Сад несдержанных обещаний

Феликс

Придумать, как выкрутиться из крайне смущающей ситуации, Ли сумел, а вот предвидеть, что Хёнджин вполне логично и справедливо повторит за ним - нет. И это стало фатальной ошибкой. Движение Хвана было лишено реальной силы, однако и той, которую он приложил, хватило с лихвой, чтобы заставить Феликса инстинктивно содрогнуться и вцепиться в сокурсника мёртвой хваткой. В глазах потемнело, и на мгновение Ли потерял связь с реальностью, но на этот раз по совсем не приятной причине. Хёнджин умудрился попасть в самую глубокую из ран, и даже если бы Феликс был готов, то вряд ли сумел бы сдержать "кашель" от того, что поперхнулся воздухом и последующий стон от того, что от напряжения пресса, боль резко стала в несколько раз сильнее. - В-всё в порядке, - прохрипел парень, пытаясь разжать пальцы и выпрямиться, но тело почему-то не спешило его слушаться, считая, по всей видимости, что хозяин сегодня уже превысил лимит своих полномочий. Вторую руку он, сам того не заметив, прижал к животу, как будто это могло чем-то помочь. "А я думал, что больнее, чем когда доставал осколки, быть уже не может", - подумалось ему. Скорее всего, в действительности и не было, однако резкая смена ощущений создала такую иллюзию. - Я просто... просто не ожидал. Не переживай. Вон, вода закипела, ты так и не ответил, какой будешь чай? Или кофе? Но увы, у меня только растворимый, - наконец, всё же вставая обратно, невинно спросил блондин. Ещё не хватало, чтобы Хван отчитывал его за неосторожность. Теперь он всё же счёл, что сам виноват, даже несмотря на подозрение о подножке от того странного посетителя, поэтому вовсе не горел желанием распространяться о своих неудачах. Как говорили его родители "до свадьбы заживёт". И ладно. Пока лицо Хёнджина выражало озадаченность, Ликс поднял ладонь, чтобы провести пальцами сначала вдоль виска, затем спуститься к щеке и ниже... - Ну правда, всё хорошо, не бери в голову, - уверенно попросил парень, совершенно не заметив, что как только рука перестала прижиматься к больному месту, на белоснежной ткани футболки стали отчётливо видны пятна крови, просочившейся через хлипкую повязку, которую он собирался, однако не успел сменить.

