Учиха Хари

      - Что это за место? – спросил Саске, оглядываясь по сторонам.       Они сидели в одной из многочисленных гостиных замка и пили чай. С пробуждением Хари это место будто преобразилось, наполнившись жизнью, и стало на удивление уютным, несмотря на весь пугающий антураж. А в коридорах и комнатах теперь раздавались шорохи, топот и смех, а из-за углов то и дело кто-нибудь выглядывал, но толком никого разглядеть не удавалось.       - Это Певерел-гард, его еще называют Замком на костях. Он является главной резиденцией рода Певерел, к которому я принадлежала в прошлой жизни, – проговорила девочка, задумчиво вглядываясь в дно чашки, которую держала в руках. – Хм, барабан и гвоздь? Громкие выяснения отношений и несправедливые нападки. Нужно быть осторожней, – уже намного тише добавила она.       - И откуда он тут взялся? И зачем ты создала всех этих монстров в моем подсознании? – возмущенно сопя, уставился на нее мальчик. Он все еще не отошёл от того ужаса, который испытал, когда за ним гналась свора тех жутких тварей, с которыми он ничего не мог сделать. Он же чуть не погиб в собственном подсознании! А все эти жуткие творения его оне-чан.       - А это и не твое подсознание, - как то невесело хохотнула волшебница. – Тот лес - граница. Пройдя его и стерегущих границу стражей, ты попал в мое подсознание.       - Твое? – удивленно протянул Учиха, уже новым взглядом оглядываясь по сторонам. – Теперь понятно. Значит это мон твоего клана, да? – указал он на один из гобеленов с изображенным на нем гербом рода Певерел.       - Да, он самый, - улыбнулась Гарри, вспоминая, какой шок испытала в свое время, узнав о том, к какому роду, оказывается, принадлежала ее вроде как маглорожденная мать, и то, что она сама уже прошла инициацию главного родового дара. Сколько нервов ушло на то, чтобы принять все это и научиться пользоваться своими возможностями.       Они поговорили еще некоторое время, обсуждая замок и то, как Саске до него добирался, чтобы ее разбудить, а также то, что произошло в его собственном подсознании. Тему вчерашнего происшествия они не поднимали. По молчаливому обоюдному решению они на время вообще постарались об этом забыть. Хари также рассказала своему отото, что этой ночью у него пробудился Шаринган и, возможно, из-за этого или из-за предшествующих этому событий его внутренний мир и претерпел такие изменения. Мальчик очень обрадовался и хотел тут же бежать делиться этой новостью со своей семьей, но оне-чан тут же обрубила все эти порывы единственным вопросом о том, как он объяснит пробуждение своего доудзюцу. Ведь всем известно, что это происходит от сильного потрясения, связанного с близким человеком, а по официальной версии он всю эту ночь провел дома и никуда не отлучался. Раскрывать же произошедшее с Шисуи было слишком опасно. Вот и выходит, что официально у него просто не было возможности пробудить наследие крови. И такое внезапное ничем не обоснованное событие выглядит очень подозрительно, особенно для людей, привыкших везде искать подвох и второе дно. А если, не дай Ками, свяжут вместе пропажу Шисуи и их Шаринган, так потом проблем не оберешься.       Услышав все эти доводы Саске приуныл, вновь вспоминая, что к его возрасту Итачи уже вовсю тренировался с глазами и знал множество техник, а он, даже пробудив доудзюцу, не может рассказать об этом отцу, чтобы, наконец, услышать те самые заветные слова, которые ото-сан однажды сказал его брату. Поняв ход его мыслей, волшебница тут же подошла ближе и обняла своего маленького отото, говоря о том, что не нужно так стремиться получить чужое одобрение и пытаться подражать другим. Ведь он - это он, такой, какой есть. И он сам знает, что сильный и умный, что лучший в классе и уже пробудил Шаринган. И чужое мнение не должно его волновать. И вообще, пусть это будет их козырем, ведь никто об этом не знает, а значит, не будет опасаться получить удар с этой стороны. Нужно только научиться пользоваться этими глазами. А для этого необходимо найти нужные свитки в библиотеке.       Услышав последнее, Учиха приободрился и стал прикидывать, где и как будет искать нужную им информацию. А после засобирался в реальный мир, ведь они уже давно здесь находятся, хоть время в подсознании и идет быстрее, но все же стоит поторопиться. Как бы родители не стали волноваться. Хари тоже с ним согласилась, что не стоит привлекать лишнее внимание, и они отправились в реальный мир.

