FicFanNote: «У автора "РАМ" на которого вы подписаны...»

Лёша стоял в аэропорту, нервно теребя свисающие шнурки от капюшона, чем мог бы вызвать недовольство Бокальчук, если бы та соизволила проводить своего студента на рейс. Защита проекта могла бы пройти дистанционно, но, зная умение своего подопечного находить на жопу приключения, мадам решила, что в Новосибирске у того меньше шансов стать жертвой местного психопата, да и навыки публичного выступления студенту не помешают, а то сидит в своей комнате как в аквариуме и света белого не видит... — Внимание пассажирам... Объявляется... посадка... на рейс... Стопятьдесяттридробьсемнадцать. Просим всех подойти к пропускному коридору номер шесть. Приятного полёта. — Лёша снова панически оглядывается на табло и сверяется с билетом, не его ли это рейс, потому что разобрать ту скороговорку, которую говорит диспетчер с набитым ртом, было задачей превышающей его физические способности. — Не переживай. — Раздаётся за спиной смутно знакомый голос, и Лёша вздрагивает, оборачиваясь к его владельцу. Сергей Разумовский, стоящий рядом, похлопал Макарова по плечу в попытке взбодрить и улыбнулся. — Полагаю, у нас один рейс? — Лёша судорожно вздыхает, показывает Разумовскому свой билет, и тот кивает. — Да. Не волнуйся, это не так уж и страшно. Шанс умереть в авиакатастрофе гораздо ниже, чем умереть в автокатастрофе. — Вот спасибо. — Бурчит Лёша. — Не за что. — Лучезарно улыбается Сергей. — В любом случае, если что, то мы умрём быстро. Там будет трудно дышать, на фоне стресса может сильно подняться давление, остановиться сердце, или ты просто потеряешь сознание... Это будет страшно, но быстро. Не волнуйся. Пойдём сядем на стулья, посадка начнётся только через сорок минут. — Он подталкивает Лёшу к скамейкам зала ожидания, ставит одну из его сумок на свой чемодан и идёт следом. Лёшу трясёт немного, он осушил уже две литровые бутылки воды, но паническая дрожь в руках никуда не исчезла. — Может тебе валерьяночки? Или нашатырь? — Любезно предлагает Сергей, а Лёша отрицательно мотает головой и опирается руками на колени, низко опустив голову. — Ну-ну, не надо так себя накручивать. — Часто вы летаете? Я думал, вы только в башне сидите... — Пытается отвлечься на разговор Лёша, и Сергей с радостью поддерживает тему. — Сейчас это вынужденная мера, а раньше летал пару раз из-за бизнеса... Но да, последние пару лет я действительно всё время провожу в башне. Не люблю смену обстановки, знаешь... Некомфортно... — Лёша понятливо кивает, выпрямляясь, но всё ещё оставаясь болезненно бледным. — Слышал, ты лучший студент нашего РГУИиИТ? Дизайнерское направление, да? — Пожалуй, Макаров даже удивлён. — Слышали? Обо мне говорят? — И, поняв, что не ответил на вопрос, добавляет. — Да, дизайнерское. Но от дизайнера там одно название. Бокальчук вознамерилась сделать из меня второго Дурова, или кто там НельзяБук создал?.. — Цукерберг. — Точно. — Кивает Лёша. — Она ещё преподаёт?.. Неожиданно... — Чуть севшим голосом задумчиво тянет Разумовский. — Почему? — Лёше было не так важно, впрочем, он просто пытался отвлечься от собственных тревог. — Мне казалось, она... Не жива. — Макаров удивлённо поворачивает голову на Сергея и пару раз моргает. — Да нет. Живее всех живых. — И пожимает плечами. — Вот мы после встреч с ней - да, мы не живые, а она... Огурчик прям. — Маринованный. — Закатывает глаза Разумовский, а Лёша не сдерживает смешка. — Но разве у тебя не учёба сейчас? — Угу. — Кивает Макаров и вытягивает ноги. — Но ещё и защита одного из рабочих проектов. Бокальчук Людмила Яковлевна не позволила остаться на дистанте и заставила ехать на очную встречу. Я впервые вообще окажусь за пределами Питера. Один. Вы там надолго? А вы куда там? — Возможно, надежда в его голосе была слишком отчётливо слышна... — Я член оценивающей комиссии. — Чуть дёргает уголком губ в намёке на улыбку Разумовский. — Но я не думал, что Бокальчук преподаёт ландшафт?.. Мне она преподавала информатику и графику. — Нам тоже. — Кивает Лёша. — А ещё анимацию, векторное, три-дэ, питона и джава-скрипт. Зачем нам языки программирования на дизайне - я в душе не ведаю. Но хожу на факультативы, чтоб выгрызть себе пятёрку... Остальные ради троек едва не стреляются. — У меня у самого четвёрки по её предметам были. И очень много нервных срывов. Пустырник хлебал чаще, чем чай и кофе. — Макаров понятливо кивает, прекрасно осознавая, какие масштабы трагедии были у более молодой и более амбициозной Бокальчук в эпоху юности самого молодого миллиардера всея Руси. — Скоро регистрация на рейс. Сходи в туалет, в самолёте с этим могут быть сложности, а выпил ты немало. — Лёша вздыхает. Пожалуй, в словах Разумовского был здравый смысл. Поэтому Макаров встаёт, потягивается и озирается по сторонам, в поисках нужного направления. SugarDaddy: «я оформил тебя в оценивающую комиссию для рекламной компании трёх наших партнёрских брендов. они выступают завтра после обеда, я отправлю тебе адрес. не подведи» Сын.