Я умру за тебя

«Моя любовь, сегодня нам придётся умереть, А смерть придёт и будет в карие глаза смотреть, И будет гром, кислотный ливень, ядовитый мрак – Когда в тебя влюблялся, было всё примерно так. Мне небо давит на ладони в невесомости, И если упадёшь, я буду на руках нести, Ты мой возлюбленный, красивый, как последний выстрел, Прошу, не бойся, ведь от пули умирают быстро». Это здание стало его тюрьмой. Его камерой смертников. Скоро взломают двери, и… И даже телефон разбит, нет возможности связаться с Чарли, услышать его голос, рассказать ему о том, как сильно он его любит. – Чарли… – Вздох. – Я рядом! – Тёплая улыбка, паренёк вдруг сжал его ладонь. – О. Я схожу с ума, хе-хе!.. – Нет, не сходишь. Джо переместил меня к тебе. – И впрямь, в воздухе витали искорки магии. – Так ты нашёл лазейку?! – Ну, как тебе сказать… – Виноватая улыбочка. – Обратно нас переместить уже никто не сможет, из банка один выход… – Чарли Батлер!!! – Ужас во взгляде. Вы ощущали, когда-нибудь, как земля уходит из-под ног, как весь мир рушится, точно карточный домик? То самое. – Умирать – так рука об руку. – Дурак, какой же… – Пылкий и страстный поцелуй. – Как думаешь, Чарли, через сколько они сломают эту чёртову дверь? – Сердце мощно перекачивает кровь, бьётся о рёбра, сбивается дыхание. – Без разницы! – И жадный поцелуй в ответ, хватая губы любимого, деля с ним каждый вздох. Рубашки в воздух, точно флаги, жадно срываются вещи. Прочь. Всё и все – прочь, ничто и никто сейчас не может помешать. Ну и что, что стоя, прижав спиной к холодной стенке, ну и что, что вместо смазки слюна. – Я люблю тебя!.. – Рик резковато, и, в то же время, бережно входил в Чарли. Тот выгибался, повиснув на нём, обнимая ногами за талию, ласкаясь возбуждённым членом о его живот, и шепча в полубреду, с пьяною улыбкой на губах: – Я люблю тебя, Риккардо!.. А внизу орали сирены, а внизу суетились люди. Но здесь, на третьем этаже, на миг остановилось время, а из звуков – лишь биение сердец, и тихие столь чувственные стоны. … – Чарли, я хотел, чтобы ты жил. – Рука в руке, и двое обнажённых, прямо на полу, среди вороха смятой одежды. На потолке мелькали блики от мигалок полицейских машин, голос Риккардо звучал тихо. – Это всё было ради того, чтобы… – Я не хочу жить без тебя. – Упрямый капризный тон. – Рик… И всё-таки… Мне страшно. – Последняя фраза шёптом, чуть слышно. – Не бойся, нас расстреляют, это… быстро. Ты не будешь мучиться. «Ты мой возлюбленный, красивый, как последний выстрел, Прошу, не бойся, ведь от пули умирают быстро.» – А знаешь, я давно не рисовал, и я бы хотел... – Рисуй, я так люблю твои рисунки, Чарли! – Риккардо улыбнулся. Чарли отыскал свои брюки, достал из кармана несколько маркеров, и принялся осматриваться в поисках подходящего места для картины. – Рисуй на мне, я буду твоим холстом. Чарли кивнул, и принялся разрисовывать живот Рика, тот лежал не шевелясь, стараясь даже дышать поменьше, лишь бы не мешать. Художник был увлечён, по-настоящему, этой любви к творчеству он отдался с той же страстью, что и минутами ранее любви к Риккардо. Целая жизнь в отдельно взятых минутах. И вот, вскоре на коже появились весьма узнаваемые Чарли и Рик, среди травы, и им светило яркое солнце. Солнце Чарли раскрасил оранжевым, алым и жёлтым, всё прочее же было в чёрно-белых тонах. Двое на рисунке