*****

Хёнджин

Хёнджин не поверил. Ни единому слову Феликса. Как тут может быть всё в порядке, если парень едва ли не задыхается от боли. Он не мог ткнуть с такой силой, а значит проблема не в этом. Один вопрос, к чему такая храбрость и попытки перевести фокус его внимания? Почему прямо не сказать о том, что случилось? От того, что Феликс пытается сделать вид, что всё хорошо, Хёнджин начинал переживать лишь сильнее. Если он не хочет говорить, то произошло что-то действительно серьёзное. Прикосновение к собственной щеке приятно и немного успокаивало. Хван прикрыл глаза, поддавшись этой минутной слабости. Он со всей нежностью прильнул к тонким пальцам, что так трепетно гладили его. Однако тревога за маленькое чудо всё ещё не покидала его. Открыв глаза, Хёнджин сразу заметил страшное. На белой футболке парня появились несколько капель крови. Видимо, прижимая ладонь к животу, тот спровоцировал кровотечение свежих ран. - Значит вот так у тебя всё в порядке, да, - немного раздражённо сказал Хёнджин. Не спрашивая разрешения, он осторожно приподнял футболку Феликса. Бинты, которыми был обтянут весь живот парня, были насквозь пропитаны кровью. Страшно представить, что могло произойти, раз остались такие повреждения. Ну, уж не напали же на него с ножом прямо в кафе. Хотя в свете последних событий, подобное уже не казалось чем-то удивительным. - Это надо срочно обработать. Иди в комнату, снимай футболку и жди меня на кровати, я найду всё необходимое и сразу же приду, - со всей серьёзностью заявил Хёнджин, а сам отправился на поиски аптечки. Перерывая все ящики в квартире парня, Хван старался не думать о случившемся. Сейчас главное оказать первую помощь и уговорить Феликса поехать завтра с самого утра к врачу. С подобным лучше не тянуть, проходил на личном опыте. На одной из кухонных полок он нашёл небольшую аптечку. Только вот толка от неё оказалось мало. Бинтов не нашлось, из того, чем можно было обработать, только йод. Он слабо подходил для работы с открытыми ранами, но это всё же хоть что-то. По дороге в ванну Хёнджин вспомнил, что сегодня у него с собой рюкзак. Оставалось надеяться, что он не выложил из него свою косметичку, в которой носил небольшой набор лекарств и средств первой необходимости. Да, он практически всегда таскал с собой препараты на все случаи жизни, начиная с капель в нос, заканчивая обезболивающим спреем, что когда-то ему прописал врач. Он тогда очень сильно повредил руку и этот чудесный флакон позволял облегчить муки заживления. Удача всё же решила ему улыбнуться, хотя бы в конце дня. Захватив всё, что нашёл в аптечке Феликса и свой личный запас лекарств, Хван пошёл к Феликсу. Парень сидел на кровати, понуро наблюдая за происходящим. Хёнджин осторожно снял бинты, отбрасывая их на пол, а после, застелив постель принесённым из ванны полотенцем, помог Ликсу лечь. Дело плохо. Порезы разной длины и глубины покрывали практически всю площадь живота. Те, что были поменьше, выглядели чуть лучше, но особенно крупные, все ещё немного сочились. Вариантов, что могло вызвать подобное - мало. Больше похоже на колотые раны. Такие обычно появлялись от воздействия острого предмета. Вряд ли нападение с ножом прошло бы незаметно в кафе средь бела дня, так что это спокойно могло быть стекло, что ещё хуже. Вымыв руки, Хван присел на край кровати рядом с Феликсом, так будет удобнее. - Надо проверить, не осталось ли чего в порезах. Заранее извини, что будет больно, я постараюсь как можно осторожнее, - нежно огладив бедро парня, он ободряющее улыбнулся. Хёнджин обязательно выпытает у него все детали произошедшего, но потом. С помощью обильно смоченных водой ватных дисков, которые обнаружились в комнате, он бережно промыл все раны, стараясь сильно не давить, чтобы не причинить лишнюю боль. Теперь всё выглядело чуточку лучше. Далее в ход пошла перекись. Много перекиси, что моментально начала обильно шипеть белой