Не своди с меня взгляд

— Извини, я должен ответить. — слабо улыбнувшись, произнес парень и, взяв мобильник, вышел на балкон. Он посмотрел на экран телефона и вскинул брови от удивления. «Марсело Мендес». Честно, Тоору долго не мог ответить на звонок, пытаясь собраться с мыслями. Он не понимал, почему тренер сборной Аргентины, с которым парень был знаком около двух лет, решил так резко позвонить ему. Шатен тяжело выдохнул и наконец взял трубку. — Добрый день, мистер Мендес. Вы что-то хотели? — немного неуверенно произнес связующий, нервно перебирая прядку своих волос. — Добрый, Ойкава. Слышал, тебя взяли в сборную Японии, похвально. Но у меня есть для тебя более заманчивое предложение. Сборная Аргентины одержала победу на Олимпийских играх в прошлом году и заняла первое место, только вот наш связующий ушёл из команды, а достойных игроков сейчас найти проблематично. Мне всегда нравилась твоя техника и ты идеально подходишь на эту позицию, поэтому я предлагаю тебе вступить в нашу команду. Тоору замер, смотря в одну точку и пытаясь переварить только что услышанные слова тренера. Сборная Аргентины — одна из лучших команд по всему миру. Это огромный шанс успешно построить свою карьеру, о которой он и мечтал с самого детства. Если бы сейчас парень не был вместе с Атсуму, то не задумываясь согласился, но сейчас… он просто не мог представить будущего без него. Неужели на этом все закончится? Ойкава так долго добивался его внимания и когда получил все, что хотел, все его планы резко срываются. Он не знал, как отреагирует на это Мия. Скорее всего, блондин был бы рад за него, но в глубине души ему будет очень больно. Юноша пытался собраться с мыслями. От этого решения будет зависеть его будущее. Либо он проведёт жизни в другой стране, играя в одной из лучших команд мира, либо он будет в родном городе рядом с тем, кого безумно любит. Черт. Слишком сложно. — Извините. Можете дать мне время подумать? Это слишком резкое заявление. — произнес Тоору. Сейчас он чувствовал, как руки начали трястись, а виски пульсировали. Только пару минут назад все было прекрасно. — Да, Тоору, Конечно. Я тебя понимаю. Как надумаешь — позвони. Я буду рад видеть тебя в сборной. — напоследок сказал мужчина и положил трубку. Ойкава достал из кармана сигарету и поджег ее, нервно вдыхая дым, который стал заполнять его лёгкие. Что же сказать Атсуму?.. Он же по-любому будет спрашивать кто звонил. Конечно парень собирался сказать ему правду, но как? Тсуму стоял в недоумении. Кто мог позвонить его парню утром в выходной? До тренировок в сборной оставалась еще неделя, да и вряд ли тренер бы беспокоил его в такую рань. Он стоял и смотрел вслед уходящему Ойкаве. «Мендес». Неужели?.. Это имя было хорошо знакомо Атсуму. Сборная Аргентины — одна из лучших мировых команд. Марсело Мендес — их известный тренер. Победители Олимпиады остались без связующего. Сложить два кусочка пазла было не сложно. Сложно было это принять. От осознания кольнуло в сердце. Неужели все закончится так быстро? Мия в спешке оделся и открыл на кухне окно, чтобы проветрить голову. На подоконнике лежали сигареты Ойкавы. Он достал одну и поднес к губам. На холодильнике висело их фото, сделанное совсем недавно. Блондин взглянул на него и, тяжело улыбнувшись, поджег сигарету. Дым заполняет легкие. Горечь табака — вкус Тоору. Он продолжал смотреть на фото, пока сердце пыталось восстановить нормальный ритм. Оно пропускало удар за ударом. Отпускать того, по кому скучал так долго, совершенно не хотелось. Но Тсуму сможет. Сможет ради него. Сборная Аргентины. Звонок главного тренера. Мия знал, что Ойкава давно украдкой учил испанский. Он знал, что парень ночами грезил об Аргентине. Он не мог стать тем, кто разрушит