На коленях прощения просить будешь

Возвращаться домой было не самым приятным делом, потому что около многих стареньких заброшенных зданий всегда ошивались все самые неприятные личности школы, но это был единственный путь. Андрей шел неспеша, все же надеясь ни с кем не пересечься, однако надежды оказались напрасными. Окинув взглядом разваливающуюся заброшку, Князев заметил компанию дурачков, во главе которых был Горшенев. Они бурно что-то обсуждали, точнее говоря, Горшок что-то громко всем рассказывал или пытался доказать. В ноги внезапно что-то прилетает, видимо, пустая бутылка от пива. Чтобы понять, кто это сделал, не нужно было даже поднимать голову. Андрей, может и не самый агрессивный юноша, но резко захотелось дать сдачи. — До мусорки не судьба донести? — голос слегка дрожал из-за вечерней прохлады. — Раз такой умный, сам выкинь, — начал передразнивать Горшок, а ребята подхватили и посмеялись. — За шутами грязную работу делать не собираюсь, — парень стоял на своем, не поддаваясь провокациям. Миха медленно двинулся навстречу, отросшие волосы прикрыли худое лицо, закрывая обзор, он их убирает за уши и смотрит угрожающе. — Миш, забей, пусть идёт, — крикнул Поручик из толпы, докуривая сигарету, но главарю было все равно, он никого не слышал. — Выкидывай, ё-моё, — прохрипел Горшенев, головой указывая на предмет ссоры. Он стоит совсем близко к светловолосому, их лица в паре сантиметров, а Андрей не боится, молчит, тем самым специально подначивает второго. — Не буду, — отвечает с вызовом, доказывая свою позицию, несмотря на то, что банка вообще потерялась где-то в траве. — Отпиздить бы тебя, но руки марать неохота. Да, драться никто не собирается, хотя Горшок может, прям сильно, до синяков и ссадин. Многие боялись местного хулигана, старались быть с ним более снисходительными. К слову, эта драка действительно тут была бы бессмысленна. Простояв так ещё минуту, Яша с Балу заныли, что им идти надо, и вообще пустяковый конфликт выходит. Ребята молча разошлись, как будто ничего и не произошло. К сожалению, никто не удосужился поднять пиво с земли, а про этот момент никто больше не вспоминал, но агрессия никуда не делась.

***

Очередной учебный день, очередные неудачи в жизни Князева Андрея. Он отошел ненадолго, буквально на десять минут, лишь в столовую заскочить, так как утром не успел позавтракать. Столовка, кстати говоря, не из лучших, но есть можно. Подходя к кабинету, уже можно было заметить что-то странное. Например, то, что рюкзак Андрея наглым образом валялся на грязном полу. Он сразу же подобрал нужную вещь и постарался отряхнуть от пыли, здесь явно редко убирались. — Ты встать с моего места не хочешь? — недовольно нахмурился новенький, а Горшок поднялся и уверенно сделал шаг к белобрысому, громко хлопнув ладонями о парту. — Встал, дальше что? Тут приятнее сидеть, — мечтательно произнес темноволосый, снова прожигая своими карими глазами, Князев же пытался отвести взгляд, но не получалось, черные зрачки завораживают. — Получается, не объяснишь, что ты тут забыл? Вали к своим, — Андрей крепко схватил свой стул, хотя хотелось позорно убежать домой и продолжать заниматься полюбившемся искусством. — Могу за школой объяснить, мило побеседуем, — Горшок резво положил руку рядом с запястьем Андрея, который пытался отбить законное место, — Хотя, скажу прямо, мы тебя со своими, как ты сказал, немного отпиздим, а ты потерпишь, интересует? — Миша улыбается, показывая оскал с выбитыми зубами, глаза наполнены азартом и некой ненавистью. — Словами у вас проблемы не решают, ума мало? — ответил Князев, нервно поправив прядь светлых волос. — Помочь с этим ебланом, Горш? — послышался грубый голос какого-то парня в компании неподалеку, а Миха махнул рукой, мол сам разберется. Горшенев уже хотел выдать что-то эдакое, интересное, что-то выебистое, чтобы закопать наконец-то этого Князева. Однако, в кабинет резко зашла строгая учительница по русскому, так как прозвенел звонок, Горшок опять уселся на место, принадлежащее Андрею, а больше свободных особо и не было. — Потом разберёмся! — тихо сказал Андрей, толкнув локтем нового соседа по парте и сел рядом.

