Нет Вакариана без Шепард

      — Ты обещал не подглядывать, — слабо улыбается Лоусон, ловя меня с поличным.       Свет в кабинете включается, немилосердно ударяя по привыкшим к темноте глазам.       — Будем считать, я уже наказан, — лёгким массажем переносицы и век немного спасаю ситуацию. — Почему тебе не спится?       — Проверяю, что за злоумышленник лазает по моим записям ночами.       — По весьма оптимистичным записям.       — Что же ты нашёл в них оптимистичного? — кисло осведомляется Миранда, скрещивая руки на груди.       — Я вижу намеченные графики, контрольные точки и энтузиазм в каждом участнике, — поймав ещё один надменно-недоумённый взгляд, слабо хмыкаю. — Почти в каждом.       — Всё ещё не понимаю, что тебя здесь обнадёживает, Гаррус.       Что обнадёживает? Как бы ей это объяснить?..       Положив на стол девайс с мерцающими отчётами, я откидываюсь на спинку стула и погружаюсь в тревожные размышления. Ещё пару месяцев назад на месте души зияла кровоточащая рана, а впереди маячили лишь одиночество и пустота. Обманывая сам себя, я сменил их на безумную надежду, топча любой росток здравомыслия. Я не хотел принимать ничего, что могло бы вернуть разум в реальный мир без любимой женщины.       Первые изменения произошли после разговора с СУЗИ, которой я решил открыться. Даже заготовил целый ворох дутых доводов, когда настанет время неубедительно оправдываться. Мне одновременно хотелось и не хотелось услышать выверенные безэмоциональные выводы, чтобы в споре доказать ей, — а больше самому себе, — что я не спятил и это возможно. К моему огромному удивлению, СУЗИ не возражала, не задавала вопросы философского порядка: «зачем?», не пускалась в откровенно задолбавшие дискуссии о том, что нужно жить настоящим, а не прошлым. Вместо этого она сообщила, что теперь у неё есть доступ к счетам Призрака. Спокойно и выверенно синтетик озвучила несколько идей: с чего стоит начать и на что заранее обратить внимание. Я мог почти физически почувствовать ту границу, где заканчивалась безумная мечта и начинался план. Да, всё такой же безумный, но уже гораздо более… реальный. Чем больше вокруг появлялось участников, тем менее сбрендившим я себя чувствовал.       Я больше не одинок в своей идее вернуть любимую. Я вижу ту же боль, что и моя, в новоприобретённом зелёном свете чужих глаз. Ощущаю робкие надежды. Чувствую недоверие, граничащее с абсолютно детским желанием чуда.       Однако лишь глядя на несколько циничные приписки Лоусон и холодные цифры расчётов, начинаю до конца осознавать реальные масштабы проделанной и предстоящей работы. Внутри меня словно всё делится надвое: разум относится к происходящему как к проекту, а сердце возмущается подобной отчуждённости. Но лучше так, чем из-за излишней чувствительности совершить непоправимую ошибку.       Меня кидает из жара в холод и обратно.       Вынырнув из размышлений, обнаруживаю напротив Лоусен с сочувственным выражением лица. Я специально не скрывался, а потому синтез если и не передал мысли, то уж точно оголил чувства.       — Если я передумаю и не стану пытаться — ты убьёшь меня, но если мы попробуем и не получится — я тебя, — шутливо сдаётся бывший офицер «Цербера», наставляя на меня указательный палец на манер пистолета.       — Если не получится, то это будет лишь одолжением с твоей стороны.       Лоусон недоверчиво качает головой, не до конца уверенная, что я шучу в ответ.       Ведь я не шучу.       — Раз мы договорились, то не мог бы ты уже покинуть мой кабинет? Хотелось бы выспаться перед сегодняшней встречей. Чего и тебе советую, кстати.       — Мне не спится.       — Кошмары?       — Хуже.       Мне ничего не снится. Я не могу побыть с Джейн даже во сне. Однако пока у Миранды не возникло желания расспрашивать, поспешно возвращаюсь к себе. Поспать не выйдет, но побыть в тишине в каком-то смысле приятно. Упав на кровать и уставившись в потолок, я лежу в темноте, блуждая во сне где-то на грани между грёзами и явью. Тягучие мысли перетекают из прошлого в будущее медленно и лениво, иногда смешивая воспоминания и фантазии.       