Не своди с меня взгляд

— Ты вроде хотел что-то сказать. — начал Мия. — Почему ты все еще волнуешься из-за Ойкавы? — не церемонясь, спросил рыжик. — С чего ты взял? — попытался возмутиться блондин. — Да по тебе видно… Выкладывай давай. — С ним что-то не так. Ну, в плане, ты же видел его на церемонии? Тот парень, который стоял рядом с ним, они вместе. Но Тоору странно к нему относится… Да я сам не понимаю. Он еще и подошел ко мне после всего. У меня чуть сердце не отказало. Я вообще не знал, что говорить. Но его глаза. Он не был счастлив… — Еще бы он был счастлив без тебя — ухмыльнулся Хината. Мия слабо улыбнулся на слова друга. Несмотря на то, что он не мог быть причиной теплоты в сердце Тоору сейчас, Тсуму бы хотел видеть его счастливым. Даже придя домой, Атсуму все еще видел перед собой глаза Ойкавы. Он хотел ему что-то сказать. Может стоит написать ему? Завтра первая игра. Они попали в разные группы, поэтому нужно было дойти до финала, чтобы сыграть с ним. Мия верил, что Ойкава сможет привести туда свою команду. Но и блондин был готов выложиться на полную. Лежа в кровати, Мия вертел в руках телефон. Диалог с Тоору был открыт. Парень постоянно писал и стирал сообщения. «А что я ему напишу? Удачи? Выложись на полную?». Напечатав последнее, он долго смотрел в экран. Поток мыслей одолевал его голову. «А что если тот парень приревнует его? И игра после этого не пойдет? Я же обещал ему выиграть, хаха. Значит мы должны встретиться в финале…». Телефон лежал на груди. Сообщение так и не было отправлено. Тсуму тихонько дышал во сне. До первой игры оставались считанные часы. *** Раннее утро. С первыми лучами солнца все живое постепенно просыпается и оживает. Небо становится чистым и ясным, бледный свет луны перерастает в яркое солнечное сияние. В столице Японии уже царит городская жизнь. Люди куда-то спешат, дороги заполнены машинами, а ученики идут на учебу. Тоору поднялся с кровати и вышел на балкон. Зажал сигарету между губ. Попытался её поджечь, но порывы ветра потушили маленький танцующий огонек и Ойкава никак не мог прикурить эту дурацкую сигарету. Он отвернулся от ветра попытался вновь. Сигарета начала тлеть и из ее кончика стал исходить едкий дым. Отняв сигарету от губ, он потёр глаза и посмотрел на орудие своего личного преступления. Бумага, обволакивающая табак, медленно сгорала, поднимаясь всё выше к фильтру. Он вновь зажал сигарету между губ и затянулся. Недокуренная сигарета полетела вниз через бортик балкона отеля и исчезла в неизвестности. Тоору вернулся в номер и включил чайник. Он ушел в ванную и умылся прохладной водой, чтобы хоть как-то взбодриться после бессонной ночи. Вернувшись на кухню, он заварил себе кофе и сделал несколько глотков. Сегодня должен был состояться первый матч. Ойкава не знал, с какой командой им придётся играть, но это лишь вызывало в нем азарт и желание победить. Он должен был показать тренеру и команде, что является способным игроком и что они всегда смогут положиться на него. Крики болельщиков, скрип кроссовок, удары мячей об пол. Сейчас шел матч команд, после которых должна была играть сборная Аргентины. Тоору сидел на полу и тянулся, ведь скоро должна была начаться разминка. На его левом колене вместо наколенника был белый фиксатор, крепко державший коленную чашечку. После травмы играть стало намного сложнее, но, хоть тренер пытался его отговорить, Ойкава как упрямый козел все равно решил поехать на игры. Он же не мог упустить возможность встретиться с Атсуму или пропустить свою первую Олимпиаду. Первый матч один из самых сложных. Парню было необходимо перебороть волнение перед игрой и собраться с собственными мыслями. Он боялся подвести команду и тренера, который дал ему возможность играть на этой площадке перед большим количеством зрителей и камер. Страх — это цепная реакция в мозге, которая начинается со стрессового стимула и заканчивается выбросом химических веществ, которые вызывают учащенное сердцебиение, учащенное дыхание и наполняют мышцы энергией. Перебороть это чувство было очень сложно, зная, что на тебя смотрит почти весь мир. Многие будут смотреть на него, так как он уже заработал себе репутацию тем, что играет в основном составе одной из лучших команд мира. Тоору, конечно, любил внимание, но не в таком количестве. — Хорошей игры! — послышался голос тренера где-то позади. Эти слова помогли собраться с мыслями шатену, который стоял за лицевой линией, держа в руках мяч. Первую подачу должен был сделать Тоору. Сердце бешено билось и будто готово было вырваться наружу, а дыхание сбилось. Свисток. Он сделал глубокий вдох и убрал мячом об пол. Подброс мяча, разбег, прыжок и удар со всей силы. Мяч моментально