Учиха Хари

            Просыпаться было тяжело. Все тело затекло и неимоверно ныло от неудобной позы. Голова буквально раскалывалась на части. Горло болело, а в носу подозрительно хлюпало, видимо он умудрился простыть. Источник чакры практически не ощущался, зато все каналы будто горели огнем, причиняя все новую боль. Хари ни слышно, ни видно не было, и на зов она не откликалась. Медленно приподнявшись, Саске оглянулся по сторонам, пытаясь понять, где он находится и что с ним произошло.       Оказалось, что он лежит на каменном полу пещеры, а рядом с ним были видны начертанные кровью фигуры со странными знаками, по центру которых лежал большой чуть светящийся золотым кокон. Воспоминания обрушились мгновенно, погребая сознание под лавиной событий вчерашнего дня. Будь ему хотя бы чуть легче, наверняка скатился бы в истерику, но сейчас его волновало только желание напиться воды и дойти до дома, чтобы нормально выспаться.       С трудом поднявшись на подгибающиеся ноги он, пошатываясь, побрел к выходу из пещеры, чтобы спуститься к реке и там напиться, заглушая свою дикую жажду. Снаружи уже были предрассветные сумерки, что говорило о том, что он провалялся на полу практически всю ночь. Пару раз чуть не упав во время спуска, он, наконец, оказался внизу и, подобрав валяющуюся тут же кастрюльку, брошенную им вчера, зачерпнул воды и стал жадно пить, проливая половину на себя. Вода была ледяная, до ломоты в зубах, она обжигала горло и холодной волной скатывалась по пищеводу, заставляя отступать жар и дурноту. Напившись до того, что в животе уже булькало, мальчик вылил остатки воды себе на голову.       Посидев так еще с десяток минут, Саске понял, что замерз, тело пробрала крупная дрожь. Нужно было срочно идти домой.       Поднявшись, он на ватных ногах, периодически оскальзываясь, побрел наверх, прихватив с собой кастрюльку. Забравшись внутрь пещеры, он прислонился к стене, пытаясь справиться с головокружением. Когда перед глазами немного прояснилось, он прошел в зельеварню и стал искать зелья, которые наготовила его оне-чан «на всякий случай». Найдя нужные бутылочки, он тут же выпил Бодроперцовое зелье, сразу же ощущая, как начинает согреваться изнутри, после чего выпил восстанавливающее зелье. Постояв пару минут и ощущая, что дурнота окончательно отступила, он взял в руки оставленный вчера на столе фонарь и пошел к туннелю, чтобы добраться до деревни, а там и домой.

***

      Вновь проснулся Саске уже поздним утром. Дома было тихо, только на кухне слышалась какая-то возня, наверное, мама готовила обед. Полежав пару минут и все еще ощущая слабость от ночных событий, мальчик мысленно позвал сестру, но ответа не услышал. Позвал вновь, но уже громче и снова тишина. Стало страшно, вдруг оне-чан потратила слишком много сил и исчезла насовсем? Нет, этого не может быть! Она просто спит, как и всегда. Нужно сходить и разбудить.       Приняв решение, маленький Учиха закрыл глаза, полностью расслабляясь, и соскользнул в подсознание.       Над головой простиралось серое небо, по которому плыли тяжелые тучи, грозясь пролиться дождем. Кое-где в них сверкали молнии. Все окружающее пространство выглядело серым и безжизненным, многие строения превратились в обгоревшие руины, а растения почернели и скрючились, будто от сильного пожара. Над землей витали клочья пепла, а кое-где в небо еще тянулись струйки дыма. Это выглядело жутко, хотелось поскорее уйти. Вот только где-то здесь должна была быть Хари и ему нужно ее найти и разбудить.       