Жить ещё не поздно

      Голоса подвыпивших парней разносятся по всему Глэйду. Темноту разрезает лишь яркий костёр, что освещает сейчас лица сидящих, стоящих и лежащих вокруг него. Языки пламени облизывают поленья и тянутся в небо, иногда выплёвывая искры за пределы округа, но быстро растворяясь в ночной темноте.       Жители залпом выпивают отвратные напитки, громко хохочут, нелепо танцуют и еле держатся на ногах — в общем, развлекаются как могут. Кейт не уверена, что кто-то вообще помнит причину их праздника, но, по правде говоря, её это волнует меньше всего. Девушка мигом осушает ёмкость, смутно напоминающую стакан, и присоединяется к веселью.       Она знает, кому можно доверять, а кому не стоит; видит всё на расплывающихся лицах. Одни гадко улыбаются и задерживают свои взгляды на Кейт, а другие больше увлечены компанией друзей и «вечеринкой», нежели чем животными инстинктами. Голубоглазой следует смотреть в оба и держаться рядом с адекватными. Только вот, сама того не замечая, она с треском проваливает эту миссию. Светловолосая оглядывается, поздно осознавая, что поблизости нет ни одного друга. А вот парней почему-то становится больше.       Кейт старается не паниковать, старается сделать вид, что всё под контролем. Она правда старается. Девушка как бы неприметно отдаляется от толпы пьяных людей и, немного пошатываясь, идёт обратно к своим родным, потому что с ними чувствует себя в безопасности.       Голубоглазая ликует, потому что смогла избежать ситуацию, в которой и врагу не пожелаешь оказаться, и по случаю выпрашивает у кого-то (она не запоминает) ещё стакан крепкого, выпивая его за несколько жалких секунд, которые Кейт уже не особо ощущает. Она лишь чувствует тепло, разливающееся по горлу со стремительной скоростью, чувствует, как мозг уже перестаёт работать, чувствует, как приступ тошноты поднимается всё ближе к её языку, но вовремя сглатывает, из-за чего чувствует ужасный вкус, что вызывает рвоту ещё сильнее. Светловолосая выхватывает чей-то стакан, дабы перебить мерзкое ощущение. А ещё она чувствует, как чьи-то пальцы резко и даже грубо выдёргивают из её рук заветный напиток.       Кейт не сразу понимает в чём дело, а потому ещё пару секунд стоит на одном месте, смотря в ту точку, где только что был стакан, и искренне не понимает, куда тот делся.       — А где?.. — она озирается по сторонам и натыкается на светлое пятнышко среди всей этой суматохи.       — Достаточно, — серьёзным тоном произносит парень и медленно выпивает содержимое на её глазах.       — Это моё! — заплетающимся языком пытается выкрикнуть та, но это получается слишком медленно и странно.       — Тебе хватит, — Ньют наклоняется к её уху, ибо иначе его слова растворились бы где-то в воздухе, так и не дойдя до адресата.       Несмотря на то, что кареглазый буквально мгновение назад резвился и хлестал алкоголь со всеми остальными, говорил вполне чётко и ясно, да и на ногах стоял крепко.       — Нет, — Кейт несогласно замотала головой и нерасторопно пошагала до ближайшего напитка.       — Да, — он хватает её за запястье и разворачивает к себе, — правда, хватит.       Голубоглазая упрямо не соглашается с его мнением и пытается отвоевать свою руку обратно. Ну, хотя бы попыталась. Со стороны это наверняка выглядело забавным, только вот никому нет дела до них. Ньют в любой другой ситуации посмеялся бы своим беззаботным, бархатным смехом и ещё долго бы подшучивал над своей подругой. Но конкретно сейчас смеяться не хотелось.       Девушка запинается о свою же ногу, но, к её счастью, парень вовремя ставит её обратно на твёрдую землю. И она расслабляется в его руках. В голове что-то меняется, возмущаться нет сил, а усталость начинает накатывать новой волной. И не только усталость.       — Пойдём, — его нежный голос раздаётся где-то над левым или правым ухом, а ноги уже сами послушно переступают за ним по пятам.       Ньют неторопливо ведёт её за собой в хижину, терпеливо дожидаясь, если возникают какие-либо трудности. Подростки заходят в освещённое здание, и блондин аккуратно усаживает девушку на подобие кровати.       — Воды, — хрипит та, мыслями где-то явно не здесь. Единственное, что она чувствует сейчас — нужда перебить неприятный вкус во рту. Хотя, может, чувствует кое-что ещё, но об этом позже.       — Не умеешь ты пить, — усмехается Ньют и присаживается рядом, протягивая воду и придерживая банку, потому что руки у его недотёпы тряслись, а ему пролитая вода на спальном месте не нужна.       — Ну уж извините, — Кейт довольно хмыкает и улыбается своим далёким мыслям, наблюдая за тем, как её друг убирает «стакан».       — Проспись, дурёха, — он ласково гладит её по белоснежным волосам, — доброй ночи.       Но что-то явно идёт не так, и Ньют не знает, как реагировать на последующие действия его, казалось бы, подруги.       — Может, останешься со мной? — девушка еле шевелит языком, держась за руку парня, которая была на её волосах вот совсем недавно.       — Хорошо, я посижу здесь, пока ты не уснёшь, — тот мягко убирает свою руку.       — Ты не понял, — она принимает сидячее положение, и Ньют слишком поздно понимает, насколько близко их лица.       — Не понял что? — кареглазый тщетно пытается отогнать свои мысли и послать подальше внутренний голос, который вдруг резко заактивничал.       — Перестань притворяться, — он чувствует её горячее дыхание у себя в районе шеи, и это заставляет его знатно напрячься. А ещё он чувствует очень сильный запах алкоголя, исходящий от неё. — Я знаю, ты хочешь этого так же, как и я, — она говорит это томно, почти шёпотом, а её ногти еле весомо вычерчивают незамысловатый узор у него на щеке.       Ещё как хочет.       «При других обстоятельствах,» — внушает себе парень. — «Сейчас ею правит алкоголь.»       — Кейт, тебе нужно выспаться, иначе кто мне будет завтра помогать работать? — пытается отшутиться Ньют, но с места не сдвигается.       «Потому что я обещал ей посидеть с ней, пока она не уснёт.»       Потому что тебе это нравится.       — Ну почему ты такой? — протягивает она, обиженно надув губы. Её рука всё ещё своевольничает на его щеке. — Не притворяйся, у тебя плохо выходит, — она никогда не была так близко.       — А у тебя плохо выходит пить, — снова напоминает парень, надеясь, что она потеряет к нему всякий интерес. По крайней мере сейчас.       Не ври себе. Ты хочешь, чтобы это продолжалось.       — Какая к чёрту разница? Мне сейчас хорошо. Здесь, с тобой, — между их лицами слишком мало расстояния.       — Кейт, пожалуйста, давай спать, — Ньют изо всех сил старается контролировать свой голос, чтобы тот не дрогнул.       «От неловкости.»       От возбуждения.       Они ещё десять секунд молчат, а для блондина эти минуты кажутся невыносимо вечными. Он хочет уложить её спать и поскорее уйти.       Да-да, всё именно так.       — Только если с тобой.       Ньют широко распахивает глаза от удивления и, кажется, мгновенно трезвеет, когда понимает, что Кейт целует его. Впервые целует. Его. Жадно и горячо, по-хозяйски сминая его губы, при этом успевая ухмыляться в поцелуй, когда видит из-под прикрытых ресниц реакцию парня. Она выглядит полностью расслабленной в отличие от него. А он с горечью понимает, что назад пути нет.       Ты проиграл.       