***

      Когда Саске, наконец, встал, была уже вторая половина дня, и мама очень удивилась столь позднему его пробуждению и вялому состоянию. Поэтому поспешила проверить сына, который явно не выглядел здоровым, с помощью специальной техники и выявила сильное чакроистощение, трещины чакроканалов, переутомление и простуду. Пришлось врать, что очень долго тренировался вчера на полигоне, отключился там же от усталости и пролежал несколько часов, после чего очнулся и пришел домой. Поэтому немного простыл и так долго отсыпался. Покачав головой и посетовав на то, что Саске не умеет вовремя остановиться и доводит себя до травм, Микото накормила ребенка завтраком и выдала необходимые лекарства, после чего запретила тренировки на ближайшую неделю, пригрозив в противном случае отвести в госпиталь, к так не любимым им ирьенинам. Печально покивав на слова матери, Учиха вышел из кухни, раздумывая над тем, где бы найти столь необходимые ему сейчас свитки с информацией по Шарингану.       По всему выходило, что идти нужно в клановую библиотеку, но его одного туда не пустят, нужен взрослый сопровождающий. И вот тут была проблема. Кого позвать и как объяснить свой внезапный интерес? Отец постоянно занят и вечно отмахивается от его просьб. Итачи тоже занят, а в свете последних событий подходить к нему с подобными вопросами было, мягко говоря, несколько рискованно. Все же смерть близкого друга даром для психики не проходит, будь ты хоть сто раз шиноби и столько же гением. К нему сейчас вообще опасно соваться. Хари предлагала попросить помощи у мамы, но Саске было как-то неудобно это делать. Он же мальчик и будущий шиноби, а ходит в библиотеку с мамой. Стыдно. Еще ребята дразниться будут. Нет уж, лучше тогда вообще никуда не ходить.       Отчаявшись переубедить упертого мальчишку, волшебница вздохнула и сказала попросить сходить с ним кого-то из их учителей, с которыми он занимается в клане. Они ведь должны поощрять его интерес к знаниям и все такое. Обдумав это предложение, Саске просиял и хотел уже рвануть искать своих сенсеев, как Гарри его притормозила, напомнив, что он нынче болеет и мать их из дома не выпустит, а попросить лучше во время очередного урока. Если же прямо очень хочется чем-то заняться, можно спросить у мамы, есть ли дома нужные свитки и почитать. Тут никого нет, поэтому никто и не засмеёт.       Обиженно посопев и не добившись от сестры понимания, Учиха потопал на кухню с вопросом о свитках. К его удивлению, мама не удивилась и почти сразу принесла ему несколько, содержащих нужную ему информацию. Устроившись в своей комнате, Саске принялся за чтение. В одном содержалась легенда о том, откуда произошел их клан и, соответственно, их доудзюцу. Мальчик быстро ее пролистал, не став задерживать внимание, ведь все это ему рассказывали еще в глубоком детстве перед сном. Во втором свитке пространно описывалось, как пробуждается Шаринган, а также то, что у него есть несколько ступеней развития, с каждой из которых глаза становятся все сильнее и опаснее. Взяться за третий он не успел, так как услышал небольшой шум за дверью. Вряд ли это была мама, она сейчас готовила ужин. Папа обычно так рано с работы не возвращается. Остается одно – домой вернулся Итачи и вряд ли он сейчас в хорошем настроении. Но сидеть и ничего не делать тоже не выход, поэтому нужно отправиться к нему и постараться растормошить, чтобы не погружался в свою боль как в болото, чтобы не забывал, что жизнь продолжается. Приняв, наконец, решение, дети вышли из комнаты и отправились на поиски Итачи.       Брат сидел, сгорбившись на веранде, и смотрел пустым взглядом в пространство. Саске никак не решался подойти к нему и начать разговор. Вокруг нии-сана практически физически ощущалась аура боли и страдания, почти как тогда, в детстве, когда он потерял своих напарников, но во много раз сильнее. Что-то прикинув в уме, Хари сбегала за оставленным в комнате и давно уже забытым, за всеми этими событиями, табелем с оценками, который впихнула в руки отото. Поняв ее идею, мальчик немного повеселел и уже смелее зашагал к брату.       