Мы вместе увидим море

"Это ад. Нет. Это не ад обрушился на землю. Это мы только-только взглянули правде в глаза." Армин Арлерт

Армин знал, что это его последние секунды. Титан из прошлого вырвал его из шеи колоссального и уже сжал вокруг него свои костяные пальцы, не давая дышать и обещая очень скорую и быструю смерть. Оружие, ранее всегда бывшее под рукой, сейчас было сорвано с Армина, как какие-то ничего не значащие тряпки, оставшись в его колоссальном титане, который без него уже рухнул на землю, взметнув тяжелые облака грязно-серой пыли. Еще до того, как один из титанов Эрена его захватил, он уже знал, что проиграет. С каждым ударом Эрена его колосс становился все слабей и слабей, не имея в запасе ничего, что можно было бы эффективно использовать против громадного скелета и полчища гигантов, обступивших Армина со всех сторон. Его друзья храбро сражались с воскресающими по воле Имир титанами прошлого, отражая атаку на хребте скелетоподобного или рядом с ним. Им даже удавалось держать позиции, избавляясь от титанов с поразительной скоростью. Поразительной, но недостаточной. Эрен создавал новых титанов гораздо быстрее, нежели удавалось истреблять старых. Прошло меньше пятнадцати минут, а Жана и Конни уже не было видно. Фалько и Пик были оттеснены от остальных и сражались рука об руку сразу с ордой титанов, не дающих им даже убедиться, жив ли кто-то еще из команды или нет. Энни и Райнер выдохлись, больше не способные призвать своих титанов, точно также, как и сам Армин, который до последнего надеялся, что все это лишь огромное недоразумение, которое все еще можно было уладить мирным путем. Но нет. К сожалению и отчаянию Армина ни один из его боевых товарищей сейчас не мог не то, что помочь ему — они даже подумать о нем в эту секунду были не в состоянии. Никто не рассчитывал, что Армин проиграет Эрену со своим колоссальным, не способный сдержать бронебойный натиск скелетообразного с его жаждой крови и целью истребить всех людей за стенами. Сам Армин отчаянно сопротивлялся, пытаясь вырваться из ломающего кости и разрывающего сухожилия кулака титана, но ни одна его попытка не давала даже малейшей искры надежды на счастливый исход. Титан, лица которого он даже не видел, задался целью не просто избавиться от Армина, а сделать это самым диким, животным и самым болезненным способом, круша Армина с силой пресса, давящего многотонные автомобили и разрывающего людей на части. Закричав от невыносимой боли, Армин сделал все возможное и даже больше, чтобы снова стать колоссом и продолжить сражаться, но силы покинули его гораздо раньше. Он уже лишился способности двигаться и не мог почувствовать, как титан давит его, ломая все кости разом и заставляя кашлять кровью. Его маленькое тело выглядело еще более хрупким и беззащитным в руке титана, заливая огромную жадную ладонь алой человеческой кровью. — АРМИН, НЕ-Е-ЕТ! Отдаленный крик Микасы не дал сил Армину ни шелохнуться, ни оставить последний взгляд на родном лице. Он больше не мог шевелиться, с трудом лишь делая еще один вдох, чтобы тут же с кашлем и кровью вернуть его обратно. Перед глазами все расплывалось, а звуки смешивались в один тяжелый и непрекращающийся гул… оглушающий топот, не останавливающийся ни на секунду и с каждым мгновением уносящий все больше жизней невинных людей, которые провинились лишь в том, что родились не в стенах. Армин не смог переубедить Эрена. Не смог сказать всего, чего хотел и так долго обдумывал. Эрен даже слушать его не стал, в своей излюбленной манере доверяя лишь своему собственному мнению и не беря в расчет ничего кроме. И теперь Эрен убьет Армина и всех тех, кто попытался пойти против. Это… тяжело признавать. Но в этот раз правда оказалась гораздо более горькой. Они не справились. Грохот продолжится, и никто в целом мире не сможет его остановить. Никто. Эрен победил. Титан Имир, проворно вскарабкавшись на костяной скелет Эрена, замахнулся и со всей своей мощью кинул изломанного, едва дышащего Армина вниз, навстречу земле. Не будь у него силы колоссального титана, Армин не дожил бы даже до этого. До момента, когда он наконец принимает поражение, чувствуя лишь бурные потоки воздуха, швыряющие его из стороны в сторону. Стоило ли ему сдаться раньше? Может быть нужно было отступить еще тогда, когда они с Конни убивали своих же товарищей? Или перед моментом, когда он, действуя под руководством Эрена, уничтожил несколько тысяч безвинных людей, призвав колосса в центре плотно населенного порта марлийцев? Или, может быть, ему не нужно было так легко соглашаться и отпускать Эрена, позволяя тому жить на материке, полностью исключив из своей жизни их с Микасой? Что, великий господь, Армин сделал не так? Когда он пропустил момент превращения его лучшего друга в бездушного тирана, жаждущего людской крови больше, чем возможности увидеть огненные реки и землю изо льда? Когда Эрен превратился в монстра, желающего не просто смерти титанов, а полного уничтожения десятка наций, всех детей, женщин и стариков, всех достижений науки и техники, всего, что создали люди за все время выживания на этой