Сад несдержанных обещаний

Феликс

Отпуск закончился, будто не успев начаться. Рядом с Хёнджином время летело настолько незаметно, что счастливые не наблюдали не только часов, но даже дней. Мысль о возвращении на работу заставляла страдальчески закатывать глаза, но всё-таки, когда время пришло, Ли героически справился с задачей вылезти из тёплой постели, чтобы отправиться на холодную улицу. Ближе к обеду зашла Сана. Феликс продолжал общаться с ней по-дружески: они переписывались, поздравляли друг друга с праздниками и, в целом, Ли считал её достаточно приятной девушкой. Об отношениях она больше не заикалась, зная, что Ликс счастлив в своих нынешних. Отпросившись на пятиминутный перекур, парень вышел вместе с ней на задний двор. – Я чего зашла-то, хочу пригласить тебя на вечеринку в честь своего дня рождения. Сегодня вечером. Посидим, отметим. Придёшь? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!! – Нууу, даже не знаю, как-то это... неожиданно? Чего заранее не предупредила? – Да я вообще не собиралась отмечать, если честно. А потом решила, что всё же стоит. У меня совсем нет друзей, но подумала, что с тобой мне будет комфортно, – Лгать было так приятно, что девушка едва сдерживалась, чтобы не улыбаться шире положенного. – Тогда можно я приду не один? – К сожалению, не получится... Я уже всё заказала, но только на двоих. – Но ведь у меня даже подарка нет! – привёл парень весомый, по его мнению, аргумент. – О, не проблема! Поверь, если ты согласишься прийти – это будет лучшим подарком для меня, – А здесь уже чистая правда. – Не знаю, мне нужно посоветоваться с парнем. – Хорошо, конечно, – Это однозначно победа. Она прекрасно знала, какие у них отношения, поэтому даже не сомневалась в том, что Хёнджин отпустит своего любимого щеночка погулять. Так и получилось. После смены Ликс забежал домой, чтобы переодеться, и отправился в указанное место, им оказался один из крупнейших торгово-развлекательных центров в городе. Идти без подарка было всё-таки неудобно, поэтому Феликс купил конверт и положил в него немного денег – всё же лучше, чем ничего. Сначала они поиграли у автоматов, потом поужинали, потом снова играли, но уже в боулинг, а потом, после очередной победы, не мог же парень выигрывать у именинницы, Сана вдруг повернулась. – Я знаю, что ты очень красиво рисуешь и... хотела попросить, чтобы ты нарисовал меня. – Уже довольно поздно, может в другой раз? – Поверь, это не займёт много времени, я согласна даже на небольшой набросок. Всё уже готово, неподалёку отсюда есть гостиница, я сняла там номер на вечер. Буквально час-полтора. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!! – девушка просила точно так же, как и в первый раз, но теперь сложила руки в умоляющем жесте и выглядела ну очень несчастной. – Ладно, хорошо, но сразу после я домой. – Договорились!

***

Они поднялись на третий этаж и нашли нужную дверь. Внутри помещения действительно обнаружился мольберт и карандаши с красками то ли на выбор, то ли она рассчитывала на целую ночь позирования. Помимо этого, в комнате расположились складной диван зеленоватого оттенка, пара кресел, торшер, круглый журнальный столик и бутылка питьевой воды на нём. Комната была действительно только комнатой, а не полноценным номером, что, впрочем, совсем не напрягало – так просто дешевле. – Я отойду, поправлю макияж, чтобы всё точно получилось идеально, – сообщила Сана и скрылась, закрыв за собой дверь. Ликс пожал плечами и сел в кресло, подтянув к себе холст вместе с карандашами.

*****

Хёнджин

Чудесные две недели в Японии подошли к концу. Этот отпуск Хёнджин однозначно запомнит как один из самых лучших в своей жизни. За это время он успел понять для себя одну очень важную вещь. То ощущение Феликса, которое Хвану успешно удавалось игнорировать все три месяца, наконец-то взяло верх над упрямством. Любая, даже самая маленькая мысль о парне вызывала на лице улыбку, контролировать которую не представлялось возможным. Сердце забывало правильный ритм, стоило им пересечься взглядами. И так хорошо становилось, что, казалось, ещё немного, и он задохнётся от этого грёбаного счастья. Хёнджин осознал, что влюбляется. Он никогда не давал имени этому ощущению и только в их последний день в Японии, когда они уже собирались уезжать, вдруг, признался сам себе. Ничего особенного, Феликс просто судорожно бегал по номеру, пытаясь найти, куда кинул свою зарядку, а Хёнджин в этот момент поймал себя на том, что не может перестать глупо улыбаться, наблюдая за ним. Вот так и приходит осознание полного и абсолютно беспросветного пиздеца.