Сев рядом с Итачи, Саске протянул ему лист со своими оценками, дожидаясь, когда брат их посмотрит. Нии-сан, старательно изображая интерес, чтоб не обидеть младшего брата, изучил табель и похвалил его, после чего отложил в сторону и вновь погрузился в себя.       Прикусив с досады губу, мальчик уставился на оне-чан, в поисках поддержки, надеясь, что она подкинет ему новую идею для разговора. Чуть поколебавшись, Гарри предложила ему пожаловаться на отношение отца, который его не замечает. С сомнением покосившись на Итачи, раздумывая об уместности подобного, Саске все же рискнул вновь заговорить:       - Отец думает только о тебе, - на пробу произнес он.       - Тебе это неприятно?- чуть вздрогнув, спросил брат, смотря на проплывающие по небу облака, окрашенные закатным солнцем в розовые и персиковые тона. Саске тут же поднял взгляд, чтобы увидеть какую-то странную усмешку, скользнувшую по его губам. Нии-сан же, по-прежнему смотря вверх, продолжил:       - Не обращай внимание. Это обычное дело, когда остальные ненавидят ниндзя.       - Но меня, - воскликнул было мальчик, не понимая, к чему это было сказано, но тут же осекся под взглядом сестры и попытался вернуть разговор в понятное ему русло. – Ты так говоришь… Если честно, то, ты и я, - запинаясь, стал говорить он, лихорадочно размышляя, что же ему сказать и надеясь на подсказку оне-чан.       Итачи как-то натянуто улыбнулся, чтобы немного успокоить братика, и прикрыл глаза, скрывая бушующие в них эмоции. После чего как-то сгорбившись и нахмурившись, вновь заговорил, уставившись себе под ноги пустым взглядом.       - Быть совершенством тоже не просто. Со временем становишься одиноким и надменным. Даже если с самого начала стремишься к заветной мечте. Таких братьев, как мы, больше нет. Я всегда буду с тобой, подобно стене, которую надо перелезть, – повернулся Итачи к растерянному мальчику, не знающему, куда себя деть под этим пустым и отстраненным взглядом, и продолжил, вглядываясь в его глаза. - Даже если ты станешь меня ненавидеть. Для чего еще нужен старший брат?       Он хотел сказать что-то еще, но тут со стороны дома послышался мужской голос, зовущий Итачи. Скорее всего, человек стоял у главного входа в дом. Слегка нахмурившись, старший из братьев поднялся и отправился проверять, кому он так внезапно понадобился.       Пройдя за нии-саном и выглядывая из-за угла, Саске увидел трех шиноби их клана, являющихся офицерами Военной Полиции Конохи - Яширо, Инаби и Текку, стоящих на пороге дома.       - Чего вам всем от меня надо? – недружелюбно спросил у них Итачи, останавливаясь перед ними.       - На собрании отсутствовали двое, – заговорил длинноволосый Учиха Инаби, хмуро глядя на собеседника. – И один из них ты.       Саске испуганно сглотнул. Неужели им стало что-то известно по поводу Шисуи?       - Мы понимаем, что как член АНБУ ты занимаешься сложными заданиями. Так говорит твой отец. Он заступается за тебя, но не ожидай особого отношения к себе, – продолжил говорить длинноволосый, пока его спутники все так же молча буравили взглядами Итачи.       - Понятно. Я учту ваши пожелания. А теперь уходите, – прикрыв глаза, ответил Итачи.       - Уйдем, но прежде хотим спросить тебя еще об одном, - заговорил мужчина с серыми, стоящими дыбом волосами. – Об Учихе Шисуи, который покончил жизнь самоубийством, утопившись в реке прошлой ночью.       Брат едва заметно вздрогнул и острым взглядом уставился на говорившего. По спине подслушивающего мальчика скатилась капля холодного пота, и он переглянулся с напряженно замершей рядом сестрой. В головах обоих были примерно похожие мысли. Неужели соклановцы как-то связали самоубийство Шисуи и отсутствие на собрании нии-сана? И есть ли у них какие-то улики или только подозрения? Что они теперь намерены делать?       - Он был тем, другим, кто не пришел на собрание, - вновь заговорил Инаби. – Говорят, что ты расценивал его как своего старшего брата.       - Верно говорят, - вновь прикрыл глаза Итачи, а его лицо превратилось в равнодушную маску, не пропускающую наружу ни одной эмоции. От такого выражения лица любимого братика стало жутковато.       - Но я уже давно его не видел, - приоткрывая глаза, безэмоционально продолжил Итачи. – Какая неприятность.       - Поскольку мы отряд полиции, мы решили направить наши усилия на расследования этого инцидента, – не дождавшись какой-либо реакции собеседника, проговорил длинноволосый.       - Расследования? – чуть нахмурился Итачи.       - Вот прощальная записка, которую написал Шисуи, - чуть пошарив за поясом, Яширо выудил оттуда сложенный пополам клочок бумаги и протянул его парню. Саске почти мгновенно узнал в этой бумажке записку, которую писал Шисуи до прихода брата. И именно ее забрали тогда с берега преследователи в белых масках. – Мы установили, что это его почерк. Это написал он, без всякого сомнения, – проговорил меж тем соклановец.       - Если это самоубийство, то что даст расследование? – спросил Итачи.       - С помощью Шарингана очень легко скопировать почерк Шисуи, - ответил вместо напарника Инаби.       Саске за углом вздрогнул, а Хари принялась про себя ругать последними словами этого недоделанного самоубийцу, который продумал все, кроме вот таких вот вполне обоснованных подозрений соклановцев. И тем самым очень серьезно подставил друга. Да еще и взвалив перед этим на его плечи весь груз ответственности за судьбу клана. Вот что ему стоило пойти к главе и все рассказать? Так нет же, устроил вот это все, а другим теперь разгребать.       Тем временем нии-сан взял протянутую ему записку и вчитался в текст. С такого расстояния было не разобрать ни слова, но дети и так знали, что там написано, это отлично отпечаталось у них в памяти:       «Я не могу более нести свое бремя обязанностей. Для клана Учиха нет будущего… Как и для меня. Я не могу более продолжать этот путь…»       - Он был лучшим в клане Учиха, - меж тем продолжил говорить сероволосый, пока Итачи читал последнее послание своего лучшего друга. – Его знали как Шисуи иллюзионного. Ради клана он бы пошел на все. Сложно поверить, что такой человек, как он, написал это и утопился.       - Не судите людей по одежке, - дочитав, ответил Итачи.       - Записку оставляем тебе, – сказал Учиха. - Возьми ее и потребуй у АНБУ помощь в нашем расследовании.       - Понятно, - проговорил брат, глядя на то, как пришельцы разворачиваются и уходят. Саске даже было выдохнул, про себя радуясь, что ситуация вроде бы разрешилась. Однако Хари не спешила расслабляться, напряженно вглядываясь в спины уходящих соклановцев и чувствуя, что это еще не конец. И она оказалась права, потому что после того, как Учихи сделали пару шагов от порога дома, Яширо вновь заговорил:       - Я надеюсь, что улики найдутся.       - У нас, как и у АНБУ, тоже есть свои методы, - чуть поворачивая назад голову, поддержал напарника длинноволосый. – Если попытаешься нам мешать, мы с тобой разберемся.       После этих слов атмосфера мгновенно накалилась. Итачи дернул рукой, сминая зажатый в ладони клочок бумаги. От парня волной потекла во все стороны неконтролируемая жажда убийства, а ток чакры в его теле ускорился в несколько раз, будто брат готовился к бою. Впрочем, ток чакры пришельцев тоже усилился.       - Может, скажете напрямую, - холодно произнес Итачи, активируя Шаринган с тремя томоэ. Полицейские мгновенно обернулась, и Саске заметил, что глаза всех троих тоже стали красными, а в радужках плавает по две и три запятых.       - Меня подозреваете? – меж тем напряженно спросил брат.       - Так точно, догадливый ублюдок, - скалясь, ответил Инаби, со злобой глядя на собеседника.       - Итачи, только попробуй предать наш клан. Это тебе просто так с рук не сойдет, – с яростью выкрикнул сероволосый.       Дети буквально физически ощутили, как после этих слов лопается что-то, что все это время сдерживало нии-сана. Та нить, состоящая из самообладания и просто титанического терпения, удерживающая его на месте в течение всего разговора, оборвалась окончательно. Итачи бросился вперед, вымещая свою ярость и боль на соклановцах, которые столь необдуманно стали ковырять раскаленными щипцами в свежей ране. Брат буквально в мгновение ока раскидал всех троих противников, даже не успевших оказать ему сопротивление.       - Как я и сказал ранее, не судите людей по одежке, – проговорил Итачи, глядя на лежащих в пыли соклановцев. - Думали, что я это стерплю? Заладили. Клан, клан. Если вы недооцениваете даже свои возможности, то как сможете оценить мои? Поэтому лежите в грязи.       Тело Саске пробила крупная дрожь, и он в ужасе застыл, вглядываясь в спину брата. Он выглядел сейчас до одури жутко, а его Ки, казалось, парализовала все тело, до последней клеточки. Хотелось, как в раннем детстве, спрятаться под одеялом с головой и надеяться, что этот монстр уйдет и не заметит его.       Гарри приобняла отото за плечи, пытаясь успокоить, и продолжила напряженно вглядываться в фигуру нии-сана. В таком состоянии он мог натворить что угодно, ярость и душевная боль сорвали все тормоза. Она по себе помнила это состояние. Тогда, после смерти Сириуса, она в ярости громила директорский кабинет. И потом, после войны, она изливала свою боль в Запретном лесу. И потом, уже в мирное время, когда гибли товарищи и друзья. Гарри понимала Итачи. Его душа сейчас нестерпимо болит, будто из нее вырвали некий очень важный кусок, и кажется, что на свете нет ничего важнее этой боли. Весь мир обрушился со смертью дорогого тебе человека, ведь в нем не осталось больше ничего важного. Хочется, чтобы все вокруг ощущали твою боль, чтобы страдали вместе с тобой. А непонимающие и не видящие этого Учихи только подливали масла в огонь своими словами, заставляя чудовище внутри яриться все сильнее.       - Шисуи за тобой следил, - с трудом приподнимаясь с земли, проговорил Яширо. – После полугода твоей работы на АНБУ мы не смогли не заметить странностей в твоем поведении. О чем ты думаешь? – под конец спросил он, скашивая глаза на противника.       - Связан с организацией. Связан с кланом. Почему постоянно связан? Все эти связи лишь ограничивают собственные способности. Вот о чем я думаю. Люди боятся и ненавидят тех, кто сильнее их. Как глупо, – будто в трансе проговорил Итачи, глядя перед собой.       - Прекрати, Итачи, - послышался внезапно окрик отца, и брат мгновенно повернул голову на его голос, яростно скалясь. Никто из присутствующих не заметил, как сюда подошел глава клана.       - Какого черта тут происходит? Итачи, в последнее время ты ведешь себя странно,– напряженно глядя на сына спросил Фугаку.       - Ничего странного. Я делаю то, что должен. Вот и все, – как то меланхолично ответил нии-сан. Выглядывающие из дома дети вздрогнули от мгновенной смены его настроения. Это явно было не к добру.       - Тогда почему тебя не было прошлой ночью?       - Достигнуть вершины, - как-то странно ответил Итачи, вновь глядя в пустоту перед собой.       - О чем ты? – не понял ото-сан.       Но вместо ответа брат мгновенно выхватил кунай и метнул его в сторону, в забор, попадая прямо в середину изображенного там мона клана Учиха – красно-белого веера для розжига огня. Проследив за оружием, отец вновь перевел потяжелевший взгляд на сына, вглядываясь в его равнодушное лицо.       - Связанный. В этом жалком клане я ничего не смогу достичь, – вновь безэмоционально проговорил Итачи.       Перед глазами Саске вдруг встали сцены того, как брат с улыбкой рассказывает ему о том, что их клан поддерживает порядок в деревне. Как отец хвалит его, радуясь, что его сына приняли в АНБУ и говорит те самые заветные слова, которые так хотел услышать он сам в свой адрес. Что за бред он несет? Или все, что он говорил прежде, было ложью? Неужели клан для него ничего не значит?       - Люди постоянно воспринимают себя как часть клана, - меж тем продолжал нии-сан. – И в результате не видят по-настоящему важных вещей. Нельзя измениться, когда тобой управляют и контролируют. Когда от тебя ожидают и требуют чего то большего, – это было похоже на срыв. Брат высказывал в пространство все, что у него накипело вперемешку со своими мыслями.       - Кончай выпендриваться, - с яростью оборвал его отец, помогая подняться последнему из соклановцев.       - Хватит, - выкрикнул сероволосый. – Ты скажешь еще слово, и мы отправим тебя за решетку.       А перед глазами Саске вдруг как наяву встал тот разговор с братом, который они вели перед тем, как пришли эти люди. Неужели все это из-за того, что все считают его гением и требуют все большего, забывая, что он простой человек со своими слабостями. А теперь он еще и потерял единственного друга.       - Ну что? Что будем делать? – меж тем ярился Учиха Инаби. – Тебе нас больше не победить. Капитан, отдайте приказ, и мы его схватим.       - Брат, не надо! – не выдержал Саске всей этой ситуации. Его сознание раздирало от противоречий, а образ любимого старшего брата никак не хотел соотноситься с тем монстром, которого он сейчас видел, который избивал соклановцев и говорил такие ужасные слова. Ему казалось, что он спит, а все это горячечный бред, кошмар, навеянный больным сознанием. Хотелось хоть как-то разорвать всю эту ситуацию. Казалось, что от крика все исчезнет, рассыплется, и он проснется, и все будет как раньше.       И ситуация действительно рассыпалась. Монстр исчез. Итачи вздрогнул, широко распахнув глаза от осознания, что все это происходило на глазах его любимого отото. Его плечи опустились, руки повисли вдоль тела, а ноги ослабли и подогнулись. Он безвольно рухнул на колени, после чего согнулся, уткнувшись лицом вниз и складывая руки перед собой на земле, принимая позу полного смирения и подчинения.       - Я не убивал Шисуи, – проговорил он. - Я извиняюсь за все, что сказал. Простите меня.       Отец сначала удивленно смотрел на все происходящее, после чего нахмурился и прикрыл глаза, явно обдумывая, как лучше поступить.       - Видимо, в АНБУ ты так заработался, что не понимаешь, что творишь, - наконец сказал он.       - Капитан, - не выдержав, воскликнул Яширо, то ли возмущаясь, то ли пытаясь получить разъяснения.       - АНБУ находится в непосредственном подчинении Хокаге, - ответил Фугаку. – Даже мы, полиция, не можем никого арестовать без ордера. Я беру ответственность за Итачи на себя. Прошу вас, - наклонил голову отец.       Все то время, пока решалась его судьба, брат так и сидел, согнувшись, и бессмысленно уставившись в землю.       - Понятно, - хмурясь, проговорил сероволосый.       Ото-сан направился домой, не оборачиваясь на оставленного за спиной сына и не глядя на выглядывающего из-за седзи Саске. Нии-сан же тем временем распрямился, но все так же продолжал сидеть на земле. Но стоило отцу скрыться в доме, он внезапно повернул голову к своему отото, глядя прямо ему в глаза. От неожиданности мальчик отшатнулся назад и заметил, что томоэ в глазах брата неожиданно слились, образовывая рисунок в виде трехлучевого сюрикена.       Сам же Итачи тоже вздрогнул, как то настороженно уставившись за спину брата. Хари же внезапно поняла, что он ее видит. Похоже, этот странный Шаринган дал ему возможность увидеть ее призрачное тело. Она не знала, хорошо это или плохо и чем это обернется в будущем, но сейчас она чуть улыбнулась и подтолкнула Саске в спину, чтоб не стоял тут, а подошел к брату, помогая ему обрести душевное равновесие, после чего растворилась в воздухе, уйдя во внутренний мир. И уже оттуда наблюдала, как расширяются глаза нии-сана и он настороженно оглядывается по сторонам, а тем временем из его глаз текут кровавые слезы. А потом сюрикен распадается на три томоэ, после чего алый цвет сменяет привычная чернота. Как отото, набравшись смелости, подбегает к Итачи, порывисто его обнимает, украдкой стирая с его лица алые капли, после чего оглядывается на дом, боясь увидеть там отца, и убегает внутрь.       Саске с бешено колотящимся сердцем вбежал в свою комнату, закрыл за собой дверь и упал на футон, сворачиваясь калачиком. Он не знал, что ему делать. Голову разрывало от мыслей и противоречий.       Устало вздохнув на все эти метания, Хари просто и без особых затей погрузила братика в сон, надеясь на старинную мудрость, однажды услышанную от русских коллег, что утро вечера мудренее. После хорошего отдыха вся ситуация будет выглядеть уже и не столь жутко. Да и она позаботится об этом, немного размывая острые края воспоминаний. И стоит наведаться еще и к нии-сану, если тот никуда не сбежит. Не помешает повторно применить к нему то самое заклинание, что она использовала в прошлый раз, и которое неплохо помогло. Все же ей важно его душевное состояние, он теперь как никак и ее старший брат.