Легенда о Гнущемся лесе: Чёрная невеста.

***

Если в Тёмный лес войдёшь, Дороги домой уже не найдёшь. Чёрные вороны душу возьмут И Богу смерти её отнесут. Острые крылья стаи черных воронов пронзали серые тучи, нависающие над Тёмнолесьем. Гортанные крики птиц эхом разносились по округе, сообщая хозяину о скором возвращении его верных слуг. Стая то взмывала высоко в небо, то спускалась к самым кронам деревьев. Обводя зорким взглядом неестественно-жёлтых глаз владения своего господина, птицы запоминали всё, что видели, и несли эти знания в самую чащу леса – в замок, сокрытый от глаз простых смертных. Один из воронов влетел в витражное окно. Его встретил холод каменных стен и привычная тишина. Каждый раз, когда стая покидала замок, он казался особенно одиноким, брошенным и никому не нужным. Щели в стенах давно заполнил мох; некоторые окна, побитые буйством погоды, затянули паучьи сети; свечи в коридорах не были зажжены. Замок, будто опутанный сонным мороком, казался пустым. Ворон покружил над винтовой лестницей и стремительно бросился вниз. Прижимая крылья к своему телу, он мог напомнить ястреба, стремящегося к своей жертве. Но ворона не интересовали мыши, давно чувствующие себя здесь как дома, его целью было долгожданное прикосновение к мраморному полу, где он наконец мог обернуться человеком. — Ах, — разминая затёкшие руки, ворон нарушил тишину коридора. — Какой долгий полёт. Он неуверенно ступил вперёд. Ноги, отвыкшие от ходьбы, гудели и неуклюже перемещались по полу. Со стороны казалось будто бы мужчина был младенцем, который только-только учился делать свои первые шаги. — Юлий, — бархатный голос донёсся из самых глубин замка, он заполнил собой коридор и заставил ворона услужливо склонить голову. — Ты возвратился. Встретимся в зале. Сейчас. — Слушаюсь, мой господин, — незамедлительно ответил Юлий. Также неуклюже переставляя ноги, он устремился к тронному залу, который занимал добрую часть первого этажа. Юлий вошёл в просторное, но безнадёжно пустое помещение. Там, среди колон, тянувшихся друг за другом стройным рядом, не было ничего, кроме трона, отделанного чёрным мрамором – точно таким же, как и всё вокруг. Ворон не без труда преодолел расстояние от двери до трона и, на мгновение замирая у подножья последнего, покорно опустился на одно колено, дожидаясь хозяина. Господин появился в зале в привычной для себя манере. С силой толкнул тяжёлые двери – так, что те ударились о стены, поднимая в воздух пыль. Шаги его были размашистые и уверенные, точно определяющие его статус в этом месте. — Тебя долго не было, — стремительно шагая к своему трону, заговорил хозяин. — Всё в порядке? Чем дышит Простор? Юлий дождался, пока он достигнет трона и опустится на него, и лишь тогда заговорил: — Простор процветает, мой господин, — он поднял взгляд птичьих глаз к мужчине. — Всё больше людей стремится к нам из других уголков континента и даже островов. Боюсь, что ваши братья и сёстры будут недовольны этим, господин Аарресс. Губ мужчины коснулась едва заметная улыбка. — Это не должно нас беспокоить, Юлий. — Господин, я волнуюсь, что они... Аарресс поднял ладонь вверх, давая прислужнику невербальный приказ остановиться. — С этим не будет проблем, — повторил он. — Что-нибудь интересное? Граница? Лес? — Та девушка, господин. Юлий поднялся на обе ноги и беспокойно захлопал глазами. — Травница, блуждающая по краю Тёмнолесья? — Сегодня она почти добралась до границы замка, господин. И аконит. Летопись жизни постоянно меняется. Кажется, она догадалась. Лицо Аарресса тут же изменилось. Вряд ли выражение это можно было назвать беспокойством, но было совершенно очевидно, что весть эта заставила его нервничать. Одним рывком он поднялся с места и, почти соскакивая со ступеней, ведущих к трону, приблизился к Юлию. Обхватив его лицо одной рукой, он заглянул в глаза прислужника и почти гипнотически приказал: — Покажи мне то, что ты видел. Юлий моргнул, и в глазах его отразился сам Аарресс – высокий и статный, с правильными чертами лица и длинными чёрными волосами, он смотрел сам на себя всего мгновение, а затем погрузился в видения, что принёс его прислужник из Тёмнолесья.

