Сад несдержанных обещаний

Феликс

Ближе к вечеру, во время просмотра очередного детективгого сюжета, его вдруг осенило. А что, если Хёнджин недолюбливает Сану не просто так? Если всё это время именно она была их главным врагом? И таблетки, которые она давала ему, на самом деле какие-то не такие? Это нужно было проверить. Перейти от мыслей к действиям не составило труда. Отлучившись по излюбленному маршруту, парень выпил лекарство. До очередного укола по графику оставалось ещё некоторое время, так что теоретически он должен успеть почувствовать эффект. Однако ничего не произошло. Ни галлюцинаций, ни ухудшения состояния. Значит, дело всё-таки не в этом. Тогда в чём? Ликс решил подумать об этом позже. – Джинни, а ты знаешь, что это? – кивая на инъекцию в руках сокурсника, поинтересовался он. – Раньше при отравлении мне ничего не кололи... Довольно странно, что сейчас нужно.

***

Неизвестно какая серия за день подошла к концу, Феликс поднялся, разминая затёкшие конечности. Взгляд упал на кейс с наушниками, и он вспомнил песню, на которую недавно наткнулся. Остро захотелось поделиться ею с Хёнджином, но как это лучше сделать? Идея, возможно, была не самой удачной, но другие в его светлую (исключительно по цвету волос) голову не заглянули. К тому же, он надеялся, что это поможет создать новые приятные воспоминания о прикосновениях. – Хочу попросить тебя кое о чём. Только обещай не отказываться. Поупрашивав парня совсем недолго, довольный согласием, Ли взял свой телефон. Едва звук начал заполнять пространство, он протянул Хвану руку: – Ты ведь ещё не бросил это? Мне кажется, она напоминает нас. Потанцуй со мной. Пожалуйста.

*****

Хёнджин

Хёнджин трепетно прижимал к себе самое драгоценное, что было у него. Феликс всё ещё продолжал бояться, но вопреки этому тоже не отпускал. Он вздрагивал от любой мелочи, Хван чётко ощущал это. Однако даже такое не было в состоянии испортить столь важный момент. Хёнджин бы просидел с ним так до конца своих дней. Раньше подобное у них однозначно заканчивалось сексом, но сейчас даже мыслей об этом не возникало. Это были совершенно другие объятия. Другой уровень прикосновений. О сексе Хёнджину в целом было трудновато думать. После всего произошедшего как-то страшно и неприятно от самого себя. Феликс вновь отлучился в ванную. Хван каждый раз настораживался в такие моменты, но сейчас вроде всё было хорошо. Таблетки он подменил, поэтому даже если Ли захочет их принять, то его жизни больше ничего не угрожает. За время его отсутствия Хёнджин успел подготовить всё необходимое для обработки ран, а также инъекцию. Не колол он очень давно, но, благодаря Чану, хотя бы знал как. К его облегчению всё прошло гладко. Руки сначала дрожали, и он нервничал, всё же одно дело ставить уколы себе, а совсем иное другому человеку. Остальное тоже не отняло много времени. После всех медицинских процедур они уже традиционно сели смотреть новую дораму.

***

Вчера Хёнджин не воспринимал происходящее на экране, потому что переживал о Минхо. Сегодня всё пролетало мимо из-за того, что своё внимание он концентрировал на парне рядом и его прохладной ладони в своей. Ему до сих пор с трудом верилось, что они вместе. Что многие вещи постепенно вернутся в его жизнь. Дораму Хёнджин, конечно, смотрел, но не замечал. Тихое дыхание, родной запах и тепло тела любимого человека были куда важнее каких-то там придуманных персонажей. Только тихого поскуливания ему не хватало для полноты картины. Хотя иногда он едва сдерживал себя, чтобы не наброситься на Ли с поцелуями. Так и прошёл весь день, всё же довольно сильно отличающийся от других. Феликс опять отошёл в ванную, а Хван готовил уже четвёртую инъекцию за день. "Интересно, а сегодня ночью можно будет обнять его?" – подумал он ровно в тот момент, когда Ли вышел из своей "любимой комнаты". Феликс, как истинный мастер вопросов, вновь спросил о том, о чём говорить не хотелось. Даже если он скажет всю правду, ему всё равно не поверят. Даже несмотря на вновь начатые отношения, к Сане уровень доверия всё равно выше. – Это какой-то антидот или что-то вроде того. Чан сказал, что уровень интоксикации был слишком высоким, поэтому привычными средствами не получилось бы обойтись. Ты едва был в сознании, когда он приехал. Если бы не вкололи, то к утру был бы в коме. Но ты не переживай, он знает своё дело, всё же опыт. После процедур вернулись к дораме. Наверное, за эти дни они успеют пересмотреть все, которые только существуют. Хёнджин ощущал, что постепенно начинает отключаться. День прошёл на приятном адреналине от воссоединения, но к ночи организм брал своё, напоминая хозяину, что он уже вторые сутки без сна, а тот час утром не в счёт. Феликс потягивался, а Хван лениво наблюдал за парнем, собираясь предложить ему лечь спать. С предложением его опередили. Хёнджин сначала скептически посмотрел на него, пытаясь понять, что скрывается за просьбой. Однако со стороны всё вроде было нормально. Никаких признаков чего-то плохого. – Что-то случилось? – подозрительно спросил он. Жизнь научила не соглашаться сразу на такие вещи. Феликс не выглядел как тот, кто собирается попросить о чём-то плохом. Скорее наоборот, от него исходила какая-то приятная аура. Он заверил его, что всё хорошо и бояться нечего. – Ладно, я согласен. Феликс явно был доволен своим поступком. В его руках оказался телефон, а после всю комнату наполнили нежные звуки музыки. Хёнджин крепко ухватился за протянутую руку, ощущая привычную влагу на глазах. Танец. Как давно он не делал этого. С момента расставания у него совершенно перестало получаться, но сейчас, осторожно приобнимая Феликса, Хван вновь ощущал уже позабытую лёгкость. Когда тело и музыка становятся единым целым. Феликс дарил ему крылья, которые Хёнджин упорно пытался отрезать себе. Он заставлял чувствовать себя по-настоящему живым. – Можно поцеловать тебя? – шёпотом спросил Хван. Нестерпимо хотелось сделать именно это, но он всё равно боялся напугать. Впереди долгая реабилитация, и главной её частью будет возвращение доверия. Чтобы как раньше, можно было спокойно подходить и целовать в любой момент. Для этого надо дать Феликсу ощутить себя в безопасности. Доказать вот такими вещами, что он не посмеет совершить что-то, что навредит ему.

