На коленях прощения просить будешь

— Мам, зачем? — поинтересовался парень, поглядывая на ненавистный завтрак. Нехотя запихнув в себя остатки горелой яичницы, он развернулся, сонно повторив свой вопрос. — Андрей, ты прекрасно понимаешь, что так будет лучше для всех, — женщина легонько хлопнула сына по плечу, — друзей там найдешь в конце концов! — кричала та в след. Князев медленно зашагал в прихожую, натягивая на себя старую косуху. На улице была не самая лучшая погода, но он никогда не изменял своим принципам и вкусам в выборе одежды. — В деревне? Клевая перспектива, лучшее ваше решение, — закатил глаза светловолосый, сгреб в охапку свой потрёпанный рюкзак и громко захлопнул дверь. Дело в том, что семье Князевых в срочном режиме нужно было переехать из своего родного города в небольшую сельскую местность. Отцу Андрея предложили неплохой заработок на местном заводе, а мать всегда мечтала жить в частном доме, мол природа там приятная и воздух чище. Конечно, парню это не особо понравилось, но он не мог повлиять на родителей, а уж тем более перечить грозному папе. Сам Андрюша, так его называла мама, только начал обучение в одиннадцатом классе. Друзей в старой гимназии у него не было, учился кое-как, только какие-то знакомые окружали, с которыми можно было побеседовать на перемене от скуки. Несмотря на нехватку общения, Князева все устраивало, там его никто не обижал и у него было любимое дело. Он жутко любил рисовать, увлекался этим с самого детства, а также писал стихи, смысл которых был понятен немногим. Бывало, нахлынет вдохновение и начинает творить, что вся комната изрисована различными карикатурами. Это могли быть обычные пейзажи или зарисовки симпатичных людей, коих Андрей рисовал редко, так как не было той самой музы. Семья переехала достаточно быстро, оставив квартиру своим родственникам. Тогда только начиналась осень, немного прохладно, есть в этом нечто поэтическое для нашего героя, ибо нельзя не восхищаться красотой этого времени года, не восхищаться богатством красок и разнообразием цветов осенней палитры. Хотелось творить ещё больше, делать множество прекрасных рисунков каких-нибудь лесов. Совсем недавно, словно несколько дней назад, на родном дворе было тепло и радостно от наступающего теплого лета, а теперь осень раскрасила все вокруг в яркие цвета, которые заставляют грустить и слегка тосковать по городу. Андрей не заметил, как дошел до своего кабинета. Размышляя обо всем, что взбрело в голову, он опоздал. К слову, школа была вполне обычная, трехэтажное серое здание прямоугольной формы. Младшие классы учатся на первом этаже, а старшеклассники в основном на втором и третьем. На первом этаже находится большой просторный холл, в котором висит расписание занятий, стенгазеты, объявления, там, собственно, светловолосый и нашел номер нужного кабинета. Там же он заметил библиотеку и читальный зал, мысленно пообещав себе обязательно туда сходить и взять что-нибудь прочитать. — Извините, можно войти? — проговорил голубоглазый парень, оглядев свой новый класс. Помещение вполне просторное, ремонт обшарпанный, заметны ошметки синего оттенка на полу. Слева от входа находятся портреты людей, которые сделали всякие значимые открытия, ничего необычного. — Побыстрее, — поторопила его классная руководительница. Андрей остановился рядом с заваленным тетрадями столом женщины средних лет, имени которой пока не знал. Он неловко переминался с ноги на ногу, ожидая указаний. Ребята обратили внимание на незнакомого парня, начиная бурно его обсуждать. — Тихо! — постучала по столу рукой она, — прошу любить и жаловать, Андрей Князев, верно? — мерзким голосом обратилась учительница. — Именно, — без замедлений ответил новый ученик. — Из города зачем-то к нам приехал, — оглядывая Андрея, посмеялась она, — садись на свободное место. Ему было без разницы, где сидеть, поэтому расположился на предпоследней парте первого ряда. — Эй, Мих, не спи, — позвал кто-то сзади. Темноволосый парень резко отпрянул от руки, пытаясь разлепить глаза. — Отстань, Сань, ё-моё, — сказал тот, резко обратив внимание на новую фигуру перед собой. — Это ещё кто? — оценивающе прошёлся взглядом по юношеской подтянутой спине и золотистым волосам, которые были слегка растрепаны. — Новенький, говорят из города приехал в нашу залупу, — посмеялся длинноволосый сосед по парте. — Не сладко ему тут будет, — в ответ улыбнулся Горшенев. Андрей слышал все, абсолютно все, так как сидел рядом. Мысленно посмеявшись с новых одноклассников, молниеносно повернулся к ним, не давать же себя в обиду. — Кому тут не сладко будет? — хитро взглянул Князев на парней. Один из них, тот что левее, безразлично поглядывал в окно. Вдоль щек спускались белокурые пряди, скорее всего крашенные, сам худощавого телосложения, но не дистрофик. А второй, забавный, с красным отпечатком руки на щеке, стал прожигать своими карими глазами Андрея, словно хочет загипнотизировать. Создавалось ощущение, будто бы он сейчас сделает дыру на темной рубашке Князева. — Дохуя смелый? Или бессмертный? — агрессивно прыснул Миша, толкнув в плечо друга, чтобы вдвоем загасить новенького. — Думаю, что бессмертный, — беззлобно заключил Саша. — Ты вообще знаешь с кем разговариваешь? — активно жестикулировал Горшенев, всем своим видом показывая, какие они с Балу важные личности в этом никудышном учебном заведении. Балунов гордо закачал патлатой головой, в знак подтверждения слов товарища, прищурил глаза и улыбнулся. — И с кем, с местными деревенскими? — сипло рассмеялся Князев, оглядывая порванную одежду Горшка. Саня не удержался и тихо хихикнул с этой шуточки, но когда увидел серьезный настрой Миши, умолк. С Михой вся эта история просто так не пройдет, он человек устрашающий, можно сказать, местный хулиган с авторитетом. — Не, он уже совсем ахуел, — выкрикнул Горшок, но не рассчитав возможностей своего голоса, сделал это на весь класс. Все развернулись на исходящий шум, начиная дико угарать с происходящего. Яша с Поручиком, которые сидели на последней парте среднего ряда, стали шушукаться, предвещая беду. — Молчать! — грозно выпалила учительница, ведь ее отвлекли от объяснения материала, — Горшенев, снова твои выходки, отца давно не вызывали что-ли? Выходи к доске, проверю знание домашнего задания. Миша редко писал домашку, ибо не видел в этом никакого смысла, учиться ему никогда не нравилось. Намного лучше было выбить у очередного ботаника деньги с пацанами или кому-нибудь насолить. Без сомнения, ему тоже нехило так влетало после таких происшествий, особенно от бати, но Горшку чаще всего было плевать. Горшенев встал, отряхнулся и начал разглядывать проколотое ухо Князева. — Долго мы будем ждать вашего выступления? — ехидно спросила классная, на что ребята громко рассмеялась, в том числе и новый ученик. Немного погодя, шепотом, еле различимо, Миша опалил горячим воздухом золотую сережку Андрея: — Слышь, новенький, ты у меня ещё на коленях прощения просить будешь, — и размашистым шагами проследовал к ненавистной доске.