его мечты. Он слишком сильно любил его. Кажется, руки совсем не слушались. Трясущиеся пальцы еле поднесли сигарету ко рту для следующей затяжки. «Извините. Можете дать мне время подумать? Это слишком резкое заявление. «. Мия словно вышел из транса. Нет. Нельзя позволить ему упустить такой шанс. Блондин не простит себе, если Тоору останется из-за него. Он облокотился на стену сзади и спустился по ней вниз. Сидя, он зарылся руками в свои волосы. Хотелось кричать от абсурдности всей ситуации. Он не мог показать слабость. Не сейчас, когда Ойкава должен принять самое важное решение в своей жизни. Сдерживая слезы безысходности и грусти, он сделал последнюю затяжку и встал. Обернувшись ко входу на кухню, Мия увидел шатена. — Ты поедешь в Аргентину, Тоору. Я дождусь тебя. Только несколько минут назад все было прекрасно. Тоору впервые чувствовал себя таким счастливым рядом с тем, кого безумно любит. Конечно, он давно мечтал о том, чтобы играть в одной из лучших сборных мира, но почему именно сейчас?.. Почему именно в тот момент, когда в его жизни все наконец-то наладилось?.. Так всегда, жизнь дарит одно, но забирает другое. В жизни человека не может всегда быть только белая полоса. Около двух лет назад Ойкаве посчастливилось съездить в Аргентину и посмотреть их матч. Именно в этот момент он дал себе обещание, что несмотря ни на что попадет в эту команду и будет играть основным связующим. Там шатен познакомился с тренером и с несколькими игроками. После чего Менденс стал частенько наблюдать за матчами Тоору. Он увидел его потенциал, любовь к волейболу, а самое главное — связующий прилагал все усилия, чтобы бы добиться своей цели. Именно это и нравилось тренеру в Ойкаве. Шатен тяжело вздохнул и приоткрыл рот, чтобы сказать обо всем Атсуму, но тот его перебил. «Ты поедешь в Аргентину, Тоору. Я дождусь тебя»… Его глаза расширились в несколько раз, а сам он не мог сказать ни слова. Кажется, это именно то, что он хотел услышать от блондина. Эти слова были искренними, связующий был уверен в этом на все сто процентов. Но в его голос немного подрагивал, раскрывая все карты. Ему было больно, безусловно, и шатен знал это. Честно, он был готов отказаться от предложения Менденса, лишь бы быть рядом с Атсуму. В Аргентине у него нет близких, никто не сможет поддержать и успокоить, а самое главное — никто не будет заставлять его искренне улыбаться, также как Мия. Сердце неприятно кольнуло. Ойкава стоял молча около минуты, пытаясь связать хотя бы пару слов в своей голове. Руки стали трястись, поэтому он по привычке засунул их в карманы и отвел взгляд. — Тсуму. Я. Я просто не могу уехать, оставив тебя одного. Если я соглашусь, то контракт будет подписан на три года, а это слишком долго. Сердце сжималось до размеров атома. Он знал, что если Тоору уедет, то это будет не один месяц, а несколько лет. А если все будет хорошо, то контракт могут и продлить. Он все прекрасно знал, но не мог стать для него грузом, который не позволит развиваться. Сжав кулаки сильнее, Мия посмотрел в глаза Ойкавы. Он видел, как переживал и метался тот. Его глаза наполнялись слезами. Сдерживать их было все труднее. — Ты можешь, Тоору. Позвони тренеру и договорись о перелете. — собравшись с силами сказал блондин. Он знал, что ему самому будет душно в Токио без этого ледяного парня. Казалось, воздух уже заканчивался. Он пытался набрать полные легкие, но не выходило. Словно что-то мешает внутри. Как будто шкатулка с двойным дном, где внутренний замок перестал работать. И никто не знает, заработает ли вообще. В голове проносились их моменты. Их взгляды на матчах, разговоры до полуночи. Их первая ночь, поход в кино, цветы, которые он подарил Ойкаве. Тсуму никогда не сможет забыть