*****

Феликс

Феликс боялся, что Хёнджину не понравится его идея. Однако все опасения оказались напрасными. У него вообще сложилось впечатление, что парню, обнимающему его, глубоко плевать на текст. Поцелуй. Ликс не смог отказать. Никогда не мог. Причём почему-то только Хёнджину. А что, если он отреагирует на отказ так же, как его предыдущий парень? Проверить было не суждено, потому что к Хвану тянуло непреодолимо сильно. Даже рациональность почти перестала возмущаться и теперь лишь нашёптывала, что события снова развиваются слишком стремительно. "В прошлый раз вы начали встречаться меньше, чем за неделю. Сейчас история повторяется, ему наверняка от тебя что-то надо". "Да что ему может быть надо, а? Успокойся уже, дай хотя бы сейчас отдохнуть и побыть счастливым". "Ой да пожалуйста, только не ной потом". "Не буду". "you're the one who builds my paradise" – едва оторвавшись от губ, вместе с исполнителем прошептал Ли, щекоча дыханием шею партнёра. Теперь их взаимодействие казалось таким правильным и привычным. Случившееся ранее, сердце упорно убеждало мозг признать случайной ошибкой и, вроде бы, он даже делал вид, что готов согласиться.

***

– Обещаешь, что теперь всё будет хорошо? – тихо спросил Феликс, осторожно убирая прядь тёмных волос Хёнджина за ухо. Они собирались спать. Снова вместе. Ли не удержался и приобнял парня, зная, что уснуть так будет значительно проще.

***

Следующие несколько дней прошли по идеально отработанной схеме: приём пищи, таблеток и обработка ран по часам, в остальное время просмотр дорам с перерывами на аккуратные объятия и всё более откровенные поцелуи. Иногда Ли начинал видеть то, чего не должен, но Хёнджин каким-то образом довольно быстро это понимал и спешил успокоить, хотя, возможно, Феликсу просто хотелось в это верить, а Хван, на самом деле, трогал его просто потому, что у него было такое желание. Единственное, что не укладывалось в это предположение – во всех остальных случаях парень всегда спрашивал разрешение прежде, чем коснуться. В любом случае, жизнь налаживалась, и даже неприятные уколы, от которых немела поясница, не могли испортить предчувствие светлого будущего. Они скорее даже усиливали его, потому как совсем скоро Ликс вылечится и сможет делать всё, что хочет, а сделать хотелось многое.

*****

Хёнджин

Сейчас каждое прикосновение к губам Феликса разительно отличалось от тех, что были раньше. Словно у них теперь множество первых поцелуев. Хёнджин невольно вспомнил запись из дневника парня. Он тогда был так счастлив, примерно как сам Хван в данную секунду. Смысл слов песни, которые стали слышны лишь сейчас, тоже очень ярко отражали написанное на ломких от слёз листах. Интересно, Ли записывал что-то за эти дни? Если да, то Хёнджин не хочет читать. От тихого шёпота по всему телу пробежали мурашки. Хван крепче обнял Феликса, зарываясь носом в его макушку. Такой родной запах. Пожалуй, он согласен с певцом, это самое настоящее наваждение. Сегодня легли спать вместе. Хёнджин вернулся на диван, а когда Ли осторожно обнял его, то едва ли вновь не расплакался от счастья. Он так же аккуратно приобнял в ответ, тихо радуясь тому, что и это возвращается в его жизнь. - Обещаю, солнце, обещаю, - тихо прошептал Хван, подставляясь под приятные прикосновения, словно щенок, соскучившийся по хозяину, - Засыпай. Добрых снов, ангел, – сказав это, Хёнджин запел, усыпляя колыбельной их обоих.