Оставляя в еще теплом пепле темные следы, мальчик шел все дальше, заглядывая в дома, осматривая улицы и разные строения, которые возводила здесь его скучающая сестренка и которые теперь были сожжены беспощадным огнем. Но везде было пусто. Маленький городок выглядел полностью мертвым. Выйдя на окраину, он огляделся, решая, куда направиться дальше. Его внимание привлек густой лес и ведущая к нему тропинка, которая огибала большое озеро с чистейшей водой. Этот лес был здесь все время, сколько он себя помнит, но ходить в него было нельзя, только по опушке. Впрочем, внутрь он и не стремился, ведь чем глубже в него заходишь, тем сильней становится ощущение какого-то потустороннего холода и жути. Вот только в отличие от городка, монструозных деревьев пламя не коснулось, а значит, сестренка вполне могла укрыться там. Пересиливая свой иррациональный страх перед этим местом, мальчик спустился вниз с холма, на котором располагался городок, обошел озеро и пошел по узенькой тропинке, ведущей вглубь леса.       Кроны деревьев практически не пропускали и без того тусклый свет, по земле полз белесый туман, корявые ветви цеплялись за волосы и одежду, так и норовя ткнуть в глаза. Заунывно свистел ветер, пробирая холодом до костей, под ноги лезли корни и всякий мусор, заставляя спотыкаться и падать, а вокруг слышались какие-то подозрительные шорохи и трески, из-за чего он то и дело оглядывался по сторонам в ожидании нападения. Тропинка внезапно исчезла, оставляя его в самой чаще без каких-либо ориентиров. Оглянувшись назад, он обнаружил, что сзади тропы тоже нет, а деревья стоят практически монолитом, через который невозможно пройти. Он попытался идти вперед, но спустя пару часов осознал, что окончательно заблудился и ходит по кругу. Слева послышался вой, который подхватил еще один голос и еще. Звук приближался, что говорило о том, что стая его учуяла и идет по следу. В панике Саске бросился вперед, надеясь убежать от преследователей, уже понимая всю тщетность своих жалких попыток. Как же он слаб, раз до сих пор не способен прыгать по деревьям, как его брат.       Позади отчетливо слышался хруст веток, рык и дыхание зверей, которые его уже нагоняли. Впереди неожиданно забрезжил просвет, и мальчик ускорился в надежде там найти спасение. Миновав последние деревья, он с трудом смог затормозить, осознавая, что попал в ловушку, ведь он оказался на обрыве, а десятком метров ниже текла бурная река, вроде той, из которой они вчера выловили Шисуи. Оглянувшись назад, Учиха увидел огромных монстров, чем-то отдалённо похожих на волков, но крупнее, со свалявшейся черной шерстью, с глазами, горящими потусторонней зеленью, и пастями, полными острых клыков. Вот только самым страшным было не это, а то, что у некоторых зверей отсутствовали куски плоти, и можно было увидеть торчащие наружу кости и мышцы. Причем самим монстрам это, похоже, никак не мешало. Они, злобно скалясь, наступали на свою добычу, готовясь разорвать ее в клочья.       В панике мальчик огляделся по сторонам, ища выход и не находя такового. Пошарив по карманам в поисках оружия, он не смог ничего найти, поэтому даже дать монстрам последний отпор был не в состоянии. Вспомнив, что он находится в собственном подсознании, Саске попытался мысленным усилием создать перед собой стену огня или хотя бы кунай. У него же получалось. Но все его усилия оказались тщетны, ничего создать не удалось. А тем временем, монстры, будто бы даже злорадно скалясь, подступали все ближе. В голове вновь всплыли воспоминания предыдущего вечера и, решившись, мальчик прыгнул вниз с обрыва.       Удар об воду был такой силы, что из легких выбило весь воздух, а тело сразу ушло вниз, быстрое течение проволокло его по дну. Бестолково колотя руками по воде, он пытался всплыть на поверхность. Легкие горели от нехватки кислорода, когда он, наконец, сумел всплыть, чтобы вдохнуть воздуха. Кое-как удерживаясь на поверхности, мальчик постарался выгрести к берегу, когда ощутил, что течение еще сильнее ускорилось и его просто сносит. Почти мгновенно он понял, что впереди его ждет водопад. С потоком воды он полетел вниз, после чего вновь удар, и он потерял сознание.       Учиха пришел в себя на мелководье, куда его вынесло течением. Небо в этом месте было ярким, синим, без единого облачка. Только жаркое солнце согревало все вокруг своими лучами. Падающая сверху вода образовывала большое озеро, которое лежало в долине, окруженной скалами и лесом.       