это. Учащенное биение маленького комочка в груди давало о себе знать. Единственное, чего боялся Тсуму, что Ойкава его забудет. Заменит на кого-то поближе. На того, кто сможет обнять после тяжелой тренировки. Чьи губу будут находиться на расстоянии пары сантиметров, а на нескольких сотен километров. Мама говорила, что если действительно любишь кого-то, то нужно уметь отпускать. Ему так будет лучше. А Тсуму? Тсуму сильный. Он справится. Всегда справлялся. И плевать, что сердце все еще сжимается, а соленые слезы вот-вот польются из глаз. Плевать, что дышать тяжело так, как не было никогда. Плевать, что голова сейчас лопнет от переизбытка эмоций. Тсуму справится. Всегда справлялся. Он развернулся и подошел к окну. На подоконнике все еще лежала пачка сигарет. Он достал еще одну. Ухмыльнувшись своим мыслям, он затянулся и оперся руками на подоконник. — Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется… — наполняя легкие дымом, он пытался вдохнуть как можно больше, но «шкатулка» все еще была закрыта. — Но не думай, что я проиграю тебе на матче… — он грустно засмеялся. Развернувшись к Ойкаве, он попросил того подойти. — Если любишь, надо отпускать, малыш. Ты всегда будешь жить в моем сердце. — он взял его за подбородок и слегка приоткрыл рот, выдыхая туда дым. — Я почему-то чувствовал, что все не может быть так хорошо. — Мия порылся в кармане брюк и достал коробочку. Внутри оказались два одинаковых серебряных кольца. Они были тонкими и изящными, совсем не вычурными. — Это не предложение, это кольцо-обещание. Я обещаю, что буду любить тебя, несмотря ни на что. — Тсуму взял левую руку парня и надел кольцо на безымянный палец. — Я дождусь тебя, малыш, мы справимся. Время будто бы остановилось. Сейчас от решения шатена зависело его будущее. Ещё вчера он представлял как будет играть в одной команде с Атсуму, засыпать с ним в обнимку после совместного душа, накручивать на палец его светлые волосы, целовать его теплые и невероятно сладкие губы. Неужели, все могло измениться по щелчку пальцев? Тоору, конечно, мог согласиться на предложение тренера и переехать в Аргентину. Но есть одно но. Теперь он будет засыпать в одиночестве, вновь трястись от холода, как это было раньше, никто не согреет его также, как Мия. Никто не сможет дарить ему столько любви и ласки. Слова блондина отдавались эхом в голове. Он внимательно смотрел в его темно-янтарные глаза, в которых можно было разглядеть всю боль, которую он сейчас испытывал. Для Ойкавы было пыткой смотреть на то, как больно сейчас им обоим. Он хотел быть рядом с ним до конца жизни и хочет до сих пор, но никто не даст гарантии, что их отношения сохранятся. Тоору сильно боялся того, что Атсуму найдет того, кто будет рядом с ним во время того, как он находится за несколько тысяч километров. Шатен медленно обвил руками его талию, продолжая смотреть в глаза. Сейчас Ойкава винил себя во всем. Кажется, Мия начал курить лишь из-за стресса, который сейчас испытывает. Если бы не Тоору и этот проклятый звонок от тренера, то всего бы этого просто не было. Блондин готовил бы ему завтрак каждое утро, а после они бы вместе шли на тренировку. Теперь это останется только в мечтах. — Тсуму. Я просто не могу так. Не могу оставить тебя одного. — тихо произнёс шатен и опустил взгляд, смотря на серебряные кольца. Тоору взял одно из них и надел его на безымянный палец Атсуму. Ком подступал к горлу, полностью перекрывая дыхательные пути. Связующий уже был не в силах сдерживать слезы. Он уткнулся лбом в плечо парня и крепко обнял его. — Я тоже обещаю, что буду любить тебя вечность… И одержу победу в матче против тебя. — подрагивающим голос сказал юноша, сильнее прижимаясь к телу блондина. Эти объятия отличались от