перелетел на сторону соперников и удвоился об пол, оставляя сборную США стоять в недоумении. Зал тут же закричал, на лице тренера появилась слабая улыбка. Было ощущение, что он знал, что у Ойкавы это получится, поэтому до подачи на его лице не было ни волнения, ни беспокойства. Мендес был уверен в нем и полностью доверял, не сожалея, что пригласил шатена в команду. *** Успешно завершив первую игру с Венесуэлой, сборная Японии отправилась на перерыв. Нужно было успеть перекусить и отдохнуть. Тсуму улизнул в соседний зал, чтобы посмотреть матч другой группы. «Аргентина — США? Сразу достаточно сильный противник? Интересно.» Мия примостился где-то внизу, куда вход был разрешен только спортсменам. Уже начали объявлять команды и игроков. Единственное, что он услышал среди этого шума — «Ойкава Тоору — связующий». Сердце пропустило удар. Блондин понимал, что так будет, но был ли он к этому готов? На площадке Тоору выглядел потрясающе. Он искусно отдавал пасы, координировал команду и подавал. «Что с его коленом? Раньше ему хватало простого наколенника.». Это немного волновало парня. Фиксатор означал еще одну травму, о которой Тсуму уже не знал. Было больно и от того, что Тоору не заслужил этого, и от того, что Тсуму не было рядом, чтобы поддержать его во время восстановления. Понаблюдав еще немного, он так же тихо ушел из зала, не нарушая общей атмосферы. Блондин бесцельно бродил по коридорам. Ему было тяжело собраться с мыслями. Он надеялся, что команда шатена выиграет. А потом четверть-, полу- и финал. Матч был довольно напряженным. Обе команды были сильны и не собирались уступать друг другу. После очередного забитого очка, Тоору повернул голову и среди толпы людей увидел знакомое лицо. «Атсуму?.. Он пришел посмотреть на мою игру?» пронеслось в голове у связующего. Сердце пропустило удар, а зрачки расширились. Весь оставшийся матч, Ойкава выкладывался на полную, будто хотел привлечь внимание блондина только к себе, мысленно крича «смотри на меня и только на меня». Игра подошла к концу. Победу одержала сборная Аргентины. По лицу шатена стекали капельки пота, пока он делал жадные глотки воды. Тренер похлопал его по плечу, привлекая внимание к себе. — Молодец, хорошо сыграл. — слабо улыбнувшись, произнес мужчина и куда-то ушел. Внутри стало разливаться приятное тепло, а на лице появилась улыбка. Сейчас он был искренне счастлив, но для полного счастья ему не хватало еще одной детали. Атсуму. По пути к раздевалке, Мия наткнулся на Шое. — Ходил к нему на игру? — поинтересовался Хината, хотя уже и сам знал ответ. — Они играют с США. Тоору, похоже, повторно травмировал колено в Аргентине. — Тсуму все еще был потерян. — Мы сыграем с ними в финале, Тсуму-Тсуму. Но сначала поздравь его с победой в первом матче. — рыжик лукаво улыбнулся и указал пальцем на табло. Уже в раздевалке Мия достал телефон. Он долго думал, что написать и стоит ли писать вообще. «Поздравляю, Тоору! Встретимся в финале…» — быстро напечатал блондин и нажал «Отправить». «Надеюсь, он не удалил мой номер…» *** Связующий зашел в раздевалку и устало завалился на скамейку. Его телефон завибрировал, а экран загорелся. Тоору тут же принял сидячие положение и схватил телефон. Глаза увеличились в несколько раз после увиденного сообщения. Тсуму: «Поздравляю, Тоору! Встретимся в финале…» Тоору не знал, что ответить, ведь будет проще поговорить в живую. Правда, он все еще думал, что Мия бегает от него, не желая контактировать. Так ничего и не ответив на сообщение, шатен убрал телефон в сумку. — После второго матча я обязан найти его. — на выдохе сказал Ойкава и положил в рот кусочек курицы. *** Сразу после Тсуму позвали разогреваться. Сегодня должна была состояться еще одна игра. А завтра еще три. Блондин не успевал брать в руки телефон, чтобы проверить уведомления, но постоянно думал о том, увидел ли его сообщение Ойкава. Его мысли были заняты только шатеном. Засыпая после первого дня игр, Мия видел перед собой глаза Ойкавы. Недолго они смотрели на него, а потом растворялись в тумане. Атсуму скучал. Только не хотел этого показывать. Тоору ведь сейчас не один. И как бы больно не было это осознавать, Мия не имел права претендовать на его сердце. *** Среди восьми команд, вышедших в четвертьфинал оказались Япония и Аргентина, занявшие 1 и 2 места в своих группах. Тсуму переживал. Им придется играть со сборной Бразилии. Они обязательно должны выиграть. Пот выступал на висках. Все были сосредоточены. Матч-поинт сборной Японии. Один мяч отделяет их от выхода в полуфинал. Они станут на шаг ближе к игре с Аргентиной. Подача Мии Атсуму. Блондин сосредоточен. Он знает, что должен сделать. Знает, что именно от его подачи зависит исход матча. Нельзя допустить ошибку. Зал затаил дыхание. Мяч в воздухе. Прыжок. Хлесткий удар. Звон в ушах от криков. Тсуму не осознает происходящего. Бокуто налетает на него с восторженными «Хэй Хэй Хэй», а за ним и вся команда. «Я жду финал, Тоору…» — пронеслось у него в голове, когда он посмотрел на небольшое табло у входа «Аргентина — Италия. 