FicFanNote: «У автора "РАМ" на которого вы подписаны...»

Кириллу было скучно, хотелось чего-то нового, но риски, связанные с Чумным Доктором, не способствовали выбору развлечений. Grechkin-jn: «Пошли погуляем? Делать искренне нехуй» Леша смотрит на сообщение, и изнутри его пожирает возмущение. Но и отказаться он не мог. У Лёши, в отличие от РАМ, не было причин злиться на него или как-то обижаться, поэтому Макаров решил спрятать очевидное на самом видном месте и согласился. Гречкин одет как-то просто. Не в том плане, что рядом с ним Евдокия из Хуево-Кукуево кажется моделью, а в том, что на нём чёрные джинсы и какая-то объёмная кофта, и полное отсутствие кричащих вырви-глаз расцветок или блёсток. Гречкин приходит в одноразовый маске, и Лёша его не осуждает. Он и сам не против спрятаться от "это тот, ну я говорила, молоденький, который проект на несколько миллионов взял" и "он же не женат. Приглядись. Подойди, познакомься". — Есть вторая? — И Гречкин не задаёт лишних вопросов, протягивая Лёше запакованный набор из трёх масок, купленный у метро ещё в Питере, когда бушевала пандемия. Какое-то время они просто идут молча, выбирая дороги с наименьшим количеством людей, чтоб лишний раз не щекотать себе нервы, а после, убрав руки в карманы, Гречкин останавливается. Лёша делает ещё пару шагов, пока не осознает, что перестал боковым зрением фиксировать сопрогульщика, и тоже замирает на месте. — Что случилось? — Он оборачивается, почти нос к носу сталкиваясь с Кириллом, чуть склонившимся к нему. — Ох, бля, ты чего?! — Рефлекторно отступает Лёша на шаг назад от задумчивого Гречкина. — Какой-то ты странный. — Сужает он глаза, словно высматривая на Лёше скрытый смысл, и вновь выпрямляется, так и не вытащив руки из карманов, гремя в них ключами. — Не знаю, такое ощущение, что ты мне где-то в чём-то недоговариваешь, но в условиях, когда мы вообще не говорим - это очень странное чувство. — Пожимает плечами Кирилл и возобновляет прогулку. — Ну, идём? — Да уж... — Вздыхает Лёша, а сердце его колотится так сильно, будто вот вот выпрыгнет из груди. Он где-то прокололся? Отреагировал не на то имя? Что-то не так сделал? — Ты тоже далёк от нормальности — Пожимает плечами Макаров, а Кирилл издаёт какой-то вопросительный звук, требуя пояснений. — Ну... Не знаю... Случайно утром попал на трансляцию с тобой... Я не думал, что человек твоего уровня читает... Ну... Такое. — Не определённо разводит руки Лёша. — Типа... Там же такое... Всякое... Неприятное? — Ну... — Задумчиво тянет Кирилл. — В этом и прикол. Когда вся жизнь с её проблемами, которые нужно решить, заёбывает, почему бы и не почитать, как кто-то всё решает за тебя? Иногда даже можно найти полезные идеи или лайфхаки. Кстати... Ты читал? «Я писал», — хочет ответить Лёша, но сдерживается и просто качает головой. — Хватило того, как ты это описывал. — Ты не краснеешь. Любого другого этот разговор бы донельзя смутил. — Лёша в ответ раздражённо выдыхает и ведёт плечом, за которое Гречкин его схватил, чтоб снизить темп. — Это крайне непривычный разговор, но я художник и рисовал не менее развращённые вещи по текстовому описанию, так что подобным меня не смутить. — Да ты у нас не просто тихоня, а? — Пихает Лёшу в бок Гречкин. — Пошли сядем где-нибудь? Устал. — Мы вышли полчаса назад. — Оборачивается на него Макаров, приподнимая бровь. — Я не время спрашивал. Ты летаешь как-будто куда-то опаздываешь, я устал за тобой гнаться. Во, там скамейка, пошли сядем. — Тянет Лёшу за верёвочки капюшона Гречкин. — Я тебе собачка что ли? Не тяни. — Кирилл как-то весело смотрит на него, но послушно отпускает завязки. — Ты бы знал, что у меня сейчас в голове... Но знал бы Кирилл, что сейчас в голове у Лёши... Они садятся на скамейку, Гречкин тут же вытягивает уставшие ноги и запрокидывает голову. У Лёши, глядя на эту картину, просыпается сильнейшее желание его полапать, но здравый смысл своими отголосками заставляет держаться в рамках приличия. А ведь в Собачке Кирилл отсасывал Макару прямо в парке. Безлюдном, конечно, но... Живое воображение с лёгкостью дорисовало Лёше картину, как руки Гречкина