Магия и прочие неприятности

Все началось с неприятной, но всё же банальности: утром Тэна накрыло дикой мигренью. Жмурясь от неярких светильников в коридоре, он вдоль стенки доковылял до своей лаборатории. Задернул плотные шторы, принял обезболивающее зелье, уселся на пол, зажмурившись и ожидая результата… но зелье сделало только хуже, добавив к ощущению вбитых в голову гвоздей ещё и тошноту — натощак это пить было плохой идеей. Кажется, какое-то время он лежал на полу, прижимаясь виском к потрясающе холодной каменной плитке и надеясь то ли на то, что кто-то из слуг рискнет побеспокоить его, то ли на то, что никто его в таком плачевном состоянии не застанет. Вот Теодор мог бы развернуть масштабную кампанию по спасению любимого брата от страданий, и Кори не преминул бы к нему присоединиться… так хорошо, что они на свою годовщину в очередной раз умотали в экспедицию, не будет соблазна жалобно повыть кому-нибудь из этих двоих о том, как же ему плохо. И всё же как плохо-то, мамочки… Зато когда Тэн огромным усилием воли все же поднялся, держась за чугунную голову, и плюхнулся на стул перед рабочим столом, перед ним появились сразу два вестника — бабочка от леди Фриды и ласка от Кайсса, самых близких его соседей. И он наконец начал понимать, что происходит. Честно сказать, Тэн не думал, что застанет смерть одного из них. Во всяком случае, в ближайшие пару десятилетий. Остальные маги королевства, кажется, тоже такого не предполагали. Однако бабочка развернула крылья, блеснувшие сталью лезвий, ласка встала на задние лапки, бросив перед собой зеркальце в деревянной оправе. Отразившиеся в зеркальной поверхности лица — одно светлое, одно тёмное, но оба одинаково встревоженные — подтвердили тэнову догадку. — Ты жив, — с облегчением в голосе констатировала Фрида, как всегда, выглядящая превосходно. Тэн согласно дёрнул плечом; ему почти стало стыдно за свой растрёпанный вид и отпечаток плитки на щеке, но потом он взглянул на своего второго собеседника, посмотрел, как посеревший Кайсс пытается рукавом очевидно рабочей рубахи утереть бегущую из носа кровь… и понял, что он-то ещё во вполне нормальном состоянии. — Лиандра ответила, у неё какой-то эксперимент из-за этой волны накрылся. Нака́ти где-то за границей… остаётся Тобольд. То-то мне хуже всех, я к его горам ближе всех… — Кайсс вздохнул с гримасой боли на лице, и опёрся на стол перед собой локтями, держась за лысую голову обеими ладонями. Изображение зарябило: то ли Кайссу было настолько плохо, то ли Магия в его поместье волновалась сильнее. — Долго это ещё будет? — жалобно спросил Тэн. Он был из них самым младшим и, несмотря на то, что давно уже догнал своих учителей в искусстве магии, а в своей области перегнал, с таким ещё не сталкивался — да и в конце концов, только перед этими людьми он мог позволить себе поныть. Фрида откинула завитый локон с лица, откинулась на спинку кресла и покачала головой. — Высвобожденная воля Магии… Тобольд был в тройке сильнейших, так что пока оно успокоится, пока уложится в нас… ещё час как минимум. По моим ощущениям, процесс принятия и так необычно быстрый, именно поэтому нам хуже, чем… — она осеклась и добавила мрачно, — чем в прошлые разы. Тэн скривился и со стоном откинулся на спинку стула. Кайсс тихо выматерился. — Вы же понимаете, что я не смогу приехать? В столицу вестника отправлю с предварительным донесением, но в остальном всё на вас, — Фрида слегка демонстративно поправила расшитый мелким жемчугом халат. Тэн попытался незаметно приглядеться, но с ракурса зерцала не было видно её живота — хотя пятый месяц, вроде? Или на этом сроке он еще не очень большой… — У меня с этим проклятым лесом опять проблемы. Выкроить пару-тройку часов смогу, но не больше, — прервал его размышления Кайсс. — Я свободен ещё пару дней, жду, пока один состав вызреет, — без особой охоты отозвался Тэн, — если за