Нет Вакариана без Шепард

      Спокойствие Президиума, казалось, могло усыпить любую бдительность, но снова я на это не куплюсь. Не трогал сознание и поражающий факт быстрого строительства Цитадели с помощью Жнецов и гетов. В голове пульсировала лишь одна мысль: её тело так до сих пор и не нашли. По цифровому следу СУЗИ смогла отследить перемещения Джейн до самого эпицентра взрыва, где дальше он не то чтобы терялся, а делился на такое количество частиц, что проверить каждую оказалось не под силу даже ей. Уже после разговора с «Предвестником» можно было бы окончательно удостовериться в случившемся, но со свойственной мне целеустремлённостью я игнорирую факты. Если они идут вразрез с моими желаниями, что же, тем хуже для них.       Привыкнуть к новому способу взаимодействия с окружением всё ещё непросто, но о появлении будущей собеседницы я смог узнать задолго до того, как её фигуру засёк и увеличил мой визор. Полагаю, он больше не понадобится, если как следует приноровиться к синтезу, но привычка — вторая натура, без своего девайса я уже никуда. Помню, как наносил на него имена соратников по отряду на Омеге. Хотя бы в память о них оставлю.       — Здравствуй, Гаррус, — удивление в мерцающих зелёным светом глазах было бы очевидным даже без новоявленной связи. — Признаться, я… Не ожидала, что ты когда-нибудь захочешь лично поговорить со мной.       — Привет, Миранда. Присаживайся.       Лоусон чуть прищуривается и склоняет голову набок, не торопясь принимать предложение. Я, как могу, до последнего стараюсь сдерживать мысли, отчего чужое неприкрытое любопытство будто царапает черепную коробку.       — Присаживайся.       Лишь после второго приглашения Мирана неуверенно следует совету, по привычке осматриваясь вокруг.       — Я хотел поговорить, а если получится, то и предложить тебе работу.       — Ты? Мне? Ха! — она мягко смеётся, откидываясь на спинку стула. — Гаррус, мы никогда не были друзьями, а потому твоё поведение… О чём ты хочешь поговорить и что за работа, расскажи уже.       — О Шепард.       — Ах, Шепард.       Бывшая офицер «Цербера» хмурит брови и опускает голову. Видимо, она, как и я, ещё не до конца привыкла к синтезу, а потому я легко чувствую выстраиваемые в её голове цепочки мыслей, в результате которых на меня должно вылиться море сочувствия и советов о том, как же теперь жить дальше.       — Я позвал тебя не для терапии моей души. Расскажи мне о проекте «Лазарь».       — Что? «Лазарь»?       Лоусон недоуменно смотрит на меня, ожидая, видимо, пояснений, но я молчу, позволяя ей переварить услышанное. Давно заметил, что у неё есть два состояния: «безразличная ко всему и вся стерва» и «маленькая ранимая девочка». И на свете есть только две темы, способные вызвать второе: безопасность родной сестры и капитан Шепард.       — Однажды Джейн уже умирала, но «Цербер» вернул её с того света. Конкретно ты вернула. Я хочу знать, как именно.       — Нет, Гаррус, послушай, — недовольно качает головой Миранда. — Я понимаю, к чему ты клонишь, но тогда был совершенно другой случай.       — В чём разница? После смерти она стала лишь немного злее, не более.       — Ты зациклился на…       — …на том, чтобы сделать невозможное? Последние лет пять я только этим и занимаюсь. Вермайр, «Властелин» на Цитадели, Омега-4, Земля… С момента ухода с поста офицера СБЦ я повидал столько всего, что теперь вопрос невозможного упирается лишь во время, желание и ресурсы. Однажды мне уже приходилось её оплакивать. Как оказалось — напрасно. Может и сейчас не стоит.       — Всё не так просто.       — Так расскажи мне.       