***

Хёнджин только принялся за приготовление ужина, когда внезапно позвонил Феликс. Насторожившись, он без промедления ответил на звонок. Это странно, что парень звонит ему в разгар смены. Неприятные мысли, которые уже успели заползти в паникёрскую голову Хвана, испарились почти сразу. Оказывается, тот просто хотел спросить, не будет ли Хёнджин против, если он сходит отметить день рождения подруги сегодня. Хван, разумеется, против не был. Феликс забежал переодеться после работы и предупредил, что сильно задерживаться не планирует. Поцеловав его напоследок, Хёнджин вернулся к своим вечерним рутинным делам. В тот момент он ещё не понимал, что это их последний вот такой поцелуй. Лёгкий и наполненный светлым счастьем…

***

Ближе к полуночи раздался неприятный звонок. Увидев, кто именно звонит, Хёнджин сразу захотел сбросить, но что-то извне не позволило ему этого сделать. Повинуясь мнимому шестому чувству, Хван ответил, грубо поприветствовав человека по ту сторону связи. – Я тебя тоже очень рада слышать, Джинни, – голос Саны был отвратительно весёлым. Это раздражало и лишь сильнее побуждало его бросить трубку. – Не советую бросать трубку, милый. Я там тебе отправила ссылочку на одну трансляцию, зайди, я уверена, ты должен это оценить. Хёнджин нахмурился, перестав понимать, чего от него хочет эта женщина. Обычно она звонит, чтобы попросить вернуть отношения или в очередной раз напомнить о том, какой он плохой мудак, раз так поступил с ней. Однако вот такого она ещё не выкидывала. Чувство опасности не покидало его. Он с недоверием перешёл по ссылке и замер. На видео была небольшая комната какого-то отеля. Одним единственным человеком, который в ней находился, был Феликс. Он мирно рисовал себе что-то и выглядел абсолютно нормальным. Вот только вопрос, что он там блять делает, если сказал, что пошёл отмечать день рождения? Всё это мало походило на шумный праздник. – Я знала, что тебе понравится, Джинни. Ты, наверное, задаёшься вопросом, что твой мальчик там делает и где остальные гости моего праздника. Забавное совпадение, да? Твой парень считает своей хорошей подругой твою бывшую. Знаешь, я пыталась увести его, но этот мальчишка так сильно в тебя влюблён, что даже не дал мне шанса и отшил. Отвратительное отношение к старшим, как по мне. Так что, я решила действовать сама и немного похитила его, – сердце Хёнджина на пару мгновений замерло, а после забилось с бешеной скоростью. Что она только что сказала? Похитила?? Страх за любимого человека охватил полностью, посылая здравый смысл настолько далеко, что ни один первоклассный детектив не смог бы его найти. – Ты не посмеешь ему ничего сделать. Ты, конечно, ёбнутая, но не будешь нарушать закон ради того, чтобы отомстить мне, – он сам слабо верил в эти слова. Сана уже выкидывала странные вещи, но эта хоть и переходила черту, спокойно могла вписаться в рамки её искажённой моральной нормы. – Я уже посмела, милый. Видишь на столе бутылку с водой? Так вот, в ней яд. Если он выпьет из неё, то у него будет минут пятнадцать, может двадцать, чтобы успеть принять противоядие, а после всё. Дальше только свидание с Апостолом Петром, – девушка на том конце провода усмехнулась, явно наслаждаясь ситуацией. Самому Хёнджину было совершенно не до смеха. Он со всей силы сжимал в руках телефон и не отрывал взгляд от изображения Феликса, который мирно продолжал что-то рисовать. Он выглядел таким спокойным, совершенно не подозревающим, какая опасность поджидает рядом. Хван почему-то не сомневался в том, что в бутылке действительно не просто вода. Даже если девушка и блефует, то рисковать всё равно нельзя. На кону жизнь его любимого и дорогого человека. Сейчас совершенно не до того, чтобы строить теории и искать подвох. – Что ты хочешь? – совершенно потерянным и слегка дрожащим от волнения голосом, тихо сказал Хёнджин, – Я прошу тебя, не делай этого. Дай мне ебучий адрес и забери у него эту чёртову бутылку. Я сделаю всё, только не трогай его. Это наш с тобой конфликт и Феликс не имеет к нему никакого отношения. – Неужели, ты реально влюбился? – Сана звонко рассмеялась, – Я думала, мне просто показалось, но оказывается даже такие сволочи, как ты, способны любить. – Заткнись! Просто дай мне грёбаный адрес и назови сумму, – Хёнджин уже не выдерживал. Надо бы сохранять трезвую голову, но эмоциям было откровенно плевать на то, как правильно действовать в таких ситуациях. – Деньги? Мне не нужны деньги, Джинни. Я дам тебе адрес, но воду забирать не буду. Его жизнь будет зависеть лишь от тебя. Согласишься ли, успеешь ли. Плату я назову позже. Уверена, тебе она понравится. Если ты согласен на эту маленькую сделку, то жди адрес смской. – Я согласен. Связь оборвалась. Хёнджин с замиранием