Поначалу блондин даже пытался оттолкнуть девушку, сопротивлялся, но будто только для вида, убеждая себя в том, что он пытается противостоять. Голубоглазой, честно говоря, плевать на его выходки, её пальцы расположились на щеках Ньюта, перекрывая все пути к отступлению.       Да что ты говоришь, она еле на ногах стоит, а ты не смог отделаться от слабых касаний? Какой бред.       Он не отвечает на поцелуй, нет, он ни за что не совершит фатальную ошибку. Не хочет, чтобы утром она жалела об этом и извинялась за своё поведение. Не хочет, чтобы это как-то мешало их будущим взаимоотношениям. Не хочет, чтобы она забыла. Или ещё хуже — «это ничего не значило.»       Ньют бездействует. Просто сидит, словно игрушка в руках опьяневшего и потерявшего рассудок кукловода.       Ждёт следующих действий.       — Кейт, пожалуйста… — он разрывает поцелуй и, тяжело дыша, шепчет ей прямо в губы, всё ещё предпринимая попытку остановить это безумие.       — Замолчи, — девушка прильнула к его устам с новой силой.       Ньют думает, что игнорирование это лучший способ в данной ситуации, но когда её пальцы доходят до его пшеничных волос и начинают оттягивать их, ему просто сносит крышу.       Ну, он правда пытался.       «Вдох-выдох.»       Не вышло.       Блондин поддаётся своему желанию. Он больше не может сдерживать его.       Наконец-то ты поумнел.       Но, скорее, «поумнел» здесь вряд ли подходит — он обезумел. Словно дикий зверь накинулся на маленькую, беззащитную жертву.       Ньют охотно отвечает на поцелуй… нет, не так. Ньют берёт всю инициативу на себя, охотно впиваясь в её алые и так давно желанные губы. Чувствует довольную улыбку Кейт, но старается не обращать на это внимания. Да, он с треском провалил миссию никак не реагировать на всё это. Да, и что? И что ему за это сделают? Плевать. Пусть он и покажется слабым в данном поступке — плевать. Кейт забудет, остальные не узнают. Он не остаётся в минусе.       Парень, не разрывая страстный поцелуй, наваливается на неё сверху, заставляя ту принять лежачее положение. Она по-прежнему массирует ему кожу головы, кажется, потеряв стеснение полностью. В помещении жарко. Слишком жарко.       Ньют чувствует пот, стекающий по его лицу, чувствует, что не может перевести дух, чувствует сильное желание, а ещё он чувствует алкоголь, который соединил их. И неизвестно стоит ли его благодарить за такое сближение или, наоборот, осуждать, ибо всё это должно было случиться в другой обстановке, без его помощи.       Благодари его. Весь Глэйд мечтает об этом, а она отдаётся тебе сама. Только тебе. Целиком и полностью.       Ньют хочет возразить внутреннему голосу, но понимает, что здесь он прав.       Она его. Кейт принадлежит ему. В его руках. Ему решать как поступать. И в этот раз он не собирается обращаться за помощью к мозгу.       Светловолосая цепляется за его когда-то чисто-белую рубашку и вновь садится рядом, но уже для другого. Подростки явно не хотят прерываться и до последнего исследуют рты друг друга своими горячими языками. Ладони Ньюта, которые он всё ещё мог контролировать, лежат на шее девушки. Его девушки. Большие пальцы он разместил на её скулах, слегка прикладывая силу. Руки Кейт расположились на его плечах, массируя их, что ещё больше заставляло парня терять контроль над собой, но, надо отдать ему должное что она сейчас и сделает, за то, что тот не перешёл сразу же к кульминации. Эх, а так хотелось.       В комнате невыносимо жарко. Ньют чувствует, как все его волосы намокли, но это последнее, что его сейчас волнует. Хотя, о чём речь, его даже не волнует то, что он не имеет никакого опыта. По крайней мере с тех пор, как он попал в лабиринт, совершенно точно, а вот о жизни до него ему, увы, неизвестно, но тогда он был ещё ребёнком и не мог познать все прелести жизни.       