3 — 2». *** Дни летели очень быстро. Игра за игрой, победа за победой. Тоору полностью отдавал себя волейболу и нападающим, как и в старшей школе. Он хотел, чтобы доигровщикам было удобно пробивать с его пасов. Каждое забитое очко отдавалось теплом в груди, а на лице появлялась улыбка. Волейбол. Вот что делает его счастливым, пока Атсуму нет рядом. Ойкава ехал на олимпийские игры не только с целью победить, но еще вернуть любимого человека и попросить прощения за тот случай. Шатен искренне жалел, что тогда предложил расстаться. Идиот. Полный идиот. Как можно было бросить того, кого ты безумно любишь, того, кто готов на все ради тебя? Связующий хотел сразиться с ним в финале. Они ещё ни разу не играли друг против друга, так как ещё в школьные времена Сейджо никак не могли дойти до финала. Эта игра сильно скажется на каждом из них. Победа или поражение? Никто не знал. Две сильнейшие сборные сборные, которые соперничают уже на протяжении многих лет. *** До финала оставался еще один шаг. «Япония — Франция», «Аргентина — Россия». «Надеюсь, он ждет меня» — подумал Тсуму и подбросил мяч для подачи. Игра была невероятно напряженная. Все понимали, что сейчас нельзя было сдаться. Они сделали слишком много. Команда понимала, что проигрыш означает потерю места в финале. Для них оно значило слишком много. Сборная Японии была слишком сильная, чтобы проиграть сейчас. — Сборная Японии вновь забивает очко! Шатен стоял на балкончике, внимательно наблюдая за игрой. «Франция — Япония. Интересно» — пронеслось в голове у Тоору, который сейчас выглядел довольно мрачно. Между его губами была зажата трубочка, с помощью которой он пил апельсиновый сок. Взгляд парня был направлен только на одного человека. На Атсуму. Его пасы, качество игры, подачи просто замораживали. Вот кто по-настоящему сильный противник. Игра была невероятно напряженная. Все понимали, что сейчас нельзя было сдаться. Было сделано слишком много. — Сборная Японии попадает в финал! — радостно произнес комментатор, голос которого было слышно через громкоговорители. Тоору был искренне рад за Мию, но сейчас по его лицу нельзя было так сказать. Шатен был слишком сосредоточен на предстоящем матче. Он просто не мог дать волю своим чувствам и проиграть в финале. — я жду тебя, Тсуму. Быстро кинув взгляд на блондина, парень покинул помещение. Вырвав победу зубами, радоваться не оставалось сил. Они лишь благодарно поклонились зрителям и поплелись в раздевалку после напряженной игры. Сил не оставалось ни на что. Тсуму кое-как добрался до дома, по пути в такси жуя курицу. Отперев замок, он сразу завалился спать. До финала оставалось два дня. *** Матч со сборной России был в самом разгаре. Тоору был измотан как физически, так и морально. Травма давала о себе знать. Боль в колене не проходила еще с первой игры. Ойкава, конечно, молчал, ведь если скажет об этом тренеру, то его мигом посадят на скамейку. Но если шатен упадёт на больное колено, то может стать инвалидом, поэтому играл он до ужаса осторожно. Последняя партия. Счет 23:24 в пользу сборной Аргентины. На подаче стоит Ласо. Свисток. Он подаёт мяч, но соперники успешно его принимают. Тоору стоял у сетки, внимательно наблюдая за связующим. Кому же он отдаст пас? Шатен заметил, что его кисти были направлены в сторону одного из нападающих, было понятно, что сейчас он отдаст пас ему. Или это обманка?.. Связующий России отдаёт пас именно тому игроку. Ойкава разбегается и, прыгнув, вытягивает руки над сеткой, поставив одиночный блок. Сильный удар. Шатен приземляется на ноги и ухмыляется. Крики болельщиков. Вся команда налетела на Тоору и они завалились на пол, громко смеясь. — Тоору, ты так круто его заблокировал! — послышался голос одного из сокомандников, на что шатен лишь улыбнулся. — Сборная Аргентины попадает в финал! — произнес комментатор. Теперь их ждет последняя игра. Финал. Ойкава был настроен очень серьезно. Многие его знакомые вряд ли бы назвали его серьезным человеком, но во время матча он будто становился совершенно другим человеком. Он всегда долго сосредотачивался и собирался с мыслями перед матчем, а во время игры не делал никаких лишних движений. Каждое действие отточено до идеала. *** Мия проснулся ночью от звуков телефона. Он не успел взять трубку. Пропущенный от незнакомого номера. «Странно. В такое время.» — подумал