пеной. Хёнджин проделал такие манипуляции с каждой ранкой, бережно вытирая всё сухими дисками. Так же он не забыл про чуть более заживший порез, который был получен ранее. Ему тоже досталось немого внимания. Крупных осколков не наблюдалось, что было хорошо, но, приблизившись, он обнаружил несколько совсем маленьких. Самостоятельно вытащить такие будет трудно, но он попробует. Для такого понадобится пинцет. Предположив, что тот может быть в ванной комнате, Хёнджин ненадолго оставил Ликса одного, отправляясь на поиски. В шкафчике над раковиной действительно обнаружился необходимый инструмент, который был обработан найденным ранее йодом. Теперь самое сложное и болезненное. Вернувшись в комнату, он виноватым взглядом посмотрел на лежащего парня. Сейчас предстояла не самая приятная процедура и Хёнджин это понимал. Ему не хотелось причинять сильной боли Феликсу, но так было надо. Это бы анестезировать, но Хёнджин понятия не имел, есть ли у Ликса аллергия на лидокаин. Сам Ли тоже понятия не имел. Взвесив все <<за>> и <<против>>, он всё же решил рискнуть. Распылив небольшое количество спрея на повреждённые участки, Хван немного подождал и только после приступил к извлечению осколков. Весь процесс сопровождался, небольшими перерывами на ласковые поглаживания и ободряющие слова. Хёнджин старался хотя бы немного облегчить всё это, понимая, насколько Ли сейчас было неприятно. Он делал всё чётко, быстро и без лишних нервов, словно подобное проворачивал уже не в первый раз. На самом деле, так оно и было. В школе его довольно сильно травили все, кому не лень, и частенько избивали. Дети – жестокие существа. Поэтому ещё с малых лет Хёнджин научился как обрабатывать раны, так и извлекать из них инородные предметы. Лишний раз волновать родителей не хотелось, так что пришлось освоить подобные навыки. Разве что зашивать не умел, но в таких ситуациях он обычно уже ездил к врачу. Сам, по-тихому, чтобы мама с папой не узнали. Закончив с осколками, Хёнджин облегчённо выдохнул. Крови уже практически не было, только сукровица немного сочилась, что было нормой. Первые дни так и будет, придётся часто менять повязки и накладывать мазь, которую завтра пропишет врач. Сам он не решился бы что-то наносить, хватит с него лидокаина, без того риск высокий. Самое сложное позади, теперь только обработать края раны да наложить повязку. Осторожно закрепляя бинты, Хёнджин внимательно наблюдал за Феликсом, в очередной раз гадая, в какую передрягу тот попал. Он сидел рядом, смиренно принимая свою участь. Закончив со всеми повязками, Хван улыбнулся. Вот теперь точно всё. Убрав инструменты и прочие вещи, с которыми работал, он вернулся обратно на кровать, забираясь на неё с ногами. Феликс выглядел немного подавленно. Не найдя лучшего лекарства, Хёнджин наклонился ближе к нему и со всей нежностью, что только у него была, поцеловал. Отстранившись, он мягко огладил контур лица, заглядывая в опечаленные глаза. Вот сейчас настало то самое прекрасное время для допроса. - А теперь рассказывай, кто с тобой это сделал? – Вопреки своему серьёзному тону, Хван бережно гладил Феликса по бедру, стараясь немного успокоить и дать понять, что всё хорошо, и ему он может поведать абсолютно все, не боясь. Внутри кипело от злости на того человека, что сотворил подобное, но одновременно с этим, он безумно волновался за парня, - Кстати, завтра утром мы вместе поедем в больницу. Это не обсуждается, даже не пытайся спорить и что-то говорить про учёбу. Пропустим первые две пары, ничего страшного. Хоть я и постарался вытащить все осколки, но врач из меня тот ещё, мог что-то упустить, а это чревато страшными последствиями. Плюс он пропишет лекарства, которые ускорят заживление. Я сейчас обезболил, должно быть полегче, но всё равно. Твоё здоровье куда важнее всего остального. Не хочу, чтобы ты потом оказался на больничной койке с заражением крови или какой-то другой инфекцией.