***

Тёмнолесье или Гнущийся лес, – как его называли деревенские, был омерзительным пятном на карте Простора. Порывистые ветра беспощадно обдували деревья, растущие и без того слишком тесно друг к другу, заставляли стволы изгибаться под своим натиском и укладывали их кроны одну на другую. Ветви путались и переплетались между собой. Листва казалась сухой и колючей. Издалека могло почудиться, будто это вовсе не лес, а необъятное чудовище, затаившееся в тени гор. Люди обходили Тёмнолесье стороной. Убеждённые в опасности, таящейся за непросветным рядом колючих кустарников и деревьев, они складывали легенды и искренне верили в них. В ближайшей деревне со всей серьёзностью относились к суевериям. Стая чёрных воронов трактовалась местными как предвестие скорой смерти; грозовые дожди считались гневом богов; внезапные болезни и хвори определялись как проклятие за провинность. Деревенские верили в легенды. Они держались подальше от Гнущегося леса, ведь каждый знал: Если в Тёмный лес войдёшь, Дороги домой уже не найдёшь. Чёрные вороны душу возьмут И Богу Смерти её отнесут.

***

Юлий обнаружил эту девушку два месяца назад. Та уверенно шагала против ветра в сторону Тёмнолесья, чем и привлекла внимание ворона. Тогда она ещё не представляла угрозы и казалась любопытной девицей, ищущей подтверждение деревенских слухов и легенд. Юлий не беспокоился; сам Аарресс заговорил лес, населив его духами, которые отгоняли любого смертного, решившего ступить на заветные тропы. Их истошные крики и вой, движение деревьев и страшные тени, преследующие путника, никогда не подводили хозяина. Лес был защищён. И ворон, рассчитывал, что девица сбежит после первой же прогулки, получив неоспоримые доказательства. Он не придал никакого значения её появлению на краю Тёмнолесья. Юлий ошибся. На следующий же день девушка снова твёрдо шла к Гнущемуся лесу без тени страха в глазах. Ветер безжалостно трепал её волосы, делала каждый шаг особенно трудным, но она казалась воодушевленной, напористой, чем вызвала негодование у ворона. — Не может быть, этого просто не может быть, — говорил он сам с собой, преследуя девицу. Нависая над сводом крон деревьев, он наблюдал за ней и не мог поверить тому, что видел. Лесные духи не имели власти над девушкой. Она не слышала их стонов, не видела передвижения жутких теней и любых других иллюзий, которые могли создавать маленькие прислужники Аарресса. Она будто бы была защищена от могущественной магии Бога невидимым куполом, и Юлий не мог найти этому никакого объяснения. В тот же день он сообщил своему хозяину о происшествии. — Что? Этого невозможно, Юлий, — строго говорил ему Аарресс. — Ты в этом уверен? — Господин, я никогда прежде не видел смертного, способного зайти так далеко в Тёмнолесье. — Что ей нужно? Что она ищет? Мужчина нервно метался из угла в угол тронного зала, глубоко озадаченный вопросом, который перед ними поставила незнакомка. — Собирает травы, господин Аарресс. Лицо мужчины исказила злоба. Нахмурив брови и сжав кулаки, он процедил сквозь зубы: — Узнай о ней всё, Юлий. Узнай, почему моя магия не властна над этой смертной. Следи за ней и выясни, что она ищет в Тёмнолесье. Мы должны решить вопрос, пока он не стал настоящей проблемой. Ворон почтительно поклонился, соглашаясь: — Я всё сделаю, хозяин.