прошлых. Они были пропитаны искренними чувствами и болью, которую они оба сейчас испытывали. Аргентина — страна мечты многих людей. На всех континентах ее считают родиной танго и стейков. Она славится своим гостеприимством и считается местом, где проживает много жизнерадостных людей. Многие туристы, приезжающие в эту страну, оставались там жить. Уж слишком там было красиво. Но для Ойкавы это была страна возможностей. Он мог успешно построить свою карьеру и посвятить жизнь волейболу. Но без Мии это казалось чём-то нереальным. Тоору не сможет получать от него той поддержки, которую получает сейчас. Да, они точно будут созваниваться по видеосвязи каждый день после изнурительных тренировок, но этого недостаточно. Ему точно будет не хватать теплых объятий, поцелуев и его улыбки. И все же, нужно жертвовать чем-то, ради своей мечты. Ойкава чуть отстранился и коснулся холодными пальцами подбородка блондина. Второй рукой он ловко забрал у него сигарету и притянул ближе, накрывая его губы своими. Сердце бешено колотилось, а дышать становилось с каждой секундой все сложнее. Тоору искренне любил Атсуму и был готов на все, ради того, чтобы сохранить их отношения, но сейчас все было намного сложнее. *** Надейся на лучшее, а готовься к худшему. В жизни так всегда. Особенно, когда все идет слишком хорошо. А всегда ведь не бывает идеально, правда? Мия это прекрасно знал, но все же верил в их с Ойкавой будущее. Тсуму снова остался один. Вечером того же дня Тоору уехал к себе собирать вещи. Блондин бесцельно смотрел куда-то вперед, сидя на полу рядом с батареей. Этой зимой в Токио значительно холоднее. Хотя может это не из-за погоды? Может быть сердце все еще не прогоняет кровь по телу, потому что рассыпалось на осколки? Боль пронзает грудь, словно кто-то вырезает его сердце, чтобы положить в сундук мертвеца, а ключ подарить морю. Если бы все было так просто, Тсуму, наверное, согласился бы стать бессердечным. Лишь бы не чувствовать ту боль, которую ничто не может заглушить. Пепел кружился в воздухе. Атсуму Мия теперь курит? Подумав об этом, он усмехнулся и посмотрел на тлеющую сигарету в руке. Казалось, что никотин притупляет боль. Казалось. Только казалось. Вокруг лежали потухшие окурки. В пачке оставалось еще штуки три. А сегодня утром она была целая. Он просто сидел и пускал клубы дыма куда-то вверх, пытаясь разглядеть в них знакомые очертания. Почему этот парень так влияет на него? Никто не привязывал Тсуму к себе за несколько дней. Никто не влюблял в себя так сильно. Хотя Мия уже не уверен, нравился ли ему кто-то до встречи с Тоору. Только шатен заставлял его улыбаться так искренне. Только с ним он чувствовал себя спокойно. Расставаться в такой момент тяжелее всего. Они только только оттаяли друг к другу после длительной ссоры. А что сейчас? Разбегутся по разным концам планеты. Найдет ли Тоору время и желание, чтобы ему писать? Тяжело улыбнувшись, он взглянул на кольцо. Уличные фонари бликовали на тонком серебряном обещании. Ночью все становилось еще красивее. Готовиться к худшему? А что если Тоору найдет себе кого-то? Или Иваизуми внезапно нагрянет со своими объятиями? Мия, наверное, умрет от боли в груди. Или точно вырежет себе сердце и спрячет подальше в сундук, чтобы его точно никто не смог найти. Но, если честно, то как бы ни было больно ему, он ведь всегда желал только лучшего для шатена. Если ему так будет лучше. Если кто-то будет ему дороже Тсуму. Нет. Слишком страшно об этом думать. И сердце сжимается еще сильней. Он ведь любит Тсуму, да? Он не поступит так с ним. Они обязательно встретятся в перерыве между сезонами. Ведь так? Мия пытался себя успокоить. Его уже лихорадило. Он докуривал последнюю сигарету. В животе урчало. Он