он и лег обратно. «Кому я понадобился ночью? Наверное, перезвонят, если действительно будет нужно». Повернувшись на бок, он сразу уснул. Изнуренному телу нужно было отдохнуть. Команда отлично показала себя на последних двух матчах. Для финала потребуется много сил. Парни хорошо питались и старались отдыхать эти два дня. Завтра должен был состояться финальный матч. *** Раздевалка. Утро перед финальной игрой. Тсуму крутит в руках кольцо. То самое, парное которому было у Ойкавы. Хината буквально возник из ниоткуда. — Переживаешь из-за игры или из-за него? — спросил Шое, указывая на кольцо. — Я хочу надеть его. Не хочу выглядеть нелепо, но я, кажется, все еще люблю его. Несмотря на эти полтора года, на того парня из его команды… Я понимаю, что я остаюсь сторонним наблюдателем. Просто. просто я обещал. — Что обещал? м пододвинулся к нему рыжик. Тсуму посмотрел ему в глаза. — Обещал вечно любить его, когда отдавал такое же кольцо. — он еще раз покрутил украшения в пальцах. — и, видимо, я никогда не нарушу это обещание… — Тсуму… — Хината приобнял друга за плечо. — Ты — самый светлый человек, которого я знаю. Но ты так часто прятал это в себе и надевал маску самодовольного похуиста. Сегодня важный день. Побудь просто Тсуму. — … — Надень его. Если это важно для тебя — надень. — Хината уже подошел к двери. — И приходи на разогрев через пять минут. Еще несколько минут блондин крутил в руках кольцо. Продев через него цепочку и повесив на шее, парень заправил всю конструкцию под футболку и вышел. *** Тсуму отошел от задней линии. Публика замерла в ожидании. Он быстро посмотрел вперед, ища глазами Ойкаву. Тот что-то шептал своему нападающему Ласо. Мия немного грустно улыбнулся. «Просто побудь Тсуму» пронеслось у него в голове. Блондин достал кольцо на цепочке и приложил к губам, мысленно шепча «Я люблю тебя. Я же обещал.» и аккуратно заправляет его обратно. Мяч в воздухе. Короткий разбег. Прыжок. Звонкий удар. Игра началась. Огромный зал. Крики болельщиков. Так много народа пришло их поддержать. Это поражало. В коридоре столпилось куча журналистов, которые не давали шатену пройти в зал. — Ойкава Тоору, что вы чувствуете перед последней игрой? — Вы сильно переживаете? — Ойкава, а у вас есть девушка? Эти вопросы сильно раздражали шатена, но он лишь мило улыбнулся. — Второй половинки нет, но, надеюсь, что после этого матча появится. — флиртуя, сказал связующий и мигом улизнул в зал, облегченно вздохнув. Тоору сел на скамейку и перебинтовал колено, после чего надел фиксатор. — Ойкава, как твое колено? — послышался знакомый голос из-за спины. Повернув голову, он увидел уже бывшего парня. — Ласо, все хорошо. Играть смогу. Да и тем более, это последний матч. — сказал юноша и встал со скамейки, начиная разминаться вместе с остальными. В зал входит сборная Японии. Связующий бегает глазами в поисках Его. Он шел рядом с рыжим парнем, о чём-то мило беседуя и улыбаясь. Сердце пропустило удар, а кулак невольно сжался. Ревность — негативно окрашенное чувство в межличностных отношениях, которое возникает при недостатке внимания, любви, уважения или симпатии от любимого или очень уважаемого человека в то время, как кто-то другой якобы или действительно получает их от него. Именно это сейчас чувствовал шатен. Взгляд опустился чуть ниже и на шее Мии он увидел знакомое кольцо. «Неужели он все ещё носит его.» — подумал Тоору и тяжело выдохнул. От плохих мыслей его отвлек свисток. Все встали на свои позиции. На подаче стоит Атсуму, из-за чего сердце забилось чаще. Насколько парню было известно, сейчас самый сильный подающий в сборной Японии — Тсуму. «Решили начать с самой сильной подачи? Неплохо.» — Вы обязаны принять эту подачу. Если они забьют, то могут задать ритм игре в свою пользу. — сказал связующий своей команде, на что получил одобряющие кивки. Тсуму отошел от задней линии. Публика замерла в ожидании. Он быстро посмотрел вперед, ища глазами Ойкаву. Тот что-то шептал своему нападающему Ласо. Мия немного грустно улыбнулся. «Просто побудь Тсуму» пронеслось у него в голове. Блондин достал кольцо на цепочке и приложил к губам, мысленно шепча «Я люблю тебя. Я же обещал.» и аккуратно заправляет его обратно. Мяч в воздухе. Короткий разбег. Прыжок. Звонкий удар. Мяч ударяется о руки либеро и летит высоко в верх. На лице Тоору появилась улыбка. Мяч прямо над ним. Он отдает аккуратный, но в то же время быстрый пас прямо в руки нападающего, который делает хлесткий удар по мячу. *** Это был один из самых тяжелых матчей в его жизни. Аргентина — сильный соперник. Ойкава — человек, которого он все еще любит. Но Мия не был бы собой, если бы не выкладывался на миллион процентов. Решающий сет. «Счет 