***

Её звали Алессой. Она жила в ближайшей к Гнущемуся лесу деревне и была единственной, кто не побоялся войти в него. Алесса не верила в сказки. Не верила она ни в Богов, ни в лесных духов, ни в любых других мистических существ, о которых говорили местные. Она шагала по Тёмнолесью так, будто бы каждый куст и травинка в нём принадлежали ей. Уверенно и твёрдо преодолевала любые напасти, что встречались ей на пути, будь то упавшее посреди тропы дерево или змея, готовая в любое мгновение броситься в атаку. А лесса не боялась, и это было её главным преимуществом. Юлий наблюдал за ней со стороны и пытался понять, чем же был так привлекателен Тёмный лес, и почему она пришла в него именно сейчас. — Ты уже давно не маленькая девочка, Алесса. Так почему не решалась войти в нашу обитель раньше? Какова истинная причина твоих внезапных визитов? — Ворон часто задавал вопросы, ответы на которые ему приходилось искать самому. Времени на это потребовалось куда больше, чем он планировал. — Ах, Алесса... Однажды он услышал разговор между девушкой и её соседкой – полной женщиной среднего возраста, с круглым лицом и красными щеками. — Не ходи, говорю тебе, не ходи в Гнущийся лес! — вибрации голоса соседки выдавали её волнение. — Сама знаешь, что случается с теми, кто вхож в него. — Миссис Хикс, я была там уже пять раз, — отвечала ей Алесса. — И со мной ничего не случилось. — Это с тобой лесные духи играются. — Вы ведь это несерьёзно, правда, миссис Хикс? — Наведёшь беду на себя и всю нашу деревню, Алесса, — возмущалась женщина, упирая руки в бока. — Я-то помню, какой гнев пал на нас в тот год, когда Ненси Дрик полезла в чащу этого проклятого места. Засуха, никакого урожая, голодный год. А какая лихорадка тогда мучала стариков и детей? Ужасный год, Алесса, очень страшный. Я ведь и сама чуть не умерла. Какой же сильный жар у меня был! Всё тело пылало огнём, а кости будто бы трескались. — Ненси Дрик, — холодно прокомментировала Алесса, — ходила в Тёмнолесье как раз по этой причине. Она искала аконит, который мог побороть эту лихорадку. Вы путаете хронологию событий, миссис Хикс. — Да что ж вы заладили про этот аконит. У нас разве он не растёт? — Растёт, но не имеет такого эффекта. — Ага, — торжествующе протянула миссис Хикс. — Так значит, аконит из Гнущегося леса особенный? Волшебный? Алесса поджала губы, поняв, что на этом-то соседка и подловила её. — Никакой он не волшебный, миссис Хикс. Просто почва в лесу другая... Вероятно, всё дело в симбиозе. — Ну конечно, конечно! Начиталась своих городских книжек и умничаешь теперь, — насмешливо сказала женщина, следом принимая самое серьёзное выражение лица. — Послушай меня, Алесса, не ходи в этот лес. Чёрные вороны заберут твою душу. Запомни мои слова, девочка. Запомни. Юлий находил забавным то, как отчаянно Алесса пыталась отыскать рациональное объяснение целительным свойствам аконита из Тёмнолесья. Она по какой-то, неизвестной ему причине, не хотела мириться с тем фактом, что в мире может существовать что-то большее, чем обычный смертный. И всё же это не давало ответов на главный вопрос – что именно берегло Алессу от влияния Аарресса.

***

— Быть может, всё дело в том, что она не верит, господин? Могло ли так случиться, что человек, утративший веру, стал неуязвим? — Это маловероятно, Юлий, — отвечал Аарресс. — Моя сила дарована самим Богом Смерти. И питаюсь я отнюдь не верой смертных. — Вы правы, хозяин, — соглашался ворон. — Так значит, она травница? — Целительница. Знахарка. Ищет аконит, чтобы помочь своей деревне справляться с болезнями. — Это подталкивает меня на размышления, Юлий. — Могу я узнать ход ваших мыслей, господин Аарресс? Мужчина обвёл прислужника задумчивым взглядом и качнул головой. — Продолжай следить за ней. Не позволяй этой девице переступить границу.

