Безлунная ночь

      Тигнари сидит в небольшой кухне, смотрит на простую обстановку квартиры и впитывает в себя что-то новое. Все это создано цивилизацией. Та же техника, видимая им в домике егеря, больше подходила для условий леса и пахла чем-то уже связанным с природой. Здесь же, в небольшой квартирке полицейского, витала энергия пыли и человеческого. Настолько удушающе, насколько и интересно. Пластик, металл, небольшие вкрапления дерева и растений, если кактус тянет на полноценное растение в этом пустом месте, где ни солнца, ни нормального воздуха.       — Что тебя сдержало сегодня?       Страж поднимает взгляд на уставшие с проблесками алых пятен глаза и пытается прочесть в них ответ. Сайно пожимает плечами и задумчиво трет подбородок, смотря куда угодно, только не на появившегося столь внезапно Тигнари.       — Если нет опасности окружающим, то стоит ли убивать создание леса? — Сайно садится на поскрипывающий стул и чуть морщится от звука. Страж понятливо кивает. Человек на мгновение закрывает глаза, расслабляясь после трудного дня. Где-то там за окном трещат насекомые и ухают птицы. Сайно удается не уснуть за столом прямо перед гостем только благодаря появившемуся вновь вопросу о сегодняшнем дне. Глаза не открываются сразу, от того интереснее наблюдать за движениями и попытками поймать мысль человека. Тигнари наклоняет вбок голову, и хмурится, стоит Сайно впиться взглядом в него. Почему-то от такого жителя города веяло знакомой неприятной энергией сухости пустынь. Тигнари вздрагивает мысленно и делает глоток предложенного напитка. Чай оказался неплохим. Сайно наконец собирается с мыслями и кивает сам себе.       — Я слишком быстро добрался до конца города. Как? —       — Человеческая природа удивительна во время внезапных ситуаций,       — Тигнари, — Сайно чешет еще не слезший с его шеи укус, где побывали корешки паразита, — это была не та ситуация. Что-то поменялось.       — Хочешь провериться? — человек кивает, пока страж думает, что вообще он должен сказать тому, кого привязал к этому месту и кого спас от вполне возможной смерти. — Побочное влияние нахождения на территории насыщенной энергии в безлунную ночь.       — Какие еще сюрпризы мне ждать? — Сайно наблюдает за выбравшимся из лесу «зверьком», смотрит как тот резво хватает печенье и откусывает со свойственным детям любопытством. Всего мгновение перед возвращением серьезного и ответственного духа леса.       — Никто не знает, — Тигнари дергает ухом, прислушиваясь к обстановке за стенами каменных зданий. — В лесу сейчас опасно. Так что городским не следует ходить туда.       Сайно заинтересовано поднимает бровь, увлекаемый очередной загадкой и едва уловимым запахом ягод. Что-то происходило и прямо сейчас. Почему? Но страж молчал, не желая посвящать человека в дела леса. Пока природа может справиться сама, не стоит привлекать кого-либо со стороны.       Тигнари поднимается внезапно, проходится рукой по голове засыпающего Сайно, на долгие секунды задерживаясь в мягких волосах, расплетая слабый хвост. Мужчина порывается спросить что-то еще, но ресницы трепещут и дыхание успокаивается. Страж приподнимает человека, унося его в соседнюю комнату. Лишь бы за ночь ничего не произошло. Опасностью веет столь отчетливо, что шерсть вздымается дыбом. В последний раз оглядываясь на спящего Сайно, Тигнари выпрыгивает тенью из окна.