2:2». Смена сторон. Нужно сосредоточиться. Конечно, все жутко устали и ноги уже тяжело поднимать. Но победа. Они нуждались в ней как в кислороде. Каждый из них. Обе команды держались за нее зубами. Обе команды заставляли соперников волноваться. «Нужно набрать лишь 15 очков.» — пронеслось в голове Тсуму. — «Это уже на 10 меньше, чем 25. Мы справимся.» Ойкава на подаче. Либеро Японии на площадке. Свисток. Подача. Отличный сейв. Тсуму отдает мяч Бокуто. Его блокируют. Яку вновь спасает мяч, но что-то не так. Котаро пробивает в пол, но с Мори что-то не так. Команда толпится вокруг него, пока не подбегает медбрат. Яку корчится от боли, но не издает и звука. Он прекрасно понимает, что нужен команде, а в этот момент особенно сильно. — Он вывихнул правую ногу. Я заберу его в кабинет, чтобы наложить повязку. — эхом прозвучало в голове Тсуму. Последний сет пройдет без либеро. Без лучшего либеро Японии. Мия смотрел куда-то в пустоту, чувствуя на себе чужие взгляды. Он боялся. Кто-то неожиданно коснулся его руки. — Отдай мне пас, Тсуму. Мы должны выиграть ради него. — уверенно сказал Хината. Бразилия точно сделала этого парня другим. Почему теперь Шое приободрял Атсуму, а не наоборот? Мия мотнул головой. Свисток. Игра должна продолжаться. *** Кажется, в жизни Тоору этот матч был самым трудным. Ему было тяжело играть против тех, с кем ранее играл в одной команде или был просто хорошо знаком. Но больше всего, на него давило присутствие блондина. Он просто не мог смотреть на него, в его глаза, смотреть на то, как после забитого очка он обнимал Хинату. Может они и вправду встречаются? Ойкава отдавал нападающим всего себя и выкладывался на все 120%. На протяжении всей игры колено адски ныло, но шатен пытался всячески подавлять эту боль эмоциями, которые он получал во время игры. После того, как либеро сборной Японии увели с площадки, Тоору подошёл к ребятам. — У них теперь нет либеро, а это значит, что их оборона ухудшилась в несколько раз. Вы обязаны давить на них своими сильными атаками и подачами. Я в вас верю. Ойкава слабо улыбнулся и похлопал Николаса по плечу, будто пытаясь взбодрить и настроить его на игру. Шансы на победу увеличились в несколько раз, а это значит, что они просто обязаны не упустить этот шанс. *** Матч Поинт сборной Аргентины. Счет 14:13. Ладони потеют. Сердце колотится как сумасшедшее. Кажется Мия слышал даже свое дыхание. «Не дай мячу упасть» — повторялось в голове, как мантра. Один из самых долгих розыгрышей этого матча. Мяч летит на сторону Японии. Зал замер. Хината бежит за ним. Еще шаг. Всего один шаг. Нужно лишь касание… В глазах потемнело от шума. Из каждого динамика отчетливо слышно «Сборная Аргентины побеждает сборную Японии со счетом 3:2». Он не верит. Не хочет верить. Тренер зовет на поклон. Так не хочется вставать. Не хочется смотреть в глаза тем, чьи надежды ты не оправдал. «Можно было лучше», «Ты не показал свой максимум», «А ты точно достоин быть здесь?»… Сердце кололо. Было тяжело соображать. Мия медленно подошел к Хинате и помог ему встать. Ощущение, что их не существовало сейчас. Сразу после поклона команда пошла в раздевалку. Шое сильно сжимал руку Атсуму. А Мия не мог отпустить друга в такой момент. В раздевалке стояла тишина. Парни просто молча сидели, не смея даже переодеваться. Будто они просто ушли на перерыв и через пару минут вновь вернутся на площадку. Но игра окончена. Они заняли второе место. На этом все. ВСЕ. *** Постепенно раздевалка опустела. Тренер уже заходил и пообещал завтра провести разбор полетов. На сегодня они свободны. — Шое, иди, мне нужно еще кое-куда зайти. — попрощался с другом Атсуму. Голова пухла от мыслей. Матч. Проигрыш. Тоору. Травма Яку. Тоору. Мия теребил в руках кольцо. — Хоть одно обещание я выполнил… — прошептал он приложив серебро к губам. *** Ойкава делает жадные глотки воды, выходя с ребятами из зала, где их уже ждала толпа журналистов. Они полностью перекрыли проход, суя в парня микрофоны и пытаясь получить ответы на свои идиотские вопросы. Тоору еле как смог пробиться через толпу и вошёл в раздевалку, садясь на скамейку. Он запрокинул голову назад я тяжело выдохнул, прикрыв глаза. Парни радостно обсуждали игру, но шатен ничего не слышал. Связующий был очень измотан и готов был уснуть прямо в раздевалке. *** Ребята стали постепенно покидать помещение и через несколько минут Ойкава остался совершенно один. Скрип двери. Тоору вздрогнул от испуга и поднял глаза к выходу. Сердце бешено заколотилось, а уши покраснели. Кажется, он явно не ожидал увидеть сейчас Атсуму. «Он пришел поблагодарить за игру или хочет поговорить со мной?..» — пронеслось в голове шатена. — Ты что-то хотел? — как ни в