три часа не успеем, то останусь, разберу сам. Со снятием потенциала тоже справлюсь, думаю. Фрида с облегчением кивнула и тут же начала диктовать список, что точно и без промедления отправлять ей — некромантия, как и алхимия, порой требовала точнейшего соблюдения сроков. Кайсс тоже покивал, уточнил время встречи, что-то сказал кому-то в сторону и отозвал вестника — ласка кинулась прямо в зеркальце, то с тихим хлопком лопнуло. В воздухе на долю секунды повисла взвесь искр-осколков и тут же растаяла. Фрида закончила диктовку, удостоверилась, что Тэн записал всё, напомнила правила упокоения магов и чинно попрощалась. Бабочка сложила крылья и вылетела через закрытое окно, оставляя за собой искрящийся шлейф. Тэн откинулся на спинку стула, сжал голову руками и зажмурился, коротко простонав сквозь зубы. Впереди был долгий день. *** В два пополудни он появился недалеко от главного входа в поместье Кайсса. Предгорья встретили сильным зябким ветром, молодые клёны, только начавшие желтеть у Тэна дома, здесь окружили его багряно-алым покрывалом листьев. И смыкали свои ряды, заставляя отбиваться от настырных ветвей, пока рядом в каменной стене ограды не открылась калитка и из неё, согнувшись в три погибели, не выбрался Кайсс — в ярко-красном тюрбане, закрывающем лысую голову, плетёной жилетке поверх традиционного южного одеяния, и с внушительного вида деревянным посохом в руке. — А ну брысь! — рявкнул он, замахнувшись посохом, и лес резко отступил от уже слегка взъерошенного Тэна, пристыженно зашелестев листьями. — Совсем тут офонарели, свои же! Тэн встряхнулся, вытащил из капюшона пару листьев и улыбнулся, облегчённо выдохнув — ещё бы минута, и пришлось бы всерьёз отбиваться от чужих подопечных. Кайсс пружинисто подошёл к нему, оглядел с ног до головы и обнял коротко, но так крепко, будто бы пытаясь завершить то, что не успели его деревья. — Давно не виделись, малец. Ну что, полегчало с утра? — поинтересовался он и почесал татуировку на виске, выглядывающую из-под тюрбана. — А то меня вроде отпустило, но ещё подёргивает малясь. Тобольд неслабый мужик был, вот уж правда! — Прошло вроде, — Тэн вытащил из сумки камушек переноса. Без отлагательств сжал чужую ладонь в своей, кивнул спутнику, предупреждая. Зажмурился… и открыл глаза уже стоя у подножия отвесной скалы. Спасибо, Магия, за силу, на лошадях сюда от его собственного поместья добираться пришлось бы недели две. Метрах в двухстах от них возвышался замок, приземистый и с квадратным донжоном, из того же тёмно-серого камня, что и окружающие его скалы. Тэн здесь был впервые. Тобольд вроде был неглуп, но общаться с ним Тэну было не о чем — слишком разные специализации. В юности он и вовсе от всех, кроме Фриды, старался держаться подальше, да и сейчас из всех Магичеств королевства общался чаще всего с ней и Кайссом. Лиандра жила на юге, у моря, с ней неплохо было обсудить алхимию и различия в компонентах, но большим дружелюбием она не отличалась. Нака́ти больше всех них общались с Магией, элементами и духами, и Тэн не знал до конца, почему они говорят о себе так — то ли потому, что Нака́ти, урожденный альфа, так сильно проникся мировосприятием бесплотных духов, то ли потому, что ментально слился с кем-то из них. Тем не менее, впятером они неплохо ладили и иногда даже виделись вне рамок расписания… а вот Тобольд всегда стоял особняком, о своих достижениях в изучении магии чаще молчал и являлся лишь на редкие обязательные собрания. — Местечко жалко, конечно, приятная такая долинка, — посетовал Кайсс, спускаясь к замку по заросшей тропке. Тэн, шагая рядом, аккуратно обошёл сухой кустик вереска, отбросил выбившиеся из косы пряди с лица. — А самого Тобольда? Кайсс хмыкнул и пнул какой-то камень носком сапога. — Мы не особо с ним общались. Я не увлекаюсь всей этой иномирной ерундой, со своим бы разобраться… Да и по-человечески — мутный