планете? Почему Армин ничего не заметил? Почему он не спас Эрена от самого себя? Почему он, Армин, не использовал свой мозг по прямому назначению и ничего не заподозрил, когда внезапно Эрен отдалился от них с Микасой так, словно между ними никогда и не было целой жизни, полной взлетов и падений, проб и ошибок? Так, словно теперь их разделяла пропасть в миллионы километров без единого шанса вернуть все, как было? Они же были лучшими друзьями… Эрен всегда был на его стороне, а Армин поддерживал Эрена. С самой первой их встречи. Это было константой, никогда не менявшейся и лишь порой дававшая осечки, когда Эрен слишком увлекался и не следил за чувствами других людей, которые мог ранить. Но Армин прощал его. Снова и снова. Он давал ему шансы. Он знал, что Эрен всегда говорит не то, что думает и никогда бы не хотел задеть Армина или Микасу всерьез. Эрен был из тех людей, кто всегда в любом вопросе и выборе, в самых тяжелых и страшных обстоятельствах выбирает друзей. Эрен заботился о них, всегда прислушиваясь к их мнению, и давал себя переубедить даже тогда, когда все остальные уже сдались. Армин так хотел в это верить, что встреча с реальностью для него была слишком резкой и болезненной, чтобы принять нового Эрена. Уже далеко не того мальчика с горящим взглядом и пламенем в сердце. Взгляд нового Эрена был жесток и равнодушен, а слова били больнее, чем удары атакующего титана. Ни разу за годы их дружбы, сколько Армин себя помнил, Эрен никогда не бил его. Ни в шутку, ни случайно ни даже на тренировках, где Эрен всегда делал болевые захваты намеренно слабее, такими, чтобы Армин даже не вскрикивал от боли, если их ставили в пару. Но в тот раз… Эрен не просто ударил его. Нет. Он избивал его с таким удовольствием, что Армин не мог даже плакать, боясь, что его друг убьет его, вымещая всю злобу, которую накопил за все то время, что они не общались. Эрен бил его так, словно видел перед собой не Армина, а очередного титана, возжелавшего напасть на него. Но его слова после дали Армину понять, что Эрен изменился настолько, что его первый и единственный лучший друг в лице Армина был больше совсем не нужен. Эрен его ненавидел, стараясь причинить все больше боли, добивая уже не кулаками, а словами, говоря, что Армин жалок и ни на что не годен. Но… Возможно… Капралу, наверное, действительно не стоило спасать его тогда. Командор Эрвин куда лучше бы справился со всем этим адом, обрушившемся на землю и погребающим под собой остатки человечества. Главнокомандующий бы никогда не допустил проигрыша, жертвуя всеми и всем, лишь бы остановить Эрена и гул, устроенный им же, забирающим десятки, сотни и тысячи жизней с каждым шагом колоссов. Армин бы тоже так хотел. Армин тоже хотел бы пожертвовать всем, лишь бы спасти этот мир. Но даже после всего, что сделал Эрен, после его жестоких слов, бесчисленных убийств, бесконечной жажды кровавой свободы, Армин не смог бы убить его. Своей рукой. Он бы не смог сам лишить Эрена жизни, даже если бы от этого зависела его собственная жизнь, жизни всех его друзей и знакомых… если бы от этого зависел целый мир. Он никогда бы не смог на это пойти. С громким резким ударом тело Армина встретилось с твердой как камень землей, оставив противный хруст и треск в тех немногих еще не сломанных титаном костях. О последнем вздохе оставалось лишь мечтать, поскольку Армин не мог больше сделать и его. Слабый и до падения с невероятной высоты пульс замедлялся. Затихал, отсчитывая его последние секунды в этом мире. Небо над ним было таким синим, что слезящимся глазам было больно на него смотреть. Но Армин все равно их не закрывал, зная, что это последнее — что он увидит в своей жизни. Последний глоток свободы перед тем, как все заботы уйдут навсегда, позволив Армину наконец увидеться с теми, кого он так давно потерял. Пришло его время отдать сердце. За своих товарищей. За веру и свободу. За оставшиеся в живых остатки человечества. Невольно закрыв устремленные в небо глаза, Армин наконец отпустил этот мир, погружаясь в бездну беспамятства, утягивающую его в такую глубину, где звуки меркнут, а все живое растворяется, осыпаясь прахом. Смерть, так давно преследовавшая его, наконец нашла свою жертву, забирая Армина в темную пустоту, где больше нет сражений и войн, где ни один шорох не потревожит заснувших беспробудным сном героев. Вечная ночь обнимала его, ласково обволакивая шумом волн и обещая вечный покой. Обещая, что больше никто не причинит ему боль и не заставить проливать слезы. Обещая,что ему больше не придется выбирать и принимать тяжелые решения за остальных, раня свое сердце и терзая душу. Армин наконец-то будет свободен. Он уже не слышал, каким нечеловеческим, душераздирающим криком заходится скелетоподобный титан, враз вырывая сознание из мира Путей и выпуская ошеломленного увиденным Эрена, который даже не допускал мысли, что ему не удастся спасти самого дорогого человека, чью жизнь он хотел сохранить, пожертвовав при этом всем. Но он не успел. Когда Эрен наконец схватил Армина, отчаянно прижимая к себе и защищая в своих объятиях, сердце Армина уже не билось.