чем не бывало спросил Ойкава и поднялся со скамейки, закидывая вещи в спортивную сумку. Руки немного тряслись от волнения, а все лицо горело, покрываясь ярким румянцем. Мия открыл дверь раздевалки сборной Аргентины. Ойкава словно по щелчку пальцев вскочил со скамейки, имитируя бурную деятельность. Нет, конечно, это не он просидел тут уже час просто копаясь в голове. «Ты что-то хотел?». Тсуму ухмыльнулся. «Пытаешься скрыть дрожь в голосе? Как всегда. Тоору Ойкава сильнее всех.» — пронеслось в голове блондина. Было тяжело говорить что-то, когда от простых движений шатена замирало сердце. Они просто находились в одной комнате. Он просто складывал вещи в сумку. Его дыхание просто было громким. Капелька воды просто упала с его губ, когда он сделал глоток воды. Все звуки словно стали громче. Каштановые кудри были растрепаны. Он скользнул рукой по ним, чтобы заправить назад. Локоны, как шелк, струились сквозь тонкие длинные пальцы. — Я думал, что уже не застану тебя здесь… — сказал Атсуму, медленно опустившись рядом с Тоору, который уже собрал свои вещи. Блондин улыбнулся. — Ты отлично играл сегодня. Тсуму мечтал узнать, что твориться в голове у человека рядом. Мечтал узнать, что творится у него в сердце. Но Мия не хотел ругаться. Ни в коем случае. Он пришел сюда, чтобы хоть немного утешить себя, увидев счастливого Ойкаву. Если бы шатен был не один здесь, Тсуму бы не поступил так же, как в прошлый раз, когда увидел первого с Иваизуми. Он бы не ненавидел свои чувства к нему. Он бы продолжил просто любить. Пусть безответно. Пусть бессмысленно. Он бы не ждал от Тоору ничего в ответ. Он бы постарался, чтобы Ойкава никогда не узнал о все еще живых чувствах. Он бы просто улыбался. Улыбался бы за счастье любимого человека, даже если это счастье и не рядом с ним. Как бы горько это не звучало. Перед тем, как идти сюда, Тсуму снял с шеи кольцо и надел его на палец. Он долго смотрел на него, пока был в своей раздевалке. Это ведь его обещание, верно? И он имеет полное право носить его, раз не отказался от своих слов. Он все еще любит. И никто не может ему это запретить. Идя по коридору, он долго думал, что скажет Тоору. Честно, ему не хотелось спрашивать про его отношения. Про то, почему Ойкава тогда поцеловал того парня. Просто не хотелось это знать. Тем более, это уже не его дело… «Нужно просто поздравить его с победой… И уйти. Он хорошо играл сегодня. И вчера. И на всех остальных матчах… Даже несмотря на травму. Он, наверное, усугубил ту, которую получил в старшей школе.» «А что если он видел кольцо на матче? Нет… Да и вообще какая ему разница сейчас? Он в отношениях. Зачем ему вообще на меня смотреть? Конечно, природа меня не обделила, но зачем наблюдать за тем, кого больше не любишь…» — Спасибо, что приехал сюда, несмотря на травму. Ты же добил ту старую, верно? Надеюсь, ты не остался с ней один на один, когда восстанавливался… «Пора уходить… » — пронеслось в голове. Но как уйти, когда рядом тот, по кому ты невозможно скучал уже почти два года. Тот, от чьих глаз невозможно оторваться. Тот, чье сердце больше тебе не принадлежит. Тсуму грустно улыбнулся. Он уже забыл о кольце на левой руке, которой вертел в коридоре. Похлопав ей Тоору по ноге, он встал. — Мне пора. Я был рад тебя увидеть… — он не смог выдавить больше. В горле стоял ком. Сердце бешено колотилось. Парень закидывал вещи в сумку трясущимися руками. Он старался не поворачиваться к блондину лицом, чтобы тот не заметил его растерянности и смущения, которое отдавалось румянцем на бледной коже. Тоору так долго хотел, нет, даже мечтал встретиться с Мией и обсудить всю ситуацию, но сейчас его переполнял страх. Он был готов провалиться сквозь землю, лишь бы не смотреть в глаза парня, которые он так сильно любил раньше и, кажется, любит до сих пор. Шатен хотел прижать его к себе и заключить в крепкие объятия, но чувства страха не позволяло ему этого сделать. Давление поднялось, а ритм сердца отдавался пульсацией в висках, из-за чего голова начала болеть. Как на зло, блондин сел рядом с парнем и не сдержавшись, Ойкава опустил взгляд прямо на него. Он бегал глазами по всему телу, не оставляя ни единого места без внимания. Атсуму явно сильно похудел и стал более привлекательнее за эти два года. Его приятный голос дурил голову, будто наркотик, но шатен лишь молча смотрел на него, скрывая дрожь в голосе. Он заметил на его пальце то самое кольцо, после чего сердце пробило удар. «Неужели он все еще носит его?.. Чувства остались?..» — пронеслось в голове у Ойкавы, после чего Тсуму встал со скамейки, направляясь к выходу. «Мне пора. Я был рад тебя увидеть…». Нет. Он не должен вновь потерять шанс. Тоору схватил блондина за руку