Он побрел подальше от жуткого леса. Вокруг была зеленая густая трава, изредка попадались овраги, ручейки с прозрачной холодной водой, редкие деревца и причудливой формы валуны. Проходя между парой таких камней, он почувствовал, будто воздух загустел, превращаясь в кисель, дыхание сперло, а тело потеряло ориентацию в пространстве. Но после следующего шага все странные ощущения пропали. Отдышавшись и придя в себя, Саске оглянулся назад и увидел, что вместо валунов за спиной виднеется небольшая каменная арка, которой там раньше точно не было. Неужели какое то гендзюцу?       Оглядевшись по сторонам, он увидел все ту же долину, вот только солнца уже не было, все небо застилали сплошные черные тучи, грозящие вот-вот пролиться дождем, и дул холодный, пронизывающий до костей ветер. На холме впереди возвышался величественный замок. Его высокие стены были выполнены из черного камня, а за ними виднелись башни, башенки и прочие строения. Чем ближе Саске подходил к этому странному замку, тем больше деталей получалась разглядеть. Замок был поистине огромен, его стены и ворота украшали странные каменные чудовища с крыльями, когтями и оскаленными пастями, а на воротах был изображен незнакомый мон в виде перечеркнутого пополам треугольника с вписанным в него кругом. А еще стены окружал глубокий ров, заполненный странной, чуть светящейся зеленоватой жижей.       Когда мальчик подошел ко рву, деревянное полотно ворот неожиданно заскрипело и стало опускаться вниз на огромных цепях. Когда же оно окончательно опустилось, Учиха понял, что это такой своеобразный мост, который можно поднять, препятствуя проникновению в замок посторонних. И похоже, его приглашают войти внутрь. Как только он шагнул во двор, мост вновь заскрипел, поднимаясь и отрезая ему путь наружу. Оставалось надеяться, что именно здесь он найдет Хари.       Внутри никого не было, ни одной живой души, и было совершенно непонятно, кто его впустил. Везде были только статуи разных уродливых чудовищ, которые, казалось, наблюдают за каждым его шагом.       Сглотнув неожиданно появившийся в горле ком, он осторожно двинулся к огромной лестнице, над которой возвышалась большие деревянные двустворчатые двери, украшенные черепами и костями. Открыв их, он оказался в огромном зале, освещаемом лишь факелами, горящими зеленым огнем, которые последовательно вспыхивали перед ним, словно указывая дорогу. Так мальчик миновал несколько залов, коридоров и лестниц, уходя вглубь замка. Внутри тот выглядел еще более жутко. Повсюду встречались украшения в виде костей, черепов и чудовищ. На стенах висели гобелены с жуткими сценами, а портреты глумливо скалились и провожали его взглядами.       В конце концов, цепочка факелов привела Саске в подвал к очередным закрытым дверям, толкнув которые он застыл на пороге. Внутри располагался огромный зал с выведенными на полу фигурами и странными знаками, а в центре стоял огромный черный камень, поблескивающий изумрудными искрами, на котором кто-то лежал. Осторожно ступая, стараясь не задеть начертанных на полу линий, Учиха подошел к камню и вгляделся в лицо и узнал сестру. Она была очень бледной, но все же дышала, и это было хорошо, ведь он очень не хотел ее терять, совершенно не представляя жизнь без своей оне-чан.       Прикоснувшись к ледяной коже, он сжал ее руку, пытаясь согреть, а второй рукой ухватился за плечо, чуть встряхнул и позвал:       - Хари, проснись! - никакой реакции. – Оне-чан, проснись, ты мне очень нужна! Оне-чан!       Саске не знал, сколько так простоял, пытаясь дозваться до сестры, но в какой-то момент ее ресницы дрогнули, и она распахнула свои изумрудные глаза.       - Наконец-то ты проснулась! Я так волновался! – бросился к ней с объятьями маленький Учиха, вытирая с глаз выступившие от волнения слезы.