мужик был, иногда аж до меня всплески долетали от его опытов, такие, знаешь, нехорошие, искаженные как будто. Я демонолога ещё одного знаю, от него совсем не так было… — он поднял взгляд на Тэна, шагнул ближе и натянул тому капюшон плаща на голову. — А ты бы ещё косу распустил, обормот, да в платье сюда прибежал! Совсем мозги в своих подвалах отсидел — с непокрытой головой в местах с таким потенциалом ходить! Заманаешься потом снимать это с себя. Тэн зыркнул на него исподлобья, скрывая смущение от такой дурацкой оплошности, и убрал пряди под капюшон. — Учишь его, учишь, — недовольно пробурчал Кайсс, обходя крупный валун. — А с Тобольдом — хрен ведь его знает, малец, от чего он скопытился вообще. Сейчас может узнаем, а может и нет — иногда Магия тело сразу уничтожает до последней крупинки. А иногда оставляет нетронутым, даже если Магичество давно умер. Про мастера Петро мы долго не знали, он же высоко в Эрейские горы забрался, с нами не общался… да и Магии он в последние годы посвящал всё больше — уже не он её собирал, а как бы наоборот. Так что от него особо и выброса не было, узнали, только когда Фрида к нему спустя пару месяцев сама перенеслась. Он сидел, будто только что заснул, понимаешь? Мы время смерти поняли только по общему фону. Тэн о мастере Петро только слышал — рассказанное Кайссом произошло за пару лет до его рождения. Но все старшие Магичества своего учителя до сих пор чтили, у Кайсса, Нака́ти и Фриды в домах висели его портреты и оставались его вещи. Да, Магия у всех своих проводников забирала некоторую способность к эмпатии в обмен на свою волю, но совсем чувств их это не лишило. Вдруг подумалось: о Тобольде вряд ли кто-то будет так скорбеть и помнить. Он жил здесь бирюком — Тэн окинул взглядом темный камень замка, оскаленные морды демонов на воротах — и, кажется, даже слуг в последние годы не держал, окружённый только своими рогатыми и хвостатыми экспериментами… — Постой-ка, — напряжённо сказал Кайсс рядом. Тэн поднял глаза: на столбе у ворот сидел мелкий демон с оборванной цепью на шее. Опасным он не выглядел, видно, сидел на этой цепи вместо собаки, и после смерти хозяина сорвался. Да и, насколько Тэн помнил краткий экскурс в демонологию, оборванная привязка не позволит ему долго находиться в этом мире, если другую не найдет. Демон странно каркнул и взмыл вверх, оттолкнувшись от столба кривыми задними лапами. На середине движения он застыл, а потом на долю секунды обернулся пламенным вихрем и исчез во вспыхнувшей воронке. — Надеюсь, они там все такие… неконфликтные, — пробормотал Тэн, и лёгким пассом руки открыл ворота. Кайсс за рукав оттащил его от разъехавшихся створок, и не зря — мимо них пронеслось сразу два больших демона животного вида. Тэн их разглядеть толком не успел, как они исчезли в таком же пламени, что и первый. — Здесь ещё силён накопленный Тобольдом потенциал, но привязки у них уже нет, — заключил Кайсс и еле успел отскочить с дороги очередного демона, выкатившегося из ворот. — На нас им плевать, а вот от его магии они пытаются убежать, тратят на это остатки своей энергии и тут же переносятся к себе или развоплощаются. — Тогда те, кто может летать, уже улетели, остальные сейчас через ворота выйдут или через стену, раз уж мы охранный периметр нарушили… а нас точно не тронут? — с некоторой опаской уточнил Тэн. Кайсс покачал головой. — Мы слишком сильны, чтобы на нас нападать ради еды. Ты щит всё равно наготове держи, конечно, но нам вряд ли придётся с кем-то драться. Скорее… кого-то освобождать. — В смысле?.. — А ты приглядись, — Кайсс одним толчком распахнул ворота до конца, огляделся и махнул рукой Тэну, подзывая. — У каждого из них либо ошейник, либо цепи, либо сбруя. Тобольд тот ещё перестраховщик был, кажись. Вполне возможно, кто-то освободиться не смог чисто физически… а убивать беззащитных я не хочу, малец. Пусть даже и демонов.