и резким движением развернул к себе лицом, смотря прямо в глаза. — Нет. Останься. — шепотом произнес юноша. — Не думал, что ты такой внимательный. Я упал на больное колено и травмировал ногу повторно, теперь малейшее падение грозит мне инвалидностью до конца дней. — тихо произнёс связующий и отвел взгляд. Ему было невероятно больно говорить об этом кому-либо, но от Тсуму он никогда ничего не скрывал. Он всегда открывал ему всего себя, рассказывал обо всём, не боясь, что его осудят. — Тебя, наверное, интересует вопрос, касаемый того, из-за кого я предложил тебе расстаться. Знаешь, я был полным идиотом, променяв тебя на него. Если бы можно было вернуться в то время и все исправить, то я бы обязательно воспользовался этим шансом, но, к сожалению, это невозможно. Я любил тебя тогда, до безумия, но мои чувства угасали на фоне выгорания и расстояния, поэтому я подумал, что больше не люблю тебя. Возможно, это звучит как отговорка, тебе решать верить или нет. Но я сказал всё так, как было на самом деле. Ойкава знал, что возможно, это звучало как признание в чувствах, но терять уже было нечего. Скорее всего, его чувства невзаимны, но малейшая надежда была. Он так хотел вернуться в то время, которое они проводили вместе. Все осталось лишь в воспоминаниях, которые Тоору не забудет никогда. Сложно было сконцентрироваться на словах, когда в прошлом счастливые глаза напротив излучали столько боли. Душа Тоору кричала. Он так долго закрывался ото всех, так долго копил эти эмоции, и, наконец, «бомба» взорвалась. Обмывки фраз кружили в голове. «малейшее падение», «инвалидность до конца дней». Мия не верил. Или просто не хотел верить в это. Он знал, что волейбол для Ойкавы — это все. Весь мир. Но так относиться к своему здоровью — ужасный вариант. «Почему он все-таки приехал на Олимпиаду? А если бы он повторно упал во время матча? Он вообще говорил тренеру, насколько все серьезно? Кого я обманываю… Конечно, он не говорил. Это же Тоору. На все пойдет ради победы…» «Я и правда был так далеко. Но я всеми силами старался, чтобы ты чувствовал меня рядом. Я так не хотел, чтобы тебе было одиноко.» Капельки слез застыли в шоколадных глазах Ойкавы. «Тебе решать верить или нет…» — Тоору… — Мия придвинулся чуть ближе. Он прикоснулся к загорелой щеке большим пальцем, смахивая маленькую слезу. Не убрав руку, он продолжил говорить, заставляя Ойкаву смотреть ему прямо в глаза. — Знаешь, ты… ты такой придурок… — блондин нервно засмеялся, глядя на ничего не понимающего связующего Аргентины. — Ты ведь не говорил тренеру про серьезность травмы? Верно? — Атсуму начал хохотать. — Почему ты приехал на Олимпиаду, если знал про возможную инвалидность? Почему ОН тебя не отговорил? Постепенно смех переходил в истерический. Мия понимал, что все это время, в любую минуту мог потерять того, кто заставлял его сердце биться. Из-за кого он все еще просыпается по утрам. Из-за кого все еще играет в волейбол. И верит в любовь, несмотря ни на что. Пусть она была короткой. Пусть, закончилась так ужасно. Пусть сердце саднило из-за избытка чувств. Он любил. И продолжал мечтать о счастье. В уголках глаз Тсуму начали копиться слезы. В последний раз взглянув в глаза Ойкавы, он отпустил его лицо и отошел на шаг назад. — Он должен был защитить тебя… — начал он вновь, но уже тише и, смотря куда-то в пол, — если ты не хотел быть с ним тогда, то зачем устроил весь этот спектакль? — по телу блондина пробежала дрожь. Он поднял голову и вновь посмотрел на шатена. — Знаешь, … я все время ношу это кольцо, — он снял его с пальца, чтобы показать Ойкаве, — иногда ночью мне кажется, что ты обнимаешь меня… как раньше… я не переставал его носить, потому что боялся потерять последнее, что хоть как-то связывало нас… Он снова посмотрел вниз и замолчал на несколько секунд. — А сейчас я боюсь, что эта связь была нужна только мне… Пойми, я… мое сердце… все еще бешено колотиться при виде тебя. Но мне так страшно обжечься снова. Я просто не смогу собрать себя по кускам еще раз… Я все еще держу свое обещание… И сдержу его, даже если ты отдашь свое сердце кому-то другому. Тоору сел на скамейку и достал из футляра очки, надев их. Он тяжело выдохнул и поднял взгляд на блондина. «Я знаю, что полный придурок. который все еще по уши влюблён в тебя.». Шатен внимательно смотрел на парня, его истерический смех отдавался эхом в голове. Было очень больно слышать все это. Ойкава знал, сколько боли причинил Тсуму и хотел все исправить, но, кажется, уже поздно. Он сжал руку блондина в своей и опустил взгляд, не в силах смотреть в глаза парня, которые были наполнены болью и разочарованием. Шатену всегда было интересно, что же Мия делал после их