***

      Ничто и нигде. Темнота и тишина.       «Неужели я так глупо умерла, истратив все свои силы? И как же теперь будет Саске без меня? И раненный Шисуи? И Итачи с родителями? Да даже клан и Наруто, которому я так и не успела помочь. Как же глупо. Я еще столько не успела».       Позади раздался смешок. Я обернулась, силясь разглядеть того, кто тут был, помимо меня. Окружающее пространство немного посветлело, позволяя увидеть огромную фигуру в белом кимоно, с уродливым лицом и длинными растрепанными белыми волосами, из которых торчало два красных рога. От этого существа веяло потусторонней жутью, которая, тем не менее, казалась невероятно родной. Так же ощущалось присутствие Вечной Госпожи. Неужели перед ней Бог Смерти этого мира?       - Угадала, племяшка, - вновь хохотнул неизвестный. – Меня называют Шинигами.       После чего Бог Смерти поднес руку к своему лицу, хватаясь где-то у подбородка, и дернул вверх, поднимая, как выяснилось, маску. Под ней оказалось довольно красивое лицо с пронзительно синими глазами, прямым носом, тонкими губами, растянутыми в легкой улыбке, узким подбородком и острыми скулами. Волосы же у него оказались кроваво алыми и очень длинными. Непонятно, как они вообще прятались под этим белым париком. Не иначе какая-то магия.       - Очень приятно. Меня зовут Гарри Поттер-Блэк-Певерел, или просто Хари, – вежливо ответила девочка. - А почему племяшка? – не удержавшись, полюбопытствовала она.       - Потому что все Боги Смерти, как правило, родственники. Поэтому мы заботимся и о потомках друг друга, попадающих в наши миры и стараемся обеспечить им достойное перерождение.       - Не значит ли это, что именно вы являетесь покровителем клана Учиха, раз я должна была родиться именно в этом клане? – поинтересовалась волшебница. Это было логично, ведь где еще может переродиться потомок Бога Смерти, как не в семье потомков другого Бога Смерти. Ведь только такое перерождение будет считаться достойным.       - Нет, - скривился Шинигами как от зубной боли. – Покровителем Учих является Тенгу, пернатая зараза. Ты должна была бы родиться в клане Узумаки, ведь они являются моими потомками. Тогда все бы было в порядке, и мать смогла бы тебя выносить и родить.       - Тогда почему я оказалась в клане Учиха? – с удивлением воззрилась на собеседника Гарри.       - Твоя душа после смерти умудрилась сбежать в другой мир. И пока моя сестра искала ее у себя, в том мире, а потом и в соседних мирах, здесь тебя умудрился сцапать этот ощипанный петух и пристроил в свой клан. Но он просчитался, и ты просто не смогла там родиться, при этом, едва не убив мать и брата. После того как твоё тело было уничтожено я почти забрал тебя, но этот Ворон ещё раньше связал твою душу с другой душой, твоим близнецом, тем самым обеспечив привязку к клану и миру, из-за чего я и не смог тебя забрать и вернуть твоей прародительнице. И вроде держишься некрепко, и миру толком не принадлежишь, но и забрать нельзя. Поэтому я даже не мог с тобой связаться.       - Что же поменялось теперь? Я истратила все силы и окончательно оторвалась от Саске? – печально спросила девочка, раздумывая над словами бога.       - Напротив. Когда этот маленький Учиха признал тебя своей сестрой, он дал тебе опору и окончательно привязал к своему клану. Твоя душа начала процесс слияния с этим миром, становясь его частью. После этого ты ушла бы на перерождение, только если бы сама захотела. Вот только теперь найти тебе тело будет еще сложнее, ведь ты уже начала процесс духовного слияния с кланом Учиха, хоть пока и не принята полностью. Но, тем не менее, чтобы тебе воплотиться, придется искать такое дитя, чтоб была кровь уже двух кланов и желательно в равных частях.       - Понятно. Значит, если я захочу обрести тело, то оно должно иметь кровь и Учиха, и Узумаки. Задачка, – задумчиво нахмурилась Гарри. - Нужно искать женщину Узумаки за пределами деревни и сводить с кем-то из клана. Проще самой создать себе тело. Все же я не просто так являюсь мастером химерологом и вполне смогу это сделать. Да и опыт подобного уже имеется. Нужно только оборудование и материалы, - уже стала прикидывать необходимое волшебница.       - Как я посмотрю, ты и сама в силах справиться с подобной задачкой, – весело проговорил Шинигами.       - Я могла бы попробовать это сделать, – смутилась Хари.       - Ну что ж, пробуй, и если что, зови на помощь, - улыбнулся собеседник и протянул ей возникшие из ниоткуда длинные четки, сплетенные из крупных алых бусин. – Думаю, это тебе поможет. И да, так как ты все же являешься потомком одного из богов смерти, присутствующим в этом мире, хоть и не совсем в материальном виде, у тебя, как и прежде, есть определенные обязанности. Надеюсь, ты не забыла об этом?       - Как будто можно забыть о чем-то подобном? – девочка передернула плечами, вспоминая, как по заданиям Вечной Госпожи ей приходилось упокаивать кладбища, поднятые всякими идиотами, ничего не смыслящими в некромантии, но стремящимися к мировому господству. Или отлавливать тех, кто всеми силами стремился избежать попадания в Серые Пределы, используя для этого самые кошмарные способы. А уж то, как она штопала прорывы ткани реальности, попутно выпихивая назад различных инфернальных тварей, вообще отдельная история.       - Ну-ну, не стоит так переживать, – чуть хохотнул бог смерти, явно прочитав ее мысли. - В мире пока все более-менее спокойно. Да и не сможешь ты в своем состоянии предотвратить все это. Поэтому будешь просто отправлять в Чистый Мир встреченных призраков, не более. А то эти шиноби вечно не хотят уходить, все их держит ненависть и незаконченные дела, – вздохнул Шинигами.       - Ну, раз меня не отправляют закрывать прорывы, то ладно. Надеюсь, здесь со мной останутся еще и прежние привилегии? И еще мне нужны будут инструменты для переправки душ, все же старые были потеряны после смерти.       - Насчет привилегий не переживай, их у тебя будет даже немного больше. А вот инструмента будет всего два, держи, - после этих слов в руке мужчины появился танто в черных ножнах и небольшой кулон в виде маготама, которые он протянул Хари. – Для открытия прохода в чистый мир просто влей в кулон свою силу, а для закрытия прерви поток. Ну, а зачем танто, думаю, объяснять не нужно.       Сосредоточенно кивнув, волшебница взяла протянутые ей вещи, после чего взвесила оружие в руке, привыкая, извлекла из ножен серебристое лезвие с затейливым узором и пару раз взмахнула. Идеальная балансировка и очень удобная рукоять. Непривычно. С Бузинной палочкой, которая могла превращаться в косу, было куда проще обращаться. Но и к этому можно приноровиться. Кулон же в виде запятой из искристого белого минерала на плетеном шнурке она сразу повесила на шею.       - Ну что ж, нам пора расставаться, тебя уже зовут, – проговорил Шинигами, дождавшись, когда она спрячет танто.       Окружающее пространство вновь заволокло тьмой, а девочка будто издалека услышала голос отото, который её звал. И устремилась к нему.