Сад несдержанных обещаний

Феликс

Утро встретило щебетанием птиц и солнечной погодой. Сама природа радовалась вместе с Феликсом. Парень не поленился сделать сегодня и хорошую укладку, и макияж, с помощью которого подчеркнул глаза, спрятал веснушки, а также следы вчерашней страсти – губы до сих пор были припухшими. Было немного грустно, что Хёнджин не увидит всей этой красоты, ведь их маршруты сегодня никак не пересекались, но душа требовала кричать всем вокруг о том, как ему хорошо. А вот одежду надел ту же самую, она позволяла ему почувствовать себя как будто во "вчера". После смены, которая прошла как обычно, Ли вышел на улицу и вдохнул свежий воздух. Отпустили немного раньше – сегодня намечался какой-то важный банкет, на котором присутствовали оговорённые заранее официанты, и его помощь больше не требовалась. Небо успело затянуть тучами, а вокруг стало значительно темнее, чем могло бы быть. "Интересно, где сейчас Хёнджин? Что он делает?" – Феликс не писал ему весь день, поскольку времени не было даже на банальный поход в туалет. – Пора возвращать должок, – знакомый голос раздался прямо над ухом, заставив вздрогнуть от неожиданности. В следующую секунду его утянули куда-то в сторону и больно приложили о бетонную стену выступа, который закрывал обзор крыльца. – Мгм, да, сейчас, – Феликс покорно разблокировал телефон и перевёл обычную сумму. – Там не хватает, – едва деньги оказались "в руках" мужчины, заявил он, даже не посмотрев. – Но... – Или ты забыл? Я давал тебе отсрочку, а моё время дорого. Да и твой защитничек спутал мне карты, где моя моральная компенсация? – Грабитель состроил наглую ухмылку. Ему даже не требовалось держать Ли, тот и так ужасно боялся пошевелиться. – Как мило, теперь его здесь нет. Что, ты был его шлюшкой всего одну ночь? – Заткнись, – тихо, но отчётливо ответил Феликс. – А то что? Давай так, с тебя ещё столько же, и мы снова живём в мире. – У меня больше ничего нет, видишь? – Ли мысленно порадовался, что на всякий случай обналичил большую часть своих денег. – Ты такой красивый, – внезапно произнёс мужчина вплотную наклонившись к лицу Феликса и заставляя усомниться в адекватности происходящего. – А я ненавижу всё красивое, – продолжил он холодно. Краем глаза парень заметил отблеск чего-то, очень похожего на нож. Страх липкими щупальцами забрался выше, до самого горла, сдавливая его так, что шансов на крик о помощи не осталось. – Мы поступим так, – Одно резкое движение заставило часть пуговиц буквально отлететь, позволяя рубашке оголить грудь и солнечное сплетение. – Хоть один звук или лишнее движение – и домой сегодня не вернёшься, – предупредил он заранее, демонстративно проводя оружием рядом с ухом, спускаясь к шее. – Итак, ты завтра переведёшь мне остаток, а это, – мужчина поставил лезвие на правую половину груди и с лёгкостью рассёк нежную кожу, – послужит напоминанием. Иначе твоя милая мордашка больше не будет такой милой. Парень скривился от резкой огненной боли и кивнул в надежде, что на этом всё закончится. Порез был неглубоким, кровь сочилась не очень-то охотно, медленно прокладывая себе дорогу к почти чистой рубашке. – Ты точно понял? – уточнил мужчина ещё раз, намереваясь углубить рану, вызвав тем самым более незабываемые ощущения.