***

Их новая жизнь постепенно входила в своё русло. Быстрые процедуры, очередная дорама, но самое важное – прикосновения и поцелуи. Хёнджин каждый раз осторожно уточнял, можно ли ему, и потом каждый раз сдерживал счастливый писк. Спать он стал значительно лучше. Никаких тревог, кошмаров и всего прочего. Иногда, конечно, мрачные мысли вновь пытались заползти в его голову, подкидывая то страницы из дневника Феликса, то собственные воспоминания, но Хван успешно отгонял их как можно дальше. Они строят новые отношения, в них нет места ужасам старых. Галлюцинации тоже никуда не делись. Однако следовало признать, что теперь Хёнджин распознавал их быстрее и уже почти не боялся действовать. В целом, всё стало намного проще. Да, до идеала далеко, но они к нему обязательно придут. Только один момент из прошлого всё не давал покоя. У них, по сути, не было первого свидания. Нормального. То, что он тогда устроил, назвать им трудно. В тот момент Хвана, по большей части, интересовал лишь спор, пусть чувства уже и начинали зарождаться. Сейчас он был уверен в том, что любит Феликса. Самое главное – не боится признаться в этом себе. Значит, пришла пора для настоящего первого свидания. Тем более, что в этих отношениях оно действительно будет первым. Организовать это всё оказалось задачей не из лёгких. На улице холодно – не погулять. Куда-то далеко идти он бы не рискнул, Феликс ещё недостаточно окреп для такого, да и мало ли, что произойдёт. Придётся выкручиваться в домашних условиях. На подготовку ушло целых три дня. Он в несколько этапов закупал всё необходимое, разбирая покупки в тайне от Ли, пока тот спал или был в душе. Не хотелось раскрывать сюрприз раньше времени. На четвёртый день, когда всё нужное у него уже было, а Феликс вечером ушёл мыться, Хёнджин решил действовать. Он заранее подготовил смесь для глинтвейна, поэтому сейчас только поставил её вариться. Алкоголь Ли точно нельзя, а это хотя бы отдалённо напоминало вино. На столе красиво разложил все самые любимые лакомства Феликса, зажёг свечи. Сам несколько раз сбегал к зеркалу, чтобы проверить, как он выглядит. Паршиво конечно, но сейчас хотя бы больше похож на живого человека, а не на мертвеца. Хёнджин ужасно волновался. Вдруг не понравится? Вдруг посчитает его придурком? Вдруг переборщил со всем этим, и оно лишнее? Вдруг... Слишком много вдруг. Услышав, как открывается дверь ванной комнаты, Хван вздрогнул. Он в последний раз одёрнул на себе домашнюю одежду, выключил уже готовый безалкогольный глинтвейн и с волнением посмотрел на вход в кухню, ожидая, когда придёт Феликс. Как только он вошёл, Хёнджин улыбнулся. Тревога, конечно, отступила не полностью, но при взгляде на него стало как-то легче. - Я решил, что нам необходимо нормальное первое свидание. На улице холодно, поэтому надеюсь, ты не расстроишься, если у нас будет вот такая домашняя версия. Феликс, ты согласен сходить со мной на свидание? – Хёнджин подошёл ближе и протянул ладонь парню, чувствуя, как замирает сердце.

*****

Феликс

Феликс стоял под прохладными струями воды, аккуратно касаясь пальцами уже покрывшихся коркой порезов. Интересно, от всех ли останутся шрамы, или какие-то пройдут полностью, оставив лишь воспоминания? В зеркале он долго изучал значительно лучше выглядящую шею и пожелтевшие синяки. Не нравилось. Мерзкий жёлтый. Даже в сине-фиолетовом его тело казалось Ли более привлекательным. И всё-таки он продолжал смотреть, до тех пор, пока не понял, что уже почти высох. Вытираться полотенцем в последнее время было сначала больно, потом просто неприятно, поэтому он свёл это действие к минимуму. Ещё раздражали синяки под глазами, цветом вполне напоминающие те, которые были и на других участках кожи неделю назад. Неожиданно до него донёсся запах пряностей и чего-то цитрусового. Хёнджин решил приготовить нечто особенное? Любопытство заставило Ликса поспешно накинуть свою огромную тёплую кофту и пойти на кухню. Увиденное поставило в ступор. Хван объяснил всё это желанием устроить свидание. – Ты... глинтвейн что ли сварил? – Не совсем понимая, как на это реагировать, уточнил парень. – Пахнет вкусно. "Сходить" на свидание звучало забавно, хотя, пожалуй, даже немного издевательски, учитывая, что идти буквально никто никуда не собирался. А хотелось. Феликс понимал – Хёнджин просто заботится о нём, но сидеть дома ужасно надоело. Хотя какая разница где, если они будут рядом. Улыбнувшись, парень протянул руку и кивнул. – Конечно согласен, разве я могу быть против? Ощущения были странными. Не первое, но первое свидание. Интересно, как вообще эта идея пришла ему в голову? По сути, если не считать довольно необычную для его вынужденной диеты еду, то получался обычный ужин. Однако всё же с романтическим оттенком. Тихая музыка, пряный аромат, к великому сожалению, безалкогольного глинтвейна – всё это создавало уютную атмосферу, а немного усталый, но невероятно довольный и галантный Хёнджин рядом позволял почувствовать себя по-настоящему ценным сокровищем, которое любят и оберегают. Приятное чувство. Всё оборвалось слишком стремительно. Шипастые лозы, ставшие уже почти постоянными нарушителями спокойствия, протянулись из угла кухни незаметно. Феликс понял, что что-то не так, только когда одна из них попыталась обвить его ногу. От неожиданности он дёрнулся и вскочил, а тёплая жидкость выплеснулась на пол. Ликс, стараясь унять дрожь в руках, аккуратно поставил новый бокал на стол. Не хотелось, чтобы он пострадал. Мир как будто переключился на какую-то другую реальность, в которой вместо свидания было сражение за жизнь. – Мать твою! – едва удержавшись от визга, парень сбежал с кухни в комнату, где забрался на стол вместе с ногами и закрыл голову руками. Он с детства терпеть не мог всех насекомых, разве что кроме бабочек. Единственное, чего он не понял, почему не испугался и ничего не предпринял Хёнджин. По всему полу на кухне бегали огромные тараканы. Их было столько, что хотелось плакать. Оставалось только надеяться, что они не решат полетать.