Миранда тяжело вздыхает, стуча пальцами по поверхности стола. В её голове такой ураган, что за мыслями не успеть, из-за чего приходится ждать ответы. Но я был бы очень плохим снайпером, если бы не умел ждать.       — Проект «Лазарь»… Что ж, — наконец начинает бывший офицер «Цербера». — Призрак вбухал в него столько денег и ресурсов, что я не уверена, что хоть когда-нибудь подобное снова будет возможно. Сейчас, когда вся Галактика лежит в руинах прошедшей войны, это совершенно непосильные суммы, ты же понимаешь? Расы восстанавливают города и целые родные планеты, чтобы они снова стали пригодны для жизни. Никто не одобрит инициативу потратить «лишние» триллионы кредитов на возвращение одного-единственного человека, даже Альянс.       — Я, конечно, не Призрак, но, думаю, с этой задачей справлюсь.       — Каким же образом? Наставишь дуло пистолета на примарха Виктуса? — иронично улыбается Лоусон.       — Как вариант.       Бывшая напарница снова позволяет себе лёгкое недоумение, но потом слегка закатывает глаза, улавливая тень шутки в словах. Постепенно к ней возвращается привычная самоуверенность, а потому дальше разговор придётся вести с холодной циничной стервой. Очевидно, по этой причине мы и не подружились во время выполнения задания по проникновению за Омегу-4. Начали уважать друг друга — да, но не больше.       — Я не шучу, это просто астрономические суммы.       — Остатки счетов Призрака их покроют.       — И откуда у тебя остатки счетов Призрака?! — чуть громче, чем следовало, произносит Миранда, но быстро переходит едва ли не на шёпот. — Как ты до них добрался?       — Не я, а СУЗИ.       — Как?! Когда?!       — Когда мы втроём штурмовали его базу. Пока Джейн искала украденный ВИ протеан, СУЗИ вбирала в себя столько информации, сколько возможно, и планомерно размещала на серверах ядра «Нормандии». Думала на уведённые средства в будущем делать подарки Джокеру и остальным членам команды. Она у нас сильная и независимая ИИ; слышал, у человеческих женщин это снова стало модно. Однако мы с ней немного поговорили, и она готова потратить сбережения на подарок сразу всем нам — вернуть капитана Шепард к жизни.       Вместо ответа Миранда улыбается своей генетически выверенной идеальной улыбкой, всё ещё не до конца веря услышанному:       — То есть… Я правильно понимаю, поправь, если ошиблась: ты решил потратить средства не на восстановление Палавена, или, в память о Шепард, Земли, а на… Это?!       — Ты не хочешь снова увидеться с Джейн?       — Конечно хочу, но ты забываешь и об остальных факторах. Наша лаборатория. Из-за предательства её практически уничтожили.       — Попрошу «Предвестника» её восстановить. Будет гораздо лучше прежней.       — Прости… Кого?! Я же… Ослышалась, да?!       И вот передо мной снова сидит растерянная девочка.       — «Предвестника».       — «Блядский Жнец»?!       — Не знал, что ты ругаешься матом.       — Гаррус, ты в своём уме?! Это же «блядский Жнец»! — бывший офицер «Цербера» вскакивает как ошпаренная, упираясь руками в стол. — Почему бы тогда сразу его не попросить вернуть Шепард?!       — Потому что на эту роль предпочитаю выбрать проверенного человека. Тебя.       Пока Лоусон нервно обдумывает услышанное, ходя от стены к стене, я по привычке тру давно зажившие шрамы. Из-за них колониальные метки на мандибуле совершенно не видны, но Шепард никогда не стеснялась их гладить или целовать. Кажется, ей они и правда нравились. Знал бы раньше — получил бы ещё парочку.       — И как я одна должна буду всё это сделать?! — пойманная в ловушку ответов, Миранда наконец сдаётся, бессильно опустившись обратно на стул.       — Почему одна? После постройки «Горна» бывшие ученые «Цербера» теперь свободны и амнистированы. И, что самое главное, живы благодаря Джейн. Я спрашивал Тейлора — они согласны. Все ждут только тебя.       — Этого всё равно мало. Гаррус, ты проделал большую работу, но…       — Если понадобится, попрошу саларианцев, — словно само-собой разумеющееся пожимаю плечами.       — Саларианцев? Правда? — немного устало переспрашивает Лоусон. — С чего ты решил, что они тебе вдруг отрядят своих ученых в такое непростое время.       — Скажем так: я помог получить одному очень уважаемому их медицинскому институту повышенный уровень допуска, за что там закрепили за мной любой проект на выбор.       — Я даже не знаю, хочу ли я услышать, как так вышло, что Архангел с Омеги, знаменитый снайпер, одиноко отстреливающий бандитов, теперь получил собственный проект в саларианском институте, — кисло произносит бывший офицер «Цербера».       — Во-первых, до определённых печальных событий я был не один. А насчёт саларианцев: моя мать была больна синдромом Корпалиса. После того, как я предоставил им образцы тканей с базы Коллекционеров и попросил Мордина договориться о новом статусе через его бывшие связи в ГОР, дела у них пошли в гору. Увы, мою мать это не спасло, но может теперь поможет другой дорогой мне женщине.       — Прости, я не знала про твою мать. Мои соболезнования.       — Спасибо. Так что насчёт «Лазарь 2.0»?       Очередное недовольное покачивание головой. Миранда подаётся вперед, предельно выпрямляет спину и ставит локти на стол, цепко скрещивая пальцы. Её последняя линия обороны. Я почти у цели.       — Но тогда у нас был труп… То есть, я хотела сказать, тело Шепард.       — Я договорился с Альянсом. Мне позволили мило побеседовать с нашей «бывшей подружкой Брукс», так что найденный ею доступ к клонированию тела Джейн уже у меня.       — Ах да, история с клонами! — Лоусон снова откидывается на спинку стула, что на мгновение заставляет меня слегка занервничать, ведь так она делает, когда уверена в результатах. — Разве проблема как раз не была в том, что тогда получилась «не та Шепард»?       Проклятье. Я как мог топил в себе сомнения, до последнего оттягивая самый важный вопрос. К сожалению, играть в синтез всего и всех вокруг можно не только мне.       — Что будешь делать, если облажаешься? Готов пустить неудавшейся любимой пулю в лоб?       Нет.       — Да, и попробуем ещё раз.       Лоусон смеётся, зная о лжи и понимая, что выиграла. Никогда никому не признавался, но даже тогда, в грузовом отсеке, держа клон Джейн на мушке, я так ни разу и не смог нажать на курок, отстреливая лишь её кинетические щиты.       Что ж, кажется, пришло время пойти ва-банк.       — У тебя была сотня возможностей сделать из Джейн послушную бездушную куклу, но ты справилась. Не хочу давить, но буду благодарен, если ты хотя бы попробуешь. Если и есть во всей Галактике кто-то, способный вернуть её такой, какой она была когда-то, то только ты, Миранда.       Тонкие пальчики снова усиленно застучали по поверхности стола. Для каждого из нас Шепард — слабость, просто у кого-то она больше.       — Ты — чёртов псих! — едва ли не выплёвывает слова Лоусон, но в интонации проскальзывает какое-то новое сомнение и что-то похожее на восхищение.       — У меня есть смягчающее обстоятельство: я влюблён в самую невероятную женщину Галактики.       — Как же ты изменился, отставной офицер СБЦ, — она качает головой, но уже лишь для собственного успокоения.       — Полагаешь? Когда-то один наш не самый приятный общий знакомый охарактеризовал меня Шепард как: «сорвиголова, который думает, что может изменить этот мир». После знакомства с Джейн я лишь лучше стал выбирать методы.       — И всё равно, твой план — чистое безумие! — последняя мягкая улыбка. Кажется, это ещё одна моя победа.       — Разумеется. Когда было иначе?