***

Солнце светит в лицо, преподавательница что-то нудно объясняет, но ее особо никто не слушает, а хмурое небо только красит эту картину. Андрея ничего не беспокоит, он аккуратно выводит простым карандашом незамысловатые узоры на вырванном из тетради листочке. Хотя, нет, все же его беспокоит самоуверенный взгляд напротив. Вообще, никто из них не нарушал спокойную тишину, только изредка они показывали друг другу забавные гримасы, даже так неприятели пытались выяснить отношения. — Че это за херня, — шепотом пробубнил Миша, тыкая пальцем в рисунок Князева. — Не смотри тогда, — обиженно ответил парень, отсев от Горшка ещё дальше, а рукой прикрывая свою бурную деятельность. — Ой, больно надо было, — иронично сказал Миха и отвернулся. Хочется отметить, что пересел Мишка со своей любимой последней парты неспроста, ведь там он находился абсолютно всегда, много плюсов, и поспать можно, и поболтать. А в этот день Балунов то ли заболел, то ли просто решил прогулять в одиночку, что странно, ибо всегда приглашал с собой Горшенева. Мише так скучно было, хоть убей, хотелось чего-то веселого. А тут под руку попался этот новенький, редкостный мудила, ещё никто не смел так с Горшком разговаривать. Вот и получается, что подсел проучить негодяя, научить дисциплине. Таким образом, недруги просидели ещё пару уроков молча, каждый занимался своим, а потом Горшок съебался на другой ряд, не обращая никакого внимания на Андрея, болтая с друзьями. Поэтому, Князев мог выдохнуть, наконец-то никто не действует на нервы.

***

Прошел ещё день, проснуться, умыться, поесть и двинуть в школу, ежедневная рутина. Однако, кое-что в этой рутине поменялось, Миха так же не обращал на Князева внимания, Санька уже вышел и Горшку не было надобности пересаживаться. Он даже избегал малейшего зрительного контакта с Андреем, так продолжалось неделю, вроде, бесило сильно, до сжатых кулаков, а, вроде, как-то легче стало на душе. Ну, у Горшенева всё-таки много друзей, у него свои приключения, а доебываться до новенького как-то надоело. У Князева же все как обычно, ничего нового, будни серые, одинаковые, правда, он немного сдружился с девочкой с параллельного класса — Агатой. Агата была очень симпатичной девушкой с каштановыми волосами, привлекала кучу внимания со стороны мужского пола, но Андрей видел в ней, скорее, хорошую приятельницу и эстетичного человека, которого можно было часто рисовать, так как та была не против. Собственно, на этой почве девушка и заметила Андрея, он тогда сидел на подоконнике и писал новые стихотворения, у него была для этого специальная тетрадь, потрепанная временем. — Ничего себе, — мило улыбнулась темноволосая, заглянув тому в блокнот. Андрей поднял голову, увидев перед собой красивую даму в черной футболке группы «Алиса». Он неловко поблагодарил ее, ибо упорство Князева к творчеству редко хвалили, а дальше они продолжили общаться, гуляя вместе по коридорам на перемене. Князев даже перестал взгляды на уроках бросать и беситься на Мишку, как-то странно, может, новая подруга так повлияла. Все так произошло, потому что Горшок исчез из его жизни так же внезапно, как и появился в ней. Привыкать было сложно, отвыкать тоже, но с первым справился, значит, со вторым проблем не должно возникнуть. Но, все не так просто.

***

— Холодно… — бубнил себе под нос светловолосый, осенний воздух морозил горло, а нос слегка покраснел. Парень проводил Агату и сам отправился в путь, съежился, закопавшись в тонкую косуху, чтобы в конец не продрогнуть, но мороз давал о себе знать. Даже в городе не было так плохо, но, в целом, терпимо, он уже привык к атмосфере деревни. Вдруг Князев заметил силуэты высоких парней, идущих навстречу, компанию одноклассников, а в середине шел Горшок, давненько он на них не натыкался, что удивительно, так как все дома находились рядом. — Какая встреча, ё-моё, — восторженно воскликнул Миха, а Андрей ничего не ответил, остановившись. Один из парней подошёл ближе, видимо, пьяный Ренегат, Князев напрягся, глаза забегали, ибо он был куда крупнее Миши, врезать мог сильнее. — Давно не получал? — сделал паузу тот и уже поднял руку для удара, но за локоть его кто-то схватил. На удивление, это был Мишка Горшенев. Да, тот самый, который сам недавно грозился побить Андрея. Князев же пребывал в шоке, но виду, естественно, не подавал. — Реник, ёпт, давай не сегодня? Спешим вообще-то, — Леонтьев в смятении отошёл от Князева, чуть ли не падая от выпитого алкоголя и проследовал за товарищем. — Не сегодня, значит завтра, — обреченно сказал Князев, разглядывая уходящие фигуры в темноте.