ничего не ел с утра, а на часах уже было 4:15. Он просидел так всю ночь. Не хотелось идти в кровать, да и в принципе двигаться. Он как будто наказывал себя. Истощал. Винил за что-то, сам не зная причины. Шум в ушах и тягучая вязкая боль. Экран телефона загорелся. Смс от Тоору. «Я улетаю завтра утром». *** Сердце шатена разбивалось на множество мелких кусочков каждый раз, когда он вспоминал Атсуму. Тоору всячески пытался отогнать подобные мысли, но всё было тщетно. Он просто не мог представить несколько лет своей жизни без блондина. Кажется, Ойкава стал зависим от него. Неужели за эти несколько дней он привязался к нему настолько сильно?.. Ему хотелось радоваться победе вместе с парнем, а потом засыпать в одной кровати после изнуряющего матча. По приезду домой шатен достал большую сумку и стал закидывать туда свои вещи, даже не складывая их. Подобных чувств он никогда не испытывал и даже не мог понять, что это за чувства. Опустошение? Злость? Или грусть? Он никогда не думал, что сможет полюбить кого-то, кроме Мии или заменить его кем-то другим. Никто бы не смог дарить ему столько заботы, любви и поддержки, в которой он всегда нуждался. Только Атсуму знал его лучше него самого и мог с пониманием выслушать все то, что он так хочет высказать. До их знакомства и даже в начале их общения Тоору вечно держал всё в себе, из-за чего частенько у него бывали срывы. Нервная система просто не может выдерживать столько, именно поэтому Ойкаве стало намного легче, когда он стал выговариваться лису. Парень закрыл сумку и тяжело выдохнул, пытаясь смириться с тем, чего уже не изменить. В глаза бросилась их совместная фотография, висевшая на стене, которую Тоору сделал совсем недавно. Они оба были счастливы и по уши влюблены в друг друга. Шатен сорвал фотографию со стены и засунул ее в карман куртки, в которой собирался завтра ехать. Он устало прикрыл глаза и зарывшись руками в каштановые волосы, скатился по стене вниз. Больно. До жути больно. Ойкава сжал собственные волосы и все же дал волю слезам. Спустя несколько минут он немного пришел в себя и стал рыться в карманах в поисках пачки сигарет. — Черт. Походу я оставил их и Тсуму. — на выдохе произнес шатен и, накинув куртку, быстро вышел из дома. В этом году в Токио довольно холодно. Мороз вызвал румянец на щеках парня. Он зашёл в магазин и встал в очередь на кассе. Из головы всё ещё не выходили слова Атсуму. «Ты можешь, Тоору. Позвони тренеру и договорись о перелете…». Он прекрасно знал, как было больно говорить это и как сложно отпускать того, кого безумно любишь. Ойкава не хотел оставлять Мию одного, но уже все решено. В голове на миг появилась мысль, чтобы позвонить тренеру и отказаться от его предложения. Он уже достал телефон, как тут из мыслей его вывел чей-то голос. — Молодой человек, не задерживайте очередь и оплачивайте покупку. — произнесла старая женщина, стоявшая позади шатена. Он лишь поклонился ей в знак извинений и оплатил сигареты, выходя из магазина. Открыв пачку, Тоору достал одну и зажал ее между губами, зажигая. Парень сделал затяжку, легкие заполнил дым, который помогал ему на время успокоиться. Уже дома, он устало завалился на кровать, смотря в потолок. Он чувствовал, что будто внутри него ничего нет. Было жутко холодного. Именно сейчас ему очень не хватало Атсуму, который всегда был готов согреть. Время тянулось очень долго. Час. Два. Три. Весь Токио уже погрузился в сон, но Ойкава продолжал смотреть в этот чертов потолок. Он был закутан в два одеяла, но все равно дрожал от холода. С горем пополам шатен все же уснул. До будильника оставался всего один час. *** Аэропорт был далековато, поэтому нужно было быстро собраться. Тсуму не спал сегодня. Подойдя к зеркалу в ванной, он