скользят по груди вниз, тянут край кофты, оголяя рельефный животик с тремя родинками и небольшим шрамом под рёбрами, оглаживают такое мягкое тело... —... Ау? — Поняв, что Лёша потерял связь с космосом, легонько встряхивает его Гречкин за плечо. — Не покидай меня, Леший. — Ты что-то говорил? — Отвлекаясь от своих мыслей, пытается поднять Макаров взгляд на Кирилла. — Говорю, что нельзя быть настолько категоричным в отношении такого творчества. Во-первых: все с чего-то начинают, а во-вторых: не всё же классику читать. От неё сдохнуть хочется. — Я не категоричен. Мне всё равно. — Пожимает плечами Лёша. — Да брось. Неужели ты никогда не хотел почитать что-то эдакое? Не посмотреть, а вот именно почитать, почувствовав себя одним из участников? Сколько тебе? Двадцать один? Ещё скажи, что девственник и не целовался ни разу. — Кирилл почему-то с искренней заинтересованностью смотрел на Лёшу, словно допускал такое расположение дел, а Макаров смотрел на него в ответ взглядом типа "ты что, дурак?" и молчал. Лёша объективно был красив. Девчонки платили ему за портреты и очень ценили то, что он один за всех отдувался со стенгазетами, плакатами и всякими конкурсами талантов, а потому целованный он был неоднократно. Секс в туалете школы и под лестницей университета тоже накладывали свой отпечаток на восприятие мира, однако сказать он этого не мог, поэтому просто отвернулся от Гречкина и вздохнул. — Ну типа. — Да брось. Ты в зеркало-то смотрелся? Неужели в школе никто на тебя не запал? Типа... Пятиклассницы... — Гречкин играет бровями и ржёт. — Ты вообще какой-то мелкий. И лицо у тебя детское... Может тебе действительно проще кого помладше найти? — Иди нахер. — Вежливо отвечает Лёша, скрещивая руки на груди. Ну не растёт он выше, что ж теперь, убиться? — Не дуйся. Я серьёзно. — Пожимает плечами Гречкин. — Не, ну, у меня есть пара девок в окружении, которые плюс-минус молодо выглядят... — Гречкин. Заткнись. Мне это вообще не нужно, у меня никаких проблем нет. — Не стоИт? — Он ржёт, а Лёша очень хочет разбить ему что-то вроде лица. — Довыёбываешься - на тебе проверим. — Огрызается Макаров. — Не дуйся. Что ты как маленький. — Пытается потрепать Лёшу по волосам Кирилл, но тот отмахивается руками и принимается поправлять причёску. — Не трогай меня. — Бля, что ты как ребёнок, Леший? — И, не дождавшись ответа, Кирилл подсаживается ближе. — Ну хочешь, давай проверим на мне. Только не обижайся. — Да не хочу я... — Лёша встаёт, чтоб пересесть на другую сторону скамейки, но Гречкин резко дёргает его за руку назад, вынуждая упасть к нему на колени. — Вкусно пахнешь. — Стянув маску с носа, принюхивается Гречкин к Лёшиным волосам, параллельно с этим обвивая его талию руками и заставляя прижаться к своей груди. Лёша не раз описывал похожие сцены, но сейчас, когда стал участником одной из них, вся бравада куда-то делась. — Отп...ти...— Едва слышно пищит он, дергаясь, чтоб вырваться, но не преуспевая в своём занятии и оттого сильнее смущаясь, чувствуя под собой рельеф чужого тела. — Да увидят же! — Кто? Берёзы? — С намёком кривит губы в усмешке Кирилл, но Лёша, сидя к нему спиной, этого не видит. — И что эти берёзы нам сделают? Листочками пошелестят какие мы плохие? Ебать, трагедия, конечно. Не знаю как и жить-то дальше. Прекрати ёрзать. Если у меня встанет - сам будешь его ронять обратно. — Гречкин не сдерживает смеха, а Лёша, донельзя смущённый и выбитый из колеи, замирает. — Бля, двадцать с хуем лет, а ты такой... Ну, не знаю, невинный? До сих пор краснеешь от слова "секс"? — Кирилл чуть вскидывает бёдра, заставляя Лёшу чуть качнуться, и с намёком оглаживает обтянутую спортивными флисовыми штанами задницу своей жертвы. — Расслабься, нет тут никого. Лёша не может заставить себя открыть глаза. Сидит, опустив голову, и пытается сдержаться. Слишком давно у него не было девчонок, слишком долго он болел Гречкиным... — Погнали дальше? Я отдохнул. — Резко поднимается Кирилл, всё так же прижимая к себе Лёшу, чтоб тот не улетел носом в землю, и всё же треплет того по волосам. — И, кстати, если захочешь продолжения в этом очаровательном