крепко держались за руки, и Чарли сверху, над картиной, подписал: «Держаться за руки, встречая рассвет». Рик хмыкнул, и сказал: – Держаться за руки во время расстрела! Чарли долгим взглядом посмотрел в его глаза, и вывел эту фразу под картиной: «Держаться за руки во время расстрела». «Выводишь маркером простые слова, Ты ими разрисуешь всё мое тело: «Держаться за руки, встречая рассвет, Держаться за руки во время расстрела». – Жаль даже, что рисунок испортится! – Выложу в интернет. – Чарли сделал несколько фоток. – Будет самый громкий мой шедевр! Вот. Готово. Что же, идём? – Давай сперва оденемся! – Смешок. – Ты прав, пожалуй. Хотя, всё равно ведь всю одежду попортят, я только вчера купил эту рубашку… – Красивые изящные пальчики художника дрожали на пуговицах. – Чарли. – Да?.. – Всё хорошо. Я рядом. Художник кивнул. – Ты будешь держать меня за руку? – Уже совсем спокойно. – Конечно, любимый, конечно! В памяти осталась каждая ступенька, каждый шаг. Ещё немного, и… … – Приём. Всем приготовиться, преступник спускается! – Ожили рации. – Он не один, приём, внимание, Де'Карли не один. Возможно, это заложник. Приём. – Приём. Нет, это его подельник – Батлер. Приём. Какие будут указания? Приём. – Приём. Всё в силе. Приказ – стрелять на поражение. Приём. … От шага в вечность отделяет одна дверь. Риккардо нажал на кнопку, и… Шум улицы слишком резко ударил по ушам. Рик крепче сжал ладонь Чарли, они шагнули одновременно, и мир тут же взорвался сотней кровавых брызг. Качнулось небо, и дышать стало нельзя. А звуки выстрелов они уже не услышали. … На асфальте, обнявшись, лежали два тела. Переплетённые пальцы, и… улыбки на лицах. Казалось, даже сейчас эти двое были счастливы. Под ними растекалась кровавая лужа, крася асфальт, одежду, сами тела, а на одном из тел сквозь изорванную ткань рубашки на пробитой пулями коже было видно уцелевшую надпись чёрным маркером: «Держаться за руки во время расстрела». … «Тебя не вытравить из моей головы, Ты въелся в кровь, как будто самый дешёвый дым, Ты мой возлюбленный, красивей всяких фотографий, Насилуй мою душу, не закапай кафель. Ты в ссоре матом посылаешь далеко пойти, Больной придурок, всё-равно нам по пути, Ликуй и смейся: погибать – так рука об руку, Лежим в заброшенной квартире как на облаке. На заре, на расстрел, От воды, от огня, Я умру, я умру, я умру за тебя, Я умру, я умру за тебя. На заре, на расстрел, От воды, от огня, Я умру, я умру, я умру за тебя, Я умру, я умру за тебя. Выводишь маркером простые слова, Ты ими разрисуешь всё мое тело: «Держаться за руки, встречая рассвет, Держаться за руки во время расстрела». Моя любовь, сегодня нам придётся умереть, А смерть придёт и будет в карие глаза смотреть, И будет гром, кислотный ливень, ядовитый мрак – Когда в тебя влюблялся, было всё примерно так. Мне небо давит на ладони в невесомости, И если упадёшь, я буду на руках нести. Ты мой возлюбленный, красивый, как последний выстрел, Прошу, не бойся, ведь от пули умирают быстро. На расстрел, на заре, От воды, от огня, Я умру, я умру, я умру за тебя, Я умру, я умру, я умру за тебя. На заре, на расстрел, От воды, от огня, Я умру, я умру, я умру за тебя, Я умру, я умру за тебя. Выводишь маркером простые слова, Ты ими разрисуешь всё мое тело: «Держаться за руки, встречая рассвет Держаться за руки во время расстрела».