увидел разбитого человека. Мешки под глазами, небольшая щетина, впалые щеки. Мия коснулся себя и покрутил лицо в стороны. «Мда. Тоору не должен увидеть меня таким…». Он включил горячую воду, взял бритву и вспенил в руках гель. Аккуратно размазав ментоловую субстанцию по щекам, он провел бритвой от шеи к подбородку. Несколько раз повторив это движение, Тсуму перешел к щекам. Закончив, он залез в горячий душ. Зеркало запотело практически сразу же. Мия любил высокие температуры. Саму шутил, что его брат настоящий Люцифер, раз его не берет даже это «адское пламя». Мятный гель для душа, за которым Тсуму гонялся по всему Токио, приятно контрастировал с горячей водой покалывал кожу. Капельки стекали с острых ключиц на сильную грудь, по четко очерченным кубикам парня достигали его главного достоинства и летели вниз к его ногам. В квартире было холодно. Выйдя из ванной лишь в полотенце, Мия сразу же вспомнил о пледе и завернулся в него как в кокон. Нужно было позавтракать. Блондин быстро пожарил пару яиц и заварил чай. Не хотелось делать что-то сложнее яичницы. Не для себя. Для Ойкавы хотелось готовить завтрак. По-настоящему готовить. Панкейки, тосты, кашу с фруктами, блинчики, вафли. Тсуму все еще не мог принять его отъезд. Так было нужно. Но хотелось ли ему этого? Конечно нет. Нужно было уже одеваться. Сколько оставалось времени? Тсуму посмотрел в телефон. На заставке — фото с Ойкавой. В сердце немного кольнуло. Блондин слабо улыбнулся. Захотелось вдохнуть запах шатена, зарыться в его волосы. До выхода оставалось 5 минут. Атсуму уже вызвал такси. Он быстро натянул джинсы и свитер. Чуть пшикнув на себя духами, парень надел пальто и вышел на улицу. Поездка казалась слишком долгой. Время словно специально замедлилось. Он пытался не думать о плохом и просто немного вздремнуть. Но каждый раз, когда парень закрывал глаза, он видел, как Тоору улыбается. Смеется над чьими-то шутками. Он видел его счастливым. Но сам стоял в стороне. Тсуму был просто наблюдателем. Его не было «там». Может Ойкаве так будет лучше? Поблагодарив водителя, он зашел в аэропорт. Ойкава стоял на стойке регистрации. *** Всю оставшиюся ночь Ойкаву сильно трясло от холода, хотя отопление было включено и окна закрыты. Шатен спал в теплых домашних штанах, в толстовке и носках, но ничего не помогало. Его кожа немного побледнела и стала очень холодной, как раньше. Неприятный гул будильника заставил его сонно приоткрыть глаза, сразу испортив настроение. Как же ему не хватало тех теплых поцелуев Атсуму по утрам и аромата уже приготовленного блондином завтрака. Тоору выключил будильник и сильнее закутался в одеяло, выходя на балкон. На улице ещё было темно и очень холодно, из-за чего только сильнее клонило в сон. Связующий достал сигарету из пачки и зажал ее губами, пытаясь найти зажигалку. Видел он плохо, так как явно не выспался, а глаза на зло не хотели открываться. Руки тряслись от холода, но все же он нашел зажигалку в кармане пальто и поджег сигарету, делая затяжку. Голова была забита мыслями об Атсуму. Он знал, как ему сейчас было тяжело и от осознания, что именно шатен приносит ему столько боли, хотелось все бросить и остаться в Токио рядом с ним. Ойкава потушил сигарету и выкинул окурок в пепельницу, выходя с балкона. Он зашел в ванную и посмотрел на себя в зеркало. Синяки под глазами были очень видны на бледной коже, немного покрасневшие глаза. Тоору включил тёплую воду и стал умываться. Спустя пару минут он вытер лицо полотенцем и вышел на кухню, чтобы поставить чайник. Он ещё не осознавал до конца, что ему придётся расстаться с блондином на очень большой промежуток времени. Знал, как ему будет сложно без него, но уже нельзя было что-то изменить. Заварив себе