*****

Хёнджин

Новый день встретил его не особо приятно. Либо это наказание за его издевательства над Феликсом, либо плата за слишком хорошее завершение вечера. Иного объяснения, почему среди кучи уведомлений на телефоне было сообщение от бывшей девушки, не находилось. С Саной они разошлись на не самой приятной ноте. Хёнджин никогда не испытывал особой симпатии к ней, но родители были ею очарованы. Так что девушка служила отличным прикрытием его ориентации. Он использовал её практически полгода, регулярно изменяя с парнями. Ему было весело, а вот ей не очень. Уходя, она пообещала превратить его существование в настоящий ад, но в итоге просто пропала на долгих полтора года. Иронично, что она объявилась именно сейчас, когда в личной жизни Хвана что-то начало налаживаться. Факт того, что девушка могла следить за ним, немного напрягал, но Хёнджин не стал заострять на этом внимание. Вместо ответа на сообщение с предложением встретиться, он просто заблокировал контакт и принялся собираться на учёбу. За всеми вчерашними приятными событиями, Хёнджин совершенно забыл, что сегодня утром должны были зайти родители и оставить у него собаку. Они уезжали в отпуск на полторы недели, а он, как порядочный сын, согласился посидеть с их питомцем. Добермана по кличке Ричальд они купили, когда парень уже не жил с ними, буквально год назад. Несмотря на свой юный возраст, пёс мог похвастаться довольно большим количеством выученных команд, сообразительностью и невероятной преданностью. Удивительным было моментальное принятие зверем Хёнджина в семью, что не совсем свойственно его породе. Поэтому, увидев, что его привели домой к ещё одному любимому хозяину, Рич с радостным лаем бросился на него и, повалив на пол, принялся вылизывать лицо. С большим трудом спихнув с себя счастливую тушку, Хёнджин заверил родителей, что с их любимым мальчиком ничего не случится, и проводил их отдыхать. Из-за такого сумбурного утра: сначала бывшая, потом собака, он едва не опоздал на занятия. Влетев в аудиторию буквально за минуту до начала, Хван сел на первое попавшееся место. Окинув взглядом всё помещение, он не нашёл ни своих друзей, ни самое важное – Феликса. Второй вторник подряд его не было на парах. Это немого напрягало. Что если вчера вечером он опять перегнул палку и тот решил сбежать, больше не появляться в университете? Когда Феликс не появился и на третьей паре, волнение Хёнджина достигло своего предела. Достав из кармана телефон, он написал короткое сообщение парню. Цифры под аватаркой говорили о том, что в сети его не было с самого утра. "Ну, хоть живой, уже радует", – подумал Хёнджин, стараясь отвлечься на тему лекции. Однако в голову информация не лезла от слова совсем. Все мысли крутились только вокруг пропавшего парня. К концу последней лекции сообщение всё ещё висело непрочитанным. Возможно, он намеренно избегает Хёнджина, но ведь вчера вроде всё было хорошо. Тревожные мысли не покидали его, и он подумал, что в очередной раз заявиться к нему на работу будет лучшим выходом. Пары закончились почти в семь вечера. До конца смены Феликса было ещё два часа, а значит Хёнджин успевал забежать домой и спокойно дойти до того кафе. Он планировал прийти немного раньше, чтобы встретить Ликса у чёрного выхода и пойти вместе домой. Хван прекрасно помнил о том, что произошло неделю назад, повторять ту историю он не горел желанием. Дома его встретила соскучившаяся без людей собака. Рич, виляя своим коротким хвостом, закинул передние лапы ему на плечи и предпринял неудачную попытку облизать щёки. Бросать зверя опять одного в квартире на неопределённое количество времени было бы слишком жестоко, так что он решил совместить приятное с полезным и взять пса с собой, чтобы потом не гулять с ним. Переодевшись в повседневную одежду – светлые джинсы, простую белую футболку да чёрную толстовку, Хёнджин пристегнул собаку на поводок и вышел из дома. До ресторана они с Ричем добирались немного более долгим путём, чтобы тот наверняка нагулялся. Время близилось к девяти, когда они подошли к нужному месту. На крыльце никого не наблюдалось, оно и ясно, ещё было рано, Феликс наверняка только заканчивал свои рабочие дела. Однако странные звуки, раздавшиеся откуда-то со стороны, заставили напрячься. Подойдя ближе, Хёнджин застыл в ужасе. Там опять стоял тот же урод, что и в прошлый раз, только в этот раз всё выглядело намного страшнее. В его руках поблёскивал нож, которым он открыто угрожал сжавшемуся от страха Феликсу. Злость с небывалой силой взыграла в Хване. Он едва сдержал себя