Так как сном это не назвать, то ко времени важной встречи я, разумеется, разбитый, но кроме Лоусон об этом вряд ли кто-то догадывается. По большей части потому, что до турианца никому нет дела, когда на пороге лаборатории появляются геты. И если бывшие учёные «Цербера» работали с ними над «Горном», то саларианцы и азари даже не скрывают волнения. Смешно: в соседней системе Жнецы восстановили повреждённый энергетической волной ретранслятор, а они от гетов шарахаются. Хорошо, что большинство из них ничего не знает о помощи «Предвестника». Объяснения им бы не понравились.       — Мы пришли по поводу Шепард-капитана, — вперёд выходит прайм, возвышаясь над окружающими на добрых два метра.       — Да, СУЗИ передавала, что вы можете предложить вариант сохранения её личности, — неуверенно произносит Миранда. — Признаться, я до конца не поняла, как именно.       Чтобы Шепард-капитан могла попасть в нашу сеть, Легион перенёс копию её личности в цифровой мир. Та копия сохранилась, осталось лишь добавить воспоминания о последних событиях.       От скорости передачи информации у многих сразу закружилась голова, а во рту образовался привкус горечи. Геты воспользовались синтезом, миновав устное общение, и сделали это в обычном для них ритме. Возможно, они правы, так действительно быстрее, но мы ещё не привыкли. Возможно, уже никогда не привыкнем. Может, будущие поколения и смогут полноценно воспользоваться даром Джейн, но не мы. Никто ещё не умеет чётко чувствовать окружающих, абстрагироваться от чужого и передавать мысли за километры в течение миллисекунд. Мы ещё слишком органики.       — Прошу, не надо больше так делать, — мягко обращается к гету Т’Сони, массируя висок.       — Почему? — я почти уверен, что успел заметить лёгкую задержку перед вопросом. — Подобное взаимодействие повысит продуктивность на 44,75% и сэкономит время на 87,53%.       — Это… больно.       Чувствовать мыслительную деятельность гетов и захватывающе, и пугающе одновременно. На какое-то мгновение показалось, что я слышу разом тысячи голосов в своей голове. Будто оказываешься посреди бушующего моря: не прозвучало ни единого звука, но отчего-то закладывает уши.       — Принято, — наконец выдаёт гет.       — Прошу прощения, — ещё сильнее смущается Лиара, из-за чего её щеки темнеют. — Не хотела создавать неловких ситуаций.       — Несущественное изменение в диалоге, — равнодушно заявляет прайм, напрямую противореча собственным подсчётам. — Мы готовы предоставить данную платформу для переноса личности, чтобы дополнить уже имеющуюся копию.       — В каком смысле «предоставить платформу»? — выгибает бровь Лоусон.       Вместо ответа прайм выпрямляется, — или уместнее в его случае сказать, выравнивается, — чтобы часть его корпуса распахнулась, демонстрируя пространство, сродни капсуле для анабиоза. Пока мы с интересом и недоумением всматриваемся во внутреннее содержание, гет дополняет демонстрацию пояснением:       — Платформа временно переоборудована. Использован аналог взаимодействия с Создателями для предоставления повышенной адаптации их организмов к окружающей среде Ранноха. Внимание: для лучшей синхронизации с копией рекомендуется наиболее приближённая к Шепард-капитану личность.       Спасибо, синтез, но сейчас я и без тебя прекрасно чувствую десятки глаз, одновременно уставившихся на меня. То есть мне нужно будет… залезть в гета?! Кажется, с выводами о том, что после победы над Жнецами впереди ничего интереснее и безумнее уже не будет, я сильно погорячился.       — Если нет другого способа… — неубедительно тяну я, мысленно собираясь с силами.       — Рассмотрено семь наиболее приемлемых вариантов восстановления, — равнодушно отвечает прайм. — Два из них были объединены в один для максимально успешного результата.       — Какие же? — люди говорят, что перед смертью не надышишься. Не то чтобы ради Джейн я не прыгнул в гета, но почему-то всё равно невольно оттягиваю момент как могу.       — Первое: усиление синтеза в конкретном теле для контакта с сохранившимися отпечатками Шепард-капитана в окружающем пространстве. Второе: использование уже имеющейся копии личности. Конечное решение: постепенное внедрение цифровой копии в формирующееся тело с поэтапным перенесением памяти по мере взросления. Использование технологий в соответствии с записями Окира-вождя о создании крогана Грюнта. Недостаток: отсутствие в копии последних событий. Решение: единение частиц синтеза и помощь наиболее близкой Шепард-капитану личности.       Отлично, я прошёл по кругу и снова оказался в центре внимания.       — Это нужно будет делать… сейчас?       — Предложение открыто для обсуждения, — гет тут же закрывает камеру внутри себя, группируясь обратно.       Впервые за долгое время мы погрузились в тишину, как во времена до синтеза. Пару мгновений никто из присутствующих даже не может сформировать полноценных мыслей по поводу увиденного, настолько всё оказалось внезапным.       Неожиданный способ, но может сработать… — кажется, это подумала Лиара, но не уверен, так как следом подобные предположения зарождаются и у остальных. Быстрее и громче всех размышляют саларианцы, отчего возникает желание зажать уши, но это, разумеется, не поможет. Иногда я думаю, как бы во время синтеза звучали мысли Мордина Солуса. Наверно, постояв рядом с ним часок, можно было бы и самому стать чокнутым учёным.       Постепенно волнение в группе сходит на нет, окружающие берут мысли под контроль, а потому гул в голове стихает.       — Особых причин медлить нет. Мы — не Альянс, чтобы по любому поводу устраивать бюрократический ад с подписями и одобрениями, — безжалостно произносит Лоусон, указывая подбородком на нашего синтетического гостя. — Прыгай.       И зачем я её тогда позвал?!       Для того, чтобы вернуть Шепард. Забыл?       Ещё и в голову ко мне залезла. Но сам виноват — должен был понимать, с кем связываюсь.       Впрочем, реальных причин медлить и правда нет. Конечно, можно отложить решение под предлогом более детального изучения, но я почти уверен, что в конечном счёте мы всё равно придём к тем же выводам, лишь потеряем… Сколько там говорил прайм? Почти пятьдесят процентов времени на ненужные споры и ещё под сотню из-за самого способа общения? Если всё получится, то я снова буду с любимой в два раза быстрее.       — К тому же, — аккуратно добавляет одна из азари, — раз геты уже работают с кварианцами, то турианское строение на декстро-аминокислотах будет наиболее подходящим.       Спасибо и тебе, Т’Сони, что подтянула к нашей проблеме блистательные умы своей расы. Обложили со всех сторон.       Вместо ответа аккуратно подхожу к гету. Чужие переживания и любопытство, словно рой насекомых, кружат вокруг. Каждый пытается представить, что именно может ждать меня внутри.       Расскажешь потом, как там?!       Лучше, Лиара — забью для тебя второй билет, сможешь сама посидеть внутри чёртовой машины-убийцы.       Щедро, но, пожалуй, откажусь.       Зря. Уникальное предложение, подумай ещё раз.       Прайм снова распахивает капсулу, опускаясь на колени для большего удобства. Прыгать в центр отряда хасков проще, чем сделать шаг в тёмное металлическое пространство. С другой стороны, если что-то пойдёт не по плану, и я умру от недостатка кислорода, то наконец буду с Джейн. Она, скорее всего, уже заждалась меня в нашем баре на небесах.       Видимо, услышав мои опасения, прайм включает внутреннюю подсветку. Маленькое одолжение от синтетика почему-то успокаивает сильнее, чем собственные доводы. Сделать заветный шаг вперёд всё ещё тяжело, но теперь есть ощущение, что со мной всё же ничего не случится.       