***

В тот день Алесса зашла слишком далеко. Крайняя черта, скрывающая замок Аарресса в самой глубине Тёмнолесья, являла собой живую изгородь. Белый дерён достигал почти трёх метров в высоту. Его пушистые листья бережно защищали каменную кладку, ведущую к замку, и рассмотреть то, что было за ними не представлялось возможным. Алесса наткнулась на зелёный забор неожиданно для себя самой. Она не думала продвигаться вглубь леса так далеко, но любопытство с невероятной силой подталкивало её к изучению всех уголков Тёмнолесья. — Невероятно, — цепенея от удивления, шепнула Алесса. Пальцы её ласково касались листвы кустарника, протискиваясь сквозь плотно растущие ветви, но не находили конца изгороди. — Это совершенно точно ограждение. Но что оно скрывает? Она осмотрелась. Деревья, что росли рядом были недостаточно крепки, чтобы вскарабкаться по ним. Никаких камней, пригорков или выступов также не наблюдалось. Алесса прошла вдоль забора сначала в одну сторону, а затем в другую. Казалось, что края живой изгороди нет, и она тянется дальше, за границу Тёмнолесья. — Это невероятно, — повторила девушка. — Я должна увидеть. В попытке узнать, что спрятано от её глаз, Алесса протиснула через ветки обе ладони и развела густую листву. Прямо за ней рос точно такой же непроглядный ряд, и девушке пришлось ступить вперёд. Она ощутила, как живая изгородь окутывает её тело, поглощая в свой плен. — Чёрт, — выругавшись, Алесса сунула руку в свою сумку и достала короткий нож. Она всегда носила его с собой, чтобы срезать травы в лесу, теперь он пригодился для того, чтобы расчистить путь. В ту самую минуту над её головой раздался гортанный вороний крик. Будь на её месте кто-то другой, он бы непременно счёл это предупреждением, но только не Алесса. Уверенной рукой она провела по тонкой ветви, и её нож, словно соприкоснувшись с чем-то очень твёрдым, разломился на две части. — Кар! Крах! Крах! Крики птиц оглушили девушку. Ей пришлось зажать уши руками, чтобы избавиться от болезненного звука. Она подняла взгляд к воронам и увидела птицу с неестественно-жёлтыми глазами. — Крах! Кар! Стая закружилась, а вместе с ней и голова Алессы. Ноги предательски задрожали. Кончики пальцев начали неметь. — Нет, нет, — она попыталась ухватиться за куст, но сознание покинуло её раньше.

***

Аарресс отпрянул от прислужника так резко, будто его обожгло. — Юлий, — голос его звучал почти беззвучно, но ворон отчётливо слышал каждое слово хозяина. — Эта девушка... — Алесса, господин. — Ты находишь её привлекательной? Юлий моргнул. Этот вопрос застал его врасплох. Он сомневался, что мог дать хоть какую-то оценку внешним данным смертных, но господин ждал его ответа. — Юлий. — Господин Аарресс, я могу сказать лишь то, что в деревне её считают красивой, — уклончиво отозвался ворон. Аарресс усмехнулся и повернулся на каблуках, поднимаясь по ступеням к своему трону. — Как давно я не призывал себе во служение Чёрную невесту? — голос его теперь звучал громко, уверенно. — Господин, неужели вы хотите... — Ты всё правильно понял. Я хочу девчонку. Аарресс победно опустился на трон, укладывая руки на подлокотники. Лицо его выражало привычное спокойствие, и Юлий понял: хозяин нашёл решение проблемы. — Господин, вам не пришлось подумать о том, что заклятие Чёрной невесты не сработает на ней? — мягко выразил свою мысль ворон, снова моргнув. — Учитывая то, что лесные духи не имеют влияния... Мужчина поднял ладонь вверх. — Нет, Юлий. Всё дело в том, что духи являются лишь посредниками моих сил, точно также как ты и стая. Я сам оставлю метку этой... Алессе. И тогда никакие силы не смогут защитить её от моей магии. Ворон кивнул. — Так значит, всё решено? Проблема более не стоит моего внимания? — Стае будет необходимо лишь перенести её в замок, когда сработает метка. Да, Юлий, ты освобождён от наблюдений за Алессой. Теперь я сам выясню, что в голове этой смертной и как она нашла способ защитить себя от Тёмнолесья. Она станет моей Чёрной невестой.