*****

Хёнджин

Услышав согласие, Хёнджин улыбнулся ещё ярче. Он проводил Феликса до стола, словно джентльмен, помогая тому сесть. После достал бокалы, также специально купленные для сегодняшнего вечера и, разлив по ним глинтвейн, поставил на стол. - Как только ты полностью поправишься, я обещаю организовать тебе незабываемое свидание. Скоро весна, и нас с тобой обязательно ждёт много всего прекрасного. Я сделаю всё для этого, ангел, - Хван поднял свой бокал и, чокнувшись с Феликсом, немного отпил. Удивительно, но вышло очень даже неплохо. На фон Хёнджин поставил музыку. Он специально составил плейлист на этот вечер. Несколько дней подбирал музыку исходя в основном из предпочтений Ли. Всё было просто невероятно. Чудесный вечер в компании любимого человека. Вот, вроде, похоже на их обычный ужин, но атмосфера, в совокупности со всеми событиями последних четырёх дней, творила что-то невероятное. Такого Хёнджин не ощущал очень давно. Наверное, последний раз это было в Японии. Когда он подарил Феликсу кольцо, а тот его принял. Кстати о них. Надо будет предложить парню забрать их обратно. Всё же, второй комплект, что сейчас висел на цепочке Хвана, принадлежал ему. Пусть это будет ещё одна вещь из прошлых отношений, которую они сохранят. Он обязательно сделает это, но ближе к концу вечера. Всё изменилось буквально за одну секунду. Они спокойно обсуждали предстоящий релиз их любимой музыкальной группы, как вдруг Феликс неожиданно вскочил, проливая глинтвейн, а после, закричав, убежал в комнату. Хёнджин даже не успел толком осознать, что происходит. Забив на разлитую жидкость, он поспешил за парнем. Тот с ногами забрался на стол, прячь от чего-то. Галлюцинации. Совершенно точно они. Интересно, что так сильно могло его напугать. Хван подошёл ближе, уже привычно касаясь коленки Феликса. За эти дни они отлично научились справляться с этим. - Феликс, солнце, всё хорошо. Тут нет никого и ничего кроме меня. Ты в абсолютной безопасности. Это просто галлюцинации. Не бойся, посмотри на меня, - Он осторожно убрал его руки от головы и улыбнулся, - Тебе нечего бояться. Смотри, со мной всё хорошо и с тобой тоже. Опусти ноги, смелее. Я рядом и защищу тебя от всего, ангел. Феликс сделал, как просили. Хёнджин удобно устроился между его чуть разведённых ног, оказываясь ещё ближе. В такие моменты сердце замедляло свой ритм. Не только от страха за близкого, но и от самого факта близости. Только в таких ситуациях он мог себе позволить касаться Феликса, зная, что это не сделает хуже, а наоборот, поможет. Хёнджин со всей нежностью посмотрел на испуганного парня. Он аккуратно убрал светлую прядь с его лица, а после осторожно потянул на себя, обнимая. - Всё хорошо. Я с тобой. Тебе нечего бояться, любовь моя, - Хван говорил тихо, стараясь успокоить одним лишь голосом. Он мягко поглаживал Феликса по спине и продолжал шептать, дожидаясь, когда тот вернётся к нему.

*****

Феликс

Парень позволил Хёнджину убрать руки от головы и вцепился в его одежду, прислоняясь щекой к острой ключице, словно она была единственным спасением. Наверное, именно так и было. Затем, повинуясь просьбе, всё-таки оторвался, посмотрел в глаза напротив. В полутьме они таинственно блестели, буквально приковывая к себе. Феликс забыл о своём страхе примерно так же быстро, как испугался. Теперь его начало интересовать нечто совершенно иное. "Даже не думай". "Поздно, я ведь уже". "Ты в курсе, что на первом свидании отдаются только конченные подстилки?" "Первом? Ты сейчас серьёзно?" "А разве нет? Вы ведь договорились". "Ой, да кого волнует". "Меня! И тебя должно бы", – Ли мысленно закатил глаза, а потом коварно улыбнулся. "Смотри, сейчас фокус покажу". Блондин обхватил ногами бёдра Хёнджина и, притянув его к себе за футболку, поцеловал. Все сопротивления рациональности мгновенно смело, как лавиной, потоком счастливого визга сентиментальности. Немного выгнувшись под очередным мягким касанием ладони брюнета, Ликс доверительно сообщил ему то, что хотел, но боялся озвучить последние пару дней: – Я хочу тебя, – Кажется, их первое свидание на этом точно подошло к концу, и жизнь вернулась назад, туда, где они могут делиться друг с другом любыми своими желаниями. По крайней мере, Феликсу хотелось в это верить. Только Хёнджин неожиданно заупрямился. Если бы Ли не знал своего парня, то наверняка бы подумал, что он действительно не хочет, но Ли знал. Знал, что Хван, скорее всего, просто волнуется за него, или испытывает вину, или ещё что, только не "не хочет". Именно поэтому Ликс был не готов отступать. Смело прижав Хвана к себе сильнее, он поцеловал его в шею, ощутив её, видимо от волнения, слегка влажную бархатистость, и сразу же прикусил, напоминая о наличии зубов. – Я, конечно, не настаиваю. Если ты "устал", не можешь сегодня и всё в таком духе, то давай просто ляжем спать. Но... мне показалось, тебе тоже хочется почувствовать себя во мне, – Такая откровенная провокация вряд ли могла бы оставить сокурсника равнодушной, но для дополнительного эффекта, а заодно и для того, чтобы убедиться в собственной правоте, Феликс немного отодвинулся и просунул руку вниз, нащупывая абсолютно точно возбуждённый член Хёнджина. – Ты ведь не бросишь меня после секса на первом свидании, верно? – Ли хитро прищурился и пробрался под "чужую" футболку, стараясь касаться требовательно, но в то же время обходил уже наизусть заученные места оставшихся от Минхо синяков.