***

      — Сайно, — в участке его перехватывает напряженный Кавех. Давно такого не было. Обеспокоенный взгляд, который бывает только у человека, озадаченного столь странным событием, что никак не вписывается в череду привычного, побледневшие руки и едва ли живой голос — все говорило о том, что они вляпались во что-то отвратительное, — ты ведь был не так давно в лесу, да?       — Если тебе нужны остатки тех… — Сайно уже готов вновь повторить одну и ту же версию, что в принципе и была правдивой, но Кавех торопливо машет головой и останавливает его.       — Нет, другое, — Кавех ведет его по коридору, поворачивает в комнату приема и усмехается. — Там же никаких не было культистов и прочего? — на это предположение Сайно недовольно хмурится и хмыкает. — Может, отдыхающие?       — Никого, — Сайно терпеливо ждет перед дверью, пытаясь понять к чему вообще клонит Кавех и кого он нашел на своих утренних прогулках.       — Я нашел двух ребятишек, — наконец сдается и открывает комнату. Там сидели вполне прилично одето дети. Мальчишки лет восьми-десяти. Вот только если они и были отсюда, то явно ни разу не видели ни Сайно, ни Кавеха, ни кого-либо еще. Приезжие?       — Родители? — Сайно закономерно узнает первое, что приходит в голову, однако Кавех пожимает плечами и садится на корточки перед напряженными детьми.       — Расскажите, откуда приехали? — он говорит мягко, непривычно. Сайно хмыкает и падает в кресло, забирая со стола блокнот с ручкой.       — Мы не приехали, — старший, если он правильно понимает возраст ребенка, отвечает бодро, но со страхом. Незнакомые взрослые напрягали. — Гуляли в парке, а потом вышли к реке. Но у нас нет в парке рек, — голос под конец ослаб, срываясь на что-то граничащее с истерикой. Ладонь пропадает в руке младшего ребенка и тот благодарно кивает.       — Тшш, все хорошо, — Кавех хлопает по плечам мальчишек и улыбается. Сайно, ловя момент, наливает детям воды из кулера. В мыслях крутится сон, если это был он. Голос Тигнари донес до него предостережение, которое одни из местных уже нарушили. И тем лучше.       Смотря на то, как на глазах мальчишек начинает скапливаться влага, как старший старается держаться и сжимает ладонь брата, внутри все переворачивается. Архонты, он здесь не помощник. Кавех обнимает ребят, говорит, что вернет их домой, что они просто немного заплутали. Как? Как, бездна, можно заплутать в их отсутствующем парке? Они даже не из этого города… Сайно идет прямиком к аль-Хайтаму, который уже вовсю мониторит различные уведомления о пропаже детей.       — Соседний город, — вместо приветствия, зато сразу понятно. — Мальчишки правда гуляли в парке, а потом пропали. Родители обратились в полицию сразу же. Кавеху повезло наткнуться на них сегодня утром. Вот только пропали они не вчера, а неделю назад, Сайно.       — Дети не выглядят как пропавшие неделю назад, — Сайно и сам напрягается. Что вообще произошло за эту неделю, где были дети? Сейчас, конечно, был еще один момент, требующий прояснения. — Ты позвонил им?       — Приедут через пару часов уже. Они были рады услышать хорошие новости. Аль-Хайтам мог бы сказать что-то еще, но звонок телефона помешал углубиться в дело. Спустя две минуты диалога мужчина становится еще более задумчивым.       — У нас еще одно появление людей. В этот раз прямо на въезде в город. Мужчина вышел как раз на дорогу.       — Что за чертовщина, — Сайно улавливает постукивания пальцев по закрытой книге и ему впервые за все время их знакомства кажется, что Хайтаму интересно. Их аль-Хайтаму, главному безразличному менеджеру по всяким историческим сводкам, становится интересно.       — Такое происходило пару столетий назад, если архивы не врут, — заметив удивленный взгляд Сайно, он все же объяснился. — Тогда причину найти не удалось.       — Или ее решили не озвучивать, — шепотом звучит догадка полицейского, на которую архивариус кивает. — Азар в курсе всего?       — Пока не вызывал.        — Тем лучше.       Оба задумчиво усмехаются. Сайно выглядывает на улицу через почти зашторенное окно. За всеми домами находилась та еще лесная глушь, в которую Тигнари, если это все не было сном, попросил не ходить. Голова с пробуждения побаливает, фантомно ощущается запах и вкус ягод. И что бы Сайно не делал, оно не уходило. След на шее чесался периодически с такой силой, что хотелось прижать лиса к стене или дереву и узнать, почему он все еще не успокоился.       И все же потекли рутинные дела: собрать бумаги, записать наблюдения и показания детей, собрать сводку данных по остальным делам. Два часа прошли быстро. Сайно и аль-Хайтам выбрались из архивов только, когда услышали счастливые возгласы ребятишек и вздохи родителей, нашедших детей.       — Они будто попали во временную петлю,       Аль-Хайтам предпочел не отвечать. Он внимательно смотрел, как отец семейства благодарит Кавеха за участие, как пытается узнать детали того, как пропали дети. Однако полицейский кивает болванчиком и говорит, что сейчас у них нет догадок, они на пути к расследованию. Сайно слышит обе истории, происходящие у них в коридоре, но взгляд его направлен на улицу, откуда видна гневная фигура мужчины, спешащего к ним в отделение. Он успевает протиснуться в их узком коридорчике между воссоединившейся семьей и выскользнуть из здания прежде, чем их многоуважаемый мэр бы разнес отделение.       — Доброго дня, у вас к нам дело? — Сайно едва улыбается, смотрит как бы вглубь человека, и тот теряется.       — Где Азар? — как же давно он не слышал этого голоса. Почему Анпу вообще возится с Азаром?       — Должен скоро подъехать,       Куда именно — Сайно не уточняет. Сегодня их начальника вообще не должно быть, если он успел правильно выучить его дни «отпусков». Предполагалось, что Азар находится в мэрии, но раз его там нет. Что ж… пока все складывается слишком странно. Мужчина недоверчиво хмыкает и начинает отбивать ритм пальцами о подоконник. Обретшая друг друга семья косится на зашедшего человека с подозрением. Они неловко прощаются с Кавехом, прося держать их в курсе разбирательства и выходят из отделения.       — Что у вас тут? — он спрашивает с легким интересом, желая занять себя хоть чем-то.       Кавех, унесший с собой показания, сейчас бы понадобился. Сайно честно не хочет впутываться в разбирательства с главой их городка. Анпу не то чтобы был плохим человеком, однако Сайно все равно было некомфортно отвечать за происшествия, которые он вообще не вел. Аль-Хайтам отвечает сам.       — Всего лишь пропавшие дети. Случайно нашлись рядом с городком.       Что-то едва заметно меняется в лице старого мужчины, и Сайно хочет дать подзатыльник Хайтаму. У того пропал сын, и он все еще этого не знает. Не то чтобы он интересовался сильно этим вопросом, все же у парня был тот еще ветер в голове. И все же это была опасная дорога. Сайно предполагает, что вообще он может сказать в отсутствие Азара, но ему не приходится выдумывать: Анпу лишь вздыхает и с тоской провожает уезжающую семью.       Азар не появляется ни через час, ни через два. Для Сайно это было в порядке вещей. Однако то, что до их руководителя не вышло дозвониться, вызывало вопросы. Глава их небольшого городка попросил передать пожелание о встрече, уйдя спустя минут двадцать ожидания.       — Есть мысли? — аль-Хайтам, кажется, уже что-то прокрутил у себя в голове-компьютере и сейчас пытался собрать все возможное в единую картину. Сайно напряженно почесывает место своеобразной метки и всматривается в строки отчетов.       — Пока нет, — недовольным собственным небольшим провалом, он нехотя все же отвечает, отодвигая в сторону папки со старым делом о пропаже и появлении людей.       — «Пока» — эхом отзывается Сайно, поднимая трубку взревевшего телефона. — Слушаю,       — Сайно, — голос Кавеха напряженный, слышатся птицы и ветер, чего не должно быть, находись он, как и должно, в соседней комнате, — Кажется, все сложнее. Это не похищение.       Укус чешется сильнее, будто бы роясь под кожей, впиваясь чем-то вроде мелких колючек. Тигнари не все выжег в ту ночь? Однако эта мысль проносится мимо осознания того, что Кавех находится где-то в лесу. Хайтам тревожно ждет реакции Сайно, не в силах услышать хоть что-то в этом молчаливом диалоге.       — Ты знаешь, где находишься? — Сайно впивается пальцами в хлипкое дерево стола и правда надеется, что на этом все кончится, что предупреждение Тигнари не будет столь важным во всей суматохе.       — В лесу? — Кавех нервно смеется, точно оборачиваясь в неизвестность и гомон природы. — Тут связь отвратная, а интернета нет.       — Если вообще никак, то оставайся на месте, если хоть что-то услышишь из цивилизации, иди туда. Мы тебя вытащим.       — Ха-ха, было бы здорово, — Кавех теряется в шорохе и шипении сигнала, — у меня только ручка и кружка с чаем с собой.       — Береги себя, — Сайно успевает передать последнее сообщение, прежде чем связь окончательно обрывается.       Хайтам встает с пустым взглядом, он неверяще смотрит на Сайно и молит молчаливо, чтобы это было не то, о чем он подумал, только не Кавех.       — Кажется, все сложнее…       Мужчина срывается за Кавехом, ожидая его увидеть в нужном кабинете, растрепанным, с задумчивым взглядом и живым. Но здание молчит, в ушах отбивает ритм сердце и чувствуется распространяющийся страх вместо интереса к делу.       — Мы его вытащим, Хайтам, — Сайно поддерживающе касается плеча человека и смотрит в сторону леса через окно.       Ни единого намека на похищение, ни единого следа присутствия другого человека, лишь едва уловимый сладковатый запах ягод. Других, не тех, которые оставил после себя Тигнари. И это настораживает. Ему придется зайти в лес вновь, хочет того страж или нет. И если раньше это вынуждалось работой, то сейчас переживаниями за жизнь и состояние Кавеха.       Еще одна бессонная ночь. И лишь бы в лес не пошел Хайтам. Лишь бы в нем не сияла так ярко уверенность в собственном решении. Сайно хмурится, не желая видеть поток мыслей аль-Хайтама.       — Ты останешься здесь, — он смеется, откровенно смеется с этого предложения, пока Хайтам смотрит на него со всей серьезностью.       — Нет, — Сайно усмехается еще раз, чувствуя, как его решение пойти за Кавехом влияет на зуд. — Кто-то должен отвечать на все звонки, Хайтам. А ты это сделаешь лучше нас всех. Я его найду.       Он не готов так просто сдаться. Руки сжимаются в кулак и челюсть напрягается, пока мысли скачут от одного к другому, пока все не просчитывается заново с учетом правильности расстановки их сил. Сайно почти задерживает дыхание, когда срывается бессильное, грустное:       — Хорошо.