Крушение

Ключ несколько раз провернулся и тихо щелкнул в дверном замке. Джоан Скайлар отправила его в карман куртки и еще раз проверила, на месте ли пропуск в Департамент. Потом отвернулась от двери своей квартиры. Кожа черной косухи скрипела при каждом движении, чародейка поправила воротничок белой блузки и разгладила швы черных брюк. Всякий день начинался одинаково – нырнуть в тишину серого нуарвилльского утра, дойти молчаливыми дворами жилых домов до шумного проспекта, заскочить в тихо ворчащий электробус и через сорок минут быть у здания Департамента. Джоан замерла, увидев, что дверь соседней квартиры приоткрыта. Девушка медлила, но в конце концов сделала несколько шагов вперед: вдруг у хозяев что-то случилось? Незапертая дверь легко подалась, коротко скрипнув, и Джоан тихо переступила порог. Ни звука не доносилось из казавшейся пустой квартиры. – Лейна? – позвала Джоан. – Ты дома? Она была знакома с соседями, хозяйкой квартиры и ее дочерью. Мать работала в ночные смены, и еще не вернулась домой. Лейна была студенткой, но Джоан знала, что девушка почти никогда не ходит на утренние занятия. Это постоянно становилось причиной для ссор между ней и строгой матерью Анной. Ни Лейна, ни Анна раньше никогда не проявляли такую безалаберность – не закрыть дверь! Семья жила небогато, и не могла позволить себе, чтобы их обворовали. Чувствуя легкую тревогу, Джоан пересекла короткий мрачный коридор и заглянула в комнату-гостиную, служившую ещё и спальней матери. Пусто, а все вещи на своих местах. Хмурясь, Джоан заглянула в комнату Лейны. Сердце на миг остановилось, а потом бешено застучало, шум крови почти оглушил. Воздух будто смерзся, а колени едва не подогнулись. Джоан прижала ладонь ко рту, не веря своим глазам. Всякий день начинался одинаково, кроме сегодняшнего. Мертвая, Лейна Хорн лежала на полу своей комнаты с туго затянутой на шее бельевой веревкой. *** Джоан была ликвидатором, и в ее обязанности, как мага Департамента мистических расследований, входило восстановление разрушенного оперативниками во время уничтожения адских тварей. Маги, непосредственно участвовавшие в битвах с демонами или чародеями-преступниками, политкорректно называли это «сопутствующим ущербом». Но иногда ликвидаторам поручали и расследования, как правило, небольшие, особенно если не хватало оперативников. Так что рабочий день Джоан сегодня начался гораздо раньше, чем должен был. Справившись с первым шоком (ей и раньше приходилось видеть убитых людей, но к этому никогда нельзя быть готовым, а Лейну она и вовсе знала лично), девушка подошла к погибшей и, присев рядом, дотронулась до шеи под нижней челюстью. Смысла в этом, конечно, не было, но простые и понятные действия всегда приводили разум в порядок и запускали его работу. Джоан выпрямилась и прошептала заклинание. Комната озарилась ярким светом, чародейка словно оказалась в непроницаемом коконе – здесь творилась мощная магия. Ощущение липло к коже, проникало в легкие вместе с воздухом, бежало с кровотоком вдоль вен. Джоан закрыла лицо руками, ее плечи дрогнули. Пряжка ремешка косухи звякнула, вырывая девушку обратно в реальность. Чародейка резко выдохнула, а ощущение чужеродной магии медленно слетало с нее чешуйка за чешуйкой. Окончательно придя в себя, она позвонила дежурному в Департамент и стала ждать. Нужно было чем-то заняться, и Джоан принялась осматривать комнату. Никаких следов борьбы она не нашла. Чародейка посмотрела на Лейну, стараясь не думать о ней, как о доброй знакомой. Застывшее навсегда миловидное лицо портил слишком яркий макияж. На щеках и висках темнели потеки от туши и теней. Джоан отвела взгляд и опустила голову. И Лейна, и ее мать были магами со средним потенциалом. В комнате творилась магия, а девушку, скорее всего, убили с ее помощью. Делом наверняка будет заниматься Департамент. Полиция, конечно, как всегда попытается забрать расследование себе, но Джоан была уверена, что сейчас им это не удастся. Вот бы Вэл Морган, шеф Департамента, отдал ей это дело!.. Хотелось найти виновного в смерти Лейны: Джоан знала погибшую и была уверена, что та никогда бы себя не убила. От мыслей отвлек звук шагов и незнакомый голос: – Эй! Есть тут кто-нибудь? Джоан торопливо вышла в коридор, испытывая малодушную радость от того, что не придется больше оставаться с телом Лейны наедине. Ожидание с каждой минутой становилось все тягостнее. – Доброе утро, – вежливо произнес высокий молодой мужчина, подходя к Джоан и протягивая ей ладонь. – Детектив Этьен Ренар. Джоан подала в ответ свою руку, слегка сжав теплые пальцы полицейского. – Здравствуйте, – хмуро ответила девушка, избежав его формулировки: ну какое это утро доброе?! – Джоан Скайлар, ликвидатор Департамента. Досадно, что полицейские приехали первыми. Где черт носит патруль Департамента?! – Со мной судмедэксперты, – представил двух своих напарников Ренар, – позволите им начать работу? Он говорил вежливо, но с явным льдом в голосе: между Департаментом мистических расследований и полицией города всегда было негласное противостояние. На места преступлений неизменно приезжали сотрудники обоих ведомств. Если творилась магия, дело передавали Департаменту, но полиция все равно регистрировала его у себя. Закрывая дело, Департамент передавал данные коллегам не-магам. Чародейка не скрывала недовольства, но отошла и махнула в сторону комнаты, где лежало тело. Еще один полицейский, младший сотрудник, расклеивал на лестничной клетке желтые ленточки с надписью «не пересекать». Скоро там соберется толпа соседей, которые придут в шок, узнав, что Лейна мертва… С патрулем Департамента приедет психолог, он займется Анной, когда она вернется. У матери начнется истерика, и ее придется вывести из квартиры. Джоан наизусть знала, как все это происходит. – Вы нашли ее? – спросил Ренар. – Да. Это Лейна Хорн. Мы общались иногда, но были не слишком близки. Детектив бросил короткий взгляд на Джоан. Они вернулись в комнату погибшей девушки. Здесь было гораздо светлее, чем в коридоре, но серое утро Нуарвилля, просачилосьсквозь газовые шторы, скрадывало цвета и искажало пространство причудливыми тенями. Ренар, засунув ладони в карманы брюк, наблюдал за работой судмедэкспертов. Джоан украдкой рассматривала детектива. Он был намного опытнее ее, и чародейка подумала, что могла бы кое-что у него перенять, научиться паре фишек. У него были светло-серые глаза под густыми черными ресницами, чуть выпирающие скулы и острый подбородок. Темная челка падала на правую бровь. Ренар периодически откидывал пряди с лица, но они немедленно возвращались в прежнее положение. Детектив носил темно-синий классический плащ, под которым виднелась белоснежная рубашка без галстука и пиджака. Брюки были в тон плащу, а на ремне поблескивала лаконичная антрацитовая пряжка. Из рыжей наплечной кобуры выглядывала рукоять черного пистолета. Джоан кожей ощущала исходившую от Ренара уверенность. Детектив был хладнокровен и отстранен, даже неприступен. – Она жила одна? Джоан, хоть и с трудом, но пришлось признаться себе – вокруг Ренара создавалось ощущение упорядоченности, оно в какой-то мере даже успокаивало. В присутствии Ренара казалось, будто еще немного, еще пара мелких деталей, и дело будет раскрыто. – Лейна жила с матерью. Анна скоро вернется с ночной смены. Послушайте, детектив, – Джоан решила сразу расставить все точки над «i», а заодно показать, что способна с ним потягаться, – я уже проверила: в этой комнате кто-то творил очень сильную магию. Лейна – тоже маг, у нее средний уровень. Это дело передадут Департаменту. Ренар поднял брови. Он хотел ответить, но его окликнул один и судмедэкспертов: – Детектив, это самоубийство. Точность – процентов девяносто. – С чего вы взяли? – ему ответила Джоан. Тот, колеблясь, посмотрел на Ренара, но полицейский кивнул. – Нет характерных следов борьбы на руках и теле, – несмотря на разрешение детектива, судмедэксперт говорил медленно и не слишком уверено. Он прочертил ладонью над шеей Лейны несколько линий: – угол расположения веревки говорит о том, что она сама затянула петлю. И характер странгуляционной борозды… Джоан подняла взгляд, проследив за веревкой: она лопнула, а конец ее был привязан к декоративной потолочной балке. – …девушка пыталась вырываться, но веревка затягивалась все туже. Вскрытие и полный осмотр, конечно, покажут точно, но я уверен, что ее никто не убивал. Она сделала это сама. Ренар скрестил руки на груди и кивнул. В его взгляде Джоан прочла превосходство. – Магия, детектив, – щелкнула пальцами девушка, – даже если Лейна сама накинула петлю себе на шею, это не значит, что ее не могли заставить. Есть маги-манипуляторы… – Я знаю, госпожа Скайлар, – мягко перебил ее Ренар, – о классах магов я наслышан. Но вы пока не знаете точно, действительно ли девушку заставили совершить самоубийство. Что, если она развлекалась с друзьями, колдуя? Мы это выясним. А сейчас – я вовсе не против вести это дело вместе с вами. У меня нет предубеждений против магов. Джоан поджала губы. Ренар был прав. В отличие от времени смерти, сказать, когда именно применялась магия, было нельзя. Некоторые паттерны слабели уже через пару минут, а другие держались в полной силе годами. У Лейны действительно мог быть среди друзей сильный маг. Исходных данных пока слишком мало, чтобы судить