*****

Хёнджин

Феликс цеплялся за него, и от этого сердце Хёнджина было готово остановиться. Он затих. Полностью расслабился и, кажется, успокоился. Опасность миновала. Галлюцинация ушла, забирая с собой страх. Хван сам с облегчением выдохнул. Он каждый раз пугался вот таких приступов. Боялся, что не сможет помочь Феликсу. Совершенно неожиданно он оказался притянутым за футболку. Поцелуй очень сильно отличался от тех, что возникали между ними за эти дни. Слишком чётко читалась страсть. Желание. "Чужие" ноги на собственных бёдрах ощущались слишком хорошо. Хёнджин полностью потерялся в этом поцелуе. Руки беспорядочно оглаживали тонкую спину парня, а тот так хорошо выгибался от каждого прикосновения, что абсолютно все здравые мысли в одно мгновение покинули голову. Озвученное вслух желание моментально отрезвило. Хёнджин отстранился, немного встревоженно глядя на парня. Ему не послышалось? Феликс сказал, что хочет его? Или это затуманенное страстью сознание выдаёт желаемое за действительное? - Подожди. Ты серьёзно? Я не уверен, что нам сейчас стоит делать это, - Хван был обеспокоен. В первую очередь он боялся за Феликса. Физическое состояние парня всё ещё оставляло желать лучшего, но оно было меньшим из бед. Хёнджин больше переживал за моральное. После той ночи он и сам боялся близости, пусть и очень хотел. Нет, он был уверен, что не повторит тот кошмар, но Феликс. Парень буквально от каждого прикосновения напрягался, пусть сейчас этого было уже меньше. Хёнджин переживал, что может сделать хуже. Поддавшись собственной слабости, нанести ещё больший вред только начавшему восстановление Ли. Однако Феликс явно был настроен решительно. Поцелуи и такие приятные укусы в шею постепенно вытесняли все сомнения. Он знал, как действовать. Прекрасно помнил о том, насколько Хёнджин уязвим, и каким становится буквально от нескольких прикосновений к столь чувствительному месту. - Феликс, перестань, пожалуйста. Нам пока рано, - голос подводил. Когда слова о том, что он якобы не хочет, едва ли не срываются на стоны, убедительность падает в разы. Хван с огромным трудом сдерживал себя, цепляясь за остатки здравого смысла. Перед глазами опять всплывали эпизоды той ночи. Они добавляли трезвости, но ровно до тех пор, пока Феликс не начинал действовать в ответ. Такие грязные, провокационные слова и ладонь на собственном уже возбуждённом члене, добивали. Тело тоже хотело. Очень даже сильно. И Хёнджин сорвался. - Я ни за что и никогда не брошу тебя, ангел, - сказал он, прижимаясь как можно ближе к любимому и вовлекая в новый поцелуй. Следуя примеру Феликса, Хван пробрался руками под одежду, наконец-то прикасаясь так, как хотел давно. Не под предлогом перевязок или противных уколов, а потому что можно. Он с лёгкостью подхватил Ли под бёдра, перетаскивая его на диван. Был соблазн остаться на столе, но в их настоящем положении это не лучшая затея. Хёнджин спешно избавил их почти от всей одежды, оставив только бельё, чтобы прижаться так, как любил больше всего. Кожа к коже. Горячо и невероятно правильно. Поцелуи с губ перешли на щёки. Целовать эти веснушки Хван любил едва ли не больше, чем что-либо другое. Особенно после тех гадких слов. Ладони мягко оглаживали все доступные области израненного тела, осторожно обходя те, что могут причинить лишнюю боль. Её сейчас совершенно не хотелось доставлять. - Ты такой красивый. Невозможный. Люблю тебя, ангел, - Хёнджин шептал это, покрывая шею и плечи беспорядочными поцелуями. Кислорода катастрофически не хватало. Он буквально задыхался от эмоций и ощущений. Такого с ним ещё не было. Даже все те прошлые разы с Феликсом ощущались иначе. - Я могу? – тихо спросил Хван, остановив ладонь на кромке белья. Получив одобрение, он проник рукой под ткань, проводя по члену так, как всегда любил Феликс, - Пожалуйста, прошу тебя, если хоть что-то будет не так, больно, неприятно, страшно, умоляю, скажи мне сразу. Я слышу тебя и остановлюсь по первой же твоей просьбе. Сказав это, Хёнджин опустился ниже, оставляя на животе лёгкие поцелуи в обход неприятных порезов, которые в очередной раз отсылали его в ту ночь. Об этом думать не хотелось, но мысли возвращались в голову сами собой. Как бы Хван ни старался отгонять, но он слишком чётко помнил, как наносил их собственными руками. Расслабиться как раньше не получалось, поэтому Хёнджин решил полностью переключиться на партнёра. Стянув ненужное бельё, он на пробу коснулся губами головки. Не получив негативной реакции, Хван стал действовать увереннее. Он плотно сжимал губы, опускаясь до тех пор, пока головка не упиралась в горло. Отсутствие долгой практики сказывалось. Взять сразу на всю длину было сложно, да и когда был в своей "лучшей форме", тоже особо не рисковал. Хёнджин старался компенсировать это дополнительной стимуляцией. Пока одна рука придерживала член у основания, добавляя ощущений, вторая жила своей жизнью. Он с лёгким нажимом оглаживал низ живота, помня о том, насколько Феликс чувствителен в этом месте. В какой-то момент ему этого показалось мало. Оторвавшись от своего занятия, Хёнджин, загнано дыша посмотрел на Ли. - Где у тебя смазка? – Было совершенно очевидным, что она у него была. Про коллекцию игрушек Хван не забыл, - Подожди минутку, я вернусь. Он быстро встал, отгоняя очередное воспоминание о том, как в прошлый раз сказал что-то похожее, отправляясь на поиски чего-то острого. На диван вернулся с небольшим флаконом лубриканта в руках. Вот на такого Феликса он был готов смотреть вечность. Возбуждённый, с каким-то совершенно безумным взглядом и безумно красивый. Такой откровенный. Хёнджин задыхался от него. Пожалуй, его очевидное желание было самым большим отличием, которое успокаивало и напоминало о том, что сейчас он его любит, а не насилует. Усевшись обратно между разведённых ног парня, Хёнджин выдавил немного смазки на пальцы. Он всё ещё не был уверен в том, что им следует идти до конца. Страх не позволял полностью отдаться процессу, отключить голову и просто получать удовольствие. Вопросительно посмотрев в глаза, Хван получил такое же молчаливое согласие. Прикоснувшись, он мягко ввёл один палец. В этот раз всё должно быть правильно и с качественной подготовкой. Не прекращая ласкать Феликса внутри, Хёнджин вновь опустился губами на его член. Тихая надежда на то, что этого будет достаточно парню и после оргазма тот не захочет заходить дальше, не покидала его. На собственное возбуждение, которое, вопреки страху, всё равно было довольно сильным, как-то плевать. Самое главное – доставить удовольствие Феликсу, а на себя пофиг. Обойдётся, ничего страшного.