сердца ждал это несчастное сообщение. Как только уведомление с заветным адресом появилось на экране, он быстро перевёл трансляцию в режим параллельного просмотра и побежал на остановку такси. Указанное место относительно недалеко, но пешком или на общественном транспорте будет явно дольше. Руки отказывались слушать, и он то и дело промахивался по клавишам, психуя и теряя драгоценные секунды. Машина подъехала спустя пять минут. Самых долгих пять минут в его жизни. Он грубо открыл дверь и громко хлопнул ею. Водителя явно не обрадовало такое обращение с его имуществом, но почему бы ему сейчас не пойти нахуй. – Езжайте как можно быстрее. Все штрафы я оплачу. Хёнджин не сводил глаз с расслабленной фигуры Феликса. Знаете, когда смотришь на часы, то появляется ощущение, что время течет медленнее, вот и ему казалось, что если он будет продолжать смотреть на Ли, то тот замрёт и не будет шевелиться. Не подойдёт к злосчастной бутылке. – Блять, нет, нет, нет, пожалуйста, нет!! – закричал Хёнджин, будто Феликс по ту сторону экрана мог его услышать. Однако он уже держал воду в своих руках. Хван словно в замедленной съёмке наблюдал за тем, как Ли откручивает крышку, подносит бутылку ко рту и делает несколько глотков. Навигатор показывал, что им осталось семнадцать минут. – Что, любимая команда проиграла? – весело хохотнул водитель. – Заткнись и едь быстрее. Хёнджин выключил телефон, раздражённо откинул его в сторону. Он был не в силах больше следить за этим. Видеть, как любимый человек умирает прямо у тебя на глазах – слишком страшно. Он так боялся опоздать… Вся надежда оставалась на противоядие, которое Сана оставила в ящике стола. Девушка сообщила о нём вместе с адресом. Он напряжённо следил за тем, как дома стремительно сменяют друг друга за окном, боясь перевести взгляд на телефон водителя и увидеть, что время поездки становится больше. Внутри была только отвратительная и холодная пустота. Хёнджин ничего не чувствовал, словно совсем потерял эту способность. Лишь неприятная соль на дрожащих губах давала понять, что он всё же плачет. Как только машина остановилась у нужного отеля, он пулей вылетел из неё. Игнорируя охрану и персонал гостиницы, Хёнджин побежал к лифтам. Оценив ситуацию, он решил, что пешком будет быстрее. Нельзя терять время, а ждать, пока все эти ленивые постояльцы соизволят заплыть в маленькую кабинку на своих этажах – значит убить Феликса своими же руками. Он судорожно бегал по этажу, пытаясь найти нужный номер. Верную дверь подпирала какая-то маленькая баночка, видимо для того, чтобы та не захлопнулась совсем. Хёнджин открыл её, морально готовясь к худшему. Феликс лежал на полу. Глаза закрыты. Казалось, что он просто спит, но… Сана не обманула. Эта сумасшедшая реально подсыпала какую-то хрень в бутылку. Хван замер на несколько мгновений. Его било крупной дрожью, а слёзы, застряв где-то в горле неприятным комком, мешали дышать. Надо действовать, но тело не хотело слушаться. Он дрожащими руками открыл ящик, достал оттуда несколько жёлтых шариков, которые, по всей видимости, и были тем самым противоядием. Подходить к Феликсу было ещё страшнее. Он боялся взять его на руки и понять, что тот не дышит. Тогда уже никакое лекарство, никакая скорая или кто-то там сверху, кому обычно молятся в таких ситуациях, не сможет помочь. С максимальной осторожностью он уложил голову парня к себе на колени. Запихнув таблетки тому в рот, он заставил его проглотить их, спровоцировав нужный рефлекс. – Пожалуйста, ангел мой… – тихо прошептал Хван, прикладывая свою ладонь к груди парня. Сердце билось. Тихо, медленно, но билось. Хёнджин выдохнул. Он всё же успел. Надежда на то, что всё обойдётся, ярким пламенем разгоралась в груди. Хван аккуратно переложил Феликса обратно на пол, но лишь для того, чтобы встать самому и перенести его на диван. Он заботливо убрал мелкие пряди с прекрасного лица, усыпанного веснушками. Слёзы не прекращали течь по его щекам, только теперь он улыбался. Весь ужас позади. Феликс вот-вот придёт в себя, и они уйдут как можно дальше от этого проклятого места. Идиллию нарушил звонкий писк уведомления. Достав из кармана телефон, Хёнджин без задней мысли открыл сообщение, даже не посмотрев на имя отправителя. "Ты бросишь его. Вот моё условие. Только сделаешь это максимально отвратительно, ну, как умеешь. Хочу, чтобы ты и этот парнишка пережили те же эмоции, что и я когда-то. Если откажешься или расскажешь ему о нашем маленьком договоре, то в следующий раз в его еде будет то, от чего он умрёт почти сразу. У тебя неделя, Джинни. Скажи спасибо, что вообще дала её. С любовью, Сана!" Дочитав, Хёнджин посмотрел на Феликса, который уже просто мирно спал, ощутив, что теперь его мир рухнул окончательно...

