Тарланған

После возвращения забытых воспоминаний в семь лет, Орьева снова не говорила три дня. Она больше не больна, могла управлять языком, и голосовые связки были в порядке, но новые воспоминания будто окунули Ксюшу с головой в пережитую реальность, и тело сопротивлялось любым попыткам говорить. Она открывала рот, и тут же закрывала, не в силах издать и звука. Она снова пила мак с вином чаще, чем стоило бы, но, к счастью, через три дня это прошло. Ксения успокоилась и вернулась к повседневному образу жизни. Подруги были рядом и поддерживали её в тяжелый период. С тех пор Настя игнорирует существование всех легенд, поверий, сказаний и баллад о степной нечисти. Хоть Орьева и любит всех своих подруг, но Настя ей ближе всего. Она благодарна ей за заботу. Они хорошо знали друг друга, знали подробную правду о жизни друг друга, как будто, она у них одна и все события происходили с обеими девушками. Однако стоило вернуться на постоялый двор, как Кира начала вспоминать все бредни ее бабушки, которая была местной запугивальщицей детворы, что чуть младше Ксюши. Всё закончилось тем, что Сокова приказала ей успокоиться, не смотря на возраст, и лечь спать. Орьева же провалилась в сон, даже не сняв одежды. Просто посмотрела в окно на приближающийся рассвет, завернулась в покрывало, как всегда пытаясь убежать от прошлого в новый день. ——— — Ты не хочешь попрощаться с башкиром? – спросила Настя Ксюшу, пока та расчёсывала волосы. Все встали в полдень, решая не торопиться и отдохнуть после ночных приключений. Уже умылись, позавтракали в таверне и собрали вещи для возвращения в родные города. Камалия и Кира еще готовятся. — С чего ты решила, что мне стоит это делать? – уже убрав гребень в сумку ответила Ксюша. Она не рассказывала подруге про время проведенное с Агиделем. А после сна она не злится на него, отчасти понимая, что он мог быть так резок из желания защитить Орьеву. Данис мог просто бежать, Ксюша сказала ему спрятаться, но он пошел за ней. — Он тебе нравится. Настя сбивает с мысли со своим ответом. Оренбурженка невольно поморщилась. — Он нравится не мне одной, а конкуренцию я не люблю. — Что, если ты ему тоже нравишься? – почему-то не отстаёт Сокова. — Даже если так, – спокойно отвечает Ксюша, накидывая на плечо накидку и просовывая руки в широкие рукава. Орьева возится с накидкой, поправляет одежду, делая вид, что пуговицы интереснее этого разговора. Хотя не может отрицать желания встретиться с Данисом еще раз, извиниться за то, что напугала его. Встретиться и попрощаться в этот раз навсегда. Дважды они встретились случайно. Третий раз хоть и специальный, но неудачный. Вряд ли судьба случайно сведёт их вновь. Хоть Ксюша и знает, где он живёт, но Святослав поделился, что сам Даниса не видит годами. Поэтому с башкиром у нее всё завершилось, не успев начаться. — Тогда заедем к Пожарскому, купить стрел. Может, новый топор себе присмотришь, – бросает Настя, закидывает сумку себе через плечо и идет к выходу. Соковой никто не говорил про связь между Святославом и Данисом. Но по самодовольной улыбке подруги в ответ на хмурое выражение лица соседки, стало понятно, что она невероятно внимательная. Следит, даже когда кажется, что она не смотрит. Ксюша с нарочито громким вздохом берёт свою сумку и выходит из комнаты вслед за Настей. Подруги игнорируют разговоры местных, выводят лошадей и направляются к кузнице рядом с домом Святослава. Судя по поту на лице и грязному переднику, тот уже работает не первый час. Он откладывает молот при виде девушек и выходит через распахнутые двери кузницы. Улыбаясь ровно до того момента, как Настя спешивается и идет ему на встречу. Камалия и Кира присоединяются к подруге, Ксюша же остается с лошадьми. Святослав готов вести переговоры о цене с кем угодно, но только не с Камалией, потому что ей всегда удается его переспорить и сбить стоимость хоть немного. Всем прекрасно известно, что у Пожарского нет проблем с заказами, а благодаря девочкам у него есть стабильный заработок. В кузнице плавят металл и раскаляют заготовки мечей, из-за чего жар ощущается даже на расстоянии. У Святослава несколько помощников, и пока главный кузнец договаривается с Камалией и Настей о цене, Ксюша наклоняется, чтобы увидеть, кто находится внутри. Один слишком низкий для Даниса, второго ей приходиться рассматривать чуть дольше, но у него волосы короче и темнее. Она держит своего коня под уздцы, притворяясь, что гладит шею животного, но всё равно осматривается вокруг. Хотя что она скажет башкиру? Прости, я бываю не в себе при воспоминаниях о прошлом. Ксюша морщиться от этих мыслей, потому что наверняка именно так и выглядела для него. Чем больше ей приходится думать о произошедшем, тем более неловко себя чувствует. Смущается и невольно закусывает губу, невидящим взглядом обводя Святослава. Вглядывается в окна второго этажа, догадываясь, что там спальни. Орьева сожалеет, действительно сожалеет, что портит свое собственное настоящее. Впервые она всей душой хочет отпустить прошлое. Сбросить эти камни воспоминаний с плеч и побыть немного счастливой. — Он уехал на охоту. Ксюша вздрогнула и моментально опустила взгляд на Святослава. Засмотрелась на окна и даже не заметила, как тот подошёл. — Я не... — Я про Даниса, Ксюш. Ты ведь его ищешь. Да. — Нет. Святослав слегка наклоняет голову, одаривая девушку снисходительно улыбкой. Её это не удивляет. Она бы тоже не поверила. — Данис уехал пару часов назад. Не знаю когда, но он вернется. И просил передать тебе это. Ксения ожидала увидеть что угодно, но только не тонкую алую ленту, украшенную крупными разноцветными бусинами и костяными вырезками. Казаки почти не вплетают ленты в волосы, разве что по праздникам или перед походом к князьям и глашатаем. Для работ достаточно просто заплести косу. Для удобства, а не для красоты. Но Ксюша робко принимает подарок, не зная, что сказать. — Ты извини, он впервые такое сделал, – неожиданно смущенно бормочет кузнец, глядя на остолбеневшую Орьеву. Та продолжала глядеть на ленту в руке, не имея ни малейшего представления, что с ней делать. — За что ты извиняешься? — Воспитал его неправильно. Упустил что-то или неверно вбил мальчишке в голову. Говорил ему, что девушкам такое не дарят. Серебро, золото или жемчуг надо вплетать, а этот всё костями украшает. Какой же девушке это понравится? — Казачке? – внезапно отвечает Ксюша, хотя сама не может понять, утверждает или спрашивает. Святослав хмыкает и что-то неразборчиво бубнит себе под нос. А девушка прячет ленту в карман и, рассеянно кивая, благодарит кузнеца. Настя передает монеты мужчине и привязывает к седельной сумке колчан, полный стрел. Подруги садятся в седла. — Святослав, – неожиданно зовёт Орьева кузнеца, когда тот намеревался уйти. Он отворачивается, а Ксюша не может решить, стоит ли передавать Данису таким способом извинения. — Скажи другу, чтобы никогда не забывал брать меч. Он знает. Кузнец вопросительно приподнимает бровь, но потом обещает передать услышанное. Девушка садится в седло, на всякий случай еще раз проверяет ленту в кармане. Незаметно для нее самой, на улице начинает появляться улыбка.