на нестабильную огненную чакру.       Теперь Гарри пришлось контролировать еще и магию малыша, направляя ее либо вовнутрь, для укрепления организма, либо на что-то менее заметное. Или предотвращать эти происшествия, выдергивая Саске к себе, имитируя снаружи сон, и успокаивать его уже в подсознании. Там они вместе во что-нибудь играли и просто веселились. Часто девочка напевала ему различные песенки и колыбельные на разных языках, что Саске очень нравилось, и он быстро успокаивался.       Спустя еще некоторое время наступил их день рождения, который скромно отметили в кругу семьи, ближайших родственников и друзей. Подарки, почему-то дарили не имениннику, а его родителям. В местной культуре было принято именно так. А вечером Итачи подарил братику большого зеленого плюшевого динозавра. Эта игрушка так понравилась мальчику, что он ни в какую не хотел с ней расставаться и повсюду таскал с собой. Этот динозавр стал его любимой игрушкой.       Весь день девочка готовила свой подарок, создавая в подсознании маленький парк развлечений, с горками, качелями и каруселями, в котором они вместе потом провели всю ночь, пока их общее тело отдыхало. Это был один из самых веселых и счастливых дней рождения в жизни волшебницы. Она теперь вновь стала ощущать себя ребенком, пусть и не столь беззаботным, как тот же Саске, но все же. Да, у нее остались опыт и знания прошлой жизни, а она сама была лишь подселенцем в теле маленького мальчика, но это не мешало ей вновь ощутить себя ребенком, которого любят и о котором заботятся. Это было ново и очень приятно. Ей бы очень хотелось, чтобы так было всегда.