*****

Феликс

Пока Саны не было, Феликс решил немного "размяться" и сделать набросок. Вариантов, конечно, было немного. Выудив из заднего кармана компактный блокнот, который таскал с собой как раз на подобный случай (рисование на электронных носителях вроде телефона не доставляло ему никакого удовольствия), он выбрал карандаш средней жёсткости из тех, которые были предоставлены подругой, и принялся за дело. Обычно в таких ситуациях время начинало бежать гораздо стремительнее, но сейчас для Ликса оно тянулось, словно остывающая карамель. Хотелось домой. Ни одно приятное времяпрепровождение в мире не могло бы сравниться с простыми объятиями любимого парня. Его он и решил изобразить, по памяти, даже без фотографии, но обязательно улыбающегося. К счастью, за прошедшие месяцы тренировок и разглядывания Хёнджина он успел с точностью до трещинок на губах изучить все линии и объёмы. На доступном ему пространстве, конечно, не было нужного количества места, чтобы воплотить каждую из особенностей, но Феликс к этому и не стремился. Рисунок выходил легко, уже почти автоматически, напрягало лишь отсутствие Саны. Она ведь обещала, что много времени это не займёт! От волнения и лёгкого негодования пересохло в горле, так что Ли, не задумываясь, подцепил удачно оказавшуюся рядом бутылку воды. Хотя бы о комфорте позаботилась. Или это не она, а по правилам отеля так положено? Как бы там ни было, напиток оказался очень кстати. Сделав несколько глотков, парень вернулся к своему прежнему занятию, однако через несколько минут почувствовал, что его начинает клонить в сон. Помотав головой, отгоняя неуместное желание, Феликс постарался получше сосредоточиться на кончике грифеля – нельзя спать, дело ведь ещё не закончено. А если быть совсем честным, то даже толком не начато. – Да где её черти носят... – пробубнил в конце концов Ли, собираясь встать, чтобы пойти и поискать Сану, но вместо этого выронил карандаш с блокнотом. Чувствуя, как организм предательски отключается, Феликс не паниковал, даже наоборот, ощущал странное умиротворение. Пол казался умопомрачительно мягким, гораздо мягче дивана, стоящего совсем рядом. Мозг – странная штука, но парень не посмел ей перечить, пообещав сам себе, что приляжет всего на несколько минут. Очнулся он почему-то на диване. Том самом, который не такой приятный как пол. А точно ли очнулся? Протерев веки, Феликс с сомнением уточнил: – Джинни? Что ты здесь делаешь? Мне только кажется, что проснулся, на самом деле, мы всё ещё во сне? И... ты что, плакал? – Вопросов было слишком много, но перестать задавать их он не мог: – А где Сана? Она ведь... ну, я должен был её нарисовать, а потом сразу домой, мы что, уже закончили? Но я даже не помню, как начинали... – Феликс резко сел и зажмурился, пережидая головокружение, а затем обеспокоенно сжал руку Хёнджина, ища поддержки и одновременно пытаясь всё-таки понять во сне он или в реальности.