от того, чтобы наброситься на него и прирезать прямо на месте, понимая, что так только усугубит положение. Медлить было нельзя, сейчас преимущество пока ещё на его стороне. Грабитель явно был в неадекватном состоянии, это легко читалось даже с расстояния, так что он вряд ли заметил появление ещё одного человека. Рич рядом с ним, явно почувствовав изменение в настроении хозяина, напрягся и был готов в любой момент броситься на защиту. В первую очередь надо оттащить этого урода от Феликса, пока не стало слишком поздно. Лёгким движением руки он отстегнул карабин, ограничивающий собаку в движениях, а после тихо, но жёстко отдал команду: – Фас! Рич в ту же секунду сорвался с места и понёсся в сторону ничего не подозревающего злоумышленника. Тот, заметив угрозу слишком поздно, не успел среагировать должным образом. Он попытался убежать, но запутавшись в своих же ногах, рухнул на землю. Рич грозно зарычал на него, пытаясь пока только прогнать, не причиняя серьёзного вреда. Грабитель оказался не из умных. С огромным трудом поднявшись на ноги, он сделал выпад в сторону собаки, получив ответный рывок от зверя. Видимо, инстинкт самосохранения всё же пробился сквозь толщу препаратов, которые тот явно употреблял, и мужчина рванул что было сил. Один взгляд на хозяина, уверенный кивок Хёнджина и Рич отправился в погоню. Хван в ту же секунду побежал к Феликсу, продолжающему прижиматься к бетонной стене, словно ища в ней хоть какую-то защиту. Рубашка была порвана, а на груди виднелся небольшой порез. Картина ужасающая. Больше всего пугало состояние, в котором находился парень. Он крепко зажмурил глаза, боясь лишний раз шевельнуться. Хёнджин не понимал, как ему вести себя и что делать в такой ситуации. Злость на себя, за то, что опять не успел, позволив такому произойти и на того мужчину, не хотела покидать его. К ней в компанию прибавилась ещё и тревога. Он же хотел обезопасить его, а не допустить ещё более ужасной ситуации. Сердце стучало в бешеном ритме. Хотелось незамедлительно увести Феликса домой и не выпускать больше одного никуда. Только для начала его надо было успокоить и сделать это осторожно. Он сейчас находился в таком состоянии, что Хёнджин своими действиями мог навредить ещё больше. – Ликс, это я. Всё уже позади, ты в безопасности. Я рядом и не позволю ему больше приблизиться к тебе, – начал он настолько спокойным голосом, насколько только мог. Важно было не напугать, а дать понять, что теперь ему ничего не угрожает. Хёнджин бережно коснулся ледяной руки, внимательно проверяя реакцию парня. Феликс поднял на него полные страха глаза. Сердце сжималось от боли за такого хрупкого и беззащитного сейчас человека. Хёнджин осторожно, дабы не задеть порез, обнял его. Они простояли так очень долго. Хван мягко гладил его по спине, шепча что-то успокаивающее на ухо. Когда тот немного пришёл в себя, Хёнджин отстранился и стянул с себя толстовку, бережно укутал в неё парня. Рич тем временем успел вернуться со своей импровизированной охоты и преданно сидел рядом, явно ожидая похвалы за проделанную работу. Достав из кармана лакомство, Хван бросил его псу, сказав, что тот молодец. – Пойдём домой, – Хёнджин приобнял Феликса, давая ему дополнительную опору. Рич послушно шёл следом, всю дорогу внимательно изучая незнакомца рядом с хозяином. Не рычал, не пытался заявить права на своего человека, наоборот, он сделал то, чего от него совсем не ожидали. Обойдя парочку с другой стороны, он мягко ткнулся холодным носом в ладонь Феликса, подставляя свою голову, словно хотел, так же, как и хозяин, поддержать его, помочь. Дома Хёнджин в первую очередь обработал эту жуткую царапину. Он старался не отходить от Ликса ни на шаг, постоянно держал его за руку, обнимал и ласково целовал в макушку, как только такая возможность появлялась. Хван изо всех сил пытался как-то помочь ему, хотя бы просто быть рядом. Пёс мирно лежал рядом с ногами Ликса, свернувшись калачиком, дополнительно согревая своим теплом. Страх и тревога постепенно отступали. Парень больше не дрожал и не пытался спрятаться, понемногу приходил в себя. До нормального состояния им обоим было далеко, но самое страшное уже позади, а значит, скоро всё снова будет хорошо, по крайней мере, в это хотелось верить. Отпускать Феликса домой в таком виде казалось абсурдом. Его бы крепко обнять, да уснуть рядом, дать понять, что тут безопасно, тут дом и надёжная защита от любой угрозы. – Прошу тебя, останься сегодня у меня, – шёпотом сказал Хёнджин, мягко перебирая пряди волос лежащего на его плече Феликса.