Кирилл.: «это так теперь называется "Сидеть и не высовываться"?» SugarDaddy: «мероприятие закрытое, там посторонних не будет» Кирилл блокирует телефон и идёт на кухню, чтоб поставить чайник. Чудно. Ему надо принять участие в двух конференциях по горнодобывающим предприятиям отца, ещё засветиться у каких-то партнёров, и это всё на фоне того, как в Питере какой-то Петух сжигает людей и сейчас несёт прямую угрозу старшему представителю семейства Гречкиных. И младшему заодно. — Прекрасный план, Уолтер. Надёжный, как швейцарские часы. — Бурчит Кирилл, наливая воду в чайник. — Ахуеть не встать, слов нет... FicFanNote: «У автора "РАМ", на которого вы подписаны, что-то новое в блоге! Не пора ли взглянуть?» Кирилл тыкает на уведомление, вводит пароль, заходит на сайт... Взгляд бездумно блуждает по строчкам, их смысл не доходили до мозга, как бы Гречкин ни пытался сконцентрироваться на словах. — Да йобана. Так, "всем добрый день". Ага. — Кивает сам себе Гречкин. — "Временно переезжаю в Новосиб по рабочим вопросам". Угу, зафиксировали. "Как раз там и допишу собачку". Понятно. Молодец. — Чайник отвлекает Кирилла от изучения блога РАМ, заставляя заняться поисками чашки. Уже сидя за столом, потягивая горячий зелёный чай, согревая своё ледяное сердце, Кирилл будто только что осознал прочитанное. — В смысле "Новосибирск"? Ты хер ли тут забыл?! Создавалось впечатление, что у Кирилла появился персональный сталкер. Было подозрение, что сам Гречкин не единственный, кто отсылает РАМ подробности своей жизни, но таких совпадений пока ещё не замечал. Не мог ли этот автор, со всей описанной в его работах жестокостью, быть причастным к тому, что по итогу происходила после публикации его глав? Там даже фамилии не совпадали. Но зато совпадали ситуации, описанные на заднем фоне основных сюжетов, отчего Кириллу начало казаться, будто пишет о нём кто-то ну очень знакомый. К сожалению, из всех знакомых, знающих про его отъезд, у него был только отец, а тот не то, чтоб очень хороший художник. Хотя, что мешало ему кого-то нанять? Залипнув взглядом в стену, прокручивая в голове все возможные варианты, Кирилл пропустил и публикацию РАМ с фоткой из аэропорта, и новый карандашный набросок комикса... Кириллу свято хотелось верить, что его отец даже понятия не имеет о происходящем в жизни сыночка... PerLove: «У меня есть идея того, как мы можем помочь друг другу с вдохновением» РАМ: «Я заинтригован» PerLove: «Любви хочу и внимания. Как тебе идея секса по телефону?» РАМ: «Я предпочитаю сохранять своё Инкогнито :(» Кирилл разочарованно поджимает губы. РАМ: «Но мы можем решить этот вопрос с помощью переписки» РАМ: «Ты снимешь для меня пару видео, щеночек?» И в мозгу Гречкина взрывается фейерверк. PerLove: «Да, хозяин» Лёша лежит в своём номере в гостинице и пытается снова научиться жить. Дважды потеряв сознание после приземления, из-за чего Разумовскому пришлось сопровождать его до пункта оказания первой медицинской помощи в аэропорту, Лёша едва пережил поездку до гостиницы, заранее испытывая ужас от предстоящего полёта домой. Он отложил телефон и уткнулся носом в подушку, вдыхая лавандовый запах геля для стирки и пытаясь расслабиться. Разумовский, пообещавший принести Лёше что-то холодное, чтоб освежить мозги, должен был вернуться с минуты на минуту, поэтому Макаров пытался найти хоть какие-то силы, чтоб быть в состоянии хотя бы нормально сесть. PerLove: «Что я должен сделать для тебя?» РАМ: «Хочу видеть, как по твоей груди стекает воск» Лёша садится на кровати, низко опустив голову. Ему плохо. Его тошнит, хотя желудок пустой, в глазах слишком часто вечереет... Завтра в обед он должен будет представить свой первый проект, а значит ему где-то нужно достать силы Земли, Воды и Воздуха, чтоб пережить этот пиздец... — Долетел? — Раздаётся голос Бокальчук, как только Лёша принимает вызов. — Мне плохо. — Всё, на что хватает его сил. С той стороны раздаётся тяжкий вздох и гудки. Да уж, Бокальчук Людмила Яковлевна не любит нытиков. Лёше с этим крайне сложно смириться, потому что ныть он ой как любил. Rюмочка: «Набирайся сил. Ложись спать раньше» Макаров откидывает телефон и заваливается на бок. Заебался он что-то. Безумно. «...безумец...» «...ну хоть Петербург вздохнёт спокойно...» «...но это просто как гром среди ясного неба...» |/Чумной Доктор в Новосибирске! Оригинал или копия?!/ Мнение трёх экспертов из Москвы, Саратова и Улан-Удэ. <читать далее>| Лёша просыпается от того, что у него замёрз мозг. По-крайней мере теперь он был уверен в его наличии, что уже само по себе неплохо. В приглушённом свете ночника Макаров видит ярко-рыжую шевелюру Разумовского, прикладывающего бутылку ледяной воды ко лбу Лёши, и периодически накладывающего смоченную в холодной воде марлю ему же на макушку. — Как ты, птенчик? — Лёша, не до конца проснувшись, не может ни сформулировать ответ, ни издать хоть какой-то звук. Тянется к Сергею, хватая того за руку, и снова засыпает. — Хуёво. — Всё же вздыхает он спустя пару минут, так и не проснувшись. — Рад слышать. — Язвит схваченный Разумовский и садится на пол около кровати. Что ж, его и его старую спину ждёт незабываемая ночь в объятиях жёсткого пола и колючего ковра.