парке, откуда мы оба крайне скоро уедем, и где нас обоих никто не знает, я к твоим услугам. — Учту. — Севшим и чуть хриплым от возбуждения голосом отзывается Лёша, радуясь, что кофта скрывает своим мешкообразным фасоном всё, что находится выше середины бедра. — Мудак ты, Гречкин. — Я совершенно не против тебе помочь. Прямо на этой тропинке, засыпанной гравием и песком, стоя на коленях под тенью огромного дуба, раскинувшего свои ветви... — То ли Гречкин издевался над Лёшей и как-то соотнёс его с РАМ, то ли просто настолько зачитался фанфиками, что начал говорить фразами оттуда, но Лёша шёл, едва сдерживая нервный смех и узнавая в этой поэтической паузе строчки из Собачки. —... как тебе идея? — Нет, спасибо. Камушки будут больно в колени впиваться да и штаны твои жалко. — Качает головой Лёша. — "В тени дуба", надо же... Поэт. — Автор не я. — Тут же отмахивается Гречкин. — А кто? — Тот, кого я бы хотел сначала убить, а потом воскресить и засосать. Или отсосать. Там как пойдёт, я за себя не ручаюсь. — Пожимает плечами Гречкин. — Так ты... По мальчикам? — С какой-то непонятной обречённостью в голосе уточняет Лёша, надеясь, что он вообще к этому не причастен, и Кирилл как-то умудрился вляпаться в Радугу самостоятельно. — Доброе утро. — Закатывает глаза Гречкин. — Не то, чтоб прямо по мальчикам... Скорее по мальчишкам вроде тебя, которые не выглядят на свой возраст, или прям по мужчинам, знаешь, на массе. Люблю контраст. — В голове у Лёши моментально вырисовывается подходящая картинка, но смотреть на неё он не хочет. Это слишком похоже на измену. — Мне расценивать твоё поведение как попытку подкатить? — Не, — Отмахивается Кирилл, а Лёша очень хочет обидеться. — ты, конечно, милаш, но мне нужен кто-то более... Инициативный и властный. Я ж говорю, люблю контраст. Особенно контраст внешности и характера. О-о, если дело в этом, то Лёша очень даже попал в эту категорию. Со всей его серостью, он всё ещё оставался главным автором в разделе "Детективы", описывая кровавое месиво и расчленёнку так, словно лет сто проработал или патологоанатомом, или следователем, и лучшим художником в разделе "хентай", отрисовывая, по-большей части, сюжеты своих PWP фанфиков, просто меняя внешность и имена героев. — Ну тогда да, конечно. — Соглашается Лёша. — Во мне ничего такого нет. Не люблю такое, знаешь... Социальное. Кирилл молчит, чуть отстаёт, всматриваясь в Лёшин силуэт, словно видит впервые, и не знает, что, блять, не так. Макарову не хватало только нимба над головой или таблички «МАСТЕР ПО НАЁБУ» там же. Этот крыс что-то от Кирилла скрывал. – Да брось. Неужели ничего кроме уроков в твоей жизни нет? — Я учусь у Бокальчук. — Пожимает плечами Лёша. — А. — Спускается с небес на землю Гречкин. Про эту деталь он как-то и забыл даже. Тогда да, тогда Лёша мог быть просто забитым жизнью серым мышем. Тут и не поспоришь, но всё равно как-то обидно... Не быть Кириллу детективом. — Не, ну неужели совсем ничего такого? Надо ж и отдыхать от учёбы тоже. Вот как ты отдыхаешь? — Подрабатываю репетитором у младших курсов и своих однокурсников... Помогаю сестре с проектами... Да по разному, на самом деле. — Задумывается Лёша, пытаясь подобрать слова и ничем себя не выдать. — О, у тебя ж есть сестра, точно! А сколько ей? — Девятнадцать. — Без задней мысли отвечает Лёша, в полной уверенности, что Гречкина она не заинтересует. — О-па... — Кирилл достаёт телефон и что-то в нём натыкивает. — Не надо приседать ей на уши. Разобьешь ей сердце - разобью тебе лицо. — Грозит кулаком Лёша, а Кирилл накрывает его обеими своими ладонями и целует. — Ну что ты, как я посмею... В голове у Лёши вертится лишь одно научное слово, описывающее эту ситуацию, но вслух он его не говорит - неприличное. — Прекрати. Увидят. И всё же, несмотря на огромное желание прижать Гречкина к ближайшему дереву и несколько минут хорошенько повытрахивать из него душу, Лёша держит себя в руках. — Да кто нас тут увидит? Белки из дупла или бабка какая из кустов? Делать им что ли нехера? Расслабься. — Переплетает Кирилл их пальцы в замок и, легко покачивая руками, почти вприпрыжку продолжает путь.