Когда камера закрывается, мысли группы учёных и коллег резко становятся глуше. Это немного странно, потому что синтезу и большие расстояния при желании не помеха, не то что металлическая перегородка. Однако и на этот раз гет торопится меня успокоить:       Приглушение работы синтеза связано со стрессовыми состояниями помещённых внутрь платформ личностей. Результаты тестов показывают, что спокойная тихая обстановка более благоприятна для органиков в 76,478% случаев.       Значит, самое время абстрагироваться от остальных, расслабиться и заняться делом. В конец концов, передо мной стоит чуть ли не самая важная задача: собрать личность любимой воедино, не допустив роковых изменений. Я закрываю глаза, позволяя разуму поддаться силе цифрового мира.       В какой именно момент кончилась реальность, я не уловил, но когда снова открыл глаза, то увидел странное пространство, из парящих платформ и собирающихся самих по себе кубообразных структур. Это и есть мир гетов?       Да. Но для работы с копией личности он не подходит. Вам необходимо проследовать в пространство лучше адаптированное под Шепард-капитана.       Платформы складываются сами собой в импровизированную дорожку, ведущую меня в круг света на полу. Что произойдёт, когда я встану в него? Впрочем, зачем напрасно терзаться догадками? Всё равно другого пути нет.       На какое-то мгновение меня ослепляет, а когда зрение возвращается, я оказываюсь в каюте капитана на «Нормандии». Странное ощущение: я точно нахожусь в своём теле, но вот управлять им не могу. Даже слышу собственные мысли, однако повлиять на них не в состоянии. Рядом лежит спящая Джейн, доверчиво прижавшись ко мне всем телом. Кажется, это момент перед отправкой к базе Призрака. Моя рука аккуратно поправляет её мягкие волосы, после чего тело деликатно высвобождается из объятий, чтобы одеться, и я ничего не могу с этим поделать. Прошлый я садится в кресло, на всякий случай перепроверяя последние приготовления.       Идиот! Остановись! Вернись! Обними её как можно крепче и не отпускай! Никогда! Почему я не могу так сделать?!       Потому что мы восстанавливаем события, а не создаём их.       Справедливо, но… Проклятье!       Джейн беспокойно дёргается во сне, после чего просыпается, хмуро уставившись в обзорный иллюминатор. Сев на край кровати, она прячет лицо в ладонях. Вся её поза кричит о том, как ей тяжело. Какая же она на самом деле хрупкая. Ранимая. Всегда поражался тому, что никто не замечал этого. Или просто предпочитали не замечать?       — Плохой сон?       Прошлый я подходит к Шепард, увлекаемый разговором о кошмарах, будущих трудностях и их преодолении. Тогда я не знал, что главная сложность будет ждать меня уже после смертельного боя. Былой оптимизм сейчас кажется насмешкой.       — Что бы я делала без тебя, — улыбается Джейн после моих слов, нежно проводя рукой по лицу.       Я могу чувствовать тепло её ладони. Хотя бы ради этого стоило залезть в металлический саркофаг.       Видение прошлого гаснет, оставляя меня в пустом пространстве с новой дорожкой к очередному воспоминанию. В каждом следующем видении я по-прежнему заперт в собственном теле, имея возможность лишь наблюдать за тем, как капитан «Нормандии» бесстрашно бросается в бой или прыгает ко мне, пытаясь помочь после атаки Жнеца.       — Вот. Возьми его… — приказывает Шепард СУЗИ, которая тут же подхватывает раненого меня, пытаясь затащить обратно на борт корабля. — Уходите отсюда.       — Ты смеешься, что ли? — наверно, впервые за всё время чувства прошлого и нынешнего я совпали.       — Не спорь со мной, Гаррус.       — Я с тобой до конца.       Джейн чуть медлит, а потом подходит ближе, смотря только в глаза.       — Неважно, что может случится… Ты же знаешь, что я люблю тебя. И буду любить вечно.       — Шепард, я… тоже люблю тебя.       Заветную фразу произношу чуть ли не шёпотом, зная, что она всё равно её услышит даже через стоящий вокруг гомон и крики последней безумной атаки. Не при таких обстоятельствах я должен был признаться, но… Это были последние слова, что я сказал ей. Самые важные. Самые сокровенные. Прямо из сердца.       Воспоминание тускнеет, оставляя новый путь. Скорее всего, он ведёт обратно, но я медлю, уже не торопясь покидать капсулу внутри прайма. Лишние мгновения ничего не решат, да и совместных воспоминаний больше нет, но я всё равно остаюсь в серой пустоте. Пожалуй, именно сейчас отчётливее всего видно, во что превратился мой мир без Джейн.       Снова яркий свет, снова жмурюсь, готовый сделать шаг навстречу реальности, но с удивлением осматриваюсь. Что это? Палавен? Виднеющуюся на горизонте гряду родных гор я узнаю даже спустя многие годы вдали от дома. Вдыхаю свежий воздух полной грудью, не стеснённой тяжёлой броней. А вот и кафешка у обрыва. Мой любимый столик — у самого края рядом с водопадом, где голова кружится от вида и гудящей пропасти.       Догадываясь, кого я могу там увидеть, иду медленно, не доверяя собственным робким надеждам. Внутри всё трясётся, и страшно ускориться, ведь разочарование может разбить мне сердце. Снова. Три шага. Два.       Один.       Шепард.       Её фигуру я узнаю из тысячи. Джейн сидит боком ко мне, задумчиво всматриваясь в горизонт. Закат красиво подчёркивает её до боли знакомый профиль, а ласковый ветерок тревожит рыжие локоны.       — Джейн.       Сил громко позвать нет, голос осип в тот же миг, но она всё равно услышала. Как всегда. Взгляд дорогих глаз будто бы сковывает каждую часть тела, но уже через мгновение я срываюсь с места и подхватываю любимую, заключая в объятья. Её тепло укутывает меня, а нежные руки ласково гладят гребень на голове.       — Гаррус.       Родной голос дарит забытые чувства спокойствия и… счастья. Как же мало мне, оказывается, для этого нужно.       — Ты всё же дождалась меня, — тихо шепчу в плечо любимой.       — Думаешь? — Джейн чуть отодвигается, чтобы встретиться со мной взглядом. — По-моему, ещё рано.       — Самое время. Нет Вакариана без Шепард. Мой мир опустел без тебя.       — Но я с тобой. Здесь, — она мягко кладёт ладонь мне на грудь в район сердца.       — Ты же знаешь, мне всегда тяжело давался серый. Мой мир черно-белый. Компромиссы не для меня. Ты нужна мне рядом, а не только в воспоминаниях.       Джейн улыбается, а потом аккуратно прижимается щекой к груди. Духи, если я всё же задохнулся в том гете, то… Спасибо. Кажется, я готов простоять вот так вечность.       — Я люблю тебя, Джейн.       — А я тебя. И буду любить вечно. Помнишь?       — Джейн… — следующие слова даются мне с особенным трудом, но не сказать их я не могу. — Пожалуйста… Вернись ко мне.       Любимая снова поднимает голову, а потом тянется за поцелуем, который я ей поспешно дарю. Самый сладко-горький поцелуй в моей жизни. Глаза невольно закрываются, а когда открываются, я обнаруживаю себя в капсуле гета. Подсветка меняется, и мигающие огоньки указывают на кнопку открытия, но я не тороплюсь её нажимать.       Работа с копией личности Шепард-капитана прошла успешно. Собранный материал будет обработан и подготовлен к внедрению.       — Что?.. Ах да, спасибо.       Наверно, с точки зрения гета я выгляжу безумно глупо, вслух отвечая на вопрос, но сейчас думать о чём-то другом просто невозможно, ведь мысленно я всё ещё пребываю в кафешке над пропастью. Когда же наконец выбираюсь из прайма, то тут же сталкиваюсь с многочисленными вопросами участников встречи. Однако мне не до разговоров. Не сейчас. Стараниями внимательной Лиары избавляюсь от докучающего внимания и поспешно оказываюсь у себя ещё более разбитый, чем раньше.       Но впервые за долгое время мне наконец-то приснился сон.