*****

Феликс

Его план почти удался. Но лишь почти... Парень не сразу понял, как Хёнджин догадался, однако опустив глаза туда, куда он смотрел, Феликс с большим трудом удержался от глубокого вздоха. Как глупо он попался. С самым понурым из видов, он поплёлся, куда велели - в комнату и, раздевшись по пояс, уселся на кровать. Хван тем временем бегал по квартире в поисках... чего-то. "Неужели не мог просто спросить, где и что лежит?" - отстранённо думал Ли, наблюдая, как вещи в его ящиках из относительного порядка становятся лежащими в полном хаосе. Но на это было плевать, куда сильнее его волновал вопрос о предстоящих расспросах. Он не сомневался в том, что не избежит этой участи после того, как всё закончится. Наконец, одногруппник пришёл к нему и принялся обрабатывать пострадавшие места. Пока он промывал их, было вполне терпимо и Феликс просто периодически хватался за штанины шорт, чтобы не шипеть и вообще не издавать любых лишних звуков. Этим он точно никому не поможет. Удивительно, но Хван действовал быстро и чётко, будто делал так уже бесчисленное множество раз, о чём не смог промолчать: - Ты что, подрабатываешь медбратом в свободное от учёбы время? - слегка приподняв голову и тут же опустив её обратно от вспышки боли, поинтересовался блондин. У Хёнджина даже обезболивающее с собой было! Теперь вопросы возникли и у Ликса. Однако несмотря на почти волшебный спрей, боль всё равно ощущалась. И гораздо сильнее, чем во время промывания. Слёзы сами собой застыли в уголках глаз и в какой-то момент тонкими струйками стали стекать по вискам на волосы. Представлять, как процедура ощущалась бы без обезбаливания, он совсем не хотел. Видимо, там, в туалете, ему помогло состояние аффекта, сейчас его, конечно, уже не было. Но Ли молчал. Брюнету и так наверняка нелегко - он явно нервничал, постоянно прерываясь на поглаживания и успокаивания, хотя складывалось впечатление, что он успокаивает больше себя, чем его. Когда пытка, иначе не назовёшь, была, наконец, закончена, наступило то, чего Феликс боялся больше, чем вытаскивания осколков. "Допрос". "Кто с тобой это сделал?" - Хёнджин выглядел действительно обеспокоенно, а поцелуй был настолько нежным и невесомым, что Ли сравнил бы его разве что, с касанием крыла бабочки. Однако почему-то этот вопрос заставил его разозлиться. Не на Хвана, нет. На себя. Почему от него постоянно столько проблем? Вместо того, чтобы сейчас валяться в обнимку на кровати они занимаются... непонятно чем. Ликс не хотел отвечать, но когда Хёнджин спросил снова, то не выдержал, сев, чтобы оказаться с парнем на одном уровне: - Никто! Никто со мной ничего не делал, окей?! Я сам во всём виноват! Сначала сам разбил, потом сам упал! Сам испортил очередную рубашку! Сам лишился премии на два месяца! Сам испортил тебе вечер... И ни к какому врачу с утра не поеду. Не могу я пропустить безопасность полётов и аэродинамику. Там и так всё фигово. Максимум - вместо английского. А лучше - вообще вечером, после всего. Но я съезжу. Один. У тебя наверняка своих дел куча, хватит жертвовать ими ради меня! - Блондин схватил Хвана за одежду и прижался лбом к его груди, но почти сразу отпустил. - Прости. Ты так и не сказал, чай или кофе будешь? Вода уже остыла, пойду нагрею заново. Подождёшь? - с этими словами Ли встал с кровати, лишь слегка поморщившись от вновь занывших ран. А в следующий момент понял, что помимо прочего, у него кружится голова. Резко встал? Может быть. Бывает. Самую малость пошатнувшись, он осторожно продолжил движение к кухне, благо, до неё было совсем недалеко. По какой-то очередной совершенно непонятной причине, около плиты его начало подташнивать. "Наверное, съел что-то не то", - решил Феликс, хотя что это было, он предположить не смог, потому что завтракал дома уже проверенной едой, а до обеда дело сегодня не доходило. Дышать тоже стало сложнее, но Феликс упорно стоял, пытаясь сфокусировать взгляд на чайнике, ожидая, пока вскипятится вода - он не позволит себе очередную слабость, не сейчас. Он упустил момент, когда пол стал уходить из под ног. Подумать о том, куда он падает, а также скорректировать траекторию этого падения тоже не успел. Осталось только понадеяться, что это будет не слишком больно. Когда очнулся, то с удивлением обнаружил себя на руках брюнета. - Джинни? Я... я же просил немного подождать, - с трудом выговорил Ликс и почти сразу вскочил (ну, вернее попытался, для его состояния встал достаточно быстро), чтобы побежать к раковине. Тошнить стало сильнее, и он боялся, что испачкает Хвана, если не сможет сдержаться. Стоя над раковиной, опираясь на неё обеими руками, парень думал только о том, как, должно быть, мерзко он выглядит сейчас перед тем, с кем мечтал встречаться последние два года. "Ужасный день. Просто кошмарный. Хочу умереть". Слёзы, на этот раз уже от накатившей повторно истерики, тихо застучали по железному дну "ёмкости". - Что со мной происходит? Что я сделал не так? - он не обращался ни к кому, просто не мог больше молчать. Тошнота, вроде бы, немного отступила, поэтому блондин развернулся к фасаду кухни спиной и съехал на пол, подобрав колени к груди и уставившись в одну точку, забив на то, что живот его действий не оценил. Внезапно он почувствовал что-то холодное и мокрое на тыльной стороне ладони. - Рич? - Откуда взялся пёс, и где он был всё это время, осталось для парня загадкой. Ткнувшись в его руку ещё пару раз, будто пытаясь успокоить таким образом, доберман вернулся к хозяину. Ликс улыбнулся сквозь слёзы и шмыгнул носом, но потом посерьёзнел, мысль, посетившая его, требовала выражения прямо сейчас: - Почему ты решил встречаться со мной? Ещё не поздно... ты можешь уйти, я пойму. Я не достоин тебя. Найди себе кого-то более... успешного? - Феликс на краткий миг поднял глаза на Хёнджина и сразу опустил их в собственные ноги, смотреть на него дольше блондин просто побоялся.