*****

Феликс

Насчёт красоты Хёнджин, конечно, бессовестно врал. Хотя, быть может, у него тоже начались галлюцинации, и он видел его как-то иначе? Задуматься над этим не получалось из-за продолжающейся ответной ласки, всё-таки Хван знал его уже слишком хорошо. Казалось бы, времени, на самом деле, прошло совсем немного, но ощущение складывалось такое, будто они были вместе всегда. – Что же ты со мной делаешь, – на выдохе простонал парень перед тем, как закончить. Быстро, даже слишком, но сдерживать себя не было ни моральных, ни физических сил. Ну ничего, он ещё отыграется во втором раунде. Только похоже, что Хёнджин не планировал продолжать. – То есть всё-таки бросишь, да? – обиженно нахмурился Ли. В ответ ему сказали что-то про режим и восстановление, в общем, ничего нового и убедительного. – А если... – Феликс бросил использованные, любезно поданные Хёнджином салфетки куда-то в сторону письменного стола и слез с дивана. Он направился в ту же сторону, откуда Хван принёс смазку, но потратил на поиски немного больше времени. Наводить порядок в своей "коллекции" после переезда не было ни сил, ни желания. Забавно, за всё время отношений они с Хёнджином практически не пользовались ничем из имеющегося в наличии. Подхватив откуда-то из глубин довольно давно позабытые широкие "меховые" наручники и tenga spinner brick, купленный в Японии из интереса после прочтения восторженных отзывов, Ли вернулся назад с самым непринуждённым из видов. – Джини, закрой глаза, пожалуйста, – В принципе, парень вроде бы и так уже собирался лечь спать, возможно поэтому выполнил просьбу без особенных препирательств. Может, тогда можно и обнаглеть? Воспользовавшись податливостью партнёра, он попросил его поднять руки наверх и без особых проблем застегнул свою нехитрую ловушку на запястьях. — Вот, хороший мальчик, так и лежи. Если будешь послушным и дальше, нам обоим понравится. Просто расслабься, – вкрадчиво посоветовал Ликс, обошёл диван и занял ровно то же положение, в котором находился Хёнджин несколько минут назад. Поменялись. Только план блондина состоял всё-таки в достижении изначальной цели, а не в попытке "нейтрализовать" партнёра, не получив при этом ничего взамен. Изделие японских умельцев было подготовлено к использованию по инструкции и приведено в действие парой лёгких движений рукой. Несомненным плюсом оказалась возможность использовать лишь одну, потому что второй Феликс нашёл не менее достойное применение – ею он ласкал другие зоны, оставшиеся без внимания. Наблюдать за тем, как поначалу напряжённый Хёнджин постепенно отдаётся процессу, было до мурашек приятно, а ещё забавно, как одна небольшая силиконовая штучка, управляемая достаточно грамотно, может превратить парня, настроенного на отказ, в парня, страстно жаждущего продолжения. Это отчётливо слышалось в стонах и "языке тела", поэтому, подгадав момент, Феликс остановился. Ах, эти распахнутые в удивлении глаза хотелось сфотографировать и повесить на стену, как вечное напоминание об удачно свершившейся мести. – Как ты там сказал? Перестань? Что ж. – Ооо, неужели передумал? – хитро щурясь, Феликс даже не пытался скрыть ехидство. — Может, мне всё-таки продолжить, мм? – желание заставить Хёнджина умолять внезапно стало таким сильным, что сдерживать его получалось с трудом. Всё-таки, план состоял не в этом, да и самому уже не терпелось приступить к самому интересному. Отложив игрушку в сторону, Ли снова взялся за смазку, подготавливая и Хвана, и себя. Только оседлав Хёнджина, парень понял, как сильно ему не хватало любимого члена. Идеальный размер, небольшой, но всё же достаточно ощутимый, казалось, он был создан именно для Феликса. – Ты мой, – прошептал Ликс, осторожно пробуя эти слова на вкус, внезапно осознавая какой-то новый, неизвестный до этого их смысл. Они звучали нежно, оберегающе, не обжигали и не ранили. Он надеялся, что партнёр тоже это ощущает. Шестое число ярко напомнило о себе, заставив сбиться с ритма. Хёнджин говорил тогда то же самое, но его слова были пропитаны ядом. Он сам был ядом, болезнью, убивающей не только всё живое вокруг, но и себя. Тем не менее... – А я твой, – Феликс наклонился к губам выдыхая в них наглое: – Хочу, чтобы ты запомнил меня, – Вновь задав ритм, он продолжил двигаться, постепенно наращивая темп, надеясь, что выносливости хватит довести дело до конца. Предварительная стимуляция нужна была не только для того, чтобы "подразнить", но и для повышения собственных шансов на успех, потому как за эти дни, по ощущениям, он успел восстановиться максимум процентов на двадцать от своего изначального состояния. План удался. Это лишь подтверждало тот факт, что Феликс достаточно успел узнать своего партнёра, чтобы, даже будучи не в лучшей форме, суметь довести его до 'конечной". Полностью довольный собой, Ликс снял наручники, избавил обоих от мокрых следов и устроился под любимым боком, принявшись аккуратно вырисовывать кончиком пальца узоры на рёбрах исхудавшего тела. – Вот видишь, а ты не хотел. Кстати, спасибо, свидание получилось классным, хотя мне и первое-первое тоже понравилось. – В душ пойдём или сразу спать?