расставания? Плакал?.. Может быть разгромил всю квартиру или просто спокойно отнесся к этому?.. Он всегда хотел уберечь Атсуму от плохих людей, которые могут принести ему боль, но в итоге, самым ужасным человеком стал именно он, хоть вовсе не хотел этого. — Нет. Я не говорил тренеру. поэтому он допустил меня к играм. — произнес волейболист и опустил взгляд в пол, стиснув зубы. Сейчас он чувствовал себя маленьким непослушным ребёнком, которого ругает мать. Из-за чувства вины Тоору не мог найти себе места, желая провалиться сквозь землю. «Почему ты приехал на Олимпиаду, если знал про возможную инвалидность? Почему ОН тебя не отговорил?» эти слова отдавались эхом в голове вместе со смехом. К горлу подступал ком, перекрывая дыхательные пути. Шатен нервно сглотнул. — Изначально я хотел быть с ним, поэтому расстался с тобой. но. потом я понял, что совершил ошибку, которую уже не исправить. — тихо сказал юноша. — Но все же. Надежда была. Именно поэтому я приехал сюда. Я безумно хотел увидеть тебя и поговорить, потому что верил в чудо. «Иногда ночью мне кажется, что ты обнимаешь меня… как раньше… я не переставал его носить, потому что боялся потерять последнее, что хоть как-то связывало нас…». По телу разливалось приятное тепло от подобных фраз. Ойкава все еще верил. Верил, что сможет вернуть все на свои места. Как раньше. А эти слова лишь мотивировали его. Тоору поднял взгляд и вновь схватил парня за руку, не давая ему отойти. Он притянул того ближе, смотря на его губы, которые по прежнему манили, будто наркотик. Взяв Тсуму за подбородок, он аккуратно приподнял его голову, заставляя смотреть в глаза. — Я понимаю тебя. Понимаю, что ты чувствуешь. Знаю, как я подвёл тебя и потерял твое доверие. Но. Прошу. Дай мне последний шанс. Эти слова были искренними. Тоору говорил их от чистого сердца, которое сейчас было готово выскочить наружу. Сердце Мии трепетало от незначительных прикосновения Ойкавы, мозг начинал отключаться. «Дай мне последний шанс.» отдавалось эхом в голове. Руки тряслись. Тсуму мог сконцентрироваться даже во время самого важного матча, от которого зависело все. Мог собраться, включить голову, заставить тело слушаться. Но сейчас… Сейчас, когда на него смотрел Ойкава, чьи глаза пропитались болью за эти два года, тот, кто смог оставить столько ран на сердце блондина… но, пожалуй, тот единственный, кто мог их залечить. Ситуация доходила до абсурда. В целом, как и все сердечные дела людей. Головой он понимал, что будет сложно вновь довериться человеку, который предал его чувства. Но сердце. сердце лелеяло надежду на будущее. Сердце билось так ярко и радостно, как не билось эти два года. Мия так не хотел пожалеть о своем выборе спустя время. Если он упустит шанс, то сможет ли вообще когда-то стать счастливым? Сможет ли полюбить, если отпустить свои чувства невозможно? Он не был уверен ни в чем. Казалось, если он отпустит Ойкаву, забудет его и все, что было между ними, то сможет жить. Но так только казалось… У каждого человека есть кто-то, кто предначертан ему судьбой. Мы можем встретить этого человека уже в конце своей жизни спустя множество других людей, затронувших наши сердца. А можем в самом начале полюбить чисто и искренне. Мия был популярным парнем в школе и, чего скрывать, главным красавцем даже в сборной. У него было множество поклонниц, пытавшихся завоевать его сердце. Но Ойкава… он был первой искренней любовью Атсуму. Он был первым, с кем хотелось находиться всю жизнь. Первый, от чьих губ было невозможно оторваться. Первый, кто разбил его сердце. Если бы Тоору был счастлив, было ли бы столько боли в его глазах? И почему он был так холоден к тому парню во время игр и церемонии открытия? «Я безумно хотел увидеть тебя» — слова, которые согревали сердце. Он приехал из-за него. Потому что хотел увидеть. Сердце кричало. «Последний шанс»… Метания не прекращались. — А что потом? Ты ведь уедешь в ближайший месяц. А там снова расстояние, Аргентина… Я не хочу, чтобы ты стоял из-за меня на месте. Я хочу, чтобы ты развивался. Я хочу быть рядом, но у меня тоже сборная, у меня тоже матчи, Тоору… Во взгляде Атсуму читалась надежда, которая раз за разом разбивалась о стену из преград. Он не разрывал зрительного контакта. Мия взял шатена за руку и нежно погладил тыльную сторону большим пальцем. — Мне сложно принимать решение сейчас, Тоору. Мои чувства к тебе не изменились и вряд ли изменятся в будущем… — он почувствовал, как Ойкава сильнее сжал его руку. Блондин улыбнулся. Видеть их руки, сжатые вместе, было лучшим моментом этого дня. Атсуму немного наклонился к нему и коснулся рукой щеки. м Надеюсь, я не пожалею о своем решении… — прошептал он и накрыл губы Ойкавы поцелуем.