Как дух невесту искал

***

Замазыч отлично выспался в эту ночь, и проснулся с рассветом. Юноша протер слипшиеся от сладкой дрёмы веки и поднялся с нагретой земли. Ёшка все ещё сидел у костра, но, по-видимому, уже собирался домой. — Может, сопроводите? — Юноша разминал затекшие конечности перед дорогой. Мысль о том, что опять придется идти в одиночестве казалась неприятной. Всё веселее, чем одному шагать, пока мысли блуждают непонятно где и как. Звездных дух помотал головой: — Днесьзаря занимается. Почивать пора. Замазыч немного расстроился, но ничего не ответил. — Ежели встретишь друга моего, привет передавай, — прежде чем раствориться в воздухе, попросил Ё. Юноша успел лишь в удивлении открыть рот, было уже поздно что-либо спрашивать. Теперь он был один. И так, набравшись терпения, он двинулся дальше. Зябко было в вышине: солнышко никак не прогревало обледенелый склон. И чудно от того, что вроде тепло так близко, а всё же дрожь до костей пробирает. Зуб на зуб у Замазыча не попадал, от того он про себя начал тихонько причитать, что не понимает, кто придумал здесь такой холод устраивать. Шёл себе и шел… Шёл уж почти полдня, да всё говорил сам с собой, чтобы отвлечься от урчания живота и оледенения конечностей. — Всё ему не эдак, всё не так! Как бабка старая! — не выдержал кто-то, и скользнул с солнечного луча на землю, как с горки скатился. Замазыч ойкнул и замер, округлив глаза. — Живот наскучил? — безымянный дух посмотрел на Замазыча без злобы, больше с любопытством. Огромные глаза незнакомца смотрели беспристрастно и холодно. В узких, почти кошачьих, зрачках таилась насмешка, от которой хотелось сжаться в маленький комочек. Замазыч отрицательно помотал головой и напряг плечи, будто готовясь убежать. — Вы знакомы с Ё? — робко спросил он, решив попытать удачу, — он передавал вам привет. — Кто ж его не знает, Замазыч, — расплываясь в ироничной улыбке, произнёс неизвестный. Вокруг него витали маленькие пятнышки света, словно дневные светлячки. — Кто вы, и почему вам известно мое имя? — произнес юноша, стараясь сделать свой голос более уверенным. — Самый лучший из всех существ, И краткий, — серьёзно ответил дух. Пятнышки света объединились в лучи, искрясь вокруг его фигуры. Замазыч зажмурил глаза от невообразимого света. Только один дух был способен на подобные фокусы. Дух Огня. По давней легенде, мир существовал во тьме, пока не появились два самых могучих духа: огненный и звёздный. Звёздный создал на небе светила, огненный вложил в них частички своих сил, чтобы те осветили землю. Товарищи договорились, что один из них будет приглядывать за ночью, а другой — за днём. Так возникло время. Краткий стал покровителем прошлого и настоящего, а Ёшка — будущего. Все остальные духи боялись и уважали их за могучую силу. Замазыч упал на колени, как и следовало жалкому смертному, но Й позволил ему подняться. Он не любил бездушные церемонии. Только настоящий ужас мог его развеселить. — Что, стыдно стало перед девкой? — ехидно-скучающе спросил И Краткий. Он, как и подобает покровителю времени, отлично знал историю этого человечишки. — Прошу, помогите мне её спасти! — взмолился Замазыч, сильнее прижимаясь лбом к земле. И Краткий приподнял одну бровь. Ему стало интересно, на что готов пойти юноша ради искупления вины. — Я готов на всё! — с жаром ответил парень, поднимая горящий взгляд на духа. — И в услужение мне пойдешь? — спросил Й. — И в услужение, и в любое дело ввяжусь, только помогите! — Ну, будь по твоему…