*****

Хёнджин

Феликс кончил как раз тогда, когда Хёнджин уже почти полностью закончил подготовку. Отлично, значит можно не продолжать. Вряд ли у него будут силы на что-то большое, а собственное возбуждение спадёт через какое-то время. Нет, не то что бы он не хотел, наоборот, очень даже, но пока не был готов. Поднявшись с дивана, Хван сходил за салфетками. Помог Феликсу избавиться от следов их действий и уже сбирался было завалить того спать, как услышал нечто пугающее. Вряд ли парень говорил серьёзно, но это "опять бросаешь" всё равно заставило вздрогнуть и покрыться противными мурашками. - Нет, вовсе нет. Я не бросаю тебя. Просто, хочу немного отложить. Я переживаю, что ты ещё не до конца восстановился, а такие активности могут сильно навредить тебе, так что... Однако его прервали. Хёнджин настороженно проследил за тем, как Феликс поднялся и пошёл ровно туда, куда сам ходил какое-то время назад. Парень что-то искал, а когда нашёл, то вернулся к нему. Они не включали свет, поэтому разглядеть, с чем именно тот пришёл, не получилось. Ясно одно, Ли что-то замышляет и это "что-то" пугало, но вместе с тем и жутко возбуждало. Хёнджин закрыл глаза, беспрекословно повинуясь такой простой просьбе. Его аккуратно взяли за руки, завели за голову, а после он ощутил прикосновение чего-то мягкого и очень приятного. Отчётливый щелчок. Ли застегнул на ручники на его запястьях. Слабо дёрнув ими, Хван лишь убедился в этом. - Феликс, что ты делаешь? Перестань, тебе вовсе не обязательно. Давай ляжем спать и продолжим в другой раз. Вот он говорил это, но в своей голове буквально умолял парня не прекращать задуманное. Такой Феликс возбуждал ещё больше. Хёнджин понял, что ему нравится подобное, ещё в Японии и с того раза тихо мечтал о том, чтобы опять поменяться ролями. Учитывая их нынешние обстоятельства, так даже будет лучше. Спокойнее за Феликса, ведь теперь контроль над ситуацией окажется полностью в его руках. Члена коснулось что-то прохладное и очень странное. Хёнджин вздрогнул и прикусил губу, а в следующую секунду протяжно простонал, когда эта вещица проскользила ниже. Ощущения очень и очень странные. Такого с ним ещё не было. Вторая ладонь Феликса беспорядочно ласкала в разных местах, и от этого становилось ещё лучше. Ладно, он согласен, пусть парень делает что хочет, главное чтобы не останавливался. Добровольно лишённый зрения и возможности прикоснуться, Хёнджин чувствовал себя более уязвимым. Все ощущения стали в разы сильнее. Каждая мышца его тела отдавалась приятной болью от напряжения. Этого было слишком много. Хван громко стонал, уже совершенно позабыв о своём волнении, переживаниях и прочих мрачных мыслях. Ему было хорошо. Даже очень. Внезапно всё закончилось. От неожиданности Хёнджин даже открыл глаза, ослушиваясь ранее отданного приказа. Феликс сидел между его ног явно довольный происходящим, а в его руках была та самая вещь, с помощью которой он довёл его до предоргазменного состояния. - Почему ты прекратил? – с трудом дыша, спросил Хёнджин. Ли явно упивался этим контролем. Он не был похож на привычного себя, но такой нравился едва ли не больше. Хван подался вперёд, всем своим видом показывая, как сильно ему нужны прикосновения. - Пожалуйста, давай продолжим. Прошу, - едва слышно проскулил Хёнджин. Вновь резкий холод смазки, спешная подготовка и долгожданное проникновение. Феликс всё же добился своего. Хёнджин выгнулся, проникая немного глубже. Прекрасно. Так чертовски хорошо, что он вновь прикрыл глаза, наслаждаясь этим. Тихий шёпот оборвал всё. Феликс повторил его слова, брошенные в ту ночь. Хван поджал губы, едва сдерживая слёзы. Тогда он говорил это со злобой, раня ими, но из уст Ли они ощущались иначе. - Твой, твой, я только твой, ангел, и так будет всегда, - беспорядочно шептал он в любимые губы. Феликс начал двигаться на нём, постепенно увеличивая темп. Единственное о