А сейчас познаёт.       Он смотрит на неё и по её нетрезвому взгляду видит — она ощущает то же желание.       Кейт буквально на минуту отстраняется, и ей хватает этого, чтобы спешно растегнуть все пуговицы на рубашке парня, стянуть её и выкинуть куда-то на пол, а после вновь прильнуть к губам, ставшим за это время родными. На этот раз её ладони ложатся на его разгорячённые ключицы, и она ощущает этот жар и желание ещё больше.       Ньют пытается отдышаться, пока её пальчики ловко справляются с его элементом одежды. Как она вообще это делает с таким количеством спиртного в крови? При прикосновении к обнажённой коже он шумно выдыхает, отрезая все пути к отступлению.       Как будто ты собирался.       Теперь его очередь расправляться с её рубашкой. Отрываться от её губ ему не хочется от слова совсем. Он так давно этого ждал. Он так хочет узнать каждый милиметр наизусть. Он так хочет её.       А ещё ты хочешь похвастаться всем остальным.       «Нет, никогда,» — отмахивается Ньют. — «Я не хочу, чтобы у неё были проблемы из-за меня.»       А ещё ты не хочешь проблем себе.       Последнее он предпочитает игнорировать. И вообще, с какого момента он спорит с самим собой?       Его пальцы вслепую находят пуговицы молочной рубашки и начинают свою работу. На секунду ему кажется, что девушка вздрагивает от его действий, будто колеблясь в сомнениях, но это только кажется, да?       Избавившись от верха, ему открывается вид на довольно стройное тело, которое «портит» только завязанная вокруг груди тряпка. На лице Ньюта виднеется зловещая усмешка, а в глазах пляшут черти.       «Конечная,» — думает он, осознавая, что осталось всего лишь несколько шагов до заветного.       Конечная ещё не скоро, — хмыкает дьявольский голос внутри.       Ньют не знает, кого он хочет помучить своим действием, ибо тот вдруг решил не торопиться, а растягивать момент до последнего. Поэтому ткань, служившая неким топом, остаётся на своём месте, чем заставляет Кейт смущаться.       Ну надо же, смущаться.       Кареглазый от губ переходит к, как оказалось, довольно чувствительной шее. Внутри у девушки всё переворачивается, она запрокидывает голову от удовольствия — ей хочется пищать, но она сдерживается, вовремя сглотнув все звуки и шумно выдохнув. Ньют явно доволен такой реакцией, потому и продолжает.       Влажная дорожка из мягких поцелуев стремительно движется к ключицам. Стоит ему коснуться кончиком носа до одной из них, как Кейт приходится больно прикусить губы, дабы не закричать от восторга. А Ньют улыбается, будто насмехаясь над её муками.       — Какая ты недотрога у меня, — шепчет он прямо в самое ухо, обжигая своим дыханием.       Парень кладёт свои руки на её плечи, перед этим откинув её волосы назад, и начинает расцеловывать всю зону, что открыта ему. Кейт мужественно терпит все «издевательства» и молча сидит, кайфуя от всего происходящего. Ну, по крайней мере до тех пор, пока губы блондина не касаются её шейного позвонка…       Девушка сжимает простынь под собой, надеясь, что это хоть как-то усмирит её крики и стоны, но что-то не особо помогает. Зато помогает другой способ — Ньют тут же затыкает её поцелуем, не давая ей даже пискнуть. Она мычит от наслаждения, за что парень кусает её за нижнюю губу, после чего сразу же отстраняется и возвращается на то место, где остановился.       — Ньют… — хриплым голосом просит она, — пожалуйста…       — Что? — он смотрит на неё выжидающе, хочет услышать продолжение фразы именно от неё. А пока что в его распоряжении её верхняя и такая нежная часть тела.       — Переходи… к делу… — она откашливается, пытаясь придать своему голосу уверенность.       — К какому делу? — Ньют нахально улыбается и ждёт.       Но она молчит. Отводит взгляд и молчит.       Парень довольно хмыкает и возвращается к участку задней шеи, из-за чего Кейт снова приходится сжимать челюсть до скрипа. Если их спалят… нет, не надо о таком думать — все до сих пор тусуются на улице, и шанс услышать что-то отсюда крайне мал. Но есть, этого нельзя отрицать.       Кареглазый вновь возвращается к ключицам и ведёт мокрую дорожку ниже. Лишь уткнувшись в ткань, он удосуживается поднять взор на светловолосую, как бы спрашивая разрешение, та без раздумий кивает и через мгновение оказывается без своеобразного топа. И только сейчас она осознаёт, чем они тут занимаются. Взгляд парня теплеет, когда видит замешательство на лице подруги да-да. Он осторожно кладёт свою руку ей на макушку и нежно гладит её по спутанным волосам.       — Тшш, — целует её в лоб, пытаясь убрать страх с её лица. — Я не сделаю тебе больно, — не врёт.       Ньют чувствует, как Кейт снова расслабляется, и продолжает. Ему не терпится приступить к самой приятной части, но перед этим хотелось исследовать её полностью. Или подразнить и испытать себя.       Когда ещё такая возможность будет?       «Теперь всё будет иначе.»       Почему ты так уверен?       Кареглазый продолжает вести дорожку поцелуев всё ниже и ниже… не обделяя ни одну зону на её теле. И попутно смотрит на её реакцию, чтобы её беззащитный образ впечатался ему в память на всю оставшуюсь жизнь.       Он аккуратно придерживает её упругие груди в своих ладошках, иногда несильно переминая их. Кейт приобнимает его голову, терпеливо дожидаясь, когда он вдоволь «наиграется».       — А можно..? — язык не поворачивается, чтобы сказать об ускорении результата, ибо терпеть уже не было сил, на что Ньют, как обычно, усмехается и устремляет свой взгляд на неё.       — А волшебное слово? — он жалобно приподнимает брови и выставляет нижнюю губы, показывая наигранную обиду.       — Пожалуйста? — хрипло и неуверенно.       — Что? Что говоришь? — а вот парень над ней и над её застенчивостью натурально издевается, хотя сам не лучше. Желание стать ещё ближе уже становится таким невыносимым.       — Пожалуйста.       — Неправильный ответ, — он подмигивает и уже было возвращается к прежнему занятию, как рука девушки ловко соскальзывает на его торс.       — Правда? — она повторяет гримасу Ньюта и медленно проводит своими ногтями по его телу, а позже присоединяется и вторая рука. Девушка умело массажирует его плечи и спину, что вызывает новые, невероятные ощущения, что у неё, что у её спутника.       А вот теперь они, можно сказать, поменялись ролями. Кейт чувствует учащённое сердцебиение парня и принимает эстафету. Она будет дразнить его так же, как он её. Ньют шумно вдыхает через нос и недовольно хмурит брови. Нет, мы так не договаривались!       Решив, что с ласками пора бы заканчивать, он валит её обратно на кровать, перед этим заткнув поцелуем, предвидев возможный вскрик от неожиданности.       — Твоя взяла, — блондин пытается восстановить дыхание, всё ещё хмурясь.       Девушка довольно хихикает, и начинается самое интересное.       В тот момент мозг уже перестаёт защищать тебя от этой глупости, он не кричит тебе о том, что это твоя самая главная ошибка. В тот момент ты перестаёшь здраво мыслить, но мыслить тебе необязательно, главное — чувствовать.       А сейчас Кейт чувствует себя слишком хорошо.

***

      Вы когда-нибудь просыпались после хорошей такой пьянки с болью во всём теле, без единого воспоминания и с обнажённым парнем под боком?