*****

Хёнджин

Хёнджин долго просидел на полу около дивана, пытаясь осмыслить то, что сейчас прочитал. В его голове всё это очень плохо укладывалось. Феликс спокойно спал, тихо посапывая. Он смотрел на него и отказывался принять тот факт, что ему придётся бросить это чудо. Добровольно отказаться от своего счастья, которое вот только-только обрёл. Впервые в жизни… Феликс был солнцем. Таким ярким и тёплым. А теперь ему предстояло потушить это самое солнце своими же руками. Он осознавал, какую сильную боль его поступок причинит ему. Знал, что тот точно будет ненавидеть, злиться и не понимать, за что Хёнджин так поступает с ним. Хван боялся, что тот не справится с этим ударом. Ещё в самом начале того дурацкого спора он пообещал сам себе, что защитит Феликса любой ценой. Никому не позволит обидеть его и сам не поступит с ним так, как обращался с той же Саной. Вот только теперь для спасения этого человека придётся пойти на то, к чему никто из них не был готов. На глаза попался блокнот, в котором обычно рисовал Ли. Хёнджин осторожно взял его в руки. Он бережно перелистывал странички, рассматривая рисунки. Абсолютно на каждом листе был он сам. Осознание того, насколько сильно Феликс любит его, накрыло только сейчас, ударяя с ещё большей силой. Он не понимал, не хотел понимать, почему, за что их история должна закончиться вот сейчас? Она же только началась… Так не должно быть, нет. Хотелось проснуться и понять, что всё это просто жуткий кошмар. Впереди их ждёт ещё много счастливых воспоминаний. Они вместе закончат университет, пойдут работать туда, куда захотят сами, обязательно купят квартиру. Заведут собаку, да хоть кошку. Плевать на аллергию. Они обязательно будут счастливы… но видимо не в этом воплощении… Когда Феликс пришёл в себя, то был немного потерянным. Хёнджин почему-то вспомнил, как в самом начале их отношений он напоминал ему маленького воробушка. Вот и сейчас, парень так озадачено осматривался по сторонам, пытаясь сориентироваться. Хван смотрел на него с грустной улыбкой на губах, понимая, что слёзы опять подкатывают к горлу. Он молча обнял его, крепко прижимая к себе. Страх, что любое их объятие может стать последним, душил, сдавливая все внутренности с такой силой, что было физически больно. Пытаясь сдержать слишком очевидную дрожь в теле, он прижался ещё ближе к самому родному, что было у него. - Поехали домой, пожалуйста, - задушено, глотая противные слёзы, прошептал он.

*****

Феликс

Ответы на свои вопросы он... получил. Правда не сразу и не на все. Почему-то Хёнджин вместо того, чтобы всё по-человечески объяснить, просто обнял его и попросил поехать домой. Ещё он почему-то дрожал, хотя в комнате было достаточно тепло. Выяснив, что Сана уехала, Ликс с удовольствием согласился, наконец-то вернуться домой. Он и так ужасно хотел туда ещё с середины вечера. Слушая сбивчивые объяснения парня о том, что же всё-таки произошло, Феликс думал вовсе не о Сане и не о том, что ему стало плохо. Он вообще смутно помнил этот момент и ему всё ещё казалось, что то была просто усталость. Заверив явно слишком уж переживающего Хёнджина в том, что всё в полнейшем порядке и чувствует он себя просто прекрасно, Ли поспешил подтвердить свои слова действиями, организовав очень чувственный и длительный минет. И судя по стонам, завершившимися едва ли не слезами, Хвану понравилось.