*****

Феликс

Молиться, судя по всему, было бесполезным занятием, хотя Феликс и молитв-то никаких не знал. – Д-да, – с трудом произнёс Ли, в надежде, что теперь от него всё-таки отстанут. Сейчас он был готов отдать всё, что угодно, лишь бы оказаться подальше отсюда и от этого кошмара. – Знаешь, я передумал! И так ждал слишком долго, ты не заслужил вторую отсрочку, – Безумная улыбка, исказила и без того не самое симпатичное лицо, сделав его ещё менее привлекательным. Именно этого боялся блондин. Договариваться о чём-то с людьми в подобном состоянии совершенно бессмысленно. Ли зажмурился, очень наивно надеясь, что если ничего не видеть, то будет хотя бы не так больно – по крайней мере, когда в детстве у него брали кровь из пальца, это помогало. Лезвие опасно приблизилось к щеке, мужчина никуда не спешил, явно наслаждаясь реакцией и процессом в целом. Холодная сталь коснулась кожи, а разум внезапно нарисовал картинку: вчера этой же щеки касались любимые пальцы. Что, если сейчас он позволит изуродовать себя, а Хёнджин потом больше не захочет его видеть? Их хрупкие отношения разрушатся, едва начавшись? Он должен сделать всё, чтобы этого не допустить! Парень схватил противника за руку, останавливая, но слишком быстро понял, что силы не равны. Прежде, чем он успел испугаться возможных последствий, откуда-то со стороны послышалось клацанье когтей об асфальт, а в следующее мгновение изменение ситуации дошло и до мужчины. Если бы не желание потерять сознание, а очнуться в новой, спокойной реальности, Ли было бы приятно увидеть страх, мелькнувший в его глазах прежде, чем злоумышленник побежал. Собака. Его спасла собака. Феликс закрыл лицо руками и начал сползать вниз по стене, какой абсурд, неужели в жизни и правда так бывает? Но достигнуть "пола" парень не успел. – Ликс, это я... "Хван?! Что он здесь делает?" Ли в ужасе посмотрел на Хёнджина, действительно стоящего напротив. Более того, как бы доказывая своё присутствие, парень коснулся его руки, согревая и успокаивая. Тело била мелкая дрожь. Сейчас у него начнётся истерика. Или уже началась? На глаза навернулись слёзы, причём Ли так и не понял, что испытывает: радость, боль, страх, смущение, удивление... наверное, всё это сразу? Предстать в таком виде перед Хваном казалось просто катастрофой. А ведь утром он был очень красивым! По крайней мере, приложил усилия, чтобы выглядеть так. А что теперь? Ужасный, взъерошенный – перепуганный воробей, не иначе. Обнимая спасителя, Ликс тихо шмыгал носом и пытался не думать о плохом. Хотя получалось, стоит признаться, не очень-то хорошо. Едва сокурсник отстранился, парень попытался скрыть оголённую грудь за остатками рубашки, но лишь поморщился от того, что ткань задела порез. Хёнджин в этот момент уже снимал свою толстовку. В ней стало гораздо уютнее и теплее. Дорога до дома в его сознании не отложилась совсем, он не запомнил её даже урывками. Единственное, что он делал – это отчаянно цеплялся за Хвана, пытаясь побороть иррациональный страх того, что его сейчас оставят одного. Однако Хёнджин всё время был рядом. Наверное, это первый раз, когда Ликса не оставили наедине со своими проблемами и эмоциями. – Так больно? – Нет. – А вот так? – Н-нет, – сжав зубы повторил Ли – выглядеть слабаком совсем не хотелось. Только, кажется, ему не поверили. – И зачем обманываешь? – Сокурсник улыбнулся, а рану обдало лёгким порывом воздуха – этот метод всегда работал безотказно. – Спасибо... ты снова меня спас, – тихо поблагодарил Ли, перебирая в пальцах пряди волос Хвана. Мысль о том, что если бы они не встречались, то всё продолжалось бы, как и прежде, он отгонял подальше. Ведь зло побеждено, верно? Вряд ли он вернётся ещё раз. Цена за это в виде такой раны – сущий пустяк. Спустя некоторое время Феликс даже начал "оживать". Он наконец-то обратил внимание на питомца, который вёл себя поразительно спокойно для добермана. Ликс не разбирался в собаках, но основные черты некоторых пород всё же знал. – А это..? – задал он вопрос, указывая взглядом на собаку, мирно лежащую рядом, и имея в виду, что хочет узнать побольше об одном из своих спасителей. Он даже осторожно протянул руку, чтобы коснуться лоснящейся короткой шерсти. На ощупь она была будто атласной и такой приятной, что отпускать не захотелось, однако Ликс понимал, что ещё не заслужил доверие, поэтому почти сразу убрал руку, не дожидаясь, пока собакен решит ею поужинать.