наверняка, магическое это преступление или нет. Джоан, как и Ренар (если, конечно, он говорил правду), никогда не была против взаимодействия с полицейскими не-магами, в отличие от некоторых своих коллег. Отдельные оперативники даже приходили в бешенство, требовали убрать «легавых» подальше, чтобы те своими топорными действиями не испортили картины. Не-маги, в свою очередь, настороженно относились к «депским», методы которых просто не были способны понять. Ничего не сказав, девушка просто кивнула. В конце концов она даже не знала, позволит ли ей Вэл взяться за это дело. Он вполне мог передать поиски виновных более опытному оперативнику. Патруль Департамента прибыл через пятнадцать минут после полиции. Оставив их заниматься своим делом, Джоан вышла из комнаты и прошла на небольшую кухню квартиры. Мать Лейны вернется уже совсем скоро, и девушка подумала, что не хотела бы с ней встречаться, чтобы не связывать себя ненужными обязательствами. Почему-то считается, что горе объединяет даже совершенно чужих друг другу людей – а тут соседи. Вот бы парни закончили побыстрее в комнате Лейны! Джоан услышала, как в кухню вошел Ренар – энергичный шаг, уверенные движения. Девушка повернулась к нему, опираясь спиной на подоконник. С минуту они смотрели друг на друга. Джоан не дрогнула под его ясным взглядом, пока детектив изучал ее. Им, возможно, придется работать вместе, и он хотел знать, что она из себя представляет. Наконец он опустил голову и вытащил из внутреннего кармана плаща визитку. – Возьмите, пожалуйста, – сказал он, – мой номер. На всякий случай. Джоан молча перехватила кусочек картона указательным и средним пальцами. Визитка снова исчезла – на этот раз в кармане косухи. – Вы можете предположить, кто убил Лейну, если это было убийство? Вы ведь знали ее. Джоан покачала головой. – Сама теряюсь в догадках. Мы с ней редко общались. Она пару раз приходила ко мне. Я знаю только, что у Лейны были напряженные отношения с матерью, они часто ругались. Анна хотела, чтобы дочь стала юристом, а Лейна пошла учиться на художника. Она и правда отлично рисовала. Мы с ней обсуждали ее рисунки, она интересовалась моими. – Вы рисуете? – Какое отношение… – Нет-нет, никакого, – поспешил заверить Ренар, пряча улыбку, – я просто спросил. Значит, Лейна ссорилась с матерью? Усилием воли Джоан поборола недоумение, вызванное не к месту заданным вопросом детектива. – Именно. Но вряд ли Анна убила дочь или заставила ее удавиться. Мать не была манипулятором. А сотворить заклинание, позволившее бы ей взять человека под кратковременный контроль, ей не под силу. Джоан вздохнула, размышляя над собственными умозаключениями. Лейну она помнила милой и веселой девочкой. Чем больше секунд утекало, тем сильнее чародейка уверялась в том, что это не самоубийство. Лейна бы на такое не пошла. Тем более из-за ссоры с матерью. Как-то они встретились во дворе, и Лейна рассказала Джоан, что стала рисовать на заказ, чтобы накопить денег, съехать от Анны и жить свободно. – Что еще вы можете сказать? Джоан посмотрела на Ренара. – Это допрос, детектив? – склонив голову, спросила девушка. Он улыбнулся, открыто и дружелюбно. Откинул со лба челку, но та моментально вернулась назад, закрыв бровь. – Прошу прощения, нет, конечно. Просто спрашиваю, ваша информация пригодится для дела. Вы ведь не только сыщик здесь, но и свидетель. Забавно, правда? – Еще как, – проворчала Джоан, не находя в ситуации ровным счетом ничего забавного. – Я не хочу ссориться с вами, госпожа Скайлар, – Ренар тоже решил расставить все недостающие точки, – наоборот, мы можем помочь друг другу. Ради этого я буду с вами откровенен: я хочу доказать, что это было самоубийство. – Почему? – Скажем так, это моя специализация. – Чем больше самоубийств, тем выше премия? – цинично ухмыльнулась Джоан. Ренар ответил смешком. Он не успел проговорить то, что вертелось у него на языке, один из патрульных Департамента окликнул чародейку: – Джоан! – Прошу прощения, детектив, – девушка оттолкнулась от подоконника и прошла мимо Ренара. Из комнаты Лейны навстречу ей вышел оперативник. – Тело забираем в Департамент? – Разумеется. Она маг, а это по нашей части. Патрульный кивнул. – Если вы закончили, я еду в Департамент. Дождитесь мать девушки. Ее нужно будет успокоить и по возможности допросить. – Понял, передам нашим. Джоан кивнула. С благодарностью хлопнув коллегу по плечу, она направилась к выходу из квартиры. Этьен Ренар стоял в дверях кухни, упирая ладони в бока и провожая ее взглядом. Оглянувшись, она с легким триумфом посмотрела на него. И все-таки ее не оставляло ощущение, что это не последняя ее встреча с детективом Ренаром.