крепкий кофе без сахара, он сделал пару глотков. Горячий напиток неприятно сжёг язык, заставляя проснуться. Ойкава посмотрел на часы. 6:45. Пора выходить. Шатен помыл кружку и накинул свое бежевое пальто, замотавшись в чёрный, тёплый шарф. Он закинул на плечо сумку и вышел из квартиры, закрыв дверь на ключ. Спустившись вниз, парень вышел на улицу, где его уже ждало такси. Тоору сел в машину и сказал водителю, куда ехать, сразу передав деньги за проезд. Парень облокотился на спинку сиденья и уперся головой в стекло, прикрыв глаза. Подъехав к аэропорту, шатен поблагодарил таксиста и вышел из машины. Он прошёл ручной контроль и встал в очередь на стойке регистрации. Обернувшись лишь на секунду, Ойкава сразу заметил знакомый силуэт и замер, внимательно смотря на блондина. Если честно, он почему-то думал, что Атсуму не придет его проводить. Отпускать дорогих людей очень тяжело. Отойдя от минутного ступора, он быстрым шагом подошёл к Мие и крепко обнял его. Тепло. Тоору зарылся ледяными руками в его волосах и вдохнул уже любимый им парфюм. — Тсуму. Я безумно люблю тебя. — уткнувшись носом в шею светловолосого, прошептал парень, продолжая крепко обнимать его. Как держать себя в руках в общественном месте? Особенно, когда тебя почти в последний раз обнимает самый дорогой человек. Как не сорваться и не забрать его обратно домой и спрятать ото всех. Чтобы Тоору принадлежал только ему. Чтобы они всегда были вместе. Но ведь птичке тесно в клетке. Так и Ойкаве стало бы тесно там, где он не может развиваться. А стоило ли вообще держать себя в руках? Да, однополые пары все еще не до конца приняты обществом. Но не плевать ли? Мия сорвался. Как голодный пес, который сидел на цепи всю жизнь, а перед ним помахали куском мяса. Он зарылся пальцами в волосы Ойкавы и прижался к нему лбом. Он не мог поверить, что не увидится с ним еще по меньшей мере полгода. А может и больше. Сердце колотилось с бешеной скоростью. Хотелось надышаться им вдоволь, но все никак не получалось. — Я люблю тебя, Тоору. Я буду тебя ждать — прошептал он в губы шатена и впился в них поцелуем. — Пожалуйста, звони мне. И обязательно напиши, как приземлишься. И как заселишься. И про тренировки. — блондин неразборчиво тараторил, пытаясь уместить в более менее связные предложения все свои эмоции. Тсуму посмотрел в глаза цвета горького шоколада. Они молчали так несколько минут, пытаясь запомнить каждую ресничку, каждую родинку. Они словно общались без слов, одними глазами. Такое чувство, что мир остановился, и остались только они — безнадежно влюбленные, расстающиеся на несколько лет и обещающие любить все это время. «Заканчивается посадка на рейс ХХХ Токио — Буэнос-Айрес». Пора прощаться. Руки не хотели слушаться и все еще оставались в его волосах. Теплое тяжелое дыхание Атсуму согревало вечно холодный нос Тоору. В последний раз. Но ведь в Аргентине тепло? Тсуму мысленно успокаивал себя. Тоору не замерзнет. Его будет греть яркое солнце. И он обязательно купит одеяло. Они ведь будут созваниваться, верно? Хотя бы раз в пару дней? Мия не мог ответить на эти вопросы. Он боялся на них отвечать. Поцеловав Тоору в последний раз, он передал через губы всю свою любовь к этому парню. «До встречи, Тоору» — прошептал блондин. С трудом выпустив его из своих объятий, Тсуму остался стоять и смотреть, как Ойкава уходит. Он помахал ему рукой и отправил воздушный поцелуй. Приложив руку к сердцу, Мия улыбнулся. Впервые с момента звонка Мендеса. Из панорамных окон аэропорта было видно стоянку самолетов. Дождавшись, когда Тоору будет подниматься по трапу, Тсуму украдкой сфотографировал его и проводил глазами в салон. Самолет взлетал. Мия смотрел в небо, а в голове крутилось это грустное «прощай». Он