***

Стёрка с трудом разлепила веки поздним вечером. Она проплакала всю ночь, и проспала весь день, так что теперь не понимала, что происходит. «Завтра моя свадьба» — думала она, смотря как пыльные человечки собирают обрезки тканей с пола. Ненависть клокотала в ней. Девушка встала и попробовала разогнуть прутья в окне, мешавшие ей выбраться наружу. Они оказались слишком толстыми и крепкими. Тогда Стёрка дернула ручку двери и, на удивление, та поддалась. В доме царила тишина: ни единого лишнего шороха не беспокоило сонный терем. Осторожно ступая по старым половицам, девушка принялась искать выход. Темно-синяя ночь не казалась такой страшной, когда могла стать спасением. Пыльные человечки побежали за Стёркой. Они безмолвно прыгали ей под ноги и мешали идти. Никто не давал им таких указаний, но они сами старались удержать девушку, которая была нужна их хозяину. Будто понимали, в чем заключается их предназначение. Дух Полей спокойно спал, не ведая о замыслах своей невесты… Пока его подручные не догадались скинуть вазу в коридоре, чтобы поднять шум. Сердце бешено застучали в ушах Стёрки. Она побежала к входной двери. Всего пара метров — и свобода. Ноги стали ватными. Быстрее, быстрее быстрее! Почему же тело такое медленное? Прикосновение пальцев к ручке — и… холодное оцепенение. Стёрка не могла пошевелить ничем: знакомое оцепенение чуть не вогнало ее в истерику. Старик заколдовал ее, не дав сбежать. Он оставил ее прямо там, всего в паре сантиметров от выхода на всю ночь, чтоб не повадно было больше убегать. Если бы только девушка могла заплакать! Какой же болью жгла мысль о том, что выход здесь, всего в паре шагов, но выйти она не может. Свадьбу перенесли на утро. Во дворе поставили арку из синих цветов, тех самых, с венка Замазыча. Пыльных человечков стало в два раза больше. Все они бегали, суетились, готовили и убирали. Дух Полей хотел хорошенько отпраздновать свой триумф, поэтому приказал предоставить ему лучшие явства во всей земле. Стёрка в один миг постарела на много лет, став будто даже старше своего ненавистного жениха. Она осунулась и побледнела. Свет юности в ней померк, уступив место невыразимому страданию. Слезы сожгли ее щеки горячей солью, губы стали похожи на тоненькие ниточки. Уснула нежная краса. Она шла под венец крохотными шажками, спотыкаясь о нелепые юбки и путаясь в колючей фате. « Обождите!» — окликнул их чей-то громкий возглас. Замазыч стоял рядом с И Кратким в портале из солнечных лучей. Дух Полей вздрогнул и обернулся, увидев незваных гостей. Он чуть не сел на пол, вдруг увидев возле себя сильнейшего духа. — Свадьбе не быть, я против этого брака, — объвил И Краткий, бесцеремонно хватая невесту за руку. Дух Полей только позеленел, но не посмел и слова вымолвить. Ослушаться старшего значило накликать на себя беду. Из глаз Замазыча брызнули слёзы, как только он увидел, что стало со Стёркой. Он чуть было не бросился её обнимать, но во время остановил себя, ведь знал, что не имел на это право. Девушка тихо попросила вернуть ее домой, к бабушке. Она даже не взглянула на Замазыча, поблагодарив только Духа Огня. — Прости меня, Стёрка, прошу…— прошептал юноша и прикоснулся к ее плечу. Он плотно сжал губы, чтобы скрыть, насколько сильно они дрожали. — Я… Я пока не могу, — понуря голову, проговорила Стёрка. Она и сама заплакала, услышав, с какой болью извинялся перед ней парень. Обида ещё слишком крепко жила в её сердце. — Ну, довольно уж слёзы лить. Замазыч, ты отправляешься со мной. Будешь мне грядки полоть, — заявил дух, в нетерпении стуча ногой. Замазыч удивлённо вскинул брови и посмотрел на него. — Грядки…?! — До скончания веков! — довольно ответил Й.