Часть 15
24 мая 2023 г., 21:10
Уставший Лёша попадает в свой номер только вечером, тут же получая чем-то увесистым по затылку и проваливаясь в небытие.
Что-то он в своей жизни явно делал не так...
— Ну вот, а ты переживал. Я тебе ещё пару десятков лет назад сказал: "Игорёня, я всегда протяну тебе ногу помощи". Едет твоя Гречка домой. И Макароны с ним вместе. Суету-то навёл, мама дорогая! — Качает головой Бустер, пытаясь успокоить нервного Игоря, не нашедшего Разумовского в аэропорту, куда утром приземлился самолёт с пассажирами из Новосибирска.
— Так я и поверил, что Гречкин, вопреки отцовскому приказу, собрал манатки и вернулся в Питер! — Негодующе всплёскивает руками Гром. — Он всех обманул. Я говорил тебе, этот Разумовский уже знает, что на него охотятся. "Не гони чепухи, Игорь", "да что он может из своего Новосибирска, Игорь", "он там, а Гречкины тут, Игорь".
— Игорь! — Стучится в дверь Дубин, вызывая у Майора приступ мигрени. — Игорь, я придумал, как нам всех обмануть! Давай я буду искать холодильники один, а ты в это время...
— Это ты его позвал? — Ткнул большим пальцем в сторону двери Игорь, возмущённо глядя на Бустера. Тот не менее возмущённо зыркнул в ответ и поднял руки.
— Мои руки чисты, братюня.
— Слушай, ты... — Резко распахивает Игорь дверь, отчего Дима едва успевает замереть до того, как вместо неё постучит по Грому.
— О, Игорь! Я знал, что ты тут.
—... Какого чёрта тебе от меня надо? Я сказал тебе "сиди в штабе и докладывай..."
— Докладываю, товарищ Майор. — Вытягивается по стойке "смирно" Дубин. — В Новосибирске задержали подражателя Чумного Доктора. Точнее, "Москва" думает, что это оригинал, но это не... Ну, не тот. — Показывая на пальцах двойку, чуть понижает голос Дима. — Вот и говорю, пока ты... Вы... — Выглядывая из-за Игоря, чтоб взглядом указать на Игната, исправляется Дубин. — Будете искать оригинал, я могу...
— Они там вообще опухли? По городу будет шастать маньяк поджигатель, а "Москва" закроет дело и всё?
—... Двенадцать холодильников поискать, ну типа... А? Что? Ну, да, наверное... — Как-то грустно поджимает губы Дубин. — Но ведь ты можешь сказать им, что они ошиблись. — Игорь смотрит на Диму взглядом "Ты что, дурак?" и качает головой.
Внутри бушевала ярость, гнев требовал выхода, поэтому подзатыльник, прилетевший от Бустера, который, несмотря на свои габариты, двигался достаточно тихо, был очень даже кстати. Игорь вздрогнул, гневно зыркнул на товарища, но промолчал.
— С одной стороны - он убийца. С другой стороны - он убивает мудаков. С третьей стороны - "Москва" не может не знать, что взяла не того... — Рассуждает Игорь.
– Вот тебе больше всех надо, Игорёнь? — Но, получив в ответ раздражённый взгляд, Игнат вновь поднял руки. — Молчу-молчу.
— Они что, в сговоре с Чумным Доктором? — Ахает Дима, а Игорь смотрит на него как волк на зайца и направляется к дверям.
— Когда прилетят макароны с гречкой?
— Да должны уже утром завтра. — Игорь кивает и выходит. Дима потерянно смотрит то на захлопнувшуюся дверь, то на Игната, и не знает, куда себя деть.
— Я, наверное, тоже, ну, это, пойду... До свидания? Да, до свидания, хорошего... чего там сейчас... Суток времени. — И, с трудом толкнув дверь плечом, Дубин прошмыгнул в зал. Какой-то этот Бустер страшный и... И страшный. Не нравится он Диме от слова совсем.
Дима особо не думает, когда видит пост в блоге у РАМ про сюжет с двенадцатью холодильниками. Он уже догадывался что в отделе кто-то может сливать информацию, поэтому держал ухи на макухе и лишний раз рот не открывал.
В рамках своего проекта под кодовым названием «ИБД» оно же «Имитация бурной деятельности», Дима максимально дотошно допрашивал всех потерпевших, брал записи с камер и усердно писал ежедневные отчеты в штабе, расписывая участие Игоря в расследовании так, словно тот второй Шерлок Холмс, а каждый холодильник - зацепка на пути к Мориарти.
— Дубина, тебя Фёдваныч зовёт на ковёр! — Отвлекают Диму от важного калиграфического переписывания отчёта коллеги.
На ковре у Фёдора Ивановича он оказывается ровно через две минуты, отмечая и уставший вид начальства и какую-то... Обреченность?
— Вызвали?
— Вызывал. Садись. — Кивает Фёдор Иванович, а Дима бледнеет, кое-как на ватных ногах добирается до стула и пытается успокоить взбесившееся сердце.
Неужели узнал?
Понял, что Дима не совсем честен?
Кто-то сдал его?
Миллионы мыслей, перебивающих друг друга, роились в голове Дубина те долгие несколько секунд молчания, за которые Фёдор Иванович убрал свои документы с ящик стола.
— Мне Грома всё не подловить, так что расскажи уж, как идёт ваше расследование. Игорь как, в норме? — И Дима чувствует сильнейший стыд от того, что приходится врать искренне обеспокоенному начальнику и, по сути, второму отцу Грома.
— Да, Фёдор Иванович, всё вообще прекрасно! Мы нашли первые два, ещё на след трёх напали как раз вчера, когда он ездил в аэропорт на проверку, а я тут по нашим точкам проверял. Наши подозрения и версии как раз подтвердились... — Дима нёс чепуху так искренне, что даже сам поверил в то, что говорил. — А Игорь... — Главное чаще упоминать имя напарника, чтобы создать иллюзию того, что тот принимает в этом хаосе непосредственное участие.
— А, Игорь? Не по-мужски это... — Раскачивая битой у Грома перед носом, возвышается над знатно побитым Игорем один из бывших информаторов Бустера, ныне сидящий под крылом Бобура.
— А, так значит толпой на одного - верх мужественности, да? Учту. — Кивает Гром, улыбаясь разбитыми губами и взглядом посылая своих пленителей туда, куда навигатор не водит.
—... И вот мы с ним как раз завтра проверим ещё места... То есть одно место он, одно я, есть некоторые мысли... Ну, я все написал в отчёте... — Фёдор Иванович, потерявший суть доклада ещё пять минут назад, важно покачал головой.
— Обязательно почитаю. Принеси, как допишешь. — Дима выскакивает за дверь, а Федя трёт виски и ухмыляется. — Вот же ж... Сказочник. — И достаёт из ящика стола убранные ранее документы, среди которых лежали и фотографии Игоря, занятого чем-то, несомненно, очень важным, но явно не тем, что описывал Дима. — Сказочник... — Вздыхает он и качает головой. — Сказочник.