отпустил его. Отпустил к мечте. На выходе из аэропорта сердце сжалось от осознания. Он остался один. В этом холодном городе. На улице было немного ветрено и Тсуму посильнее закутался в свой огромный шарф. Решив прогуляться до ближайшего метро и немного проветрить голову, блондин заметил небольшой ларек. Вывеска одиноко светилась среди серых зданий, словно приглашая к себе на огонек. — Будьте добры пачку Мальборо. Красные. — расплатившись он сразу достал сигарету и закурил. Любимые сигареты Тоору. Он словно почувствовал его вкус на губах. Слезы невольно потекли из глаз, заставляя щеки мерзнуть еще сильнее. «Тсуму. Я безумно люблю тебя.» пронеслось в голове у Атсуму. — Я люблю тебя, Тоору Ойкава. — сказал он, смотря в небо. Вокруг куда-то спешили люди. А он стоял в центре, будто статуя. Он улыбался и плакал. Дым заполнял легкие. Боль постепенно отступала. *** Если честно, то Ойкава никогда не верил в отношения на расстоянии. Разве можно любить человека, которого ты не видел в реальной жизни, не прикасался к нему и не чувствовал его рядом в трудную минуту? Для него всегда значительную роль в отношениях имели прикосновения. Ему все время хочется обнять или поцеловать того, кого безумно любишь, но теперь это будет невозможно. В перерывах между сезонами он обязательно будет приезжать в Токио, чтобы увидеться с Мией. Но он боялся. Боялся увидеть его с кем-то другим. Возможно, Мия найдет себе того, кто будет с ним рядом, кого он сможет обнимать и делиться с ним своими переживаниями и радостями. Он всячески пытался отогнать подобные мысли, но они будто бы сами лезли в его голову, от чего становилось не по себе. Кажется, последний их поцелуй был наполнен болью и искренними чувствами. Они были по уши влюблены в друг друга, но не угаснут ли эти чувства из-за сотен километров? На слова парня Тоору ничего не ответил и лишь оставил невесомый поцелуй на щеке блондина. Он отстранился и повесив на плечо сумку, направился в зал ожидания. Ойкава не хотел оборачиваться, не хотел видеть всю боль в глазах того, кого любит. Ему было слишком сложно смотреть на то, как Атсуму молча смотрит ему вслед и выдавливает из себя фальшивую улыбку. Он прошёл ещё один ручной контроль и вошел в самолет. Перед ним стояла довольно симпатичная девушка в форме. Тоору протянул ей свой билет. — Ваше место 45А, хорошего полёта. — улыбнувшись, сказала стюардесса. Шатен прошёл по рядам, глазами ища свое место. Оказывается, он должен лететь в бизнес классе. Походу, спонсор его будущей команды неплохо постарался. Ойкава занял сидение у окна и устало прикрыл глаза. Вот и всё. Теперь он увидит Атсуму лишь на экране своего телефона. Он так хотел обнять его прямо сейчас и заключить в свои объятия, чтобы никто не смог отобрать его. Внутри шатен чувствовал лишь пустоту, которую ранее заполнял Мия. Он смог поднять его на ноги, ответить взаимностью на его чувства, а сейчас все вернулось на свои места. Ойкава надел наушники и включил перемешанный плейлист, чтобы хоть как-то отвлечь себя от плохих мыслей. Самолёт взлетел и через несколько минут юноша погрузился в сон. Продолжительность полета должна была составить 9 часов и 45 минут. За это время шатен мог хорошенько выспаться, чем и решил заняться. Ближе к обеду его разбудила стюардесса, слегка потрогав того за плечо. — Извините, у нас сейчас обед. Вы будете что-нибудь из еды или напитков? — произнесла блондинка и тепло улыбнулась. Ойкава чуть потер сонные глаза и кивнул. — Да, будьте добры кофе без сахара. Из еды ничего не надо. — сказал юноша и посмотрел в окно. Самолёт летел над белыми облаками, а солнце ярко светило. Такая погода немного раздражала его, поэтому он опустил шторку, полностью изолируя себя от яркого солнечного света.