Горькая правда (версия соавтора)

Ничем не примечательное, казалось бы, утро, верно? Но оно ненастолько идеальное, когда на обоссаном асфальте находится обджект. Ах, вы уже забыли, да? Это Кнайф... Угораздило его же... — Бля... — слова были лишними, было невозможно говорить. После вчерашнего губа Инвалида не излечилась бы... Впрочем, даже две губы. Лежащее существо начала подниматься, как вдруг у него закружилась голова. Было нереально дышать, сердце колотилось с бешенной скоростью. « Твою мать... как же больно.... Мои губы... И как мне теперь есть? Как питаться?..((» Мысли немного мешались, близилась тошнота. « Ой, ну, а хуле, то... Мне такой пиздец снился... Пойду к Ёшке от нехуй делать, — подумал Острый и отправился к Ёлке.» (люди, ниже описание из оригинала, танками не бейте, я бита ими) Кнайф мигом пошёл к Ёшке. « Мне надо срочно рассказать об этом Ёшке. Мне срочно нужно проверится у Ёшки. Мне надоело это всё! Я хочу жить нормально. — держась за своё лезвие, думал Кнайф, пока не дошёл до Ёши.» Фиолетовый занимался своими делами, но его тут же отвлёк обджект. — Ёшка, срочно! Помоги мне... Мне так плохо, чувство, что поднялась температура... Галлюцинации... Мне страшно! Помоги мне, пожалуйста!!! — Острый умолял Ёшку проверить его. — О, Боже! Мне нужно немедленно проверить тебя, вдруг ты заболел!! — Ёшка махнул своей палочкой и проверил Кнайфа.(допустим, он экстрасенс😏😏))) ) — Ну, что? — спросил Кнайф, уже испугавшись. Оказалось, что у Ножа была шизофрения. (блять, это так угарно звучит XD))) ) Кнайф, испугавшись чего-то опасного, начал задыхаться. — ... После всего этого, Ёша выписал ему таблеточки, чтобы Острый их пил. Выйдя на улицу, Кнайф начал рассуждать, рассматривая таблетки в стеклянной баночке. Банка была похожа, как для анализов, однако, уронив её, она бы не разбилась, а наши таблетки бы упали, и банка бы раскололась на тысячи осколков. « Фу, какие таблетки некрасивые( Мог бы хоть красивые сунуть, а не эту парашу...» Вдруг, на Кнайфа падает нечто. ГОЛУБЬ. ГОЛУБЬ БЛЯТЬ. — АЙ, ЁПТА! — вскрикнул Кнайф, испугавшись. Он закусил свою губу, усилив жгучую боль. Было неприятно. Большой жирный голубь, будто вывалился из луны, и упал прямо на Землю. — Ой, а ты ничего такая... — говорил Кнайф, смотря на голубя и не смотря на кровоточащую губу. — Острый, ты чё... Этот что-ли? — подойдя, сказал Пикчер. — хто?. — удивленно спросил Кнайф. — Ну... — замялся Пикчер. — зоофил?... — ХАХАХВХ, ТЫ ДОЛБАЁБ? — Так нет? — ТАК ДА.. ОЦ БЛЯТЬ, НЕТ!! — Ну, как знаешь... — произнёс Пикчер, затем спросив, — А с губой у тебя что? Ушибся? Или избили? Ты скажи, если... — Всё хорошо. — немного раздражённо сказал Нож. Почувствовав, что с собеседником не всё хорошо, Пикчер ушёл в закат. Время было довольно позднее, становилось холоднее. — Как же морозит... — говорил сам себе Кнайф, идя довольно кривыми путями, чтобы дойти до дома Стёрки. Вся дорога, вся местность вокруг Ножа была тёмная. Ночь приближалась очень быстро, а может это Острый терял медленно своё сознание? — Ебать, как меня штормит, — обращался Кнайф к своему эго, чтобы понять, где реальность. Новые тропинки появлялись, исчезали, вновь выплывали, казалось, из самого сознания. Зрение становилось хуже, оно будто уже говорило «пока». Всё в округе размывалось для одинокого обджекта. С каждым шагом идти было тяжелее и тяжелее. Ноги становились ватными, из-за чего обувь сильно давила, казалось, прямо на самых стопах образовываются сейчас мозоли. Руки постепенно мёрзли, даже дыхание дракона не смогло бы согреть их, также, как и сердце. Тело тряслось в судорогах, показывая, что его обитатель не здоров. С мрачного неба падали снежинки, засыпая всё в округе. В этот же момент Кнайф дошёл до дома Стёрки.