чём сейчас жалел Хёнджин – о том, что он не может прикоснуться к нему. Так даже помочь труднее. Ужасно хотелось прихватить за стройные бедра, накрыть ладонью его член, увеличивая ощущения, но всё, что ему оставалось – пытаться выгибаться навстречу. Пусть это и не очень удобно, но Феликс задал определённые правила игры, а Хёнджин принял их и нарушать не собирался. Надолго их не хватило. Хван и без того был возбуждён до предела. Громко простонав имя любимого человека, кончил со слезами на глазах. Сил не было никаких. Он даже не помнил того, как Феликс отстегнул его, вытер все следы и устроился рядом. Хёнджин был слишком измотан. Давно с ним такого не было. - Спать, у меня нет сил на душ, - Он осторожно приобнял Ли, зарываясь носом в его волосах. - Спасибо тебе. Завтра сверху будешь ты. Я вообще-то тоже соскучился по твоему члену в себе, - тихо усмехнулся Хёнджин. - На первом-первом свидании я влюбился в тебя. Пусть тогда я и думал, что делаю это только для спора, но внутри всё трепетало от одного лишь твоего присутствия. И тот поцелуй, я не соврал, что он был особенным. Мой первый настоящий поцелуй. Наверное, я просто испугался своих эмоций и решил не давать им названия, продолжая прикрывать это спором, но с тобой всё было особенным. Не таким, как с другими. Я же правда никого не пускал к себе в кровать и тем более не позволял жить с собой. Ну, не считая Саны, но с ней вообще всё странно было, мы даже не спали в одной кровати, не позволял. Это те самые фиктивные отношения, про которые я говорил. А с тобой, не знаю, мне было так комфортно. Мне не хотелось, чтобы ты уходил, поэтому я каждый раз пытался придумать способ, чтобы оставить тебя на ночь. А когда ты ушёл, стало так холодно. Я даже в своей кровати не спал и в спальню не заходил, страшно было. Всё вокруг напоминало о том, как совсем недавно тут был ты. Понимаю, может я опять тороплю события, но без тебя дома так пусто, возвращайся. Пожалуйста.

*****

Феликс

От внезапных откровений Хёнджина стало очень тепло. Не только в душе, но и физически, как будто за окном не февраль, а самый что ни на есть август. Признание в том, что бывшей "ненастоящей" девушкой была именно Сана, удивило. Почему он не говорил об этом раньше? Неожиданное совпадение. И довольно странная история, Сана всегда выглядела очень милой, почему Хёнджин даже их отношения описывает как что-то неприятное, непонятно. Ещё захотелось ответить, хотя Хван вряд ли хотел сейчас слушать нечто подобного рода. – А я не помню, когда влюбился в тебя. Сейчас кажется, что так было всегда. Я уже рассказывал о своём бывшем, он бросил меня незадолго до выпускного. Тогда я решил, что больше никому не позволю... но спустя пару месяцев обучения в универе осознал, что всё время смотрю только на тебя. Как ты споришь с преподавателями и оказываешься прав, как умудряешься быть авторитетным и у элиты, и у "второсортников" вроде меня. Каждый раз, когда ты покупал свой любимый американо в автомате, я подходил к нему и брал то же самое, лишь бы коснуться кнопок, которые трогал ты. Наверное, немного пугает? Но я не хотел тебе надоедать, лезть в твою жизнь. Всегда боялся, что недостаточно хорош, или что история повторится, даже когда ты улыбался мне и пытался заговорить. Поэтому просто наблюдал. Наблюдал и не мог понять, почему мысли о тебе никак не уходят. Однажды зимой я видел, как ты утешал какую-то девушку не с нашего потока. Было видно, что вы почти не знакомы, но ты всё равно купил ей чай и шоколадку. Тогда я подумал, что ты, наверное, очень добрый, а ещё немного позавидовал. Возможно, именно тот случай дал понять, что я окончательно влип. До сих пор есть ощущение нереальности происходящего после всего, что было. И думаю, никогда не смогу отказаться от тебя. Если хочешь, я не против вернуться, хотя с тобой мне без разницы здесь или там. "Осуждаю", – подал голос внутренний циник.